Между ними что-то происходит

Кисаме всегда нравилось наблюдать за этими двумя. «Комбо-зомби», как он их про себя называл, были чем-то вроде вишенки на торте в их мрачной организации. Их перепалки, бесконечная грызня друг с другом откровенно его забавляли, он испытывал удовольствие, глядя как Хидан орет, а Какузу внутри просто кипит от злости, устав от его выходок. Кисаме всегда предчувствовал, когда дело дойдет до драки: каждый раз это превращалось в настоящее шоу. Шоу, в котором никогда не было победителя, но развязка Кисаме не интересовала. Его затягивал сам процесс. Когда они пересекались в штабе, Кисаме редко видел их спокойными рядом друг с другом. Притихший Хидан зрелище специфичное, непривычное, сразу возникало ощущение, будто что-то идет не так. Не так, как обычно. Итачи получал задание от лидера, Кисаме в этом полностью на него положился: ему присутствовать рядом с ним не требовалось, и он ждал, пока напарник закончит, наблюдая за Хиданом и Какузу, которые свой приказ уже получили. Хидан крутил в руках карту, хмурил брови, недовольно кривил губы. Нужно было подготовиться к новой миссии, изучить местность. Какузу сосредоточенно изучал экземпляр своей карты, когда Хидан в конце концов не выдержал: - Хрень какая-то, - он встряхнул измятые листы. – Какузу! Где этот засратый поселок? – Хидан ткнул пальцем в карту, и привалился к плечу Какузу, ожидая ответа. Кисаме усмехнулся: сейчас наверняка будут нелестные комментарии Какузу о количестве у Хидана серого вещества в голове, но… Тот молча повернулся, перекинул свою смуглую руку через голое плечо Хидана, и показал нужный объект на карте. Хидан кивнул, и спросил что-то еще, Какузу продолжал водить пальцем по его карте, объясняя. Кисаме не улавливает смысл разговора, все его внимание приковано к этому неожиданному взаимодействию. Какузу выше Хидана, сейчас он склонился над картой, невольно притиснувшись щекой к его виску, и Хидан терпеливо слушает, почти не перебивая. Глядя на то, как они общаются, на эту ничего не значащую близость Кисаме невольно сравнивает их союз с собой и Учихой. Подпустил бы Итачи его к себе, позволил бы стоять рядом, вот так, просто? Между ними что-то происходит? неуверенно спрашивает голос у него в голове. - Пошли? – Итачи подходит к нему, закончив разговор с лидером. Кисаме кивает, и они медленно идут к выходу из убежища. Его не покидает чувство, что он стал свидетелем чего-то неестественного, странного, личного. Он оборачивается, чтобы взглянуть на них еще раз. Хидан застегивает плащ, Какузу заканчивает последние приготовления, они тоже собираются уходить. Каждый занят своим делом, ничего необычного. - Кисаме? – Итачи останавливает взгляд на напарнике, не понимая причины задержки. - Простите, Итачи-сан, я задумался, - Кисаме уверенно идет вперед. Итачи кивает скорее своим мыслям, чем ему, и они отправляются в путь.

***

В следующий раз они встречаются через несколько месяцев в маленькой чайной. На улице льет как из ведра: дождь не прекращается, небо рассекают молнии, вдалеке слышатся раскаты грома. Быстрый обмен информацией, и вот, Какузу и Хидан собираются уходить. Итачи сидит, задумчиво глядя в окно. Его чай медленно остывает, а сам он находится где-то далеко, в своих мыслях. Кисаме знал, что в такие моменты его лучше не тревожить, да и спешить им сейчас некуда. Они свое задание выполнили, в отличие от угрюмого Какузу и недовольного Хидана. - Какузу, давай посидим еще! – Хидан упер руки в боки и недовольно смотрел на напарника. – Зачем тащиться в дождь, один час ничего не решит! - Вот именно, поэтому нужно идти сейчас, - сухо ответил Какузу. - Твою мать, до чего ж ты унылый старик! Давай подождем, пока дождь закончится! – вспылил Хидан. - Мы в деревне скрытого Дождя, он здесь постоянно, придурок! – Какузу закатил глаза и направился к выходу. Кисаме ухмыляется в ворот плаща: Хидан будет изводить Какузу своими жалобами всю дорогу, а тому ничего не останется, кроме как терпеть – прикончить его он не сможет. Они выходят наружу, продолжая препираться. Хидан вышел под дождь, Какузу все еще стоит под навесом, и о чем-то разговаривает с хозяином забегаловки. Не отрываясь от разговора, Какузу обхватил Хидана за плечо, и завел под навес, тем самым оберегая от дождя. Хидан несколько секунд удивленно смотрит на сжимающие его плечо смуглые пальцы, он смущен, даже испуган, и эта гамма эмоций на его лице заставляет Кисаме едва ли не рассмеяться в голос. Ситуация выбивает Хидана из колеи, он даже не сразу стряхивает с себя чужую руку, и прекращает свой обычный галдеж. Этот дружеский жест, за которым Кисаме наблюдает со стороны не выглядит чем-то особенным, но в тоже время, в нем столько подтекста… Между ними что-то происходит? Кажется, Хидан теперь задает себе тот же вопрос. - Что смешного? – Итачи осмотрелся, но в чайной кроме них никого не было. - Да так, - Кисаме отчего-то было неловко, будто его наблюдения за Какузу и Хиданом были чем-то постыдным, а сейчас он попался на горячем. - И все же? – Итачи смотрит на него поверх чайной чашки. - Эти Комбо-Зомби довольно забавные, - Кисаме кивнул в сторону выхода, Какузу с Хиданом все еще стояли под навесом, будто не решаясь выйти под дождь. Итачи с противоположного конца скамьи придвигается ближе, они сидят бок о бок, он немного подается вперед, чтобы лучше видеть. Его зрение ухудшается, и теперь чтобы разглядеть что-то на небольшом расстоянии – нужно прикладывать усилия. - Да, действительно, - Итачи внезапно с ним соглашается, уголки его губ дрогнули, он издает тихий смешок. Кисаме не хочет уточнять, смеются ли они над одним и тем же, Учиха всегда видит больше, чем говорит. Все, чего ему сейчас хочется, это опустить голову, и уткнуться носом в его волосы. Единственное, что его останавливает, это недоуменный взгляд Хидана, который он бросает из-за плеча, прежде чем исчезнуть в потоке дождя.

