Просто

-То, что если вы порядочная и хороши собой, вашей порядочности нечего делать с вашей красотою. Агата валялась на кровати, перечитывая том "Гамлета". Когда Ал впервые увидел это, то начал ссылаться на глубокие английские корни и даже умудрился сделать чай и овсянку, за что получил книгой по спине. Приколист чертов. Агата же не издевалась над его какими-то там привычками или нормами. Хотя могла. Могла, например, сказать, что никто не пьет колу в чашке для чая. Или что никто не загибает края книг, словно закладки. Или что есть овсяную кашу вилкой- преступление. Но она же не говорит этого. Подобное называется воспитанием и уважением. А Александр, видимо, обделен и тем, и другим. -Капитан, отплываем, я ограбил кухню! Вспомни лихо, оно придет тихо. Только вот это лихо залетело, словно ураган, сбивая все на своем пути, удерживая в руках тонны тарелок и всяких вкусняшек. -Как классно! Ой... То есть, какой ужас! Как тебе не стыдно, Александр, ты же потомок благородного рода! "Гамлет" тут же отлетел на пол и Агата, полетела вслед за ним цепляясь за одеяла. Лихо решило разложить все это чудо на её белой простыне, скинув при этом хозяйку. Ну уж нет! -Александр! Засирай свою комнату, а здесь уж изволь положить все на пол. Агата на секунду запуталась в куче одеял, размахивая руками, как кто-то тут же подхватил её на руки и пихнул обратно на кровать. На чертову белую простынь все с той же кучей тарелок. Идиот, просто идиот. -Ал, я не шучу. -Я тоже не шучу. Это ограбление и ты- сообщник. А это наш штаб. Изволь делиться. А иначе... Иначе я найду другого сообщника. Агата закатила глаза, словив смешинку в его взгляде. И с этим ребенком она расследует убийство? Еще как пару секунд тихой ругани и Агата сдается, формирует своеобразную халабуду, накидывая их обоих одеялом и с восхищением рассматривает трофеи "сообщника". Идиотизм, это все полнейший идиотизм. С Александром все было так... Так легко и сложно одновременно. Агата чувствовала себя ребенком и могла шалить, нести чепуху и творить всякие глупости, такие, например, как это. С ним она дышала полной грудью, стены особняка не давили, как и суровые люди в нем. Она была глупой, хотя чувствовала себя невероятно счастливо из-за этого. Что-то явно пошло наперекосяк и девушка понимала это. И ничего не делала. Просто потому, что не хотела. Ей нравилось все это. Нравилось чувствовать себя глупой и идиоткой, строить халабуды и до ночи сидеть за книгами, без перерыва попивая сладкое кофе. Она его ненавидела, но каждый раз просила добавки, наблюдая за счастьем со стороны Ала, ведь это он всегда делал напитки и переживал за их качество. И ей это нравилось. Нет, не кофе, нравилось наблюдать за огнем в его глазах и энтузиазмом. Это не должно было быть так. Он шантажировать её, угрожал, был полным подонком и козлом. А сейчас она на полном серьёзе давится приторно сладким и нежным кофе, чтобы посмотреть на его реакцию. И специально говорит комплименты о невероятном вкусе, проглатывая напиток как можно скорее. И единственное, что Агата знала это то, что она не когда и не под какими пытками не скажет это. У Александра тоже были "проблемы". Они никогда это не обсуждали, но девушка была уверена, что каждую ночь он охраняет проход в её комнату со стороны туннеля. Агата просто знала это, прислушиваясь к размеренному дыханию за стеной и запахом, волей-неволей пробирающимся в комнату. Да и к тому же, парень стал пить в три раза больше черного кофе и часто засыпал в библиотеке. Агата никогда его не будили, лишь накрывала пледом и с интересом рассматривала каждую складку. Ей всегда нравилось наблюдать, как люди спят, а особенно за Александром. Как его веки дрожат, а ресницы отбрасывают тень. Как между бровями иногда ложится складочка, а губы расплываются в нежной, еле видимой улыбке. Или как он мирно посапывает, изредка ворочаясь. В такие моменты Агата сдерживает смех. Не злой или надменный, нет, искренний и чистый. Она почти никогда раньше так