Отголоски прошлого

 — Ты не поможешь мне? — Бэт с обманчиво невинным видом тянет к ней ножку и одним только взглядом указывает на свои ботинки. Вымазанный шоколадным мороженым рот растягивается в лукавой улыбке, на что Кейт чуть прищуривается. Мама запрещает ей делать столь простую работу за сестру: мол, тогда Бэт совсем обленится и никогда не научится завязывать шнурки сама. И девочке уже хочется помотать головой, как Бэт умоляюще складывает липкие ладошки вместе и лепечет: «Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!» Ну как тут можно отказать? Кейт оглядывается, проверяя, не смотрит ли мама, а после наклоняется и в два счёта завязывает первый бантик. Родители подарили им одинаковые пары ботинок совсем недавно, на их шестилетие, и если Кейт почти сразу освоилась с ними, то у Бэт пока никак не получалось. — Чудесно! — Бэт рассматривает проделанную работу, но Кейт не видит её лица, поправляя чуть не распустившийся бантик. Она лишь слышит, как радостен её голос, и кивает на громкое: — Спасибо. — Учись сама, — хмуро замечает Кейт, хотя смех сестры заразителен, и ей тоже хочется улыбнуться, — я не всегда буду рядом. Бэт не отвечает. Внезапно в парке становится совсем тихо. Не слышно ни ветра, что до этой секунды раздражающе трепал волосы, ни людей вокруг. Кейт настораживается. Она хочет подняться, но тяжёлая рука опускается ей на плечо. — Да… В этом мы уже успели убедиться, — чужой голос вызывает стаю мурашек и дрожь на кончиках пальцев. Кейт мгновенно вскидывает голову, тут же впадая в состояние, близкое к ступору. Всё меняется так внезапно, что она чувствует лёгкое головокружение и неосознанно подносит руку к носу. «Кровь», — приходит осознание, пока Кейт невольно отскакивает от тёмного силуэта мужчины в угол и всё пытается понять, что случилось. Где, чёрт подери, они вообще находятся. Она вглядывается в мутные очертания незнакомого человека, но как ни старается, рассмотреть ничего не может. Возможно, дело в охватившем её ужасе, но Кейт не думает, она быстро поднимается на ноги и кричит: — Где Алиса?! «Почему Алиса?» — вертится в голове, и Кейт сама удивляется, отчего это вдруг она назвала Бэт другим именем. Злость заполняет её, и Кейт не может ей воспротивиться: она готова накинуться на этого человека, избить, разорвать его в клочья. Всё её тело колотит от приступа гнева, который никогда прежде она так яро не испытывала. Хаотичные мысли барабанят по вискам, она растеряна и лишь тяжело дышит, прожигая черноту перед ней ненавидящим взглядом. — Где она, чёртов ублюдок?! Счастливый и искренний смех Бэт всё ещё звучит в отголосках её памяти, но на него наслаивается издевательское фырканье мужчины. — О, пожалуйста, — он отходит в сторону, вальяжным жестом руки демонстрируя нагое тело её сестры. — Не буду вам мешать. Чувствуя, с какой силой бьётся её сердце, Кейт закрывает глаза и до болезненного резко трясет головой из стороны в сторону, совершенно неготовая столкнуться с этим лицом к лицу, желая быть где угодно, только не здесь. Но почти сразу же заставляет себя раскрыть их вновь, и стиснутые в руке пальцы издают хруст. Она отдала бы самое дорогое, лишь бы никогда не видеть то, что предстало перед её глазами. Алиса лежит на грязной кровати, сжавшись в подрагивающий комочек, и еле сдерживает судорожные всхлипы, впиваясь зубами в искромсанные до крови губы. Затравленный взгляд устремлён в пустоту, она не моргает, и только слёзы беспрерывно катятся по щекам. На плечах, неестественно поднятых вверх, проглядываются следы чужих пальцев. — Алиса! Я… — запнувшись, Кейт тут же оказывается рядом и тянется к ней, намереваясь прижать к себе. — Не трогай! — шипит она, подобно зверьку, и отскакивает к стене, ударяясь о ту затылком. — Не прикасайтесь ко мне! — хриплый визг сменяется надрывным воем, Алиса вжимается в колени, обхватывая те до побелевших костяшек. Кейт отдёргивает ватные руки и через силу вдыхает новую порцию воздуха. Взгляд суетливо пробегается по телу, по медленно проявляющимся синякам на влажной коже, по спутанным волосам и вырванным клочкам, валяющимся рядом на окровавленной простыни. Она не верит тому, что видит. Кейт не может этого вынести. Зажмурившись, она затыкает уши и кричит. Кейт