***

На последнем задании их знатно потрепало, такого уже давно не было. Эти миссии по поимке биджу доводят их возможности до предела, и на последней из них они подошли к нему очень близко. Если бы не шаринган Итачи, едва ли они могли бы уцелеть. Кисаме разминает перебинтованное плечо: еще болит, но уже сносно. Сейчас они отлёживаются в одном из убежищ Акацуки, уже достаточно долго, пора сниматься с места. Итачи сидит на улице, на нагретом камне, сложив ноги по-турецки, и занимается починкой одежды. Эта работа не для его глаз, Кисаме видит, как на подушечках пальцев проступают красные пятнышки крови от уколов иголкой, но тот с молчаливым упорством продолжает латать дыры в их видавшем виды обмундировании. Ему хочется прекратить все это, отобрать у Учихи нитки, забросить эти шмотки куда подальше. Он уже протягивает к нему руку, но его отвлекает непонятный шум. Кисаме чувствует постороннюю чакру, но вскоре расслабляется – свои. - Почему нельзя их просто так там оставить?! – вопли Хидана слышны прежде, чем он сам показался из-за деревьев. – Какого хрена их нужно тащить с собой?! Кисаме садится рядом с Итачи, и ждет когда Какузу и Хидан подойдут к ним. Те выглядят не многим лучше них, у Хидана половина плаща оторвана начисто, на светлых волосах следы спекшейся крови, Кисаме замечает парочку швов тут и там наложенных Какузу. Сам Какузу выглядит измотанным, но скорее болтовней Хидана, чем сражением. У него на плече болтаются два трупа: похоже, в обменном пункте сегодня будет неплохое пополнение. Хидан тоже волочил за собой один труп, о чем, не переставая, верещал всю дорогу. - Потому, что нам нужны деньги, - Какузу в который раз закатывает глаза, – и, если ты не придумал лучшего способа, как их заработать, то лучше заткнись! Они обмениваются новостями, буквально пяти минут хватает, чтобы быть в курсе последних событий, и Какузу снова отправляется в путь, прихватив с собой ценную ношу. -Хидан? – Какузу оборачивается, видя, что напарник не двигается с места. – Тебе особое приглашение нужно? - Я его не потащу! Он уже вонять начал,– Хидан пнул ногой труп неизвестного шиноби. – Тебе надо, ты и неси! – он закидывает косу на плечо, и решительным шагом идет вперед мимо Какузу. - Волевое решение, - тихо комментирует Итачи, наблюдавший за этой сценой, и перекладывает недошитый плащ в руки Кисаме. Хидан оборачивается, не понимая сарказма, скользит задумчивым взглядом из-за обнаженного плеча, переводя его то на Какузу, то на Учиху. Поджимает губы, и ничего не отвечая скрывается за деревьями. Эта мимика, взгляд, это… так по-женски. Кисаме невольно вспоминает куноичи родной деревни: эти полунамеки, жесты, в которых скрыто короткое послание: «ты можешь попробовать». - Когда-нибудь, я тебя точно прикончу, - цедит Какузу, закидывая на плечо третий труп, становясь похожим на вьючное животное. Вскоре их шаги затихают, и чакра больше не ощущается. - Да он из него веревки вьет, - Кисаме протаскивает нить через плотную ткань стежок за стежком. – Почему Какузу позволяет ему так с собой обращаться? Итачи жмурится от солнечных лучей, как кот, и отползает в тень, поближе к Кисаме. - Ну, подсолнух тянется к солнцу, - отвечает он с улыбкой в голосе. - А банный лист нет, - заканчивает за него Кисаме и они оба смеются.

***

- Какузу? – Хидан останавливается, чутко замерев, ему отчетливо слышен чужой смех, они еще не ушли достаточно далеко. - М? - Как думаешь… между ними что-то происходит?