не смеялась. А теперь еле сдерживает глупую, неясно откуда взявшуюся радость. Из раздумий девушку вырвал зевок Александра и она вновь оживилась, взглянув на продукты. Думать о чувствах будет потом. - Ну что, Клайд*, посмотрим, что тебе удалось нам достать. Агата подняла голову столкнувшись с внимательным и чуть-чуть насмешливый взглядом. Александр выпятил подбородок, поправил несуществующие усики и басом произнес: - Это все твое, любовь моя. А вот за это "любовь моя" он получил по подзатыльнику. Несильно, конечно. Но получил. Девушка принялась разбирать все, что принес этот "грабитель". В целом, список был довольно неплохой. Куриные крылышки, которые Чарльз заказал себе на ужин, сырная нарезка, пару пачек чипсов, наверняка принадлежащих Данте, пару жестянок с колой, три шоколадки, свиной и куриный стейк, три соуса, небольшие канапе. Девушка еще раз с жадностью осмотрела пищу, облизнулась и подняла восторженный взгляд на парня. Александр лишь осматривал её с легкой усмешкой. -Мне стоит сказать спасибо? Парень улыбнулся и, ну слишком самодовольно, произнес: -О,можешь просто поцеловать меня, приложив свои ручки к моему разгоряченному телу. А если нет, то хватит и похвалы. Агата тут же залилась краской и с интересом рассматривая куриное крыло, прошептала: -Ты неисправим. *** -Даааа! Девушка вскочила и стала бегать по комнате радостно визжа. Третья партия была за ней. Она снова уделяла этого сноба. Три раза подряд. Вот так вот! -Эй, это только начало! Александр усмехнулся и провел рукой по идеально уложенным волосам, в то время как Агата танцевала свой победный танец. Как ребенок. Так забавно. Ему это нравилось. Нравились ее резкие перепады настроения, её гордые взгляды и эти дурацкие победные танцы. На каждую игру она придумывала свой и заставляла Ала тоже танцевать это. Будто он дурачок какой-то. И тем не менее, когда они побеждали Элизу и Данте в карты, вместе с ней забавно двигал бедрами, подмахивая руками. А самое странное, что он не чувствовал стыда. Рядом с Агатой, Александр мог делать все, что хочет и даже то, что не хочет и он не будет чувствовать себя идиотом. Хотя бы потому, что на него будет смотреть улыбчивое лицо, полное детской радости и воодушевления. Наверное, именно поэтому Агата придумывала все новые и новые танцы. Это стало в какой-то степени его адом, но одновременно и раем. Александр потерялся в эмоциях и чувствах, он словно тонул в вязкой пучине чего-то, медленно теряя возможность дышать. И вместо того, чтобы выбираться, он лишь дальше пропихивал себя в бездну неизвестности. Суицид в чистом виде. Но это все потом. Это все будет потом. А сейчас... Сейчас он просто который раз подмешает колоду, чтобы вновь увидеть её улыбку. Дурдом. *** -Если ты будешь читать с такой скоростью, то мы над этой книгой просидим еще лет тридцать. Агата уже несколько минут сверлила Александра недовольным взглядом, но тот, будто ничего не замечая, медленно перелистывал страницу, рассеянно бегая по ней взглядом. Он пытался вывести её из себя. Увидеть горящие глаза и руки, сжатые в кулаки. Знаем, проходили. С ним было бесполезно спорить. Это всегда превращалось в насмешки и издевательства, а потом они и вовсе начинали бегать по библиотеке, прикрываясь пледами, кидать друг в друга подушки(которые они вчера украли из запасов Марты). Слава Богу никто кроме них не пользовался библиотекой. Люди, которые изучают наркотические вещества, вызывающие галлюцинации носятся между стеллажами яростно крича. Все походило на сумасшедший дом, впрочем, это было действительно так. Все, что происходило с ними всегда было каким-то слишком красочным и веселым. -Ал, я к тебе обращаюсь. Александр нахмурился брови, захлопнул книгу и посмотрел на девушку слишком серьезным взглядом. Что ж, пусть будет так. -Я за этот вечер прочитал три тома и ничего не нашел. Ты же листаешь их с огромной скоростью, даже не останавливаясь на тексте. Это если ты будешь продолжать так читать, я буду вынужден