встрепенулась и порывисто зажала себе рот ладонями, чтобы не завопить вслух. Голова гудела, перед глазами стояла та же картина, а вой Алисы казался ещё громче. Её не было рядом. Она не помогла. Не было рядом. Не было рядом. Давясь воздухом, Кейт вскочила с постели и тут же устремила взгляд на другую половину кровати. Никого. — Алиса! — громко позвала она, срываясь на кашель. — Алиса, где ты? «Ушла», — осознала она и еле удержала себя от того, чтобы не швырнуть подушку в противоположную стену. В комнате было темно, потому девушка прикрыла лицо рукой, когда оказалась в освещённом коридоре, и ускорилась по направлению к кухне. Ей срочно нужно было выпить. Но, переступив порог комнаты, она застыла, вцепившись напряжёнными пальцами в косяк двери. Прошло несколько долгих минут, прежде чем Кейт приглушённо произнесла: — Я думала, ты сбежала. Алиса полулежала на полу, оперевшись спиной на холодильник, и, закинув ногу на ногу, с аппетитом уплетала лапшу. После слов Кейт она подняла на неё глаза, хотя и до этого знала, что девушка стоит здесь: тяжёлое дыхание сестры слышали, наверно, и соседи. Посмотрела на неё полсекунды и засмеялась с набитым ртом, из-за чего едва не подавилась. — Ты так драматично держишься за сердце, — иронично отметила Алиса и скопировала жест Кейт, состроив максимально грустную мордочку. Тарелка в другой руке чуть было не опрокинулась, и она небрежно поставила её на пол. — Вот это лицо… — вернулась она к Кейт. — Стой, — Алиса приподнялась и внимательно вгляделась в сестру, а после выдохнула с удивлённой улыбкой: — Ты плачешь? Кейт села рядом и крепко обняла девушку, уткнувшись носом в её ключицу. — Окей… — Алиса положила ладонь на затылок Кейт и чуть повернулась к ней телом, позволяя прижать себя ближе. — Вот это нежности. Знала бы я, что нас так сблизит моя пьянка, заходила бы к тебе почаще. — другой рукой она вовсю пыталась намотать на вилку остатки еды, что почти получилось сделать. — Ты ещё не протрезвела? — словно мимоходом уточнила она, но голос стал более серьёзным. Кейт не слушала. Она чувствовала её запах, и сладковатые нотки с примесью граната и ещё чего-то настолько неуловимого действовали на неё успокаивающе. Алиса рядом, она смеётся и даже не думает уходить. Всё хорошо. Кейт мысленно вернулась в тот солнечный день в парке, когда они гуляли вместе с мамой и заботились лишь о том, как бы незаметно завязать шнурки, которые отчего-то всё время развязывались. Но тут нагрянула следующая картинка из её сновидения, и Кейт резко втянула воздух. — Кошмар, — догадалась Алиса и спустя секунду тихо добавила: — Мне тоже снится… всякое. Кейт не хотела даже думать о том, сколько раз Алисе снилась та ночь. Она лишь сильнее обняла её, отгоняя прочь все мысли и выравнивая дыхание. Поведение, совершенно несвойственное её сестре, всё больше и больше настораживало Алису. Однако она невозмутимо продолжила: — Но тут почему-то нет. Либо снится что-то хорошее, либо вообще ничего. Приятная пустота. — А чего ты встала? — спросила Кейт, не открывая глаз. — Кушать тоже нужно, — с этими словами Алиса, наконец подхватив вилкой скользкую лапшу, проглотила её, не жуя. Девушка замолчала, ну а Кейт не хотела говорить что-либо ещё. Она постепенно приходила в себя, пусть полное осознание происходящего её пока не настигло. Заснув вчера непонятно каким образом — бессонная ночь вкупе с приличной порцией виски имели свои последствия — и проснувшись сейчас в ещё более худшем состоянии, Кейт только-только смогла ощутить что-то, напоминающее расслабление. Это были их первые искренние объятия с тех пор, как случилась та злосчастная авария. Первые, если не считать всё то, что было по пьяни. И хоть Кейт была не из тех, кто излишне драматизирует и придаёт ценность каждому подобному моменту, она всё равно чувствовала тепло внутри от этой близости. Ей просто было уютно. Но Алиса не особо разделяла её чувства. — Кхм. Я была бы рада выпить бульон, если ты закончила тискать меня, как котёнка, — проворчала она через некоторое время, отстраняясь от Кейт. — Только не думай рассказывать, что тебе снилось, мне и своих кошмаров хватает с лихвой, — предупредила девушка, закатив глаза. Кейт хмыкнула. Ещё бы она стала что-то говорить. Напротив, ей