Король школы и Ночной кошмар

"0POV Ларри Джонсон " Почему она делает все это таким безбашенным и незабываемым? Почему эта девчонка пришла в мою жизнь ураганом? Почему Салли Фишер перевернула все с ног на голову? Во второй день в школе, как только я увидел её, когда она показала себя, я не мог поверить в происходящее. Девушка, с которой я до этого учился десять лет в школе, оказалась Королевой ночи, той, что может идти со мной наравне. А Салли, как оказалось, та ещё штучка. Позволяла себе дерзить мне, делать замечания и добивать меня своим сарказмом. Все те месяцы, что я гонял с Ночным Кашмаром... Ни в одну гонку, ни в один день, я не мог даже подумать о том, что это окажется самая тихая и скромная девочка нашего класса. Никогда бы не предположил, что человек, который на гонках предстает перед всеми безбашенной гонщицей, окажется отличницей с тогда ещё скрытным характером. В тот день, когда она показала истинную себя, у меня и всех моих друзей, одноклассников, прорвало мозг. Никто не мог поверить в увиденное. Даже тогда, когда я остановил её в коридоре и она со всей смелостью, ехидностью и безразличием обращалась к моей персоне. Все думали, что просто невозможно измениться в один миг. Но она показала всем, что такое может быть. И тогда я понял, что у меня появился самый настоящий соперник, которого я просто обязан поставить на место. Поставить на место эту невыносимую фурию. Но я глубоко заблуждался... С каждым днем становилось понятно, что мы испытываем друг к другу лишь ненависть и презрение. Что мы и дня не можем прожить не посравшись друг с другом. Эта несносная Фишер смела дерзить мне, Ларри Джонсону, человеку, который не привык никогда ни в чем и никому проигрывать. Человеку, который привык к женскому вниманию и всеобщему восхищению. А Салли относилась ко мне лишь с безудержной яростью и гневом. А в её глазах, цвета океана, можно было прочесть при виде меня, что сейчас произойдёт взрыв, если мы снова начнём о чем-то спорить. А потом та ночевка в её доме... Из-за того, что Тревис втрескался поуши в Кэмпбелл ещё в десятом классе, а признаться решил только в одиннадцатом - дурак нерешительный, - мне пришлось ехать с ним к Фишер, которая так меня раздражала в то время. Но именно в те моменты в её доме что-то поменялось. Поменялся я. Раньше своим другом, настоящим другом, я считал лишь Тревиса. Лишь он мог меня остановить в моих иногда безумных действиях. Лишь он смел говорить мне правду. Лишь он ценил меня искреннее и по настоящему (не считая маму). И лишь он знал обо мне больше, чем я сам. И в тот день, у Салли , я понял, что возможно появился ещё один человек. Ведь тогда не было вокруг нас публики, как на гонках, или одноклассников, как в школе. Тогда мы просто общались и смеялись, ни о чем не заботясь. Тогда я понял, что она ведёт себя беззаботно, ничего не скрывая, со мной. Тогда она показала другую сторону себя, ту часть, с которой я находился, и мне было легко и просто. Но в один момент, когда мы оставили Тревиса и Эш наедине, когда мы с ней остались наедине в другой комнате, когда она хоть и немного, но оскорбила меня, пускай то и была частичная правда, мне захотелось её поцеловать. