STALKERTALE

Германская Империя, Берлин Июнь, 1914 год Около широкой пыльной дороги, мощеной серым булыжником, стоял чуть покосившийся каменный трехэтажный дом с большим чердаком. Крыша и стены на третьем этаже уже прохудилась и в них зияли крупные провалы, через которые были видны почерневшие от сырости, с белесыми пятнами плесени балки перекрытий и стропила. Соседние дома были ничуть не лучше, они жались друг к другу, словно могли замерзнуть. Раньше то был один из многих жилых районов, но после решений, принятых в мэрии с подачки некоего конструкторского бюро, на этом месте планировалось строительство очередного оружейного завода. Многие уже покинули этот и ближайшие несколько кварталов, и дома стояли полупустыми. Однако, в одном из домов таки остались жильцы. И именно к нему подходила девочка, возвращаясь с рынка.       Она была одета в видавший виды серый передник и коричневый шерстяной плащ. На ноги были одеты черные подкованные ботинки, явно не по размеру, с сероватыми разводами пыли. В руках она несла укрытую парусиной, тяжелую корзину, доверху нагруженную картофелем, луком, кочанами капусты и другими продуктами. Дверь в трехэтажном здании отворилась, пропустила девочку внутрь, и последующий сквозняк захлопнул дверь. Девочка поднялась по ступеням на второй этаж, и уже на подступе к двери дома её поклонило назад, возможно она так бы и упала, если бы не вовремя услышавшая шаги своей дочери мать. Она схватила девочку за руку, и помогла занести продукты в дом. — Чара, ты купила всё что я тебе говорила? – спросила немолодая женщина, на что девочка ответила: - Да, я всё купила... — Тебя обижали мальчишки? – снова спросила женщина. - Нет, просто устала, да и торговцы на рынке как с цепи сорвались, втридорого цены задрали, денег совсем мало осталось... – устало, почти прошептав ответила девочка. И это было практически правдой. — Хм, это нехорошо, надо будет пересчитать расходы… Но это вечером, сейчас помоги мне приготовить утку, за одно расскажешь что на рынке произошло, а потом продолжай учить русский язык – со вздохом ответила ей мать. Чара сняла с себя плащ с башмаками и принялась помогать матери разбирать корзину, параллельно показывая матери, что, у кого и за сколько она купила. Разобрав купленное на рынке, она принялась мыть и чистить овощи. Помыв и ошкурив яблоки, морковь и картофель, она принялась нарезать их и класть на крупный чугунный противень. Мать же потрошила купленную накануне утку. — Говорят что у нас начался сильный грипп, надеюсь нас он не заденет. - Надо будет об этом сказать папе, пусть меньше находится в людных местах. Надеюсь он сегодня придёт. Когда они закончили фаршировать утку, женщина поставила противень в духовку и принялась мыть посуду. Чара же быстро убрала всё со стола, достала из шкафа книгу и принялась её читать, пристально вглядываясь в буквы. Русский язык давался Чаре немного легче, нежели другим детям, ибо её мама родилась в Российской империи и поэтому начала учить Чару русскому наравне с немецким чуть ли не с самого младенчества. Когда Чара сама научилась читать, а потом и писать, она стала учить язык самостоятельно, читая книги и лишь изредка прося маму объяснить ей то или иное выражение. После трапезы Чара вновь направилась в свою комнату, попутно снимая свитер, под которым была белого цвета рубашка. Она легла. Хоть сегодня Чара и не соврала своей матери, но её действительно часто задирали здешние бездомные дети. Делали они это из-за её постоянно заплывавших кровью глаз. У одних недостаток витаминов проявлялся головными болями, у других рахитом, у третьих умственной отсталостью, что скорее всего было самым плохим из всех проявлений авитаминоза. Проще говоря, у Чары была цинга. Поэтому у неё часто текла кровь из носа и глаз, из-за слабых капилляров. А так как цитрусовые стоили дорого, Чара не могла должным образом питаться и укреплять своё здоровье. Из-за частых кровотечений у Чары было весьма слабое здоровье. Она не часто болела, но была заметно слабее многих детей. Иногда, когда капилляры совсем неудачно лопались, кровь заливала зрачок и Чара временно слепла. Это стало предметом частых насмешек и издевательств. Но в основную стадию они вступили, когда один мальчишка назвал её демоном из-за её красных глаз. Название было звучное, и тут же за ней закрепилось. К счастью, Чара уже знала все места где обычно любили околачиваться беспризорники и достаточно успешно их обходила. К сожалению, рынок обойти не удавалось, так как он был для них главным источников доходов и пропитания, из-за чего Чара там же с ними и сталкивалась. Правда встретиться с хулиганами в подворотне, и на рынке – совсем разные вещи, так как в одном случае помочь себе ты можешь только сам, а вот на рынке могут помочь неравнодушные взрослые. В конце концов, они не потерпят у себя драки, так как она могла навредить и им. Чара очень ждала своего отца, он был одним из тех, кто оставался добрым и радостным не смотря ни на что, и ей нравилось это. Он был для неё одним из тех, кто давал ей смысл жить. *К слову ее отец работал в редакции газеты. Он был тем самым человеком, кто собирает различную информацию для новостей. Ложась спать, Чара думала обо всем, о школе, об отце, о людях окружающих ее, о повседневной рутине. Она вспомнила о недавней пропаже своего брата – Ральфа. Было совсем не сложно понять что что то подобное могло произойти, ведь он часто влипал в какие то ситуации, занимался глупыми вещами и вообще был не слишком умён. Она пыталась не показывать своих настоящих эмоций, так как знала, что если она станет плакать, то это коснется и матери. Напротив, она пыталась чаще улыбаться, не смотря на все невзгоды, что бы сделать вид что всё хорошо, что всё ещё наладится. Её улыбка была некой защитной реакцией на происходящее. Хотя как только она задумывалась, или происходило что то плохое, улыбка сразу же спадала. Так было и в этот раз. Чара была эмоционально опустошена. Сил уже не хватало не на что. Не хватило их и на дальнейшие размышления, поэтому спустя некоторое время она заснула. Ночь прошла для неё без каких либо снов, да для неё это было и хорошо, ибо если ты видишь вокруг себя бедность и разруху, то и сны будут такими же, полными скучными бытовыми вещами. Разбудил Чару хрипловатый мамин голос, которая в это время уже готовила на кухне завтрак. Переодевшись из ночной сорочки в свою школьную тунику и умывшись прямо из тазика с посудой, Чара принялась завтракать. На завтрак были остатки вчерашнего жаркого. Так как её брат вообще почти не приходил домой, больше половины индейки осталось нетронутой. Позавтракав, Чара обулась и пошла в школу. (Ближе к вечеру) Девочка вошла в дом, и цикл повторяющийся из-за дня в день вновь повторился. Помощь матери, учёба, попытки незаметно дойти до дома и поход в комнату. Она села на кровать, и взяла книгу, которую по дороге домой случайно заметила в мебели, сваленной в кучу в одном из переулков. ”Интересно, кто её там оставил?” – задумалась Чара. Возможно, в силу воспитания или рационального немецкого менталитета, мысль о том что книгу можно просто выкинуть претила ей. “Наверное, в спешке забыли взять” – ответила на свой же вопрос Чара и принялась читать. Название было написано витиеватым, явно не печатным, почерком, похожим и одновременно непохожим на привычный любому немцу готический и гласило “История Монстров”. Чару что-то напрягло когда она прочитала название, но не могла понять что именно. Поразмыслив над этим пару секунд, она решила не заморачивать себе этим голову и продолжила читать. С первых же строк она поняла, что написанное в книге не является художественным произведением из-за отсутствия соответствующих речевых оборотов, размышлений автора, эмоций. Текст рассказывал только о том: кто, что, где и когда делал. Она словно читала какой-то исторический труд, или секретные архивные записи. Однако поверить в то, что это действительно была историческая сводка или что-то в этом духе не давали описываемые текстом события. Уж слишком они были непохожи на знакомую ей историю Европы. После, она положила книгу в пустую до этого тумбу, и пошла всячески помогать матери. В дверь постучали. Чара открыла, это был почтальён. Без лишних слов мужчина вручил ей два конверта, и ушёл по своим делам, зашагав вниз по лестничной площадке. Открыв первое, немного пухлое, от чего то лежавшего помимо бумаги в конверте предмета, Чара достала из него маленький шоколадный батончик, и исписанный листок. "Привет, мама. Я жив, здоров, хорошо влился в коллектив, здесь хорошо кормят, физические нагрузки терпимы. У меня появилось много друзей. Так как присмотр довольно слабый, после отбоя мы часто общаемся, рассказываем интересные вещи из жизни. Я обычно пересказываю отцовские рассказы из армии, всем нравится. Недавно, на праздник, точно не скажу какой, так как не помню, каждому из нас дали по шоколадке, а так как я их не очень люблю, в отличии от сестрёнки, прошу тебя передать ей её. Передай привет братьям, скажи что я обязательно вернусь командиром, и непременно дам им какой нибудь чин. Недавно тренировались на стрельбах, я попал почти во все мишени, правда как подумаю что на военных действиях придётся так же стрелять, но не по мишеням, а по людям, становится плохо. Если и придётся убивать, буду делать это как можно реже, только в крайних случаях, и без каких либо издевательств, так как мне самому это жудко не по душе, да простит меня бог. Пожалуйста, пиши мне почаще, пиши обо всём, о жизни, о ценах на продукты, кто приехал, кто уехал, как папа, как сама. Можешь давать написать что нибудь Чаре, Ральфу и Себастьяну, хотя я не уверен что эти два балбеса в отличии от сестрёнки смогут написать хоть что-то. Хех. На днях нас должны отправить на фронт, я немного волнуюсь. Пожалуйста, если кто нибудь будет спрашивать про военные действия, скажи что меня определили писарем из-за моего образования и подчерка, не хочу что бы кто то волновался. Надеюсь скоро встретимся, люблю вас. Грегор." Чара улыбнулась, так как видела что Грегор считает её умной, и старается сохранить позитивный настрой. Во времена её детства, мать с отцом очень часто по долгу не возвращались домой, так как много работали, по этому воспитывать детей и всячески работать по дому приходилось старшему брату – Грегору. Хоть на нём в столь раннем возрасте и было свалено такое количество