нужно было отвлечься и взять себя в руки, а потому она поинтересовалась: — Ты злее обычного. Плохое настроение? Впрочем, ничего удивительного здесь не было. На Кейт тоже давило это поганое ощущение неотступной горечи, саднящей внутри. Она наблюдала за Алисой, допивающей острый бульон, и терпеливо ждала ответа. Сидеть на полу было неудобно и холодно, и Кейт встала, устраиваясь за столом. — Уф, — выдохнула Алиса, с грохотом уложив тарелку недалеко от себя, и окончила свою трапезу фееричным вытиранием рта тыльной стороной ладони. Затем она наконец-то снова посмотрела на Кейт, и, переменившись в лице, насмешливо приподняла одну бровь. В холодном взгляде читалось раздражение вперемешку с обидой, из-за чего девушка ощутимо напряглась. — Думаешь, я не знаю, почему ты не позволяешь мне уйти? — вкрадчиво произнесла Алиса. Челюсть Кейт сжалась. «Всё-таки вспомнила», — догадалась она в ту же секунду. Надеяться на то, что Алиса волшебным образом забудет о своём признании, было глупо, ведь рано или поздно вся ночь должна была всплыть в её памяти. Но Кейт определённо не была готова обсуждать случившееся. Точно не сейчас. Намного легче было делать вид, что ей ничего неизвестно, что Алиса ни о чём не говорила ей, и их отношения точно такие же, какими они были прежде. Она устало уронила голову на руки, только чтобы не смотреть ей в глаза. — Я прекрасно всё понимаю, моя милая Кейт. Ты оставила меня у себя, потому что не знаешь, как поступить: сдать меня Воронам или опять попытаться направить на путь истинный. Ты мечешься и мучаешься из-за своего морального долга, — последние слова она выплюнула с отвращением, а Кейт подняла на неё недоумевающий взгляд. — Я и сама часто пытаюсь усидеть на двух стульях, — Алиса невинно посмотрела в потолок, припоминая нарушенное обещание не убивать никого хотя бы сутки, — но всё чаще я прихожу к пониманию, что сделать это невозможно. Успокоившись и поблагодарив непонятно кого, Кейт постаралась выглядеть непринуждённо. Она скрестила руки, откидываясь на спинку стула, и сухо произнесла: — Скажу тебе честно, о Воронах я подумала лишь раз, когда ты только пришла ко мне. Потом это стало менее важным. Алиса ничего не ответила, повторив позу Кейт и тоже скрестив руки, но сделав это более враждебно. Чуть прищуренный взгляд бегал по лицу Кейт, и девушка догадалась, что Алиса пытается выяснить, врёт она или нет. — Пока ты находишься в моей квартире, я не сдам тебя моему отцу. Обещаю. — Нашему, — устало поправила Алиса в очередной раз и со вздохом закрыла глаза. Слова Кейт только сильнее запутали её, но она опять же не подала виду, смахивая свою мнительность на обыкновенное недовольство: — Стоило тебе проснуться, и моё настроение сразу кануло в лету, — она поёрзала, коленом задев тарелку, и, послав той неприязненный взгляд, отодвинула её подальше. — Почему ты сидишь на полу? — Мне очень жарко, а тут прохладно. И холодильник поблизости, — Алиса похлопала по его дверце, как по плечу старого приятеля, и вскочила на ноги. — Ладно, нужно всё обсудить. Я готова. Кейт неловко прочистила горло. Да уж. Даже если Алиса и не помнила своего откровения, Кейт, наверно, следовало бы объяснить, почему она целовала свою сестру. Трижды. Кейт ещё раз прочистила горло. Она с тоскою глянула на бутылку виски, стоявшую далеко в углу, но вспомнила о своей выдержке и тут же отмела от себя эту слабовольную мысль. Минутное молчание прервало оглушительное урчание живота: то ли желудок Кейт тем самым стремился прийти к ней на помощь, то ли это были последствия излишне нервных минувших дней. — Я тоже толком не наелась, — прокомментировала Алиса этот отчаянный рёв, доносившийся из живота сестры, поставив руки на пояс. — И почему у тебя, дочери «твоего» богатого папочки, настолько пустой холодильник?! Знаешь, что по-настоящему меня шокировало? Я не смогла найти в этом доме ни одной чёртовой шоколадки! Возмущению в голосе Алисы не было предела. Секунду смотря на Кейт широко раскрытыми глазами и ожидая реакции, она почти сразу охладела к этой теме, и, поджав губы, отвела взгляд в сторону. — Но вернёмся к более важной теме и перестанем оттягивать неизбежное, — развела Алиса руки в стороны. — Да, мы обсудим всё то, что