перепроверять все за тобой. Поэтому, пожалуйста, сядь за свое дело и исполняй его молча. Я ясно выразился? Что она там говорила про красочность и веселье? Забудьте. Это все тот же я-такой-противный-и-вредный-зануда, что аж тошнит. Такое чувство, что он выпил таблетку из рекламы: "Как стать мудаком", хотя у него и так прекрасно получается. Кинув на него один из самых гневных взглядов своего арсенала и, не получив никакого ответа, Агата продолжила листать свою супер нудную книгу с кучей формул и непонятными объяснениями. Так уж получилось, что лучшая подруга Элизы была просто Богом в химии и писала за них все контрольные и работы. Поэтому из курса химии Агата запомнила разве что разноцветные жидкости. Александра же эта тема захватила и он теперь что-то жадно выискивал в тексте. Будто это не Ал пару минут назад накричал на нее. Девушка все еще кидала гневные взгляды, но весь энтузиазм пропал, ведь для этой зануды книга интереснее их перепалки. Парень встал и неспешно поплелся в сторону стеллажей. Агата, уже десять минут упорно делавшая вид, что ее интересует эта книга, тоже встала, чтобы поменять её на очередную такую занудную, что аж тошно, как тут же услышала его резкий и удивленный вскрик её имени. Не прошло и пары секунд, как парень со всей силы влетел в Агату и повалил её на пол, придавив своим телом. В нос тут же ударил запах его одеколона, такой... Такой особенный и незабываемый, что Агата, пусть и на мгновение, перестала дышать, широко откыв глаза. Все воспоминания слились воедино и девушка неосознанно прижалась еще ближе к Александру. Пару секунд осознания, и Агата набирает полные легкие этого аромата, прекрасного, великолепного аромата, стараясь впитать его куда-то под кожу, заполнить все легкие и никогда, никогда больше не отпускать. Она просто чувствовала это гребаное притяжение. Хотелось быть ближе, даже когда ближе уже невозможно. Хотелось впитать его в себя, такого нежного и непредсказуемого, такого до дрожи своего. Девушка никогда особо не верила в любовь, но эту розовую вату в голове по-другому язык не поворачивается назвать. Агата заметила, что его дыхание тоже участились, стало каким-то рваным и глаза приобрели особый, черезчур возбуждающий оттенок. Мозг твердил, что это слишком рано, особенно если учесть их не самое приятное знакомство, но Агата, впрочем как всегда, когда она была с Алом, не обращала внимания на громкие крики здравого смысла. Его губы, так близко, так маняще, боже, почему она, почему с ней. Катись оно все к чертям! Агата слегка приподнимается и нежным, невесомым движением касается его губ. Кто бы мог подумать, что это подействует на него, как спусковой крючок. Секунда замедления и Александр наваливается на нее всем телом, вжимая в пол. Он рычит что-то невнятное ей в рот, но слова тут же забываются в потоке эмоций. Его губы накрывают губы девушки, сминая, разнося все к чертям. Зубами оттягивает нижнюю губу, прокусывая, Агата тут же чувствует теплую стойку крови. Александр вновь рычит, словно дикий зверь, слизывает эту струйку и стягивает с Агаты футболку. Их языки сплетаются в каком-то диком танце, и все краски сливаются в один непрекращающийся калейдоскоп. Агата забывает как дышать, как думать. Он сводит с ума, его теплые и такие нежные руки, губы, после которых точно останутся следы. Если Агата не умрет сейчас, то жизнь была прожита зря. Так дико, так страстно, хочется ближе. Его одеколон туманит рассудок еще больше,заставляя Агату обмакнуть в его руках. Она пудинг, она какое-то гребаное желе, боже, просто путь это не прекращается. В голове так пусто и ярко одновременно. Просто чёрт, так нельзя. Нельзя так хорошо. Агата выгинается под ним вжимаясь ещё ближе к разгоряченному телу и возбуждая парня ещё больше. Она пожалеет об этом, она точно пожалеет об этом, но это будет когда-то утром. А сейчас... Сейчас просто пусть он будет ближе. *Бо́нни Паркер и Клайд Бэрроу — американские грабители, действовавшие во времена Великой депрессии.