работы, ему всё равно нравилась его семья, он был защитником, который не давал никого в обиду. При нём ни один дворовой мальчишка и не думал как либо задирать Чару, так как все понимали, что Грегор заступится за своих, и не даст их в обиду. Пока подросшие Себастьян и Ральф предпочитали бегать возле дома, Грегор и Чара читали книги, всячески общались, поддерживали тёплые отношения. Так получилось что он стал таким какой есть, пытаясь походить на отца, Чара же в свою очередь унаследовала стойкость и какую то часть позитивного настроя от брата, теперь уже она наравне с матерью и Себастьяном тащила свою семью. Она положила первый конверт с сладостью к себе в тумбу. После чего открыла второй. По щекам потекли слёзы. Это была похоронка. "Умер пытаясь спасти товарища." Даже на поле боя он оставался человечен. Молча всхлипывая, Чара пыталась унять слёзы, но они текли только сильнее. Этот день был особенно труден для неё. Не менее труден он был и для Себастьяна, матери и отца. Себастьяну, позволили отдохнуть пару дней, дабы принять потерю. Но он отказался. Материальное обеспечение семьи для него было куда важнее эмоций. . . . Спустя около месяца. Вечер, ни отца ни Себастьяна все еще не было. Чара уже привыкла к тому что они могут пропадать по нескольку дней. Мать всё так же возилась по дому, уроки были сделаны. На улице была ранняя ночь. Вдруг входная дверь заскрипела, и в дом зашел отец Он был очень задумчивым, вследствие чего весь семейный разговор был сужен до пары сухих фраз, после чего все пошли спать. Это достаточно расстроило Чару, ведь как правило, когда отец приходит обратно, обстановка становится более жизнерадостной. Хотя, о какой радости можно говорить, когда только месяц назад произошло такое горе. Немного погодя пришёл и Себастьян. Он так же как и отец перекинулся парой слов, и начал заниматься своими делами. Спустя недолгое время все отошли ко сну. Утро Себастьян с матерью уже ушли по своим работам. Чара проснулась, оделась и приготовила еды, после чего поела вместе с отцом. У него редко выдавался выходной день, зачастую он оставался на работе и в подобные дни. Чара заметила что в его, еще сонном, взгляде есть какое-то волнение. Но спустя какое-то время отец оживился, и начал разговор. Он сказал что заметил её синяки, и побои. В результате чего решил рассказать о основах взаимодействия с людьми, или же просто психологии. Дипломатия хоть и хорошая вещь, спасшая немало жизней, но Чара разбиралась в ней очень слабо, ей просто не давалось это, по этому она вновь пропустила большую часть разговора мимо ушей. Вдруг возле дома послышались какие то странные звуки. Отец заметно оторопел, он предчувствовал что скоро что то произойдет. Он посмотрел на Чару, после чего сказал ей спрятаться. Хоть ей и показалось что это очень странно, но всё же она выполнила просьбу отца. В дом ворвались странные люди, навели беспорядок, сломали некоторые вещи, скрутили отца, и вывели его наружу. Сказать что Чара была удивлена – не сказать ничего. Она вышла из дома, и побежала в сторону места работы её матери. Спустя какое-то время она была на месте. Она рассказала о произошедшем, после чего мать забежала в здание неподалеку от дома, поговорила с кем-то и пошла в сторону своей квартиры. Чара заметила что её мать начала собирать свои документы, после чего принялась и за вещи. Но у Чары из своих вещей была только та книга, одежда и конверт, с забытым шоколадом. Быстро собрав вещи, она вместе с матерью выбежала на улицу. Выходя из своей комнаты, Чара чувствовала что скорее всего это последний раз, когда она могла побыть в своём каком-никаком но доме. Квартира была закрыта на ключ, после чего они пошли к месту работы отца. Расспросив его знакомых, они узнали, что он просил передать им чтобы в случае чего-либо подобного они бежали от этого места настолько далеко, насколько это возможно. Но на выходе из здания их задержали. К ним подошёл офицер. # Здравствуйте, будте добры, отойдёмте в сторонку, мне нужно с вами немного поговорить. После этих слов Чаре стало немного жутко, она просто продолжала ждать того, что произойдёт дальше, в полнейшем недоумении от происходящего. В её пронеслась мысль о бегстве, которую она тут же отмела, потому что мать была всё ещё тут, да и бежать без неё было бы как-то совсем не правильно После нескольких минут утомительного молчания, из-за угла, уже вместе с солдатами, вышел офицер, вместе с её матерью - Мама, что происходит? # Твоя мама объяснит тебе всё немного попозже, а пока, нам нужно торопится. Девочка, скажи, где сейчас твой брат? - А вам... — сейчас он работает на фабрике – перебила её мать. Чара растерянно посмотрела на неё - зачем? – спросила она шёпотом. — Это папин знакомый, он нам поможет. - С чем? # Не время медлить, вам уже пора, или вы хотите что бы вместо нас за вами пришли совсем другие люди? - Нет Все пошли к выходу ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ На пероне стояло четыре человека. # Скоро сюда подойдет поезд, вы должны сесть в последний вагон, и ехать тише воды, ниже травы. Поезд направляется в Болгарию, в наших списках вы уже числитесь как мёртвые Чара заметно оторопела. # Так что как приедете, затаитесь и первое время не высовывайтесь. На счёт жилища помочь не смогу, но недалеко от места в котором мы вас высадим есть лес, а в нём много заброшенных лачужек. Всё понятно? К станции, гремя шпалами, подъехал поезд. #И да, он сказал передать вам что любит вас. Растерянная мать ещё о чём то поговорила с мужчиной, после чего трое зашли в вагон. . . . Всё дальше и дальше по дороге поезд укачивал всё сильнее и сильнее, природа за окном медленно, но решительно менялась. Себастьян молча глядел в окно. Сам по себе он был довольно молчаливым, одним из тех, кто вместо разговоров предпочитает дело. Но в данной ситуации делать было нечего, оставалось только ждать. - Мама, что с папой, зачем мы уезжаем? — Папа...мы его больше не увидим. Он начал расследование на какого-то высокого чина. - Он в тюрьме? — Нет. Чара была растеряна, она поняла что произошло. Спустя время поезд остановился возле какой то богом забытой деревни. Они вышли. Тёплый ветер прошёлся по коже. Деревянные дома стояли разрозненно, рядом находился рынок, и какая то одноэтажная школа. Чуть по отдаль был крупный лес, а за ним крупных размеров гора. – Этот мужчина сказал что в лесу есть пару заброшенных домов, думаю нам нужно поискать пристанище, или нам долго не протянуть. Мать посмотрела на внезапно заговорившего Себастьяна. – Я пойду в лес, а вы проверьте село. За одно узнаем окрестности. — Я не думаю что хорошей идеей будет поселится в самой деревне, а единственное что нам оттуда нужно – рынок, и так легко найти. – Тогда пойдёмте вместе со мной. . . . Лес был истоптан тропинками живущих недалеко людей, но к дому что они нашли не вела ни одна из них, так что, он был очень хорошим местом что бы затаиться на какое-то время, а может и дольше. Сам дом был средних размеров, с несколькими комнатами внутри. Прихожая, кухня, ванная комната, две спальни и лестница на чердак – вот из чего он состоял. Должно быть его покинули около десяти лет назад, так как замок изрядно износился, и превратился в рыхлый кусок ржавчины. Скорее всего хозяева забыли про него, а может и вовсе, с ними что то произошло. В эти года могло произойти всё. Чаре показалось странным то, что такой хороший дом оказался без присмотра. Так же она не понимала, как не смотря на всю жизненную ситуацию всё складывалось так, что они жили не в тесных халупах, а хорошеньких домишках. По видимому сама судьба решила что в её жизни будет такая отличительная черта. *** Прошло пол года. Как оказалось, до случившегося, мать ждала ребёнка, родила ещё одного мальчика, и назвала его Иоганом. Иоганн помог на какое то время забыть о том что произошло ранее. Каждый занимался своими вещами. Мать ухаживала за ребёнком, готовила, присматривала за домом. Себастьян охотился в лесу, пытался зарабатывать в деревне, к сожалению приобрёл привычку выпивать раз за определённое время. Чара с матерью этого не одобрили, но так как он оставался основным добытчиком, всем приходилось с этим мириться. Хоть из-за отсутствия документов Чара не могла продолжить обучение в школе, она зачастую заглядывала в библиотеку, читала различные произведения. В особо голодные времена помогала своей семье своими методами. . . . Чара натянула на свою голову тёмный капюшон и стала выглядывать кого на этот раз обокрасть. Три, два, один.. Быстрая пробежка и вот в ее руках какой то пакет в котором был батон, булки и какие то еще продукты. Она стремительно, чуть задыхаясь, бежит к лесу, стараясь как можно больше зарыться в толпу людей. Вот, она наконец добежала до дома и вошла внутрь. Она глянула на мать, и подойдя к какому-то небольшому столику, положила на него сумку. Они оба кивнули друг-другу, и разошлись по своим делам. *** В один из дней Себастьян вновь запаздывал на пути в дом, он вновь заглянул за горячительной жидкостью в лавочку к местной бабке самогонщице, дряблой, злой женщине. "Я её прибью, если и в этот раз почувствую что она разбавляется спирт" – пронеслось у него в голове. *Стук в дверь* Деревянные ступеньки под ногами издавали противные звуки, давая старухе понять что кто то пришёл, ещё до того как в дверь постучат. Дверь открылась. — Чего тебе? – спросила она надменным голосом. — Того же что и всем. — Ясно, жди. Дверь вновь закрылась, но немного погодя открылась вновь. Старуха держала перед собой бутыль с прозрачной жидкостью. — Сначала деньги. Себастьян отдал горсть монеток, взял бутыль, и быстро скрылся с чужой территории, пока в след ушедшему прокричали о том, что бы в следующий раз он приходил со своей ёмкостью. Глубокая ночь. По подворотням, в сторону леса, спотыкаясь и падая, шёл пьяный парень. Странно, но за всю дорогу по деревне он ни разу не напоролся на штакетину, или похожую, выпирающую балду. Знатно гремя он продолжал идти вперёд. Вдруг из-за угла вышли несколько мужчин, они оживлённо разговаривали о своих вещах. Себастьян вновь с шлепком упал на землю. — Ууу...приедут тут беженцы, а потом терпи их выходки. Алкашня позорная. Они прошли, немного сторонясь его, дабы показать свою брезгливость. Хоть это было и не заметно, но Себастьян сильно обиделся на них. — (пьяное полумычание) ничего, я ещё вам всем... Себастьян вновь попытался встать в прямую стойку и пойти домой, кое как, но всё же это у него получилось. В голове у него крутились мысли о том какой же он подлец, о том что он опять потратил деньги из семейного бюджета, ради того что бы забыться. Другим ведь удаётся справится с невзгодами без горячительного, да и в конце то концов, мужчина он или тварь дрожащая? Собака... За углом промелькнул щенок. "Щеночек...Чаре понравится, она любит животных, кому как ни ей сейчас нужен питомец, отвлечётся хоть" – подумал он, после чего пошёл на встречу. За поворотом стояла будка, рядом сидели пару щенят. Он подошёл, и схватил одного из них, они затявкали. Тут же из будки выпрыгнула крупных размеров псина. . . . Утро. Немного поговорив с матерью Чара решила что нужно пройтись по деревне, дабы помочь Себастьяну дойти до дома. В деревне был сильный переполох, толпа людей стояла рядом с чьим то домом. Чара подошла поближе # Ты слышал этой ночью крики? # Да, но я думал что это опять кто то дерётся. # Ну, почти. # Посмотри, вся рука изорванна. # А крови сколько. Девочка попыталась пройти через толпу, но её выталкивали. # Пошла отсюда, не видишь, взрослые делами занимаются! - Мне только посмотреть... # Нечего тут смотреть, не для детей занятие трупы разглядывать. Чара рванулась в толпу, отодвигая всех подряд. Себастьян был мёртв. Его глаза были открыты, и смотрели куда то в толпу, его лицо выражало скорбь. Он лежал в уже запёкшейся луже крови, его рука была разорванна в клочья. Где то во дворе слышался скулёж собаки и натачивание чего-то железного. Что-то далеко не физическое сломалось внутри Чары. Народ вновь начал браниться, её выталкали обратно. Она села на пыльную землю. Ещё один важный для неё человек ушёл из жизни. Немного погодя, она отстранённо пошла в сторону леса, где был её дом, ей на плечи вновь выпал груз печальной вести, что нужно было рассказать матери. . . . На улице холодало, листья уже опали, птицы постепенно улетали на зимовку. День ото дня на улицах становилось всё темнее и угрюмей, лица людей всё так же выражали недовольство. Чара как обычно сидела в библиотеке, и уже который час не могла заставить себя дочитать одну и ту же страницу. В голове была каша, она не могла отойти от всего произошедшего. Она не знала что ожидать от жизни дальше, придётся ли ей терять кого-то опять? А вдруг это она виновата во всём? Вдруг она и есть та самая причина что привела к смертям остальных, вдруг она притягивает неудачу? Хм...глупости. Чара закрыла книгу, и положила её на нужную полку. Попрощавшись с библиотекарем, она вышла наружу. Её тело обдало сентябрьским ветром. Она поёжилась, и пошла в сторону рынка. Сколько бы она не тянула, но сделать это было нужно. Пройдясь между рядов она приметила пару стоек возле которых не было продавцов. Осмотревшись, она взяла нужную вещь, и пошла в случайную сторону. Чара не любила красть вещи, так как местные уже довольно давно стали косо подглядывать на неё, да и совесть терзала её достаточно сильно. Но так как денег не хватало ни на что, ей приходилось это делать. Отойдя чуть подальше, она одела эту вещицу. Тёмно-зелёная шерстяная курточка хорошо справлялась со своей основной задачей, состоящей в обогреве тела. Теперь ветер чувствовался не столь сильно. Следующим что нужно было сделать – насобирать грибов, или чего либо съестного в лесу, куда она собственно и направилась. В лесу было чуть холоднее, но это было уже не так заметно как тот же час назад. Пахло землёй и недавно прошедшим дождём. С каждым днём грибов становилось всё меньше, а так как далеко отходить от дома не хотелось, да и это было не очень безопасно, новых путей для собирательства не прибавлялось. Конечно, на самом деле её нынешней семье, состоящей из всего трёх человек, включая её саму, и так хватило бы еды на этот день, но запасы хотя бы на пару недель вперёд, делать было надо. В кустах что то зашелестело. Чара обернулась, и тихо пошла на встречу. Быстро схватив то что в них было, она услышала писк. Это был средних размеров заяц. Было видно что он запутался в чём то, по видимому кто-то поставил здесь своеобразную ловушку для живности. Чара понесла его домой прямо в таком виде, не распутывая, что бы он не дай бог не убежал, ибо ловить зайца в лесу – это то ещё занятие. И даже если бы это действительно была чья-то ловушка, она бы всё равно забрала его, так как её семье это было действительно намного нужней. Пройдя в дом, она сразу же показала матери поимку, после чего мать поблагодарила её за старания. На вопрос о том, где она взяла одежду, Чара промолчала. Дальнейших вопросов не последовало, так как и так было ясно, что так было нужно. Немного посидев у себя в комнате, что не очень то и отличалась от её старой (за исключением размеров) Она пошла помогать матери в готовке. Конечно, она могла начать что либо делать сразу, но она не очень любила помогать с процессом убийства разного рода живности, ну не переносила она этого. Конечно, не любовь к смертям и боли каких либо существ не переходила в абсурдное, по типу жалости к жучкам-паучкам, цветам или чему либо подобному. На улице послышался заячий писк, Чара закрыла уши, и пошла в комнату матери, дабы отвлечся, и