Немного не герой.

Утро было не самым лучшим на моей памяти. Да и утром назвать это сложно, выглянув в распахнутое настежь окно, можно лицезреть местное светило в зените. Лужи, которые пока не успели иссохнуть, завораживающе блестели, отражая свет солнца. От такой красоты захотелось пожрать, но сначала решил разбудить Авенира. Как обычно, мужчина вместо кровати плюхнулся на пол у самой стены. В полном обмундировании, скрестив руки на груди он продолжал дрыхнуть, тихо посапывая из-под шлема.  — Утро доброе, уголёк, пора вставать.  — Ага… И вам не хворать. — Заспанно отвечал Веня, прервавшись на зевок.  — Я хотел бы пожрать сходить, но… Чтоб эти не свалили при первой возможности… — Я указал пальцем себе за спину в сторону кроватей, где спали Сата и Фира. — Короче, я пойду с Сатой, ты останься с эльфийкой.  — Ох, не надоело хренью страдать?  — Немного, но и ты пойми, на данный момент это вся наша команда.  — Это да, но… Короче фиг с тобой, золотая рыбка, сюда только притаранить еды не забудьте, пжалста, есть хочу… Словами не передать.  — Без проблем. Я помог подняться на ноги Авениру и направился к кровати с мечницей.  — Мадемуазель! Разрешите мне романтишно-эротишно пригласить вас в местную харчевню?  — О бооооги! За что я на такого идиота налетела… — Простонала Сата, потягиваясь и жмурясь.  — Давай собирайся, возьмём сюда на всех.  — А чё я то? Вон этого бери.  — Он на мадемуазель мало похож. Давай вставай.  — Пристал блин… Как банный лист к заднице. — Девушка села на край кровати и проморгавшись стала неспеша надевать обувь. Трактир мне очень понравился, в отличае от всех предыдущих, в этом упор делался явно не на дешёвую выпивку, а на вкусную и сытную еду. Первый этаж был выложен из камня, второй — из сруба. В помещении стояла приятная прохлада. Местами висели картины с замками, у самых стен стояли деревянные столики, укрытые белыми скатёрками, рядом со столиками стояли стулья, сделанные из того же дерева. У одной из стен находилась барная стойка, за которой стоял молодой парнишка, за его головой на стене висели две скрещённых сабли. Я нагло уселся прямо на стойку и обратился к невероятно спокойному парню.  — Друже, нам бы поесть повкуснее, человек так на шесть-восемь.  — У нас иначе не бывает, есть какие-то особые пожелания? — С улыбкой ответил он.  — Мяска бы побольше, после травм восстанавливаться надо.  — Да без проблем, к алкоголю вы как…?  — Не против.  — Отлично! Присядьте пока. — Парень скрылся за поворотом на кухню.  — Ты что, дурак, какие шесть-восемь?  — Ты не забыла, что я не самый простой полудурок? А то, что я и подруга твоя только после лечения? Я голоден как чёрт, за последнии дни я мало ел, сейчас я могу себе позволить.  — Да даже так! Это слишком много!  — Ничего не много, если и останется, то в течении дня всё добьём.  — Ладно, как скажешь, но я предупреждала.  — Ага. -… -…  — Ты, может слезешь с стойки?  — А что не так?  — Ох… Катастрофический полудурок… Чего хоть звал?  — Вступите в нашу команду.  — А? Чего?  — Путешествуйте с нами, так гораздо веселее.  — Чего это ты так?  — Так уж сложилось, что сейчас наша команда это два дебила, это конечно лучше чем один, но всё же.  — А то, что мы знакомы менее суток?  — Вообще не смущает, как ты заметила, ты за помощью обратилась к нам, а мы, в свою очередь, помогли, разве это не значит, что мы не плохие люди?  — Да кто вас знает…  — Давай будем честны… Я слишком тупой, чтобы строить сложные планы, ты сама видела. Да и не хочу наживать себе врагов. *- А придётся, АХАХАХА! — Вклинился Татт. *- Цыц!  — Хорошо, я поговорю с Фирой, она скорее всего не откажется, такая уж она.  — Вот и договорились. — Я улыбнулся и подмигнул девушку, та в ответ только посмотрела на меня как на идиота. Спустя несколько минут вернулся паренёк.  — Слушай… Обратился я к нему. — Чтож в таком прекрасном месте средь бела дня никого нет?  — Да чёрт знает, обычно народа полно.  — Сёма! — Донёсся женский голос с кухни.  — О! А вот и еда ваша. Сейчас принесу-у… — Не успев скрыться за поворотом он обратился к нам. — Давай-ка со мной… Мне рук не хватит на всё. Подносов было пять. Сказав молодому парню не переживать я сменил форму. Мужичёк приподнял одну бровь и удивлённо присвистнул.  — Мне кажется, ты не очень сильно удивлён. — Подметил я поведение бармена.  — Много повидал за жизнь, включая перевёртышей.  — Знать не знаю, что это, но если не сдашь меня кому-нибудь, то и на том спасибо.  — А какой мне резон? Я за это деньги не получаю, а вот от тебя я их получу. — Парень развёл руками.  — Твоя правда, ща вернусь. На себя я взял три подноса, травмированная вчера рука немного ныла, брать в неё поднос побоялся. Уложив всё на сдвинутые в центре номера два письменных стола я ретировался на первый этаж, дабы оплатить заказ. Перебросивщись парой словечек парень подозвал меня ближе и предложил за некую сумму предоставить кое-что крепкое. Если не сейчас, то как нибудь в другой раз задействуем, я согласился. Минут через пять из погреба мне принесли красивую бутылку грамм на четыреста максимум, с янтарной жидкостью с переливами всех цветов. Передо мной легендарная настойка на слезах дракона, мать его! А уж та цена, которую я услышал — просто кошмар!  — Это откуда такое чудо?!  — Тише ты. Можем позволить, есть один человек у нас, так что?  — Ай чёрт с ним, давай… Пить это прямо сейчас я не стал, у меня пока что нет ничего, что можно противопоставить этому ужасу, тут по-любому есть регенирация, а без неё, моя печень навсегда обидится на меня. *- Я же правильно понимаю? *- Ещё как, но там не то что печень, у тебя половина органов откажет из-за неспособности хоть как-то переварить это и усвоить. *- Ох-х… А цена хоть…? *- В душе не чаю, таким пока не баловался. *- Я тебя угощу. *- Неслыханная щедрость. *- Не бухти. Склянка отправляется в один из карманов на кожаном поясе, а я отправляюсь набивать своё брюхо. К тому моменту, как я зашёл, ждали только меня. Авенир развалился на диванчике и медленно доедал бутерброд. Фира и правда была не против, теперь нас четверо, не считая Герцога. Что мы решили первым делом? Пожрать. Еда была невероятно вкусной, видать сказалось истощение организма. В тот же момент — еда как еда, самая обычная, ингредиенты такие же, как на земле, я и там был не привередлив к еде, а уж тут… Страшно вспоминать, что я успел погрызть.  — Всё равно слишком много взял, можно было взять раза в два меньше и всё равно всем хватило. — Напомнила о себе Сата.  — Нет, сейчас надо есть, восстанавливаться надо, всем есть надо, случись чего и на пустой желудок много не сделаешь, а в том же бою тебе поесть никто не даст, поэтому хватит ерунду нести и жуй.  — Да много же! Мы это и за день не…  — Да что ж тебе это так хочется обсудить? Не ты ж платила, вот и нечего тут, лучше скажите, надо ли что то закупать? Снаряжение полное? Не нужны никакие стрелы там? Бинты на всякий случай?  — Мне стрел надо докупить, но я сейчас совсем на мели. — Ответила на мой вопрос Зерфирия.  — Сколько надо?  — Кого? Стрел?  — Денег, мне не жалко. — Сказал я и отхлебнул вина. Такое себе вино, если честно, бывало и лучше.  — Я не продаюсь. — Робко сказала Фира.  — Да чем вас так обидели в жизни? Мне они достались по ерунде, как получил, так и потратил, мне банально незачем столько, а уж если у лучника в моей группе кончатся стрелы среди боя, мне тем более будет не до денег.  — Ты сам должен понимать, как это может выглядеть, а выглядит это очень подозрительно. — добавила Сата Я тяжко вздохнул и покосился на мечницу. Перехватив мой взгляд она дёрнулась, посмотрела в тарелку и стала молча есть. Ура.  — Стрелы купим, через часик другой пройдёмся по магазинам, уж извиняйте, но я обожрался.  — Куда нам? — Ворвался в диалог Авенир, который не отрывал взгляда от распахнутого окна за всё время приёма пищи.  — Чуть позже сходим Зефирке стрел докупим, а может ещё чего-нибудь, как пойдет.  — Ага… Хорошо.  — Чё ты там такое увидел?  — Да вроде ничего, просто задумался.  — Аа, ну не буду мешать.  — Угу… — Ответил Веня и на этом связь Авенира и внешнего мира была разорвана. Пока есть возможность, решил прилечь отдохнуть, переел я знатно. И вот вроде бы выспался, но только прикрыл глаза и не заметил, как уснул. По всей видимости, спал я не долго. Авенир продолжал подглядывать в окно, но чуть погодя он прикрыл один глаз, глубоко вдохнул, пытаясь совладать с внезапно накатившей на него сонливостью, второй глаз уже с трудом открывается, а голова то и дело норовит завалиться то вправо, то влево. Ещё несколько секунд борьбы и мой друг прекращает любую активность, начав тихонько посапывать. Эх ты, Веня, не спишь небось ночами… *- А тебе то что? Ну как же… Мы команда, а если он не способен сражаться, то всё… Капут. *- Вы сюда спешили, чтобы отдохнуть, а тебе опять какие-то бои. Ты даже из дороги сюда устроил кровавое месиво, просрал половину своих «товарищей» и чуть ласты не склеил, погубив меня за компанию. Ты то тут каким боком? *- Чёрт, Салл… Охохо… Объясню так, чтоб даже тупица понял. Как минимум, мне бы пришлось очень долго ждать, пока очередной идиот не додумается открыть колбу со мной. Ладно уж, проехали, раз я не отъехал, значит уже хорошо, сейчас перед нами стоит другой вопрос: что дальше делать будем? *- Тупой вопрос, отдохни уж, хоть немного. Татт… *- Чего тебе? Я знаю, что я много туплю и я понимаю, что тут что-то не так… *- К чему ты? Я понимаю, что меня активно пытаются обмануть, да даже ты. *- Зачем мне это? Вот смотри. Когда ты появился, мне дали умение на создание артефактов. *- Продолжай. Артефактов с самосознанием я даже в играх не видел, да и ты вроде говорил, что гораздо старше, чем можно подумать. *- Не припомню, чтобы я такое говорил, но да, так и есть. Это означает, что я тебя не создавал, но тогда за что мне выдали артефактора? *- Ох… Салл, не еби мозга. Ты прав, конечно, есть некоторые барьеры, но это потом. А? Эй! Стоять! Скотина… Какого чёрта… Какие барьеры? Зачем они? Появляются вопросы, а ответы на них никто не спешит давать. Татт скотина… Он всё знает, почему молчит? Что тут вашу мать происходит? Из раздумий меня вывел стук в дверь. Как я понял, к двери ринулась Сата. Просто больше некому, все остальные были в поле моего зрения. Скрип годами не смазываемых петель и робкий вопрос мечницы:  — А вам кого?  — Здравствуй, красавица, к другу я твоему. — ответили ей, и я уже знал, кто на пороге.  — Вы наверное, ошиблись.  — Да пни Салема, мне с ним поговорить надо.  — Ой, пройдите, тогда… — Еле слышно промолвила девчонка и сразу послышался топот тяжёлой обуви по деревянному полу.  — Утречко, дружище! — надо мной навис Самуил и… Я сильно удивился. Вроде бы всё тот же человек, но впервые я видел его без плаща с капюшоном, что скрывал лицо в своей непроглядной тьме. Теперь я вижу молодого паренька с острыми чертами лица, вьющимися и достаточно отросшими волосами медового цвета, которые так и наровят попасть в ярко-голубые глаза. Паренька, с прямым носом, усеянным веснушками и тонким шрамом на переносице. Всё это украшала добродушная улыбка.  — И тебе не хворать. Какими судьбами?  — А такими, Салли. Я иногда просматриваю за тобой и мне не нравится, что ты так часто подвергаешь себя опасности.  — Ты хочешь чтобы я перестал лезть на рожон?  — Это было бы прекрасно, но намного легче найти в твою компанию того, кому не составит труда залатать лишние дыры в твоём организме.  — Ага… Найти бы ещё такого дурака, что согласится со мной контактировать.  — Да нет проблем, можно сказать, что я его уже нашёл, поэтому собирайтесь, пойдём знакомиться.  — Ну неее, я обожрался, давай чуть позже? — Начал я жаловаться.  — Нет времени, мы можем не успеть, давай бегом. — Самуил кивнул головой в сторону двери и вышел. Уже через пару минут вся наша небольшая компашка догнала Самуила на выходе из трактира. Пока он вёл нас в неизвестном направлении я внимательно рассмотрел его наряд. Серая рубашка с подозрительно современным покроем, рукава закатаны до локтей, чёрный галстук-бабочка, бежево-коричневые брюки, чёрные подтяжки и такого же цвета ботинки. Кто ж ты такой… Из раздумий я вышел спустя бесчётное количество поворотов по многолюдным улочкам деревни стоя у неприметного деревянного домика. Бревенчатые стены покрыты трещинами и посерели от времени как и забор, полностью закрывающий от людских глаз обнесённый клочок земли. Не успел Самуил постучать в дверь, как из неё на крыльцо вышел молодой человек. Мужчина лет двадцати пяти и ростом примерно метр восемьдесят с растрёпанными бурыми волосами и карими глазами, что устало осмотрели всех пришедших. Я не отставал от него и уже полностью рассмотрел его. Тёмно-серая рубаха с закатанными чуть выше локтей рукавами, кожаный толстый ремень на поясе с различными подсумками и ножнами на боку, в которых своё место нашёл древнеримский пугио, если я не ошибаюсь, чёрные брюки заправленные в высокие кожаные сапоги плотно завязанные на ногах. Весь этот образ дополняла гитара за спиной, меня это немного смутило, насколько я знаю, они появились куда позднее, но по всей видимости, это проявление влияния таких же попаданцев как я. Сам парень едва ли не сшиб дверью Самуила, потому как дверь он открывал с ноги, пока руками пытался собрать непослушные волосы в подобие пучка где-то на затылке. Закончив осмотр каждого члена моей команды он всё же заговорил.  — Драсьте… Вам кого?  — Мы к Нин. К Антонине. — Ответил ему Самуил.  — Ну значит подождёте, она на огороде. Повисло неловкое молчание и парень вновь стал вещать.  — Хер с вами, проходите… Не стесняйтесь… Внутри оказалось достаточно светло из-за обилия окон, в углу стояла белая печь из которой вкусно пахло готовящейся едой, в другом углу почти под самым потолком какие-то иконы, полосатый коврик на полу, у окна круглый стол с белой скатертью, на середине которой стоит вазочка с засохшими полевыми цветами, около самого стола стоит несколько симпатичных стульев и конечно же почти всё убранство накрыто этими белыми кружевными платочками, которые вяжут наверное все старушки.  — Присаживайтесь. — Мужчина указал рукой в сторону стола. Только мы сели, как через другую дверь в комнату попадает… Самая обыкновенная бабушка. С пёстрым платком на голове, в выцветшей одежде с шалью на плечах и повидавших жизнь туфлях. Я ожидал услышать что угодно, но то, что она сказала, ввело меня в ступор.  — Хоспади, сколько лет, сколько зим, а ты всё такой же засранец. — Обратилась она к Самуилу.  — Да ладно тебе, гляди, я даже немного повзрослел, во, смотри! — С улыбкой отвечал наш казалось бы и правда молодой знакомый, указывая куда-то на лицо.  — Собака ты, Самуил, самая настоящая. — Сказала старушка и перевела тему на нас.  — Твои аболтусы?  — Да, это мои товарищи. Меня за рукав потянула рядом сидящая Зефирка и начала шептать мне на ухо:  — Они общаются как старые знакомые, но как-то сложно представить, как они вообще познакомились.  — Да вот тоже не могу понять. — Ответил я, не отводя взгляда от этих двоих.  — Нин… Антонина… — Сказал было Самуил, но его прервала старушка.  — Тфу ты… Я тебе что? Бабка?.. Ай-ай…  — Прости уж, давай к делу?  — Ну давай выкладывай зачем припёрся.  — Эти ребята путешествуют, но вот беда, подлатать их в случае чего некому. Есть кто на примете?  — Да вон этого аболтуса забирайте. — Она указала на встретившего нас парня. — Он всё равно сам давно планирует свалить.  — Ну ба! — жалобно заговорил тот.  — Что ба? Ты хоть представился?  — Нет…  — Ну и где твои манеры?  — Волки съели… Аксель я… Несколько секунд тишины, но я решил прервать их.  — Салем. — Я встал из-за стола и протянул руку новому знакомому. Моему примеру последовал Авенир.  — Так, а это Зерфирия и Сата. — Указал я на девушек.  — Понял. — Отрезал Аксель  — Вы пока знакомьтесь, мы скоро. — Сказал Самуил и скрылся за дверью, из которой ранее вышла старушка.  — Чтож… Полагаю, вы давно уже путешествуете. Что как? Чего расскажете? — Заговорил Аксель.  — Не, мы знакомы то фиг да маленько, собственно говоря, странствия наши тоже длятся не особо много. — Ответил ему Веня.  — Как так?  — Долгая история, а если вкратце, то сначала Салем крутился с некоторыми людьми, потом я присоеденился к ним. По дороге сюда мы с Салли спасли этих двоих, а из нашей старой компании один человек умер… — Авенир мельком посмотрел мне в глаза. — А двое других наверное пошли своей дорогой в поисках более счастливой и спокойной жизни. Вот и остались только мы…  — Угу… Сильно конечно. Но вот за знакомство можно и выпить. — Сообщил наш новоиспеченный товарищ и выудил откуда-то из-за пазухи закупоренный бутыль с прозрачной как слеза младенца жидкостью.  — Эт что? — Недоверчиво поинтересовалась Сата.  — А это, дорогуша… Самогон. — Сказал Аксель, улыбаясь во все тридцать два зуба.  — Нет, спасибо. Как-нибудь в другой раз, да? — мечница обратилась за поддержкой к эльфийке.  — Пожалуй да, как-нибудь в другой раз. — Сообщила Зефирка.  — Эх, скучные вы… К моему сожалению, со мной начало происходить что-то нехорошее… Нехорошее и от чего то знакомое… *- Чувствуешь? Скоро будет штормить. И их предупреди. Татт? О чём ты? Что происходит? *- Всё объясню, бери в охапку знахаря этого, пепельного и выйди отсюда.  — Веня, Аксель, подсобите маленько, давайте выйдем на секунду. — Говорил я, чувствуя напоминающую тяжесть в груди. Вот и пошли очередные проблемы. Что-то подобное последний раз было, когда бездна стала несчадно капать на мозги. Вот и сейчас, по всей видимости, пришло время для очередной волны, бьющей по разуму с силой отбойного молотка. Аксель на секунду взглянул на Авенира, перевёл взгляд на меня и кивнул в сторону двери, за которой не так давно скрылись Самуил и та старушка. Дверь вела в коридор, хорошо освещённый солнышком, пробивающийся сквозь окна завешенные полупрозрачными занавесками. Напротив двери из которой вышли мы и в конце коридора с правой стороны было ещё по комнате, мы завернули направо. Впереди шёл Аксель, Веня же шёл в конце и был готов в любую секунду подскочить и подхватить меня. А со мной творился форменный кошмар. Какие-то шаги выходили у меня как и всегда хорошо, но какие-то давались с непосильным трудом. Сердце, как показалось мне, не стучало, а пыталось взорваться, разболелось в висках. Дышу быстро и это было… опрометчиво. Голова начала кружиться и чтоб не упасть на пол прямо в этом коридоре, я упёрся рукой в стену, задевая при этом картины. Крыша ехала забыв попрощаться. Когда я почувствовал, что от света солнца моя рука буквально начала гореть я поднял её к глазам и… Ничего, совсем ничего не изменилось. Из носа блызнула кровь. *- Пока ты в созна… Пока ты хоть что-то можешь, открой меня. Из-за пазухи я достал склянку и откупорил её зубами, после чего та выскользнула из ослабевающих рук. Видя весь этот образ Авенир подхватил меня и втащил в дверь, пока ту придерживал Аксель. Меня уложили на пол. Стало немного лучше, до сих пор кружилась голова, подташнивало, глаза всё пытались закрыться. Порой мой взгляд выхватывал что-то, что окружало меня и вот рядом со мной появился кот. Чёрный. Нет… Бездонно-чёрной с прожилками светящихся красных пульсирующих линий, похожих на вены.  — А вот и смерть моя. — Процедил я пытаясь улыбнуться.  — Ты дурак? Нет. Ты дурак. — прозвучал знакомый будто бы булькающий голос, который не принадлежал ни Акселю, ни Авениру. — Все свои, не шугайтесь. Просто решают проблемность его существования. Процесс будет трудоёмкий, не самый быстрый и может стать причиной боли в голове, носового, глазного и, вообще, кровотечений из всех доступных дыр.  — Это чё за херня? — Это был уже голос моего нового знакомого.  — Всё нормально, помошник мой… Типа… — Только и стог сказать я.  — Не, ну ты загнул с помошником, но отчасти ты прав. Я помогаю ему не загнуться раньше времени. — Пробулькал Татт, оглядывая комнату единственным глазом.  — Ты где банку бросил? В коридоре?  — Где я тебя откупорил, там и валяется. Получив ответ кот расплылся желеобразной жижей и направился к двери.  — Так, а от нас то что требуется? — Аксель задал очередной вопрос.  — От тебя требуется выполнение твоей работы. Подлатай его. Или испугался? — булькал голос из коридора.  — Чего? Человека полудохлого? И похуже видал. Аксель приложил руку к моему лбу, по телу разлилось тепло и сильно захотеть спать. Глаза закрылись и я провалился в сон.  — Эй! Вставать пора! — Будил меня Авенир. — Проснись, собака!  — Сколько прошло времени? — Я попытался потянуться.  — Достаточно, вставай. Открываю глаза. Освещение не изменилось, тени сдвинулись на несколько сантиметров в сторону. Аксель сидел на кровати стоявшей у стены и крутил меж пальцев какой то предмет.  — Тоесть при наличии кровати, вы бросили меня на пол? — Заговорил я с улыбкой поднимаясь на локтях. Не отвлекаясь от верчения наш новый товарищ хотел было что-то сказать, но предмет выскочил из руки угодив прямиком ему в глаз. Этим предметом оказалась деревянная расчёска, а много мата спустя, он всё же смог сказать что хотел.  — За удобства платить надо. — Вещал Аксель, потирая травмированную часть лица.  — А я с друзьями финансовые отношения не завожу, чаще всего это плохо заканчивается. — Подытожил я.  — Ишь ты… Твоя правда… Но всё-таки… Что с тобой не так?  — В смысле?  — Было сказано, что решают проблемность твоего… Ну этого… Бытия.- Аксель спрашивал, пытаясь проморгаться ушибленным глазом.  — А… Да много чего не так. Начнём с того, что я умер.  — Эм?  — Да, только это произошло в другом месте.  — Угу  — Потом я оказался в этом мире в чужом теле.  — Ага…  — В общем я переродился монстром, вырезал каких-то ху… Культистов… Ну а дальше ты уже слышал и видел.  — Про команду то? Слышал.  — Ну как то так…  — Знаешь, если это всё правда, то как-то жестоко, но лучше это так прямо всём не рассказывать. — Спокойно мне объяснил Аксель.  — Так. Надо возвращаться, будем считать, что мы обсуждали план действий. — Вклинился Авенир.  — И какой у нас тогда план действий? — задал резонный вопрос знахарь.  — Действовать по ситуации. — Ответил Веня.  — Короче, мы и сами не знаем, у нас для того чтобы думать есть Сата. — Добавил я, вставая с пола.  — А она об этом знает? — Поинтересовался Аксель.  — Возможно… Ну, наверное, уже догадывается. — Заявил рыцарь открывая дверь. — Пора идти. В коридоре по ноге заполз Татт притягивая за собой колбу. Мы вернулись к остальным и сели за стол.  — Так что, куда направляемся? — Поинтересовался Аксель.  — Пока что, вы направляетесь ко мне. — Сказал вошедший в комнату Самуил.  — А к тебе, это куда?  — Ко мне домой. Ты с нами? — Обратился Самуил к пожилой женщине.  — Ага, аж два раза. Кто мне тут грядки полоть будет? Ты?  — А зачем твои грядки у меня? У меня и своих полно.  — Неужто сам ими и занимаешься?  — Ну… Не совсем… Но ими занимаются.  — Ну молодец, ты хорошо устроился. Я бы пошла, но у меня и помимо грядок работа есть.  — Я понимаю… Так. Вы. — Самуил обратил на нас внимание. — Учитывая, что лучше всего вы умеете влезать в какую то задницу, то лучше вас сразу отсюда и доставить.  — И каким образом ты это сделаешь? — Вклинилась Сата в разговор. Вместо ответа, Самуил развёл руки в стороны, с хлопком свёл их на уровне груди и быстрым движением ударил в пол ладонью. От ладони к ближайшей стене метнулись искры и в месте соприкосновения стал образовываться портал с неровной золотистой каймой, будто сотканной из молнии. Пытаясь прикоснуться к ней в руку ударило слабым, но ощутимым электрическим зарядом.  — Ну… Неприятно…  — А чего ты ещё ожидал? — Спросил Самуил, посмотрев на меня.  — Вообще я хотел проверить просто.  — Вот и я о том. Поэтому при выборе сэкономить ману или нервы, я лучше сэкономлю нервы. -… Как-то всё слишком просто… — Нарушил молчание Авенир.  — Да, просто. Или ты хочешь рвать задницу, добираясь отсюда своим ходом?  — Вообще не особо. Там ничего опасного же нет? Вместо ответа Самуил лишь тяжко вздохнул и указал на врата рукой.  — Прошу. Решив пойти первым, я стал погружаться в портал. Всего миг и я оказался по ту… Вернее уже по эту сторону. Я стоял на круглой площадке вымощенной из камней, что за годы своего пребывания тут стесали все свои острые края и поменяли свой цвет из-за покрывшей тут всё пыли. Местами, меж камней проросла молодая зелёная трава. Сама площадка была расположена во внутреннем дворе достаточно крупного здания. Вслед за мной через портал прошли Авенир, Сата и Зефирка. Прошло пару минут, прежде чем наконец вышли Самуил и Аксель.  — Ну что, всё в сборе? — Сказал Самуил, закрывая портал.  — Как видишь. — Отвечал Авенир, не переставая осматривать всё вокруг. А осматривать было что. Вроде бы это называется поместьем и отстроено оно в готическом стиле.  — Сейчас мы в малом дворе. Тут часовня, библиотека и летняя кухня. — Говорил Самуил, указывая пальцем. — Проходите через арку и попадёте в большой двор, справа будет вход.  — Может лучше изнутри экскурсию проведёшь? — Сказала Сата.  — Завтра, сегодня вас в комнаты направлю, мне ещё с другими надо разобраться.  — Ну тогда давай сейчас покажи нам наши комнаты, если будет возможность, может вечером ещё пересечёмся? — Спросил я, подходя поближе к Самуилу.  — Хм… Думаю получится. Ладно, идём. Проходя через второй двор я обратил внимание на группу. Люди тренеровались, но было то, что очень мне не понравилось. Небольшого роста человек в длинном тёмно-зелёном плаще с капюшоном под которым не было видно ничего протянул перед собой руки и начал водить ими по воздуху и с окончанием колдовства на расстоянии метров пятнадцати на землю рухнул крупный, под два метра ростом амбал, с телосложением стероидной гориллы, за спиной которого видел такой же несуразно огромный меч, больше похожий на заточенное надгробие, проделанное к ручке. Эй, Татт, ты это видел? *- Видел. И что это было? *- Это была очень неудобная магия. Вряд ли он убил того громилу, скорее всего усыпил, но тем не менее. А такое вообще возможно? Как с этим бороться? *- Думаешь, я знаю? Я с таким не сталкивался, но как видишь, такое тоже существует. Это плохо… Очень плохо. *- Ну… Если ты с ним сражаться не собираешься, то, думаю, бояться нечего. Наверное. Пройдя через входную дверь мы оказались в просторном зале. Напротив был парадний вход. Большие окна в комнате пропускали достаточно солнечного света, чтобы днём обходится без сторонних предметов освещения. Стены лишённые оконных проемов были украшены картинами, а там, где их не было, на тумбах из резного дерева стояли статуэтки и бюсты людей, которые по понятным причинам не известны для меня. Помимо дверей спереди и позади нас, были два коридора справа и слева, ведущих в глубь дома и лестница, часть которой была прямо над нами. Из правого коридора неспеша вылетело нечто. Вероятно адского происхождения существо, огромное, мускулистое тело, а кожа была цвета раскалённого докрасна металла и испускала слабый свет. На опущенной топорообразной голове росло четыре угольно-черных рога. Острые зубы были ничем не закрыты и сливались с головой без каких либо стыков. Глаза светились рыжим пламенем, от которого сложно оторвать взгляд. Создание было облачено в чёрные наручи, усеянные разных размеров шипами, наплечники из чёрного материала похожего на чешую и имели толстую выпирающую золотую кайму. По центру наплечников таким же золотым цветом были изображены кресты. Сами доспехи были так велики, что я мог использовать их как щит. Набедренная повязка из ткани и кожи закрывала то, что было вместо ног, но точно было понятно, что существо парило в воздухе. Дополняла картину метла, которую этот демон держал в массивных руках и подметал. На его сгорбленной спине свесив ножки сидела рыжеволосая девчонка лет восемнадцати одетая в высокие кожаные сапоги, тёмно-серые плотные чулки, белую юбку и такую же белую свободную накидку с широкими рукавами. Края одежды были отделаны золотистыми нитями. Не слишком ли много золота? Всё же девушка была хороша собой и тем не менее, Самуил был недоволен.  — Аврора! Сколько раз я говорил не призывать своих големов тут?! Ты забыла, что было с баней?  — От этого ничего не загорится! — Недовольно ответила девушка.  — Ага, про прошлых двух ты тоже так говорила! Отзывай давай.  — Но…  — Никаких но, давай! Аврора спрыгнула на пол и несколько раз хлопнула в ладоши, после чего голем исчез, а метла, которую он держал в руках упала на деревянный пол.  — Я хотела прибраться к приходу девок!  — Тут и так чисто, Хоши утром убиралась, а ты лучше в комнате прибралась бы. — Ответил Самуил.  — Там уже Анка и Жанна убрались.  — Ну тогда отдыхай, пока есть возможность. А вы… — Самуил перевёл на нас внимание. — Куда б вас направить то…  — Это новенькие, да? Откуда они? — Вклинилась Аврора. В ответ Самуил только укоризненно посмотрел на девушку. Та что-то тихо буркнула и недовольная пошла наверх. Прошло с полминуты пока её шаги стихли, хлопнула дверь и только потом Самуил заговорил.  — Кхм… Так вот… Идём за мной. Мы поднялись на третий, полагаю, мансардный этаж и встали у двери, пока молодой парень подбирал ключ. И вот найдя нужный замок щёлкнул и дверь со скрипом приоткрылась.  — Ребят, простите, пару недель тут не прибералось, сами справитесь или позвать вам на подмогу? — Самуил виновато улыбнулся. Я зашёл в комнату первым и захотел сказать, что мой молодой друг сильно охренел.  — Я бы мог помолчать, но нет. Самуил… Нет, ну ты охерел? Я спал в лесу на окровавленных волчьих шкурах и не жаловался, а тут просто немного пыли.  — Я знаю, тише, я вам сейчас тогда принесу всё, что поможет в уборке. — Самуил начал спуск по лестнице, но был остановлен.  — Стой. Попить чего-нибудь организуешь? — Я вышел из комнаты и облакотился на перила.  — Компотику?  — А какой есть?  — Смотреть надо. Ягодный был точно.  — Давай.  — Принято. Скоро буду. — Самуил улыбнулся мне и побежал вниз. А я вернулся в харомы, которые ранее посмел назвать комнатой. Взору открывалось большое помещение, больше походящее на зал. Каменные стены, большие окна и убранство комнаты указывали на финансовое благополучие хозяина. Выкрашенную в белый цвет крышу дополняли ригели из тëмной древесины и без них, комната из просторной превратилась бы в пустую. Свет, проникающий сквозь окна делал помещение достаточно освещëнным, из-за чего не было нужды зажигать свечи ещё несколько часов. Комната была заполнена ровно настолько, чтобы несколько человек смогли с удобствами разместиться в ней. На сером деревянном полу щедро пропитанном маслами в самом центре лежал тонкий тëмно-серый ковëр с примятым за годы использования ворсом. На ковре посередине стоял низкий, как его называют «журнальный» столик. На самом столике на чëрном большом блюдце стояла бутылка с пожелтевшей из-за увядающих цветов водой. Рядом со столом расположились обтянутые кожей диван и пару кресел. На диване были брошены две небольшие подушки и плед, по подушке было на каждом кресле. Напротив окна на расстоянии пары метров стоял стол и подобие шкафа без задней стенки, видимо для того, чтобы не быть преградой солнечному свету. Полки были минимально заняты, несколько книг, какие-то склянки. На самой верхней — в прозрачной вазе стоял засохший букет, покрытый толстым слоем пыли. На столе лежали пожелтевшие от времени бумаги. Ровным почерком, изобилующим петлями и завитками чëрными чернилами были выведены заготовки под письма. Прижав уголки листовлистов, стояла чернильница с засохшими чернилами. Под потолком на центральной балке висит громоздкая люстра со свечами, вроде, их называют «паникадило». Справа через широкую арку можно пройти в комнатушку поменьше. Два потëртых дивана, обитых тканью оливково-серого цвета. Комната была условно поделена пополам таким же шкафом, как и в большой комнате, но тут, полагаю, задней стенки нет не столько из-за освещения, сколько ради возможности использовать его с обеих сторон. Выходило так, что ровно посередине стоит этот шкафчик, а по обеим сторонам диваны, укрытые то ли пледами, то ли покрывалами серого цвета. За обоими диванами было по одному окошку с видом на внутренний двор. У боковых стен стояло по небольшому комоду для вещей, над каждым висело множество небольших рамок с картинами. Рядом с одним из диванов видно два небольших деревянных ящика. Из первого виднеется четыре бутылки, из второго на одну меньше. Недостающая бутылка была найдена рядом со вторым диваном. Став импровизированным подсвечником, горлышко бутылки покрылось слоем растопленного воска.  — Просто… Вау. — Выразил эмоции Аксель, проходя по залу.  — Я много где останавливался, но… Давайте тут и останемся? — Сказал Веня и посмотрел на меня.  — Так говоришь, будто кто-то против. — Ответил я, подходя к столу с письмами. — Ну… Прибраться надо… А так шикарно. В комнату звеня банками вошëл незнакомый мужчина крепкого телосложения. Про рост и вес ничего сказать не могу, но точно не ниже метра восьмидесяти. Разодет в чëрную рубаху с коротким, как у футболки, рукавом, низ которой заправлен в штаны цвета терракоты, поверх обтянутые кожей. Видимо для какой-никакой, но всë же защиты. Уже поверх кожи — металлические поножи, потëртые и уже давно не блестят, если вообще когда-то блестели. На широких ремнях, через плечо и на поясе, с одной стороны висела небольшая кожанная сумка, А с другой, на застëжках болтался топор. Худоватое лицо обладало приятными чертами, взгляд был полон усталости и по сути, это всë, что они выражали. Причëска, а вернее еë отсутствие, говорило хотя бы о том, что ей давно не занимались, волосы торчали во все стороны, хотя, справедливости ради, могу сказать, выглядело это всë гармонично.  — Ого! Нихера себе! А нас он в маленькую комнату поселил, вот пëс сутулый. — Выдал парень, осматривая помещение и не переставая обнимать банки с компотом. — Это, кстати, вам.  — Благодарствую, — сказал Аксель, едва ли не выхватывая их из рук.  — А. Эк. Вы же новые тут? Как звать? Откуда сами? — Заговорил парень.  — Авенир. Авенир Квинси Карц, — Выдал рыцарь, уже успев плюхнуться на диван, начав открывать бутылку вина. — Это Салл, Сата, Зефирка и…  — Аксель Аскаланте, ваш дорожайший знахарь. — Сказал мой товарищ, падая рядом с Веней и забрав бутылку делает несколько глотков изгорла.  — Во присосался… Ну… Я Марсель, второго имени нет, а фамилия вам и нахрен не нужна. Раз уж тут впервые, могу вам краткий экскурс провести, ибо если я каждый раз вам так сюда всë таскать буду… Я буду недоволен.  — Ну так… Проходи, присаживайся, выпьем за знакомство… — Сказал Авенир глядя через горлышко в опустевшую бутылку. А вот у меня даже фамилии нет… *- А надо? Ну, у этого есть, у этого даже второе имя есть. *- Зато Марселю насрать, бери пример. Но… Хочется иметь фамилию, вот заведу семью, А фамилии нема. Некрасиво. *- Ты завтра женишься? Нет. Вот и помолчи. Люди, собравшиеся в комнате что-то обсуждали, спорили и смеялись, может быть, если бы я слушал их хоть немного внимательнее, то смог бы влиться в разговор. Так ли я тут нужен, если без моего участия им весело. Взгляд зацепился за Акселя. Из семи бутылок вина, пять выпил лично он, но вопреки всему, выглядел он исключительно трезвым. Так же как и я, он сидел и молчал, смотря куда-то себе под ноги. Взгляд был полон задумчивости в перемешку с печалью. Может, он скучает по дому, по старушке, которая осталась совсем одна. Скорее всего, так и есть. На секунду, наши взгляды пересеклись, после чего Аксель отвлëл взгляд, но лишь на секунду. Посмотрев мне в глаза он приподнял одну бровь, ожидая от меня ответа. Я отрицательно покачал головой.  — Эй, — Обратился ко мне Авенир. — Пошли посмотрим где кухня?  — Хм-м… Можно.  — Ого, даже говорить умеет. — Съязвил Марсель, вставая с дивана и подходя к двери.  — Дык ты так трындел, что и слова вставить не получилось. Бл… Повисло долгое молчание. Я сидел и смотрел на Марселя, он смотрел в ответ. Прошла целая вечность, пока тишину не нарушил сам Марсель.  — Вау… Как смеешь ты… — Начал говорить мужчина, но прирвался на шумный рыг. — Грубить мне? Я оскорблен. В итоге, с Марселем пошли Авенир и Зефирка, оставив в комнате меня, Акселя и Сату.  — Я, честно говоря, думал, вы тут мордобой устроите. — Выдал знахарь, опустошая предпоследнюю бутылку вина.  — Я тоже так думал, но пронесло. — Я вздохнул с облегчением.  — Вот именно поэтому надо думать своей дурной головой! — Ругала меня Сата, отвешивая смачный подзатыльник.  — АаАЙ, дамочка, руки не распускайте!  — А то что?!  — Покусаю!  — Ой, насме… — Девушка не договорила, начав недоверчиво на меня коситься.  — Да шучу я. — Начал я оправдываться. — Не буду я тебя кусать, зуб даю.  — Нет, этого мне только не хватало. — Сморщившись сказала девушка.  — И всë же, лучше и права не лезть на рожон, нихрена толкового из этого не выйдет. — Вклинился Аксель, опустошив бутылку.  — Да знаю, ну… вырвалось, с кем не бывает…  — Ну, вообще неплохо. Ты начинаешь мне нравиться даже.  — А что раньше?  — А раньше. А раньше было раньше… Задумчиво произнëс Аксель и затих. Наверное, надо будет поговорить с этим Марселем, чувствую, что нехорошо вышло.  — Давно их нет. — Нарушила молчание Сата.  — Не меньше часа. Где только потерялись… Хотя, учитывая размеры домика, тут много где можно заплутать. — Ответил Аксель, осматриваясь в поисках последней бутылки. Скрипнула дверь и в комнату вошëл Авенир.  — Ну что, есть хотите? — Не дожидаясь ответа рыцарь продолжил. — Тогда пошли. Спустившись и пройдя по длинным коридорам первого этажа мы наткнулись на дверь из-за которой приятно пахло едой. Открыв еë мы попали в небольшую комнату, больше похожую на бар, только в средневековом стиле. Окон тут нет, а всë освещение — это несколько свечей в зале и полоска света, проходящая через приоткрытую дверь, ведущую на кухню. Из-за этого в помещении стоял приятный полумрак. По ту сторону барной стойки сидит молодая девушка и потягивая чай читала книжку.  — Эт Ева, — Сказал Веня. — Ева, это ребята. Мы пока присядем, подойди через пару минут.  — Привет всем! — Радостно прокричала девушка. — Хорошо! Проходя мимо меня Авенир чуть слышно прошептал. — Какая ж ты, мля, громкая… И он был прав. Подойдя к нам в скором времени она узнала, что мы будем брать и за это время я понял, видимо, она такая всегда. Аксель начал лечить разболевшуюся голову, приложив ко лбу ладонь и то ли молясь, то ли матерясь опустошëнным взглядом куда-то таращился. Может она так нервничает? Или чисто по привычке? А может, это чтобы все еë услышали? Чëрт его знает, но я надеюсь, что она умеет говорить тише. Сели мы за дальний столик по бокам от которого стояли две лавки. Наш стол был огорожен чем-то вроде живой изгороди, на деревянной конструкции разрослось вьющееся растение. Пока ожидали блюда, решили задуть стоявшую по центру стола свечку. Минут через пятнадцать нам принесли первый поднос, за ним второй и третий, и через несколько минут последний четвëртый. Мне подали густую похлëбку с крупно нарезанным картофелем и такими же крупными кусками мяса на первое и рисовую кашу золотистого цвета, рядом с ней всë на той же тарелке красовалось семь крупных кусков сочного жареного мяса. Помимо этого мы взяли имбирного эля и тарелку с фруктами на всех. Поднявшаяся пенка побежала из кружки через края и чтобы не терять столь желанный напиток я начал стремительно отпивать. Вдоволь наевшись и разобравшись с оплатой мы выдвинулись обратно. Аксель предложил сократить путь, пройдя по внутреннему двору, но пока мы трапезничали начался дождь и уже сам знахарь отрëкся от своей идеи.  — А ведь он нам так и ничего не принëс… — Задумчиво сказала Сата.  — Кто?  — Друг твой… Как его… Самуил  — Маршак? Вклинился Авенир в наш разговор.  — Знаешь… У меня очень много вопросов. — Сказал я и посмотрел на рыцаря.  — А что, я что-то слышал такое. Артист какой-то… Вроде…  — Может пойдëм на башню? — Спросил Аксель.  — Это ещё какую? — Мне стало любопытно.  — Ну Марсель рассказывал, что через второй этаж можно пройти и подняться в башню, свежим воздухом подышим.  — Подышать и в окно можно, А нам не помешает… Да хотя бы разобраться, кто где спать будет.  — Так! В последнее время я как последний лошара спал только на полу, — Вновь в разговор возвался Веня. — Я забиваю диван в зале.  — Недурно, а нормальных лежачих мест на всех же не хватит, да? — Сказала Зерфирия и мы все переглягулись. Осознав всю важность наверх ринулись четверо взрослых, но не самых разумных человека, вслед которым смотрела Сата. Итог таков: диваны заняли Авенир, Зефирка и Сата, и пусть последняя проиграла в забеге, мы с Акселем как известнейшие джентельмены этих краëв уступили место ей. Потому, мы заняли кресла… Вообще, это не самый плохой вариант. Как было с Авениром, мы также могли оказаться на полу. Примерно через полчаса к нам в дверь постучали. Открыв дверь взору предстал Самуил.  — Решил, что постучать будет правильным решением.  — Не спорю, чего хотел то?  — Тут такое дело… Я пройду?  — Глупый вопрос, заходи конечно. Пройдя в комнату, не забыв прикрыть дверь Самуил ввëл нас в курс дела. В ближайшие дни будет проводиться дружественное состязание по типу королевских битв.  — Ну уж нет! — Разошëлся Аксель. — Мы и дня тут не провели, а уже лезем в какую-то задницу!  — Акс, тише, это ж дружественное мероприятие. — сказал я и обратился к Самуилу. — Мы ничем не рискуем, так ведь?  — Нет конечно, считайте это тренировкой, просто… Не убивайте никого, прошу. Если столкнулись с другим отрядом, решайте кто победил как хотите, но не убивать, серьезно.  — Просто ну как решать вопрос оружия? — У зефирки лук и смысл от него, если его толком использовать не получится? — Спросил Авенир.  — Хм… Резонный вопрос… Можно подготовить тренеровочное оружие, чтоб максимум… Ну… Просто до синяков и не более… Во всяком случае, это начнëтся через дня два-три.  — Вообще, можно. Кто что думает?  — Если разберутся с оружием, то я не против. — Сказала Зерфирия.  — Я тоже не против. — Добавил Веня.  — Если Фира не против, то и я тоже. — Согласилась Сата.  — Ну а ты чего решил? — обратился я к Акселю.  — Ну ребят, ну я вот жопой чую, что ничего хорошего из этого не выйдет. — Неуверенно произнëс знахарь.  — Что может пойти не так? — Спросила Сата.  — Ооо, уж поверь, обычно, после этих слов не случается ничего хорошего!  — Да ладно тебе, всë будет хорошо, не убьют же нас там в конце концов — Сказал Авенир  — Кстати… Са… Самуил, когда мы шли по двору, при нас чувак в зеленоватом балахоне громилу издали обезвредил… Это что было? — Настороженно поинтересовался Аксель.  — Магия. Усыпил и всë. — Ответил тот, продолжая пилить взглядом Авенира.  — Эй-эй-эй, ты чë уставился?! — Недовольно отреагировал Веня.  — Да… Задумался, считай, что вызываю тебя на поединок в гляделки.  — Тогда ты не на того нарвался, однажды я переиграл мертвеца. — Хвастливо заявил рыцарь.  — Вижу… Ты же не в этих краях родился?  — Ах ты говна кусок… По глазам меня читаешь? А как тебе такое?! — Авенир немного прищурился, лицо было ехидно перекошено.  — Фу, ну такое то зачем?  — Шоб жизь мёдом не казалась! — Довольно отвечал рыцарь.  — Мне вот очень интересно, А мы тут на кой хер? Давайте-ка выйдем, может, перепихнуться хотят, А мы мешаем… — Задал риторический вопрос Аксель.  — У кого что болит, Акс… — Сказал Веня, щурясь и Корча недовольное хлебало.  — Вообще-то, обидно было.  — Ну прости. Как закончу с этим, могу в лобик чмокнуть, хошь?  — Не, спасибо, я всë ещё хочу спать по ночам.  — Я так хорош, что ты не можешь спать? Как приятно такое слышать. И тут Аксель начал внимательно рассматривать Авенира.  — Так. Начинается какая-то хуйня, прекратите гейство. — Меня начало беспокоить происходящее. Веня глянул на меня, скорчил ещё более ехидное лицо и ответил:  — Как скажешь, сладенький.  — Так что? Вы согласны? — К нам обратился Самуил.  — Блять… Ну… Тренеровочнре оружие меня очень смущает. Из чего оно? Из дерева? Так у меня оно сгорит или сломается. Уж лучше сковородку дай, я ей точно никого не прирежу.  — Серьезно? Может ещё две ложки?  — Не… — Вдумчиво ответил Веня. — Я ими могу выколупать глаза.  — Я… Даже спорить с тобой не хочу. — Самуил отвернулся от Вени и взглядом налетел на меня. — Так! А ты то?!  — А что я?  — Конечно, некрасиво с моей стороны, но… Ты и без оружия наворотишь… Вот и что с тобой делать? — Парень задумался и щастучал пальцами по ноге.  — Не знаю.  — Давай так… Ты какое оружие предпочитаешь?  — Ну гигант мысли! Будто я знаю.  — Тогда… Может, руками?  — Ага, я руками махать буду, пока меня палками хреначат.  — Да нет. Можно просто поискать тебе какой-нибудь доспех, а сражаться руками будешь, идëт?  — А много вариантов доспехов? — Поинтересовался я.  — Тебе точно найдëм. — С улыбкой сказал Самуил и жестом позвал за собой. Вместе мы спустились куда-то в подвал и пройдя через три двери и два поворота оказались в большом складском помещении.  — Ну смотри. Есть потяжелее, есть полегче, то-сë, пятое-десятое. Даже не знаю, что предложить. — Самуил проходил от стойки к стойке, на которых висели доспехи. — Это орочий, тебе не к лицу. Это… Ты не берсерк, чтоб с голым телом бегать. Это просто мантия на магов… Ты не маг. Вот, простенький латный, как оно?  — Не мой фасон. — Ответил я. Не думаю, что я особо тяну на рыцаря, а это самый простой и не самый удобный прикид.  — Ну вот и я о том. Всë не то. — Недовольно сказал парень, почëсывая шею.  — А… Может этот? — Меня смог заинтересовать прикид, висевший с другой стороны.  — А это женский. — Ответил Самуил, пытаясь проследить за тем, куда я указывал.  — Да нет же. Этот! — на стойке болтался балахон чëрного цвета. Свободные, даже немного широковатые штаны, сужающиеся ближе к икрам и там же затягивались множеством ремней. Они будто состояли из кучи крупных лоскутов. Дальше пояс из тëмно-красной ткани, закрывающий весь живот. Сверху была, по всей видимости, пра-пра-бабушка современной кофты, только без кармана на животе и рукава, доходящие до локтей были плотно преремотаны ремнями того же цвета, что и пояс. От локтей и до запястья крепятся пластины и широкие кольца скрепленные цепями.  — Губа не дура, хороший выбор. — Одобрительно покачал головой Самуил.  — Арт какой-нибудь?  — Что?  — Ну… Артефактное барахло? — Исправился я.  — Ах если бы. Но… Тоже хорошее. Оценка говорит, что самое простое, но это не так. Ткань эластична до ужаса, а если повредилась… Ну, порвал там, резанули или в костëр упал, то тянет Ману и чинится. — Объяснил мне парень.  — А такое бывает вообще? — Я сильно удивился от услышанного.  — Как видишь. В общем, этот?  — Да. Этот. При примерке выяснилось, что обуви в комплекте нет.  — Ну, пока свои носи, однако мне вот что интересно. — Самуил осматривал меня в новой одежде.  — Что такое?  — Ты ж часто обращаешься, почему одежда не рвëтся на тебе? Почему, когда обратно в человека меняешься, то она целая на тебе?  — Будто я знаю. Ты ж… Я рассказывал, как давно я тут?  — Ну… Я слыхал.  — Так вот. Я ж совсем чайник, А тут мне еще сказали, что на мне ограничения висят.  — Значит… Думаешь боги накуролесили? — Предположил Самуил.  — Честно. Я ничего уже не думаю. Нет, ну то есть что-то я могу понять и объяснить. Ограничения мне воткнули, чтоб крышняк не съехал. Умер, переродился страшной хренью и уже кучу людей убил, а мне ж совсем насрать. Вот и думай, просто ограничения, или уже сумашедший.  — Я не думаю, что ты сумашедший. Вообще, обычно, если в мозгах пороются, то жертва этого и не поймëт, но ты всë знаешь, понимаешь, столько лажи в одном месте. — Парень начал уходить в раздумия.  — Вот поэтому, походу, и начали снимать ограничения.  — Скорее всего. — Заключил Самуил.  — Слушай, а вообще, оружие у тебя водится?  — В плане?  — Ну, одëжки много, а оружие артефактное бывает?  — Много чего бывает, но сейчас не густо и искать надо. Я пока гляну, как нарою, предложу тебе.  — Слушай, Самуил.  — Ая?  — Меня смущает то, что ты так спокойно спонсируешь оборванца, которого знаешь хрен да малéнько.  — Салл… Я много чего знаю… А ты знай, что на то есть причины. В этом доме ещё пять команд подобно твоей, я всех приютил тут, я помогаю всем. Кому оружие, кому что… Грядëт нечто ужасное. Оно совсем близко и надо подготовиться, у вас… У нас у всех есть миссия… — Лицо Самуила, человека, что всегда улыбался, вдруг стало слишком серьëзным. — А-аа, прости. Не забивай голову, богов ради. Я гляну оружия для тебя, но пока ничего обещать не могу. Немного есть, но они все максимально разные.  — Ничего страшного, сейчас я согласен почти на всë.  — Хорошо. А пока ступай обратно. Отдыхай.  — Спасибо, Самуил.  — Всегда пожалуйста. — С улыбкой ответил он. Из моего старого шмотья на мне остались только сапоги с берсерка, перчатки с лучника, рубаха, рукава которой я урезал до длины как на футболке и нагрудная пластина, которую я украл. Штаны, ошмëтки рубашки и плащ я нëс в авоське, которую мне дал Самуил. Пояс с карманами и те деньги, что были в нëм я где-то просрал. Впрочем, как и маленький арбалет, что крепился на руку. Эх, не память, а кусок говна, даже не помню, когда мог посеять. Зато кинжал кровавый, как оказалось, всегда со мной, привязался. И всë же есть чувство, что я что-то забыл и как всегда, хрен его знает, что именно. Из нового костюма я нацепил на себя почти всë, кроме металлических наручей. Я понятия не имею, из какого металла они, но для меня тяжеловаты. В комнате все оценили мой новый прикид.  — Ну прям как азиат, в балахоне. — Сказал мне Авенир.  — Знаешь, мне всë сложнее тебя понимать.  — Ну, обычно они в подобном ходили, хотя те, которых видел я, одевались всë же иначе, но это уже история о том, как я отпиздил много людей, за то, что они рисовали порно с большеглазыми школьницами и осьминогами. — Сказав это Веня даже бровью не повëл. Чего нельзя сказать о Акселе.  — А контент с собой не прихватил? Я бы глянул! — Не унимался знахарь, громко хохоча. — Ну а что?! Это… Звучит интересно! В глазах Саты читался испанский стыд. У меня всë больше вопросов о том, куда я попал. Мир меча и магии. Системы, как в рпг играх. Мир с азиатами и хентаем. Боги помогите! Я слишком тупой для всего этого! Хочется кричать, на душе неспокойно. От этого я даже не денусь никуда, ибо это другой мир. В последнее время я много пил, надо отказываться от такого образа жизни. День неумолимо подходил к концу. Некогда яркий свет местного Солнца стал рыжим и окрашивал комнату в те же цвета. Сев в кресло боком, свесив ноги через один подлокотник и запрокинув голову на второй, я смотрел в потолок и пытался всë осмыслить. Очень много случилось, а я начал думать только сейчас, это нехорошо, очень нехорошо. Если и жить этим миром и для примера смотреть на игры, то там есть определëнное развитие. Уровни, способности и прочее говно, но самое главное билд. Что я хочу? Маг? Я мог бы сказать, что уныло, но разноцветный смертоносный понос из всего, что только возможно создать выглядит эпично, хотя живучести в них ноль. Рыцари/берсерки? Глупо. Это не моë. Наверное, что-то типа ассасина. Быстрый, дерзкий. Вот это я влип, просто пипец. Из раздумий меня вывел Аксель.  — Ты нужник тут нашëл?  — Чë? — Я тупо пялился на него.  — Сортир знаешь где? — Более настойчиво повторил он.  — Неа.  — Пошли покажу. — Аксель направился к двери и жестом позвал за собой. К вечеру холодает. От знахаря получаю информацию, что сейчас идëт последний месяц лета. Август значит…  — Слушай… — Неуверенно начал Акс. — У Саты сейчас, получается, на личном фронте никого?  — Ну, нам она ничего не говорила, но, раз она пошла с нами, а парней штабеля за ней не увязались, то, видимо, одна. А что? Понравилась, да? — С улыбкой спосил я.  — Симпатичная. Может, приударю за ней, а может нет. Серьëзная такая, хоть вешайся. Таких вредных не встречал даже когда… А впрочем, не важно, вон стоят, между дубами тропа. Ощущения, будто к деду в деревню приехал. Деревянный нужник на улице и тот заставил меня взгрустнуть, это уже перебор. Идти до них минут десять, если прижмëт, то проще выйти в окно, больно, но раза в два быстрее, после падения ещë придëтся пройти через оба двора и через сад. Зато, после облегчения, сидишь среди ухоженных кустов с ягодами и плодоносных деревьев на скамейке. Единство с природой, короче говоря. Но сейчас не задерживаюсь, меня ждëт Аксель.  — Ты только никому, окей? — Спрашивает он.  — Да без проблем. — Я киваю ему в ответ. Всë так быстро крутится. Люди знакомятся, влюбляются, а самое главное… Хотя-бы не избегают меня. К моменту нашего возвращения все начали готовиться ко сну. Диваны заняты. Нам достались кресла. Когда девушки уснули, Аксель выудил из своих пожитков карты и при свечах учил меня и Авенира играть в скат. Мы, конечно, ничерта не поняли. Быстро сыграли в двадцать одно и в дурака. Я уговорил играть в переводного. Играли на столике, не вставая с мест. Когда свечи прогорели на треть, мы задули их. Видит ли Веня в темноте? Скорее всего. А вот Аксель вряд ли, он свечи и зажигал. Спать в кресле не очень удобно. Менее чем через час шея начинает неистово болеть. Если свернуться в нëм колачиком, то лучше и теплее. Веня не использовал плед, ему он не нужен. Затой нужен мне, потому я завернулся в него и в скором времени уснул. Утро было так себе. Глаза не хотели открываться ни в какую. Долгое время меня пытался будить Авенир, по его словам, на это он потратил больше часа. Потом же совершенно не хотелось вставать. Прохладно. На улице снова непогода. По окнам барабанил дождь и было едва слышно, как на ветру шелестела листва. День не распологал к активности от слова совсем. Видя мои страдания, Веня предложил мне перелечь на диван, раз уж я всë равно не собираюсь ничего делать, а сам взял пару книг с полок и сел в кресло. Укутавшись в плед с головой на диване я слушал. Слушал, как Авенир перелистывает страницы. Как ему что-то рассказывает Аксель. Слушал природу. Стук капель о крышу и окна. Слушал завывания ветра и всë это меня убаюкивало. Я не заметил, как вновь задремал.  — Салл… Пойдëшь?.. — Меня легонько тряхнул за плечо Авенир.  — М? Чë? — Я совсем не понял, что от меня хотят.  — С нами обедать пойдëшь?  — Да, Вень, сейчас. Сидели мы за тем же столом. В этот раз мне принесли макароны в томатной подливке и куриные котлеты с отрубями. Чуть позже к нам подскачила Ева и спросила, почему никто не сказал, что подливку она пересолила, но мы смогли доказать ей, что всë нормально. Помимо этого, на столе была корзиночка с овощами и фруктами, которые разлетелись катастрофически быстро. Было и несколько отварных яиц, буквально, по одному на человека. Сата от своего отказалась, мне досталось на одно варëное яйцо больше. К чаю на тарелке посередине стола была нарезана шарлотка. К сожалению, пирог в кратчайшие сроки был съеден.  — Если так и продолжится, сражаться мы будем по пояс в грязи. — Поделился мнением Аксель.  — Да вряд ли. Времени достаточно, высохнет всë. — Ответил Авенир, выглядыввя в окно.  — Начало только послезавтра, если я правильно понимаю. Времени и права куча. — Добавила Сата.  — Меня это и смущает. Те ещё вчера начали готовиться видать. Мы то вообще собираемся? — Встревоженно спросил я.  — Не по такой погоде точно. Да и бои не серьëзные, тоже расчитанные на тренировку. Тренировка перед тренеровкой? Безсмысленно. — Подытожил Авенир и пошëл дальше в комнату.  — Ну, в чëм то он точно прав. — Развëл руками Акс и двинулся следом. Как только мне удалось выцепить Самуила, я попросил у него перину и пару одеял. Спать в кресле, конечно, незабываемый опыт, но нет, спасибо, я не голодн… Я откажусь. Пока до сна полно времени, потому, скрутив всë в рулет и кинув у входа я прошëл в комнату и плюхнулся на диван рядом с храпящим Акселем. Это чудо сидело задрав голову и пуская слюну. Он поражает меня этим. Он в одно лицо всосал в себя несколько бутылок вина и не захмелел. Решает раньше, чем успевает подумать. Сейчас из его рта едва ли не водопадом бежит слюна, а когда он проснëтся, ему на это будет совершенно насрать. Прост, как три копейки. Дождь не прекращался. По вине туч помещение казалось бесцветно-серым. Зажигать свечи было слишком рано. Капли стучали по окнам и словно соревнуясь друг с другом бежали вниз по стеклу. Наблюдая за вознëй девушек я невольно задумался и словил сильное возбуждение, да такое, что тяжело дышать. Чтобы не оконфузиться публично, я решил выйти на лестницу. У меня давно никого не было, мне некуда тратить эту энергию. Решил пошататься по этажам и на втором как раз наткнулся на Марселя и ещё двух парней. Поговорить решили в столовой. Те два парня — товарищи Марселя, Чимни и Мидас. Чимни низковатый, наверное, метр шестьдесят пять паренëк с взглядом диким, словно упорот, лыба до ушей и будто шило в жопе. Одетый в тëмный, пахнущий землëй балахон, под которым виднелись украшения из костей. Он некромант. Мидас выше своего друга на голову, его некогда белая рубаха приобрела дымчато-серый цвет и насквозь пропахла табаком. Но даже на фоне светлой одежды он был бледен как поганка, глаза не выражали ничего, в них читалась только пустота. В общем и целом его физиономия выражала крайнюю степень измученности с щепоткой отвращения к жизни. Он то ли суммонер, то ли созидатель, я особо не понял. Сели мы за тот же стол, за которым обедает моя компания. Видимо, он нравится многим. Я сел у стены, рядом со мной Чимни, напротив меня сел Марсель и соответственно, Мидас рядом с ним. Под разговор взяли выпить. Оказывается, тут есть и портер, тот, что на коричневом солоде и калорийнее. Его я, собственно говоря и взял. Такой же выбор сделал Марсель. Чимни решил взять простую наливочку, но всякий раз, когда тот отворачивался, Мидас подливат ему в кружку клюквенную водку. Сумасшедший некромант вливал в себя кружки одну за другой и когда у меня была выпита половина первой, он уже был в дрободан и с громким стуком ударился лбом о поверхность стола. Мидас и сам пил. Пил много, но только аккуратно, чтобы в голове не осталось мыслей. После того, как Чимни затих, созидатель закрыл лицо руками и только громко дышал.  — Не обращай на них внимания. Чимни всегда был пришиблен, а вот Мидас… Он так вторую неделю, после вылазки с этим. — Марсель кивком указал на некроманта. — Я не знаю, что там случилось. Мидас совсем не хочет об этом говорить, однако, мне кажется, я догадываюсь.  — Что такое могло произойти, что он уже две недели так? — Поинтересовался я.  — Чимни — грëбаный псих и любит жестить. Он чужую кожу для маскировки любит использовать. То есть сорвать с человека плоть, налепить на себя и выглядит так, что не отличишь. Мерзко, а ему весело. — Сказал Марсель.  — Значит, он и Мидаса замаскировал? Почему вы вообще его ещё не выкинули?  — Потому что может он и дурной, но полезный, да и привыкли, всë же, чаще всего он нормальный, но порой на него накатывает. А вот Мидас… Ему просто не повезло. Чимни решил, что они обязаны стать лучшими друзьями и едва ли не названными братьями, потому ему и достаëтся большая часть неприятностей, создаваемых этим идиотом… Но, ты не думай, что мы знаем и просто радуемся. Мы Мидаса сами вообще не напрягаем. Если кутим, то его деньги не тратим, угощаем. Да и вообще вся оплата на нас. Он тоже нам очень дорог…  — Досталось же ему. Но чего этот решил, что они обязаны быть лучшими друзьями?  — Да потому-что, в бою эти двое способны устроить полный кошмар. Чимни поднимает нежить, а Мидас созидатель, он кастует магические доспехи и оружие на мертвецов. Вот и выходит бронированная орда на пустом месте.  — Вау. — Я потерял дар речи. — Это просто вау, я больше ничего не могу сказать.  — Вот именно. — Сказал Марсель, отпивая из кружки. — Так о чëм ты хотел поговорить?  — А. Ну. О том, что было наверху. — Неуверенно произнëс я.  — М? А. Да ладно тебе. Не забивай голову ерундой. Всë ништяк. — Марсель улыбнулся и протянул мне руку. Я пожал еë и улыбнулся в ответ. Мы ещё долгое время общались и выпивали и вот в столовую пришли мои товарищи.  — Ага! Кинуть нас решил?! Про-ме-нял… — Авенир неодобрительно покачал головой.  — Не кидал я вас, просто надо было поговорить. — Начал я оправдываться, но Авенир прервал меня.  — Да я просто херню несу, забей. Авенир и Аксель придвинули к нам ещё один стол, поставили скамейки и мы, всей толпой продолжили культурный отдых. За выпивкой Веня рассказывал о своих похождениях, соревнуясь с Марселем. Акс рассказывал мерзости, что видел, пока работал целителем у себя в деревне и тем самым отбил напрочь у Зефирки желание есть. Порцию поделили Аксель и Авенир. Обратно наверх мы стали собираться, когда в сознании осталось четверо — Я, Сата, Зерфирия и Аксель. То, что последний по виду был трезв взрывало мне мозг. Кое-как мы дотащили три тела на второй этаж, но это была ерунда, в сравнении с тем, как мы на третий этаж несли сытого рыцаря в полной экиперовке. На третей четверти пути, когда я и Акс уже заебались тащить Авенира, тот начал неистово ржать, встал, сказал что он реальный герой и не прекращая смеяться побежал на второй этаж. Глядя на наш цирк уродов, Сата, вероятно, разочаровалась в человечестве, тяжело вздохнула и пошла наверх. Мы с Акселем переглянулись и посмотрели на Зефирку. Та, в свою очередь, помялась, неуверенно хихикнула и пошла вместе с нами за Авениром. Через второй этаж мы попали в башню и уже менее чем через минуту были наверху. Хоть дождь к концу дня прекратился, но после него холодные камни стен остались сырыми. Веня стоял уперевшись локтями в край башни и смотрел вдаль. Солнце неспеша скрывалось за горами, освещая верхушки деревьев из которых состоял лес, окружающий поместье.  — Красиво… А уж если без дождя, то совсем сказка. — Сказал Авенир, вдыхая полной грудью.  — Что есть, то есть. Только вот, что за хрень была на лестнице? — Спросил Аксель, щурясь на солнце.  — Да захотелось какую-нибудь фигню сделать, а это было самым нейтральным. Безобидным, так сказать. — Ответил Веня, поворачиваясь в нашу сторону. — Жаль тут присесть негде, хотя… Если б и было, всë было сырым вдрызг.  — Если руки не из жопы, можно сделать типа навеса… — Начал Аксель, но остановился. — Хотя говно затея.  — Да нет. Идея нормальная, но делать надо будет уже на месте, а тут высота такая, что упадëшь и совсем мëртвый будешь. — Заключил Авенир.  — Мало кто согласится так рисковать. — О своëм присутствии напомнила Зефирка, оперевшись на стенку. Она стояла так несколько секунд и вдруг еë лицо дëрнулось. Она подняла руку, недовольно посмотрела на перепачканную ладонь и вытерла о штанину Акселя. Его это так возмутило, что он и слова не мог сказать. Он молча смотрел на эльфийку глазами полными недовольства и непонимания. Почему с ними случаются такие бредово-странные ситуации? Только что они обсуждали одно, а уже сейчас наш знахарь предлагает Авениру как-нибудь научить того танцевать казачка.  — Ты и это умеешь, серьезно? — Удивлялся рыцарь.  — Я четыре г… Так, да. Четыре года зарабатывал деньги всеми способами. Даже грабежом. — На полном серьезе отвечал Акс.  — Это когда ж ты успел?  — Хм… С одиннадцати и до пятнадцати, выходит.  — Аа, понятно. Я… Вроде в этом возрасте только начал странствовать. — Сказал Веня, погружаясь в воспоминания.  — Ого, а почему ты так рано начал? — Удивилась Зерфирия.  — А я… А я один остался… Совсем один… Повисло молчание. Все понимали, что эта тема затрагивала слишком печальные события. Мы молча стояли наверху башки и тишину нарушал только воющий ветер. На такой вышине он ощущался особенно прохладным, пронизывающим до костей. Ветер трепал волосы и нëс свежий воздух, которого я, как мне кажется, не чувствовал никогда.  — Ладно уж, пора идти, как я вижу, Сату вы киданули. — Сказал Веня, нарушая неловкое молчание. А Сата уже спала. Устроившись поудобнее на своëм диванчике и укрывшись одеялом, она решила почитать, но, видимо, не в этот раз. Книга была раскрыта и лежала на животе девушки. Несколько страниц, она всë таки осилила. Подцепив книженцию пальцем я аккуратно вытащил еë из-под миниатюрных ручек, таких маленьких для стольких шрамов и царапин. Неизвестная мне книга от неизвестного автора. Видимо, из этого мира. «Слëзы Хейды — хранительницы пауков. " Очередная драма, видимо. Как много вопросов к Самуилу. Стараясь не шуметь мы стали ложиться спать. Я развернул рулет из перины и уже одного одеяла и хотел было бросить его у окна, но вовремя понял, что от окон будет веять прохладой. Бросил у стены недалеко от двери. Авенир уснул очень быстро, согретый постелью и алкоголем. Аксель же, сдвинул два кресла и как в своеобразном гнезде свернулся колачиком. Когда он уснул, я аккуратно укрыл его одеялом. Я лëг на перину и укрылся пледом, что валялся на полу. Вместо него Сата выбрала одеяло. Последний раз на перине я спал в деревне у бабушки и дедушки, когда бабушка ещё была жива, а я был мелким. На душе стало грустно. Мне было неудобно их так называть, для меня они всегда были дед Болислав и баба Надя. Это было так грубо и глупо. Глупо было и оставить деда совсем одного. Пусть он и отнекивался, мол работы много, некогда грустить, но по глазам было видно — вместе с бабушкой умерла и часть его самого. Я смотрел в потолок а по лицу бежали горячие слëзы. Хочется курить, а нечего, да и бросил ещё в той жизни. Как же тупо это звучит… Веки становились тяжелее, я весь обзевался. Я совсем не заметил как ко мне подкрался сон. Проснулся я под песнопения Акселя. Он сидел в кресле придвинутом к открытым окнам перекинув ноги через подлокотник, играл на гитаре и пел. Было очевидно, он занят любимым делом. Когда он прекратил игру с улицы полсышался свист и аплодисменты. С довольной лыбой Аксель прошëл вглубь комнаты и положил гитару на стол, на котором ранее были письма.  — Ништяк ребята. — Сказал мне знахарь, после того, как плюхнулся на диван.  — Эт которые там? Марсель? — Спросил я, садясь в своей постели.  — А хрен знает, я этих в первый раз видел. Пойдëм похаваем, как Веня вернëтся?  — А где он? — Я только сейчас заметил, что рыцаря в комнате нет.  — Он пошëл к Самуилу перетереть за баню. Вообще, его давно нет, так что должен вернуться с минуты на минуту. — Сказал Акс, после чего перевернулся таким образом, чтобы видеть меня. — Как думаешь, за победу в соревновании что-то дадут?  — Всенародное признание, почёт и алкоголь… Ну и много чего другого! — Ответил вместо меня ворвавшийся в комнату Авенир. — Погнали жрать, а после обеда — в баню, я договорился. Когда мы явились в столовую, там уже была шайка Марселя. Помимо уже знакомых нам Чимни и Мидаса, было ещё двое. Рамиэль — лысый и бородатый мужчина, широкий и мускулистый паладин. И… Огромный камар по имени Таррар. Вообще, как мне сказали, он инсект, но мне это, конечно же, вообще ни о чëм не говорит. Всей своей группой они тут собрались не просто так. Оказывается, сегодня, спустя долгое время вернулся второй повар. Узнали мы и то, что блюда у местных кулинаров сильно разнятся, но этот так часто пропадает, что на его стрепню и спрос больше. С кухни уже давно доносится приятный аромат, Аксель уже успел поспорить и сделать ставки. Говорит, нас ждëт много мяса, грибы и ягоды. Чтож… Посмотрим. Когда к нам вышел сам повар, я пришëл к выводу, что в этом месте повышенный процент странностей. К нам вышла… Вышло? Креветка… Антропоморфный человек-кревет с Красной кожей, большими чëрными глазами и длинными тонкими усиками как у всех креветок. В белом поварском одеянии с синими вставками, даже колпак на голове есть с металлической лопаткой в руке он посмотрел на собравшихся и взмахом руки поприветствовал нас.  — Дарова, Кревет! Чем сегодня балуешь? — С улыбкой пробасил Рамиэль. В ответ поварëнок активно жестикулировал руками, но несмотря на это, лысый паладин его понял.  — Как так? Сегодня совсем не будет?! — Удивился Рамиэль. На это Кревет выдал ещё порцию жестов, давая ответ, на поставленный вопрос.  — Аа… То есть пока не готовил просто? — Уже спокойнее спросил паладин. Повар одобрительно кивнул. Узнав это Рамиэль недовольство поморщился, повернулся к Апрелю и отдал пять серебряных монет. Мы решили сдвинуть столы как в прошлый раз и шумной толпой занями места. Акс был прав. На длинных овальных… Тарелках? Пусть будет так. На овальных тарелках на деревянных шпажках нам подали шашлык. С ним ничего сложного нет. Светлое мясо — курица, тëмное — говядина. От увиденного невольно начинаешь давиться слюной. К мясу шëл соус из ежевики, если я всë правильно понял. Были и грибы. Жаренные или запечëные — я чëрт знает, мало в этом понимаю, но одно могу сказать точно. Это было вкусно. Помимо грибов чувствовался чеснок, а перед приготовлением всë было заправлено уксусом, соевым соусом и маслом. По окончанию трапезы Авенир и Аксель заказали просто невероятно много пива, для бани, соответственно. Дождя с вечера не было, и летнее солнце успело испарить большую часть луж. Лишь местами, в тени, куда не проникали прямые лучи местного светила, оставались Лужицы, подрагивающие от ветра. Оказалось, бани тут две, мужская и женская, В целом, разумно, иначе, как мне кажется, каждый поход в баню кончался бы оргией. Внутри, как и снаружи, всë выполнено из древесины, и только печь выложена округлыми крупными булыжниками. Три ряда скамеек, если они так называются, все были на разном уровне. Не особо стесняясь друг друга мы разделись в предбаннике и покидали вещи на скамейку рядом со столом. Опустошили по кружке пива и со спокойной совестью направились в парилку. Сама баня сделана из дуба, меня это обрадовало больше всего, ибо однажды я побывал в бане из сосны, когда гостил у товарища. Обилие смолы было жирным минусом ибо она нагревалась до небывалых температур, мешая спокойно сидеть на лавках и грозясь капнуть на тебя, вязкой, обжигающей жижей. Веня плеснул водой на камни. С громким шипением в воздух поднялись клубы пара. В тусклом свете свечей с то и дело подрагивающими огоньками я сидел и просто отдыхал. Я не могу сказать, что устал физически, совсем нет. Наоборот, в последнее время я только отдыхаю. Было тяжело на душе. Только сейчас я стал понимать, что я успел натворить. Убийство, суд затягивается, на работе все отвернулись. В попытке от всего этого сбежать сигаю с крыши, но вместо пустоты загробного мира получаю это. Я успел убить и тут, но даже зная это, они не кинули меня.  — Это откуда у вас такие шрамы? — Сказал Аксель, смотря на меня и Веню. И ведь права. На всю грудь у Авенира шëл длинный шрам с равными краями, такой не получится от клинка.  — Этот то? Да вот… Наткнулся на одну тварь… Мы с ней разменялись, правда я отхватил куда больше… Это мне было… Года двадцать два. — Ответил рыцарь. В голосе чувствовалась обида и злоба.  — Да такие даже медведь не оставит или… Это одна из тех самых? — Аксель сделался очень серьëзным.  — Она самая… Изворотливые суки. Каждая тварь не похожа на предыдущую. Как не готовься, ко всему быть готовым невозможно. — Авенир всë больше погружался в воспоминания, а вместе с тем, на него всë больше накатывала злоба.  — Слыхал про это. Ну а ты… У тебя откуда? — Знахарь перевëл взгляд на меня. Поначалу я не понял, что он хотел услышать от меня, но после быстрого осмотра я заметил два шрама. Первый на правом боку ниже рëбер.  — Это меня чуть мечом не располовинили, еле до целителя дожил, Веня подсуетился. — Сказав это, я глянул на рыцаря, тот в свою очередь отвëл взгляд. Второй, на руке, ниже локтя и опоясывал всю руку.  — А, эк. Нихуясе. Эт мне руку приделали… ОНА Ж БЛЯТЬ ДАЖЕ НЕ МОЯ! — Я сорвался на крик. — На нас однажды вылетели какие-то культисты и я как-то попал прям к ним в обитовалище. Помню, что у них я уже без руки был. От них шëл без руки. А потом, как очухался, она на месте, а на шрам я толком не обращал внимания. Если не знать, то не заметно, но сравнивая руки, левая выходит длиннее. Это стало ещё одним поводом задуматься. Мы еще несколько раз выходили в предбанник и незаметно выпили всë, что брали.  — Ну… Херово, давайте я схожу. — Я вызвался добровольцем принести ещё выпивки.  — Можно тогда и чего покрепче взять. — Озвучил свои мысли Аксель.  — Окей, посмотрим. В одном полотенце я вышел на крыльцо.  — Свежо…  — Подышать вышел? От неожиданности я дëрнулся. Обернувшись на голос я увидел Зефирку, укутанную в полотенце.  — А… Да нет. Просто. Выпивка кончилась, решил сходить взять ещё.  — Поняла, ты… Постоишь или уже пойдëшь? — Девушка подошла ближе ко мне.  — Можем постоять. — Я улыбнулся, глядя на неë.  — Хоро… — Девушка начала говорить, но полотенце, в которое она была завëрнута перестало держаться, предательски оголяя еë. — ОЙ! В попытке остановить падение ткани Зерфирия прижала его рукой к телу то ли на нервах, то ли по неаккуратности не закрыла, А приподняла свою грудь. Ещё немного и мозг начнëт умирать, кровь в него совсем перестала поступать. Руки затряслись, дышать стало тяжело. Потому первую же пришедшую и самую дурную мысль я не стесняясь озвучил.  — Ты либо прикройся, либо раздевайся до конца. — Сказал я, стараясь выглядеть спокойно.  — З-заткнись… — Девушка смущëнно покраснела.  — Да ладно тебе, мне понравилось. — Да что я несу то, сука… — Могу ли я надеяться, ещё хоть раз увидеть их? Вместо ответа Зефирка раскрыла полотенце показывая себя всю.  — Вау… А можно продолжение?  — Давай не тут. — Зерфирия укуталась полотенцем и неуверенно глянула на меня.  — Можем пойти наверх, там сейчас точно никого нет.  — Хорошо. Я тогда… Вещи надо забрать. — девушка рукой указала на вход в баню.  — Я тогда тоже своë заберу, можем встретиться уже там, наверху.  — А эти двое? Ты вроде хотел…  — Скажу, Самуил вызвал, пусть сами прутся.  — Хорошо. Тогда… Я за одеждой. — Согласилась девушка.  — Хорошо. Как только она зашла и закрыла дверь я едва ли не со скоростью света ворвался к товарищам.  — Хрен вам, а не пиво, мне, возможно, сейчас перепадëт, наверх без надобности не суваться! — Я выполнил всë на одномдыхании, собирая своë барахло.  — Так точно. Главное, ты должен успеть вытащить. — С ехидной харей сказал Аксель.  — Без сопливых солнце светит! — Выкрикнул ему я, закрывая за собой дверь. Пока есть время, решил добежать до столовой, благо, бежать совсем близко.  — Кревет! Ты на месте?! — Если были бы часы, я бы посмотрел на них уже раз двести, но их нет, потому остался только нервно стучать пальцами по столешнице барной стойки. Из-за угла ведущего на кухню удивлëнно выглянула креветья голова.  — Дружище! Есть что-то особенное, чтоб с дамой распить? Секунду подумав голова скрылась за поворотом и через минуту новый повар вынес мне две стеклянные бутылки с красной прозрачной жидкостью. Расплатившись всем, что было, я побежал на улицу. По дороге попробовал напиток, похоже на ягодный ликëр. Заметил, что Аксель так и не закрыл окна. Третий этаж, высоко, просто писец, ссыкотно. Стены выложены больцими камнями, если постараться, смогу залезть. На ходу начал менять форму. Бутылки отправил за пазуху и с разбегу прыгнул на стену. Держусь уверенно, главное, не смотреть вниз. На чистом энтузиазме и не соображающих от кислородного голодания мозгах стремительно полез наверх. Холодные камни так же быстро крали тепло моих рук из-за чего пальцы стали куда хуже сгибаться. Там где окна — проще, можно повиснуть. Пара секунд отдыха, посмотрел по сторонам, не смотрит ли кто за мной и пополз вверх. Кое-как залез в окно, лëг на пол и шумно отдышался. Бутылки достал и поставил одну на стол, другую у дивана, что посреди большой комнаты, плюхнулся на диван, ожидая, что случится дальше. Через несколько минут ожидания дверь открылась, вошла Фира. Я только успел встать, но не говоря и слова девушка усадила меня обратно и села мне на колени. Некоторое время мы смотрели друг другу в глаза после чего преодолевая стеснения стали раздавать друг друга. Уложив на лопатки и оседлав меня девушка укрыла нас одеялом и всë завертелось. Посреди процесса в момент, когда Фира скакала на мне верхом открылась дверь.  — Мужики! Айда наху… — в комнату вошëл Марсель, но увидя то, чего не должен был остановился ошарашенный. Девушка даже не успела вдохнуть достаточно воздуха, чтобы закричать, как я сменил положение больше похожее на миссионерскую позу, схватил бутылку с пола и не раздумывая запустил в незванного гостя. Бутылку Марсель всë же поймал, приложил руку к груди и кивнул мне, типа извиняясь, после чего скрылся за дверью. Два часа немецких фильмов спустя мы закончили. Громко дыша мы лежали на диване и обнимались. Зефирка положила голову мне на грудь и лишь изредка приподнималась чтобы сделать глоток ликëра.  — Тебе понравилось? — Спросила девушка, глядя мне в глаза.  — Не то слово, а тебе то как? Всë хорошо?  — Да, но было бы еще лучше, если бы ты не пытался его целиком затолкать. — После этих слов Фира сделала очередной глоток напитка.  — Извините конечно, но я не виноват, что у тебя там так… Хорошо.  — Отговорки, отговорки! — Эльфийка улыбнулась мне. Еще некоторое время мы лежали молча, пока Зерфирия не решила дать мне совет.  — Раз природа наградила такой дубиной, научись еë использовать и тогда всë будет совсем супер. Я посмеялся с еë слов и конечно согласился, после мы помогли друг другу найти свою одежду, которую побросали во все стороны от дивана. По итогу, никакой неловкости между нами вроде бы нет. Отношений, кстати тоже. Всю ситуацию она описала как «минутная слабость», но так же сказала, что если захочется, то можем повторить. В какой чуднóй мир я попал. Приспичило в сортир, туда я и направился. Закрыв за собой дверь я чуть не кувыркнулся через Марселя, который решил сесть у входа.  — Вы давно вместе? — Спросил парень открывая бутыль, которым я в него запустил.  — Неа, эт первый раз был. — Не знаю, почему я так ему ответил. Сел на пол рядом с ним.  — Ох… Блять, прости, если сильно помешал. — По лицу Марселя было видно, ему неудобно за эту ситуацию.  — Тю ты, забей. Чего хотел то? — Я взял бутылку из рук молодого человека после чего сделал глоток.  — Да мои обрыганы уже с утра в дрободан. Делать ничего не хочется, сначала и сам хотел наклюкаться, но… Ну его, минутная слабость, так сказать.  — Не говори таких слов. — С полнейшим покерфэйсом я обратился к Марселю.  — А? Поче.  — Просто не надо.  — Как скажешь… Так ты со мной? Я в столовую, если что.  — Пошли конечно, но давай сначала в гальюн. — Моë желание облегчиться всë ещё никуда не делось. Причину не говорить те слова я объяснил, парень с этого только поржал. Заняли всë тот же стол, вернее столы. Недавно Ева, та, что кашеварит тут вместе с креветом успела учинить скандал. Постоянно двигая столы, возможно, мы были немного не аккуратны и покоцали полы. Мы это конечно же отрицаем, но даже если это так, то зачем каждый раз двигать их по местам? Минутой позднее к нам подошла Ева.  — О! День добрый, а где кревет? — Я заговорил первым.  — Не кревет, а Руфо. Это раз. И он сейчас немного отдохнуть решил, это два. Он всë утро кашеварил, а ваши сивушные феи за полчаса всë сточили.  — Понял. Слушай, Борода тут был? — Спросил Марсель, потом посмотрел на меня и добавил. — Ну Рамиэль.  — Только утром. Он с Тарраром был. — Ответила девушка.  — А. Ну тогда понятно. Ладно. Есть хочется, что посоветуешь? — Марсель поставил локоть на стол, подпëр ладонью голову и посмотрел на Еву.  — В таком случае, советую поесть. — Сказала девушка, показывая большой палец и с улыбкой ускакала на кухню. Марс перевëл взгляд на меня и сказал:  — Стою на камнях я в лыжи обутый. То ли лыжи не едут, то ли я ебанутый. Сказал красиво, запомню. Минут через пять Ева принесла нам еды. Нам принесли по тарелке картофельного пюре с бараниной на кости и по стакану горячего чая. Ещё через пару минут девушка принесла корзиночку с хлебом. Марсель сразу же выхватил булку и выдал фразу, от которой я поперхнулся.  — У тебя, Ева, как всегда такие мягкие булочки! Я изподлобья глянул на парня и понял. Он из всех сил старается не заржать в голос. Девушка же вся раскраснелась и нахмурилась.  — П-пошляк! — Крикнула она, уходя от нас. Марс рассмеялся, перестав себя сдерживать.  — И так по несколько раз в неделю, и каждый раз она так реагирует. Ну разве не милаха? — С улыбкой спросил парень.  — Ещё какая. — Только и смог ответить я.  — Так что, вы тоже учавствуете? — Марсель переменился, стал серьёзным.  — В поединке то? Ну да.  — Понял. Слушай, будте аккуратны, я конечно не знаю, на что вы способны, разумеется, вы не простые, раз тут, но именно поэтому… — Марс посмотрел мне в глаза, подумал и продолжил вещать. — Нас ты всех видел. Ещё есть так называемые «Амазонки», девок десять наверное, я точно не помню. Чимни хотел к одной яйца подкатить, но ему намекнули, что их ему отчекрыжат и скормят. Есть ещё группа из четырёх братьев, всё в доспехах такие. Хорошие мужики, несколько раз вместе на дела ходили, свою работу знают. Ну и ещё две компании. Одних я почти не видел, сказать о них нечего. А последние… Избегай этих людей, всеми силами. Могу только про трёх из них сказатьсказать. Настолько конченые, что спокойно друг друга отмудохают. Громила — огромный и злой говноед, в прошлый раз он сломал мне несколько рёбер, но ему аукнулось. Их колдун — сволота и ссыкло, но нарываться любит, ибо его они берегут. Он людей в полный отруб отправляет.  — Я видел их, когда сюда попал. — Сказал я.  — Отлично. Избегай их! — Едва ли не прорычал парень. — И их главный — высокомерный утырок. Садист и мудак. Самый гадкий из всех.  — Хорошо, я понял тебя.  — Надеюсь. И было бы хорошо, если бы мы встретились первыми, у меня есть одна идея и вы, как мне кажется, очень подходите.  — А что придумал то? — спросил я.  — Узнаешь в процессе, сейчас такое типа нельзя обсуждать. Большой брат будет недоволен.  — А кто это?  — Самуил. Этот жук всегда всё знает, но ничего не говорит. Темнит по страшному. — Ответил Марс, помешивая чай.  — А как давно ты его знаешь?  — Он пришёл к нам месяца три назад. У нас тогда та ещё задница была, а тут он предлагает золотые горы за простое дело, как тут не согласиться? Наверное, месяц мы периодически пересекались, он давал нам поручения, мы их выполняли. Деньги текли рекой. А потом он позвал нас с собой и вот мы тут.  — Вам не показалось странным, что денег было слишком много?  — Тогда нам было некогда, нам сказали куда идти и что надо сделать, А по итогу денег неоправданно много. Вообще, тут богатый округ был. Лет двести назад тут много всего добывали, возможно, предки нашего большого брата так и разбогатели.  — А что сейчас? — Я слушал Марселя как завороженный.  — А сейчас большая часть шахт заброшены. Горы изрыты, словно гиганские муравейники, а то, что не заброшено, подмяли под себя гномы.  — Эм, гномы?  — Да, низкорослые бородатые любители друг друга в зад… Ну… В основном. Не суть.  — Откуда они там? В тех шахтах то.  — Ты не знаешь? Мы на стыке границ и с эльфами и с гномами. Тут куча рек и гор, кто где я в душе не чаю, честно. Коротышки везде, но тут пока нет, в горах точно есть. Через реки либо по мостам либо не по мостам, это сложно, но без компостирования мозга.  — А что не так с мостами?  — Эльфы людей не очень любят.  — Вопросов нет. — Я поднял руки вверх.  — Ну хорошо. Во всяком слу…  — А откуда ты столько знаешь?  — Ох, мля. Забей, работаю то тут то там, вот и нахватался. — Нехотя ответил мне Марсель.  — Знаешь…  — А?  — Очень много информации, голова кипит.  — Хах. Всегда пожалуйста. Марсель отпил чай, осмотрелся и нервно застучал пальцами по столу. Минута, вторая и не удержавшись Марс продолжил говорить.  — Говорят, нас закинут к горам, это всё, что могу сказать.  — Ты о поединке?  — Да, о нём. Если мы встретимся в самом начале… У нас всё шансы на победу.  — Возможно, я понял, что ты хочешь мне предложить, Но если сейчас нельзя… То нельзя.  — Тогда остаётся только встретиться. — Развёл руками Марс.  — Это всё очень хорошо конечно. Но насколько я знаю, план, в котором задействовано хотя-бы два человека с большим шансом пойдёт по пизде.  — Есть такое, но тут не столько план, сколько надежда на удачу.  — Тогда удачи нам? — С улыбкой спросил я.  — Удачи нам. — Улыбнулся мне в ответ Марсель. Минут через десять мы пошли по комнатам. На лестнице мы встретили Веню и Акселя. На втором этаже Марс от нас отделился, а наша троица направилась в комнату. Фира видимо и не выходила из комнаты, Сата же уже вернулась. Авенир сразу плюхнулся на диван лицом в подушку. Акс развалился в кресле. Хочется сделать что-то и одновременно ничего, прошёл вглубь комнаты к столу с письмами, выбрал книжку поинтереснее и засел изучать её. Нудятина страшная. Автор данной писанины либо косит под Толстого, либо им и является. Других объяснений четырём страницам описания придорожной ямы нет. Смотреть на мёртвую муху, чьё тельце лежало на полу около стола, по правде говоря, было интереснее.  — Эй, Салем! — Позвал меня Авенир. — Ты свои железки надевать будешь?  — Наручи то эти? Не, они тяжеловаты для меня.  — Серьёзно? У тебя сколько силы? — Поинтересовался Веня.  — В последний раз было семдесят с чём-то, я бы глянул, но лучше как-нибудь потом, когда повод будет.  — А, вообще, это очень даже хороший показатель, в чём-то проблема?  — Не знаю, честно, просто не хочу, они меня будут замедлять, как мне кажется.  — Твоё право. — Ответил рыцарь, после чего встал со скрипучего дивана и направился к окну. — Вечереет.  — Можно пойти на башню и дождаться заката. — Предложила Сата.  — Мне нравится, пойдём сейчас? — Спросил Аксель.  — Думаю, стоит именно сейчас, пока солнце не опустилось за горы. — Сказал Авенир, не отрываясь от живописных пейзажей. Всей нашей кучкой мы вышли на лестницу и направились на второй этаж. Мы шли по коридору и шептались о своём. У Акселя как всегда есть выпить, Авенир с радостью составит компанию. Девушки общаются о своём, разобрать их речь невозможно. А я иду и думаю. Я вспоминаю миры игр, не помню светлых миров. Один врезался мне в память особенно, ту игру я не хотел покидать, дабы в нём теплилась хоть какая-то жизнь. Но я покинул и мир игры и тот мир, в котором я жил, теперь я тут. Скрип двери, каменные ступени винтовой лестницы, путь вверх. Откидываем деревянный люк, поднимаемся всё. Сегодня тут очень ветренно, решили сесть на прогретый за день пол, так, чтобы было видно закат. Без задней мысли жмёмся друг к другу, я чувствую тепло от людей, сидящих по бокам. Авенир открыл бутылку вина, пьём из горла, передаём следующему и так по кругу. Я всё это время не думал о тех, кто остался в той жизни, обычно, говорят, что мёртвым уже не важно, но вот я, помню не многочисленных друзей и мне стыдно, что я их опечалил своим поступком, выходит, я исключение? Бутыль попал мне в руки. Глоток. Солнце касается верхушек гор, небо окрашено в розовый. Сегодня повезло с облаками, они не закрыли собой эту красоту, но дополнили её. Бутылка уходит в руки к Фире. Я смотрю на неё, она не обращает на меня внимания. Облака окрашенные в аметистовый медленно плывут по вечернему небу. Ещё один день подходит к концу, хотя этого дня и не должно быть для меня. Сата делает глоток, морщится. Люди, окружающие меня сейчас ничего обо мне толком не знают, ровно, как и я о них, надо постараться, показать себя хотя бы не с худшей стороны. Солнце постепенно скрывается за вершинами, начали проступать первые звёрзды. Бутылка в руках у Акселя. Он старается не присосаться к ней. Мне становиться ужасно грустно и одиноко. Пусть я и могу говорить с этими людьми, но пока что я не могу поделиться с ними всем, что на душе. Вспоминаю друга с работы. Он был единственным, кто не перестал со мной общаться после аварии. Мы общались с ним много лет, ещё до работы, а наше знакомство началось ещё со школы. Класса со второго его за неусидчивость прозвали Шилом, это прозвище прижилось и тянулось за ним сквозь года. Передаём бутылку в самое начало — Авениру. Он шумно глотает. Никогда не понимал, как так можно. Интересно, как сейчас живёт Шило? Жаль, что его нет рядом, было бы проще, у этого блондинистого полудурка всегда было оптимизма на нас двоих. Вино вновь у меня. Светило спряталось за горой наполовину. С каждой минутой небо становилось всё темнее. Не хочу пить, передаю алкоголь дальше. Ночь всё ближе, потихоньку приходит усталость. Сложно объяснить это чувство. Тело становится тяжелее, обмякает. Прикладываю холодные монетки к лицу, дабы отогнать сон. Пока помогает. Два круга. Два круга, и бутылка опустела. Спасаясь от прохлады мы жмёмся друг к другу всё ближе. Это тепло, уют способны разморить кого угодно. Зефирка спит, положив голову на плечо Саты. Солнце уже почти не видно. Сколько мы тут? Кажется, совсем немного. День не мог так быстро пройти. Хотя, я уже ни в чём-то не уверен. Глаза смыкаются. Чувствую, как тормошат за плечо. Приоткрываю слипающиеся веки, на улице уже стемнело. Медленно озираюсь, мы всё сидим тут, на свежем воздухе под одеялом из звёзд. Девушки спят, Аксель поглядывает на мирно посапывающую Сату.  — Пошли спать, дружище. — Говорит мне Веня.  — Да, идём… Идём. Подруг мы не будили, аккуратно подняв мы донесли их до комнаты, Авенир нёс на руках Фиру, за ним шёл Аксель. Он держал Сату на руках с такой любовью, как мать держит на руках ребёнка, я невольно улыбнулся. Я же просто шёл впереди, чтобы потом открыть для всех дверь. Так же аккуратно уложили девушек спать, после чего улеглись и сами. Я быстро размотал перину, сняв обувь залез под лёгкое одеяло. Немного хочется перекусить, а впрочем, это может подождать до утра. Лёг на живот и положил руки под себя, так теплее. Глаза закрылись сами собой. Я невольно зевнул, хороший день был… Я совсем не заметил, как погрузился в сон.