Счастье для принца Хаоса.

      Моли всё больше казалось, что она влюбляется в него. И знала точно, что не может так больше молчать. Она дождалась, когда Командир проснётся, что произошло лишь к ужину. Его движения были очень плавными и размеренными, он поднялся с колен девушки и поправил волосы, глядя в никуда. И, рассматривая его гордый профиль пустых глаз, она решилась.       — Командир. Ты мне нравишься и, наверное, я люблю тебя! Вот! — выпалила она со скоростью летящих стрел. И, сжавшись, посмотрела на расслабленного Командира. Он не смотрел в её сторону, а лишь взял её за руку. Сердце девушки забилось быстрее и где-то в горле замерло, ожидая продолжения. Мир вздохнул и, взглянув в пустые глаза, ответил.       — Я знаю, — «это всё?!», прозвучало в голове Моли, сердце уже снова билось в рваном ритме. Не понимая, как же ей на это реагировать, она вырвала ладонь из холодных пальцев.       — И что ты чувствуешь ко мне, Командир?       — Ты для меня младшая сестра. Больше ничего. Прости. Прошу, не обижайся.       — А в чём дело?! Я недостаточно красива или умна для того, чтобы ты обратил на меня внимание?       — Не смеши меня, Моль. Дело абсолютно не в тебе или твоих красоте и уме. Конечно, ты очень привлекательная, умная, добрая и заботливая девушка, не сомневайся в этом. Но проблема во мне, как бы банально это не звучало…       — Ты хочешь сказать, что даже будь я ещё лучше, то всё равно тебя не достойна, так?       — Нет. Прекрати копаться в себе! Ты сама не понимаешь, что говоришь. Дело не в том, кто меня достоин или нет, совсем не в этом.       — Тогда в чём?! У тебя уже есть кто-то?       — Прекрати, пожалуйста. Ты знаешь, что говоришь глупости, и опять-таки знаешь, что у меня никого нет. Просто я боюсь, что ты будешь по-другому относиться ко мне, если узнаешь. Просто прими то, что для меня ты сестра. Самая заботливая и добрая сестра, которой у меня никогда не было.       — Я не понимаю, почему должна это принимать. Ты очень много скрываешь не только от меня, но и от всех. А теперь скрываешь причину того, почему не можешь ответить мне взаимностью.       — Хорошо. Успокойся. Договор. Если я тебе скажу, ты пообещаешь мне, что будешь для меня лишь подчинённой и младшей сестрой и не будешь со мной это обсуждать. Договорились? — Моль несмело кивнула, рассматривая белые глаза напротив.       — Мне не нравятся девушки.       — В каком смысле? Что это значит?       — Мне нравятся мужчины, Моль, — разъяснил Командир, пытаясь не закатывать глаза.       Девушка икнула и снова неверяще посмотрела на Мира, который снова поудобнее устраивался в гамаке, желая продолжить сон. А в голове Моли крутилось цунами мыслей по этому поводу. Действительно, как она сразу не подумала о таком варианте? Но он ведь встречался с той торговкой, ведь так? У них же были отношения? На этом моменте её мысли и застряли.       — Командир, а как же Тина Синяя? — нетерпеливо выкрикнула она. Мир тяжело вздохнул и поднялся, глядя прямо в глаза девушке.       — Мне не нужно было пробовать. Вот и всё…— он притянул её к себе, положив подбородок на макушку с коротко остриженными волосами, тепло обнимая. — Никогда не связывайся с наркотиками и людьми, которые их продают. Хорошо, сестрёнка?       — Конечно, Мир. Всё будет хорошо, — голос её дрожал, но она сильнее прижалась к крепкой груди, наверное, старшего брата и пыталась изо всех сил сдержать слёзы.       — Не нужно, не сдерживайся. Просто плачь, — прозвучал тихий грудной голос Командира у неё над головой, и это будто стало спусковым механизмом. Слёзы хлынули из глаз, и дышать стало очень тяжело, она скинула маску и заревела в голос. А он лишь нежно поглаживал её по спине, словно говоря: «Поплачь, сестрёнка. Безответные чувства они такие — болезненные. Это не последняя твоя любовь». Моль громко всхлипывала.       На звуки сбежались Слепые Крысы и, недоумённо посмотрев на такую картину, поспешно удалились, когда Командир махнул им убираться. Кярта ещё думал задержаться, но Командир так на него зыркнул, что он не решился спорить.       — Интересно, а что случилось с Молью? — поинтересовался Хвост у брата, глядя на водную гладь.       — Не знаю, может она заболела или ещё что, — предположил Крыс, пристраиваясь рядом с братом.       — А может она просто призналась наконец-то Командиру в своих чувствах? А плачет оттого, что он отверг её? — братья оглянулись и удивлённо уставились на самого молодого члена их отряда.       — Почему ты так думаешь?       — Я же могу предположить?! — развёл руками Кярта. — Кажется скоро прибудем…       И действительно, через небольшую полоску водной глади, под самым горизонтом виднелась тоненькая ленточка суши, поросшая елями. Их маленький кораблик раскачивался на волнах и всё быстрее приближался к этим высоким хвойным деревьям. Послышались крики матросов, разводивших бурную деятельность.       Когда уже стемнело и все сошли на берег, а кораблик отчалил в обратный путь, тёмный лорд Риан Тьер выкрикнул:       — Добро пожаловать в Тёмную Империю, Слепые Крысы, —с хрипотцой голос его звучал твёрдо, но насмешливо. Никто из Слепых Крыс не откликнулся. Лорд Тьер продолжил, но уже с меньшим энтузиазмом:       — Сейчас нам нужно преодолеть пять километров по лесу, потом по заброшенной дороге, через деревню и до первого входа в катакомбы. Там остановимся на несколько часов и пойдём дальше к Ардаму. А, да, точно. И всё это должно быть максимально незаметно, тут повсюду вражеские патрули. По лесу более безопасно, а ближе к дороге уже встречаются мятежники, орки, разбойники. Ну, задача понятна?       — Вполне, — тихо и коротко ответил Мир и стал доставать что-то из сумок. — Крысы, идём по лесу, плащ «та́рм’ан» (лес). Остальное по усмотрению. Арбалетчики: Кярта, Моль — в арьергарде. Метатели со мной. Лорды? — белые глаза сверкнули при свете восходящей луны.       — Авангард, — коротко ответил Тьер и удобнее перевесил меч.       Он уже переоделся в костюм клана Бессмертных, его лицо тоже закрывала маска из непроницаемой дымки, а магистр Эллохар лишь надел капюшон.       Крысы надели плащи непонятного цвета, либо чёрного, либо коричневого. Цвет вызывал сомнение у лордов, потому как, думалось им, такая маскировка всё-таки не слишком хороша. Ещё меньше лорды стали понимать, когда все эю сели на землю, поснимали сапоги и стали обматывать ноги какой-то чёрной непроницаемой тканью, проверяя друг у друга надёжность. А когда пошла экипировка, лорды и вовсе удивлялись, откуда воры повытаскивали столько оружия. Самый младший из воров выглядел даже более устрашающе, чем любой из лордов, а что уж говорить про Командира Слепых Крыс.       Сам по себе он выглядел очень лёгким и безоружным, но все видели, как этот парень упрятал с собой целый арсенал: три полных пояса по двадцать метательных ножей в каждом, три лёгких стилета, кастеты под прочными перчатками с железными и костяными накладками, трубка для метания ядовитых игл, запас отравленных игл, маленький арбалет, мешочек арбалетных болтов, два изогнутых меча, парочка волшебных свитков и ещё сумка с «Пыльцой». От Командира Слепых Крыс всегда веяло опасностью, даже при всей его, кажущейся безобидности. Когда все были готовы, Командир посмотрел на своих подчинённых-друзей, и ему всё сильнее стало казаться, что зря они согласились, хотя он их и не смог бы удержать.       — За сколько нам нужно дойти, лорд Тьер? — тихо спросил он, глядя вглубь леса.       — Как можно быстрее, — впервые за день подал голос магистр Эллохар. Мир моргнул и закрыл глаза, так же поступили остальные эю.       — Ведите, — лорды недоумённо переглянулись и двинулись в чёрную утробу хвойного леса.       Передвигались быстро и тихо. Слышны были лишь хруст веток и листьев под ногами лордов, которым казалось, что они идут вдвоём, но когда оборачивались, видели, что Слепые Крысы молча следовали позади, с закрытыми глазами, прислушиваясь к окружающему миру, напрягая слух до невозможного. Лес всё углублялся, тропинки становились более непроходимыми, но никто не жаловался. А когда к середине ночи подошли к непроходимой заброшенной дороге, Моль пусть и выдохлась, но ничего не сказала, но Мир, как хороший Командир, заметил.       — Остановимся на пару минут, — и все Слепые Крысы, кроме своего Командира попадали прямо на землю и прикрылись плащами, отчего их стало не заметно, среди густой травы. Сам Мир лишь присел под деревом и тоже задремал. Лорды, откровенно говоря, в недоумении сели недалеко у другой сосны.       Прошло буквально десять минут, так все воры тут же поднялись, отряхнулись и снова были готовы продолжать путь. Магистр Эллохар было хотел что-то сказать, но под вразумительным взглядом друга передумал. Дорога была заброшена и разбита в хлам, снова двигались быстро, и были готовы ко всему, в том числе и к нежданной встрече. Они двигались посредине дороги, со всех сторон заросшей лесом, когда из-за деревьев стали выходить вооружённые люди. Магистр Эллохар и лорд Тьер сразу напряглись, доставая оружие. Людей становилось всё больше, и они обступили их маленький отряд со всех сторон. Казалось, нужно вступать в бой, но Слепые Крысы лишь спокойно стояли и чего-то ждали, ничего не предпринимая.       Тут толпа расступилась, и им на встречу вышла пара человек. Высокий грузный мужчина с колючими чёрными волосами, один глаз его был фиолетовый, а другой изжелта-белый, в руках держал он длинную алебарду. Второй был молодым парнем, чьё лицо было пересечено шрамом, а глаза были чёрными. У него было два тонких стилета, и улыбался он странно дружелюбно, как и первый.       — Мир! Сколько лет, сколько зим! — подбежал громила к Командиру сжимая того в объятиях. — Какими судьбами ты в Тёмной Империи? Или уже весь Герстад разорил и сюда приехал?       — Я тоже рад тебя видеть Корт’ун. Так по делу мы здесь. Я смотрю, вы тут процветаете?       — Ха-ха, всегда ты такой серьёзный, Мир! Да, с момента как война началась, тут просто золотая жила. И людей много. Видишь, как мы разрослись! — он указал алебардой на нестройные ряды разбойников, не прекращая лучезарно улыбаться.— Не то, что на Герстаде, где царь уже давно ты.       — Не преувеличивай.       — Я ни сколько не преувеличиваю! Ребят, смотрите, это Слепые Крысы, я вам о них рассказывал! — среди разбойников сразу послышались шепотки. — Лучшие воры, что разоряют всю страну и все соседние тоже. Они даже нас как-то обокрали, ну, я рассказывал! — весело декламировал здоровяк. — Мир, познакомься, это мой племянник, Арстон. — он подвёл юношу со шрамом. Он протянул руку, и Мир её пожал.       — Арстон.       — Мир.       — Скажи Мир, не останешься у нас там чаю с баранками выпить? — улыбался Корт’ун.       — Боюсь, мы очень спешим, мой дорогой друг, но на обратной дороге, думаю, можно. Я бы даже был бы не прочь снова послушать твоё пение.       — Ха-ха, Мир, ну ты загнул! Ладно, в следующий раз. Только смотрите аккуратнее, там на подходе к деревне недавно патрули наставили, эти орки умные твари, я тебе скажу. Ладно, бывайте, но ты заходи, знаешь, где нас найти. Либо здесь, либо Герстад.       — Конечно, Корт’ун, спасибо за приглашение. А, и вот что…— Мир открутил крышку от тубуса и вынул оттуда кусок пергамента и протянул громиле. Тот недоумённо взял его в свои большие пальцы, и по мере прочтения брови на его лице делали рискованные пируэты.       — Это правда? — удивлённо воскликнул Корт’ун.       — Тут печать Императора.       — Спасибо, брат. Я не забуду. Я отдам, всё отдам, — по его грубому лицу потекли слёзы, а нос резко покраснел.       — Ничего не нужно. Лучше напиши им письмо, думаю, они хотят знать, что ты жив.       — Конечно- конечно. Спасибо. Хороший ты парень, Мир. И имя у тебя подходящее, — он по-братски приобнял Командира Слепых Крыс. — Давайте, хорошего вам пути. До встречи, Мир.       Они шли по пустынной дороге, и думали. Кто о чём думал. Моль думала о Командире, как и всегда. А теперь ещё и об этой нежданной встрече.       — Командир, а что ты ему дал? — тихо спросила она в пустоту. Но тут же послышался ответ.       — Вольную на его детей и жену.       — А где ты её взял, Командир? — спросил так же тихо Крыс.       — Купил, — спокойно ответил Командир, как само разумеющееся. Всё Слепые Крысы повернулись к нему, раскрывая глаза от удивления.       — Что, правда?! — в священном ужасе проговорил Хвост, перешагивая через кочку.       — Конечно, нет. Украл я её, — и тут они прыснули, и стали беззвучно ржать, даже сам Командир. Лорд Тьер еле как подавил рвущийся наружу хохот, а магистр Эллохар грустно улыбнулся, слушая такой знакомый смех.       — Остановись мгновение! Командир шутит! Это событие слишком редко, чтобы оставить его без внимания! Ха-ха-ха, — шептал Хвост, сдерживая себя от смеха. И тут же схлопотал чувствительный подзатыльник от Командира.       — Ладно, хорошего понемногу. Между прочим, всю вашу экипировку я купил, — спокойно отозвался Командир Слепых Крыс.       — Всю нашу, да, купил. А свою? — спросил Хвост и снова получил по шее, только уже от Моли. — Ай! А что? Что я такого сказал?!       — Тихо! — шепнул Мир и все сразу заткнулись, прислушиваясь. Где-то невдалеке хрустели камни под кем-то тяжёлым. Запах. Эмоции. Что-то ещё. «Орки» — мелькнула мысль. Командир издал какой-то свистящий звук и все Слепые Крысы, как по мановению волшебной палочки, бесшумно и быстро взобрались на высокие деревья. Лорды и не успели понять, как остались одни.       — Тёмные, ну-ка быстро прячьтесь! — шепнула Моль, где-то над их головами. Магистр Эллохар схватился за ближайшую ветку и оказался на дереве, прячась среди листьев. Лорд Риан Тьер исчез намного раньше и ни один вор не углядел, куда. Магистр Эллохар выдохнул и было откинулся на ствол, но спину кто-то удержал, твёрдая ладонь упиралась между лопаток и холодила кастетом.       — Раздавите же, — лорд обернулся на этот знакомый голос.       Да, это был именно тот, кого он пытался избегать всю совместную операцию, Командир Слепых Крыс — Мир. Сердце у Эллохара стало неумолимо быстро биться, а дыхание прерывалось в промежутках между частыми ударами. Волосы Мира были перетянуты в тугую косу, ниспадающую до пят, глаза были закрыты, но вид у него был настороженный, пусть был он изящен и худ, но от него так и веяло холодом и опасностью. Магистр не знал, что сказать и просто отвернулся, глядя на всё ещё пустую дорогу и пытался унять откуда-то возникшую дрожь в теле.       На дороге показались неясные силуэты больших фигур. Три орка, позванивая огромными топорами, прошли прямо туда, откуда их отряд и пришёл. Орки были высокими и массивными. Вытянутая овальная голова прямо на плечах без какого-либо намёка на шею. Лица квадратные и гладкие, черты не выражены.       Как только они удалились, магистр выдохнул спокойнее, но где-то глубоко в груди что-то ныло, отчего он чувствовал себя, не то чтобы плохо, чувство было и болезненно, и по-мазохистски приятно. Магистр оглянулся, но сзади уже никого не было. Весь отряд уже был в сборе и дожидался его одного.       Небольшой отряд двигался быстро и незаметно, так сразу и не скажешь, что некоторые из его участников когда-то полностью полагались на магию. Всё было хорошо и можно было бы даже сказать радужно, если бы полоска леса не кончилась и на горизонте не распростёрлась степь. Прятаться вроде было бы негде, но воры, которые всегда славились своей незаметностью, и тут не сдавали позиции.        Не делая привалов, к утру добрались до деревни, которая представляла собой, откровенно говоря, жалкое зрелище. Некогда добротные деревянные дома, теперь стали обгоревшими шалашами, а небольшой подлесок рядом — грудой углей. Было тихо, и кровью старой пахло. Ни у кого не было желания задерживаться, после одного взгляда на тех, кто раньше назывался жителями этой деревни. Всюду сновали туда-сюда небольшие патрули орков и людей с красной повязкой на плече.       Совместным решением было дождаться ночи, а после продолжить путь. Крысы всё так же старались не пересекаться с лордами, а лорды, точнее магистр Эллохар, избегали Командира Крыс.       Сердце Эллохара вело себя очень странно рядом с Миром. И тот в свою очередь не общался с лордами больше, чем нужно. Его тоже обуревали тяжёлые мысли рядом с магистром, да и чувства лорда были очень явными, пусть он и пытался их скрывать. Миру тоже было не по себе, чего уж таить.       