проверить Иоганна. Как и ожидалось - он спал. Чаре нравились маленькие дети, ведь они ещё не зачерствели как другие, в их разуме нет плохих помыслов, будто это был и не ребёнок вовсе, а чистый лист. Иоганн слегка покашлял, выведя этим Чару из своих мыслей. Она заметила что на улице вновь стало тихо. И лишь тихий шелест ещё не опавшей листвы прерывал молчание всего мира. . . . Спустя полтора месяца. Чуть позже обеда. Чара шла домой с кучей скляночек, мазей, и различных мелких и не очень таблеток. Недавно мать нашла под одной из ступенек своего дома достаточную для того что бы прожить хоть какое то время сумму, что целиком была сразу же потраченна на лекарства для Иоганна, что сильно приболел. Как не странно прохожих по пути почти не встречалось, все были заняты своими делами. На улицах стало заметно холодать, на столько, что неделю назад выпал снег, и хоть немного погодя он растаял, это уже говорило о приближавшейся зиме. Сама не заметив, она прошла не только деревню, но и большую часть лесной тропинки к дому. Чара зашла, положила лекарства на стол, и пошла к ребёнку. Жар всё не спадал. Это достаточно огорчило её. Поговорив с матерью, она решила что если его температура не спадёт до вечера, то его всё таки придётся отнести к врачу. Дальнейшее время до вечера она занималась своими делами, где-то внутри копилось чувство что что-то не так. Чара вновь проверила температуру Иоганна, после чего начала собираться. Так как платить было уже не чем, за место денег пришлось взять целое ведро разного рода овощей. Самого же Иоганна мать плотно завернула в пелёнку. Попрощавшись с матерью, Чара вышла, и пошла в нужном направлении. Лес и малая часть деревни были пройденны без происшествий, дальше приходилось идти закоулкам. За поворотом послышались пьяные крики. "Надеюсь их скоро поймают, мне не нужны дебоширы по пути" – пронеслось у неё в голове. Но её надеждам не суждено было сбыться, из-за угла вышли несколько пьяных мужчин. Она приметила в них Гражданский патруль. Они подошли к ней. Она попыталась ускорить свой шаг, но её остановили. # Смотрите, какая красивая, и одна, что же ты тут делаешь? - Отстаньте. Она попыталась уйти, но ей вновь перекрыли путь. # Будь так добра, подсоби нам, денег надо. - У меня ничего нет, отпустите меня. # А что это у тебя такое? Один из них заметил ведро с продуктами. # У нас видите ли война под боком, а она тут продукты продаёт. - Я не продаю... Кто то со стороны со всей силы пнул её по боку. Она упала, уранив Иоганна и ведро. Продукты высыпались, ребёнок громко заплакал. Сознание по немногу уходило от неё, где то рядом слышалась ругань. # ТЫ ЧТО НАДЕЛАЛ, ПРИДУРОК? # Ты сам слышал, она дерзила! После ещё пары секунд послышался быстрый бег, в перемешку с руганью. Чара очнулась. Голова сильно гудела, левый бок сильно пульсировал. Она попыталась присесть, кожа в стороне рёбер неприятно отозвалась. Осмотревшись, она приметила закутанного Иоганна, и полупустое погнутое ведро. Рядом лежал потоптанный картофель. Выпрямив ведро и собрав в него всё что рассыпалось, она взяла на руки ребёнка, и так же пошла туда же, куда и направлялась ранее. Пройдя примерно ещё половину деревни, она успела окончательно прийти в себя, и наконец таки дойти до мед пункта. Ей открыли. Она прошла, рассказала про болезнь, и то чем собирается платить. Мужчина распелинал ребёнка. Он был мёртв. Падение, и переохлаждение не дали ему прожить эту жизнь. Дрожащими руками она взяла мёртвое тело, препелинала обратно, и медленно вышла. . . . Две недели спустя. Чара почти полностью перестала появляться дома, всё ради того, чтобы не попадаться на глаза матери. Она до сих пор винила себя за произошедшее. Не пойди она той дорогой...если бы она убежала...если бы они лечились своими силами, то может быть удалось бы сохранить ребёнка. В чём он был виноват? Вдруг это действительно из-за неё? И самый главный, вопрос, тот которым задавался каждый в определённый момент своей жизни: "почему?" Ни на один из этих вопросов не было ответа. Мать же в свою очередь стала полностью отстранённой от происходящего, эти две недели сильно состарили её, на её лице часто можно было приметить слёзы, да и сама по себе она перестала показывать хоть какие то положительные эмоции. В дверь комнаты постучали. — Чара, пожалуйста, сходи за продуктами. - Хорошо. Быстро одевшись та вышла на улицу, и пошла в сторону леса. Слишком часто воровать на рынке было бы не такой хорошей идеей, ибо её сразу бы заподозрили в подобных действиях. А так как в лесу ещё осталась живность, то намного безопаснее было попробовать поймать дичь. Немного погодя она прошла рядом с тем местом, где она нашла запутанного в нитях зайца. В этот раз на нём уже стоял капкан. Чара оторвалась от своих мыслей, и решила повнимательней глядеть под ноги, что бы самой не попасться на подобное. В этом году листья опадали достаточно медленно, от чего лес был всё ещё достаточно тёмен. Время от времени чара срывала знакомые ей крупные грибы, и клала их за пазуху, так как больше держать их было не в чем. Пройдя границу леса, она вышла к каменистому бережку возле здешнего озера. От некоторых селян она слышала что здесь полным