Возвращение

      Когда Ланс проткнул её мечом насквозь, она даже успела удивиться. И подумать: «Вот так? Без всяких спецэффектов и всего остального?»       А дальше сознание погрузилось во тьму. ****       Чтобы в следующую секунду взорваться болью, заставляя организм судорожно вдыхать воздух, получив сильный удар по грудине.       -Вызывайте скорую! Она еще жива! Скорее!       Дальше она снова провалилась в темноту. Пришла в себя она спустя несколько часов или дней, но судя по черноте за окном точно ночью. Медленно обведя обстановку глазами, стараясь без надобности не шевелить головой, она попыталась сообразить, где находится. Её опять похитил Ланс? Потому что на медпункт Гвардии это точно не походило — капельниц у них не было, как и электрокардиографа, мерно пикающего и отсчитывающего её пульс. Который резко подскочил, стоило ей понять, что это за помещение.       Она начала задыхаться. Неужели…? Неужели её смерть там послужила катализатором возвращения домой? Или же это опять извращенный выверт её сознания? Сколько раз она уже так просыпалась в выделенной ей комнате, а потом не могла уснуть до рассвета, тихо плача в подушку? Сколько раз видела в отражении зеркал маму? Сколько еще раз ей нужно разбить сердце?       Но вбежавшая в палату медсестра, на которую девушка уставилась диким взглядом, забормотала нечто успокаивающее, потом что-то покрутила в капельнице, из-за чего она снова потеряла сознание.       Утром доктор, обследующий её, объяснил, что на неё напали в парке — ударили по голове, ограбили. Проходящие мимо люди заметили её и вызвали скорую. Благо, удар ничего не повредил в её мозге, да и ничего… другого с ней тоже не сотворили. Можно сказать, отделалась малой кровью. Однако доктор крайне рекомендовал ей обратиться на всякий случай к психологу — в данном случае лучше перебдеть, чем недобдеть. Даже был столь любезен, что дал визитку своей коллеги.       Она не хотела идти ни к какому мозгоправу. Серьезно, с ней всё в порядке. Если после каждого несчастного случая бегать по психологам, то разориться можно. С ней же не произошло ничего такого, из-за чего стоило разводить такую панику. Но родители настаивали. Кажется, на них это происшествие повлияло намного больше, чем на неё. Она же пока не знала, как реагировать на всё это. С одной стороны — она снова дома! Она вернулась. С другой же — получается, она никуда и не девалась. И весь этот кошмар всего лишь… кошмарный сон. Не было ничего — ни драконов, ни пожирающих детей мутантов, ни орков-веганов, ни демонов — ни-че-го!       Однако же… Через несколько дней после того, как её отпустили из больницы, и родители заперли её дома, окружив тотальным контролем (заботой. Это называется забота), она увидела пробегающую мимо её дома Икар в спортивной форме. То есть у неё не было заячих ушей и хвоста, и пропорции тела были весьма гармоничными — тело профессионального бегуна — но, черт побери, это была Икар!       Так у неё случился первый приступ панической атаки.       И такие приступы только за неделю у неё случились раз пять (встретить Мико, предлагающую свои услуги по выбору нижнего белья, оказалось выше её сил). После чего её силком отвели к психологу. Хотя она и сама уже не сильно сопротивлялась.       Психолог же, выслушав её бессвязный и сбивчивый рассказ — о, знаете, на меня было совершено нападение, ударили по голове и ограбили, так вот пока я была без сознания мне приснился довольно странный сон, нет подробностей я не помню, но в этом сне были люди, которых я теперь начинаю видеть наяву — терпеливо и с сочувствием ей объяснила, что это абсолютно нормально, потому что работа нашего подсознания еще до конца не изучена и, скорей всего, она видела этих людей до происшествия, просто не обращала на них внимания. А в стрессовой ситуации подсознание выдернуло образы этих людей и придало им новую форму. Она ведь даже себя видела в этом сне. Правда имя у неё там было палиндромом (перевертышем) — Эрика, вместо Акирэ. Вроде мелочь, но позволяет сейчас ей дистанционироваться от этого сна. Всё, что произошло в этом сне, произошло не с ней, а с некой Эрикой. Она же была всего лишь наблюдателем.       Всего три встречи по два часа и она научилась с этим жить. Уже спокойно проходила мимо кофейни, где за прилавком стояла Карен с ярко красными волосами, а Хуан Хуа в костюме от Диор и на головокружительных шпильках заказывала у неё утренний кофе. Перестала дергаться, встречая Невру (своего соседа-альфонса с пятого этажа) в лифте. И спокойно относилась к тому, что фотографии Ланса и Валькиона висели на доске «Разыскиваются» около полицейского участка.       Она быстро адаптировалась к повседневной жизни. Всё реже вспоминая Элдарию — сон, просто сон — на воспоминания не оставалось времени: собеседования, встречи с друзьями, походы к психологу и в больницу (она всё еще наблюдалась у врача, мало ли).       Жизнь наладилась и вошла в привычное русло.       «Ты тут не скучаешь без меня, родная?»       Кружка с грохотом разбилась о кафель.       «Как невежливо оставлять меня так надолго одного.»