День прошел в разведке, ночью, как и предполагалось, они и пересекли то, что некогда было деревней, и прошли мимо вражеского лагеря, но, к сожалению, были замечены небольшой группой орков, которые тут же, громко крича, начали обстрел из лёгких арбалетов. Но, кажется, обошлось без потерь.       Ночь была морозной, но ясной. Приближалась зима, отчего становилось всё холоднее.       Путь по катакомбам, куда они попали через умело замаскированный люк, был проще. Ходы были узкие, тёмные и постоянно петляли. Привалов не делали и старались двигаться с большей скоростью, хотя Командир всех придерживал, чтобы сильно не бежали, казалось, что делает он это специально, но непонятно зачем. Если воры ещё иногда общались друг с другом, то с лордами поддерживали молчание и закрытость.       Операция была, откровенно говоря, скомканной, но проходила более чем успешно. До входа в катакомбы добрались без происшествий, если не считать небольшой стычки с орками, поджидавших их с луками за старым клёном. В Крыса попали, но всё обошлось и острый наконечник чёрной стрелы вонзился лишь в книгу, что лежала в нагрудном кармане. Крыс потом всю дорогу по тёмным и сырым катакомбам вспоминал, как он думал, что погиб, но благодаря его героическим качествам и священным писаниям в плаще таки выжил.       — Я ещё внукам буду рассказывать эту историю! — воскликнул он, переступая через груду мокрых камней, идя по тёмному коридору.       — Это ещё зачем?! — поинтересовался Хвост, искренне не понимая. Они вышли в небольшой тускло освещённый зал.       — Ну как же, брат?! Чтобы они знали, что их великий дедушка был на волосок от смерти! Я буду рассказывать им о своих героических подвигах, брат…       — Почти пришли, — не дал закончить ему, лорд Тьер, нажимая что-то на стене. Тут же ход, из которого они вышли, закрылся сплошной стеной, да так неожиданно, что Моль даже подскочила.       — Идём, — магистр Эллохар был холоден как обычно, и эта кажущаяся безэмоциональность заставляла мурашки бегать по телу.       Лорды хоть и держались стойко, но выглядели изрядно потрёпанными. Видно, что без магии им приходится тяжело. Лорд Тьер, как помнит Мир, выглядел очень молодо и опрятно, но за год он сильно изменился. Волосы были собраны на затылке в заскорузлый колтун, а лицо стало более мужественным зачёт густой щетины. Магистр Эллохар почти не изменился, волосы белоснежной волной ниспадали до пояса, правда и были слегка растрёпаны. Лицо осталось прежним, но под ярко-синими глазами, пролегли глубокие тёмные круги, отчего он выглядел сильно уставшим, но, по правде, был просто измучен.       Мир украдкой смотрел в эти глаза, и ему становилось одиноко настолько, что в груди всё сжималось, и дышать было тяжело. Почему среди своих друзей Мир чувствовал острое одиночество, он не знал, и оттого больно было и неспокойно.       В глазах всё плыло, и рана причиняла неудобства, но он не собирался никому говорить. Боль в сердце, непонятно откуда возникшая, не сравнится по силе с завываниями в плече. Наконечник ушёл глубоко в мякоть мышц, попади болт чуть ниже, и сердце бы уже не болело никогда. Нет, было не страшно, он даже не успел понять, что произошло, а когда Крыс повалился на землю, стало уже всё равно. Горячая липкая кровь уже пропитала многочисленные слои одежды, отчего та неприятно скользила по телу. Плащ, который не пострадал при обстреле, надёжно скрывал факт ранения. Идти становилось всё тяжелее, а дышать слишком жарко, но Мир шёл наравне со всеми, держа свою знаменитую гордую осанку лидера. Он должен быть сильным, вот и всё.       Между тем коридоры становились шире, светлее и теплее. Жаркое пламя играло в факелах на каменных стенах, а дымные тени плясали под их немую мелодию. Короткий миг и они вышли в хорошо освещённый зал, в котором под хлипкими навесами копошились люди и нелюди, всюду были расставлены железные кособокие бочки, в которых плясало пламя, все грелись у них, подставляя замёрзшие пальцы к огню. И стоял гомон, где-то пели, где-то лязгало оружие. Было живо, но были здесь все непомерно грустны и разбиты. Их небольшую компанию встретила парочка гномов, чьи бороды были грязными и спутанными. Они меланхолично осматривались вокруг, пока не заметили лордов и Воров.