полно ключей и подводных пещер, в которых течение на столько сильное, что изредка туда уносило людей. Чара села на один из камней, и вгляделась вдаль. Первый раз за эти две недели она она почувствовала что ей хорошо. Чара всегда любила прогулки на природе, ещё при живом отце она вместе с ним частенько летом выбиралась за город. Как сейчас помнится – лес, озеро, братья, отец, вечером комары, войны как таковой ещё нет. Раньше вообще было намного лучше. Отец работал в редактуре местной газетёнки, мать переводчица, часто ездит в командировки, и через раз уговаривает начальство разрешить взять семью с собой, денег в достатке, Всё было так прекрасно, Но в скоре всё изменилось. Переезд, поиск новой работы, война... Всё это сильно сказалось на семье, ещё той, полной, не видевшей сильного горя. С того дня, когда она решила отнести Иоганна к врачу, она спала очень редко и очень беспокойно, и только сейчас её начало полноценно клонить ко сну. Как не странно, хоть вокруг и была куча камней, что по логике должны холодить всё вокруг, но с озера веяло теплом. И мягкий мох выглядел достаточно удобно, что бы немного передохнуть. Чара легла, что бы хотя-бы чуть-чуть расслабиться, и тут же провалилась в сон. . . . День. Лето. Где то на стыке поля и леса. Густая трава медленно прогиналась под волнами ветра, после чего это повторяли и деревья в недалеко стоящем лесу. Чара сидела в зарослях дикой земляники, от которой шёл прекрасный запах; почему то на небосводе вместо привычного одного, грели сразу пять солнц. - Возможно я ещё не полностью проснулась. Пронеслось у неё в голове. Где-то позади защебетали птицы, тело постепенно начало припекать. Слева от неё стоял крупных размеров куст, на котором росли сразу несколько видов ягод, что Чара ещё ни разу не видела. Постепенно она полностью пришла в сознание. Девочка осмотрела своё тело. Тёмные шорты, свитерок, чистое тело, без ссадин. Уже давно она не видела себя такой. - Где я? *Но никто не ответил* Поднявшись с травы она решила обойти лес вокруг, что бы примерно понять где она находится. Мелкие деревца и кусты тихонько удалялись за горизонт, а лес так и не кончался, всё та же знакомая поляна чаще и чаще мелькала перед глазами. -... Не нравится мне это. Чара зашла на полянку. Рядом стоял всё тот же куст, и заросли дикой земляники. По видимому что то явно хотело что бы она прошла в глубь леса. Она поняла это, и решила не противиться. Пройдя немного в глубь, её обдало разными знакомыми запахами: Выпечка, свеже скошенная трава, речной ветерок, лесные ягоды. В разуме всплывали различные приятные воспоминания. Чара присела на изогнутое деревце (некоторые сосны принимают у своего основания серповидную форму) Уже с минуту ни одна птица не издавала ни звука, даже деревья вместе с их листвой прекратили своё монотонное покачивание. Где то сбоку, перефирийным зрением она заметила чьё-то движение. Не долго думая, Чара пошла в ту сторону. Силуэт не спешил, так что догнать его было довольно легко. Он выглядел как человек, но что-то подсказывало что он таковым не являлся. Зелёная накидка прикрывала всё его тело, не давая разглядеть ни одной части его тела. - Кто вы? Что вам надо? × Я здесь не по твою душу, так что не думаю что должен отвечать на твои вопросы, человек. - Можно мне пройти с тобой? × Не вижу причин отказывать, но так или иначе, за твои действия я не отвечаю. - Я не очень понимаю. × Ха, это моё состояние на протяжении всей жизни. -... - А как вас зовут? × Харон. Чара и Харон шли извилистыми тропами, трава под ногами становилась всё реже и реже, а деревья всё корявее. × Вот скажи мне, что бы ты выбрала. Прожить короткую, постепенно утухающую жизнь, или вечную, но с кучей моральных дилем такой же кучей выборов между большим и меньшим злом, мучениями, любовью, радостями и самокопанием? - Думаю второе. × Почему? - Потому что если жизнь не вечная, то смысла проживать такую жизнь нет вовсе. × Интересно, я в своё время сказал то же самое, с чем и согласен. Может когда нибудь займёшь моё место. - Какое? × Нет смысла объяснять, ты всё равно забудешь наш разговор. Лесная гуща закончилась, впереди был песщанный бережок, после которого до самого горизонта простирался крупных размеров водоём. На берегу стояла лодка, рядом разговаривали несколько человек. Приглядевшись, Чара заметила свою мать, державшую на руках ребёнка, и стоявших рядом отца, и братьев. Они замахали, зовя тем самым её к себе. На плечо легла тёплая человеческая рука. × Я уже спрашивал тебя, и теперь дам тебе выбор. Первый вариант – ты идёшь к ним и больше не испытываешь судьбу. Или Ты решишь пройти через ещё большие мучения, в поисках чего то большего. - Второе. Из под капюшона показалась живая улыбка. × Прекрасно, я верил что я такой не один. А теперь. Очнись. . . . Чара резко вскачила с камня, после чего попыталась отдышаться. Вроде бы просто сон, а вызывает такую реакцию организма. Придя в себя, Чара съежилась от холода. За время её отдыха успело выпасть несколько сантиметров снега. Проснись она чуть позже, то обязательно бы заработала обморожение. Хотя, что то подобное она скорее всего уже заработала. Спать на камнях, что быстро всасывают тепло человека, близ быстро остывающего водоёма было явно не самым умным её решением. Со стороны леса послышалось чьё то движение, а немного погодя показались и огоньки керасиновых фонарей. Чара сильно выделялась на белом настиле. Глаза сразу же заметались в поисках укрытия в темноте. Но единственный возможный вариант был спрятаться за ближайшим крупным камнем, что она и сделала. Из-за леса вышли двое крупных мужчин. Их одежда, как и они сами выглядела не очень. Даже не смотря в их сторону можно было легко понять где они находятся, ибо те разговаривали достаточно громогласно. Пройдя куда то в сторону, они как ни странно пошли вниз. Помнится в библиотеке ей рассказали про то что близ озера есть несколько глубоких пещер. Но времени на то что бы думать об этом не было, нужно было бежать домой, что она и сделала. Темень, острые ветки и страх напороться на капкан – всё что было в этом лесу. - Что же сказать маме... Лес во сне выглядел намного приятнее, хоть он и начал быстро забываться после пробуждения. Чара попыталась вспомнить про что был сон, но вспоминался только лес, запахи и тепло. Внутри было как то не спокойно. Не столь от того, что она шла ночью по лесу, сколько от какого-то нарастающего беспокойства, такого, которое бывает при посещении зубного, или перед дракой с недоброжелателем. Под ногами постепенно начали вырисовываться знакомые тропинки. - Почему я зашла так далеко? Лес затих. И ответа не последовало. А вот и капкан, что чуть не схватил её этим днём. Метров через двадцать начал виднется дом. В окнах горел свет. — Зачем она просто так расходует керосин? Чара встала на порог, переобулась и открыла дверь. Из-за открытой двери сильно повеяло спиртом. Пол был обмазан в уличной грязи, мебель стояла с открытыми ящиками, одежда побросана на грязный пол. Где-то в доме кто-то в чём-то громко рылся. Напуганная Чара взяла кухонный нож и пошла в другие комнаты. Банки, склянки, тарелки и прочая утварь была разбита, дверцы шкафов сорваны с петель, окно в её спальне разбито. Чара тихо открыла дверь в зал перед спальней матери. Её мать лежала в луже своей крови, в шее торчал осколок стекла. Руки задрожали, но сильнее сжали нож, по лицу скатились слёзы. Звук копошения прекратился. Чара зашла в спальню. Крупный, заплывший жиром мужчина рылся в шкафу матери. Он развернулся и пьяным голосом проворчал что то в её сторону, после чего потянулся к ней. Чара с размаху всадила в его грудь нож. По телу прошлось нарастающие тепло. На лице растянулась истерическая улыбка. С умирающей туши на её лицо и тело полилась кровь. Чара толкнула того кто заставил её стать убийцей, ссадив его с ножа. Умирающее тело повалилось и ударилось головой о тумбу *LV2* - Ч-что произошло? Это я его? Нет, он сам, я просто выставила... Чара посмотрела на нож в своей правой руке. - Я просто выставила... Я не виновата... Почему я... На её лице всё ещё зияла улыбка. Плетущимися ногами она кое как вышла из комнат с мертвецами. - Надо переодеться, я грязная, я вся в грязи. Чара сняла куртку с рубашкой и надела свой старый свитер. Она чувствовала что больше не может здесь оставаться, если её найдут, то могут подумать что во всём виновата она. Произошедшее затуманило мысли, и мешало думать рационально. Сама не понимая зачем, она вновь взяла нож, и уже с ним пошла наружу. Кое как обувшись, она пошла в лес. Только бегство, не важно куда, главное подальше отсюда. По ощущениям в лесу сильно похолодало, ветки царапали немного больней. Чара шла толком не разглядывая что перед ней, ей было уже всё равно, ей было всё равно на себя, на то что было, на то что будет, на то что её могут найти те двое, что скорее всего были за одно с тем человеком. Кровь на брюках успела подсохнуть, но почему то пахла сильнее чем в мокром виде. Где то с боку хлопнул капкан. Что то мелкое заверещало. Это заставило её немного вздрогнуть, но в целом не нарушило темп её ходьбы. . . . Озеро было уже далеко позади, тело сильно промёрзло, снег забился в ботинки и за шиворот. Эмоции немного развеялись, но она всё ещё не могла переварить произошедшее. С неба пошёл дождь вперемешку со снегом. Деревья становились всё плотнее и плотнее, кусты уже заметно мешали передвижению. Какая то длинная ветка мешала пройти, Чара попыталась отодвинуть её рукой, Но когда она почти прошла, рука соскользнула по мокрой ветке, и та с размаху процарапала ей глаза. Чара упала, лицо сильно зудело, веки не открывались. Ей было страшно, вдруг она больше не сможет видеть. Ведь даже если у неё останется только один глаз, велик шанс что он будет отторгнут организмом. Она попыталась встать. С трудом, но всё же ей это получилось. Продолжать хождение без зрения было глупо, но она была решительна, даже не смотря на то, что она не имеет ни малейшего представления о своей цели. Чара промокла с головы до ног, ледяной ветер проникал под свитер. Переохлаждение и грипп она уже явно заработала. Но вдруг, ветер прекратился. Стало немного теплее. Из-за грязи налипший на ботинки, Чара не могла понять по какой поверхности она идёт. Сделав ещё пару шагов вперёд, она запнулась о корень какого-то растения. Но перед ней не оказалось земли, только каменная пропасть.