произошло, — согласилась Кейт, говоря слишком медленно, словно на ходу придумывая план. — Но раз уж речь зашла о еде, я могу сходить в магазин неподалёку, пока тот не закрылся. Одна, — твёрдо добавила она, пресекая все дальнейшие уговоры. — Я куплю тебе всё, что нужно, только у меня есть условие. Пожалуйста, Алиса, дождись меня. Никуда не уходи. Некоторое время Алиса стояла молча, прожигая Кейт взглядом. Однако решив, что это не самый худший сценарий и разговор в самом деле может ещё чуть-чуть подождать, она весело кивнула, и лицо её расплылось в улыбке. Кейт встала, беря её руки в свои ладони. Она хотела быть уверенной в том, что девушка её не обманет. — Пообещай мне. И снова в голове Алисы промелькнуло то последнее обещание, которое она давала Кейт. Однако ситуации явно отличались друг от друга, так что здесь у Алисы было гораздо больше шансов не подвести сестру. Подавив улыбку, она крепче сжала ладони Кейт и, глядя ей прямо в глаза, сказала: — Я останусь здесь. Обещаю. А затем, сделав шаг в сторону и задумчиво коснувшись пальчиком подбородка, уже более беспечно продолжила: — Во-первых, мне некуда идти, — она искривила рот и выпучила глаза, медленным кивком признавая всю безнадёжность ситуации, — Во-вторых, я хочу пошариться в твоем доме, пока тебя нет. Ну а в-третьих, кто ещё купит мне всё то, что я пожелаю? — Хорошо. Составляй список, а я пока оденусь. Кейт направилась в комнату, но в последний момент обернулась и снова посмотрела на девушку. — Алиса… — начала было она, но тут же остановила себя, задумавшись. Кейт понимала, что её навязчивая идея постоянно быть рядом с Алисой вызывает разумные подозрения, но только так она могла быть уверенной в том, что хотя бы сейчас с ней всё будет в порядке. Разумеется, эта несуразная запоздалая забота поможет только ей самой, но никак не Алисе, однако сжимающий внутренности страх вынудил продолжить: — Когда я вернусь, я бы хотела затронуть ещё одну тему. И будет здорово, если ты обдумаешь всё заранее. Алиса приподняла брови и медленно кивнула, подталкивая Кейт к тому, чтобы она договорила. — Я хочу, чтобы ты ко мне переехала. — Ого, — сухо обронила Алиса. Выражение её лица оставалось безразличным, но Кейт чувствовала появившееся смятение. — Я объясню всё нормально, когда вернусь. Пожалуйста, просто подумай об этом, — с этими словами Кейт направилась в спальню, чтобы переодеться. Оказавшись на улице, девушка как никогда была рада вечерней прохладе, что мгновенно её приободрила. Сделав пару шагов, она со вздохом достала из кармана два исписанных с обеих сторон листа и крайне сосредоточенно вгляделась в витиеватый почерк, стараясь разобрать хоть что-нибудь. Про список она вообще-то сказала образно, но идти на попятную было поздно. В том, что Алиса не знала меры, сомневаться не приходилось, и если это её плата за временное спокойствие, пусть так. Конечно, благосклонность Кейт быстро сменилась раздражением, когда она выискивала йогурт с нужным вкусом на протяжении шести минут, но опять же: всё это меркло на фоне того, что Алиса сейчас в безопасности. От мысли о том, что Алиса будет находиться где-то в другом месте, Кейт становилось не по себе: в голове тут же появлялись картинки, подобные её сновидению, отчего её воротило, и дыхание сбивалось. Она пыталась угомониться и заставить себя осознать: то, в чём призналась ей Алиса, уже произошло. Что бы она сейчас ни делала, как бы ни пыталась уберечь Алису, она ничего не исправит. Но сколько бы раз Кейт не повторяла эти слова в своей голове, её рассудок упрямо им противился. За всё то время, что она провозилась в магазине, Кейт успела более-менее подобрать слова и прийти к однозначному решению: не стоило пока признаваться Алисе в том, что на самом деле случилось, но спонтанная идея с переездом нравилась ей всё больше. Если Алиса будет находиться под её постоянным наблюдением, у неё попросту не останется времени на свои грязные делишки и преступления, и возможно, у них даже получится создать подобие нормальной семьи. Пока что Кейт не особо представляла, каким образом это вообще осуществится, но одно было точным: отпустить Алису она была совершенно не готова. Но, вернувшись в квартиру, Кейт поняла, что та абсолютно пуста.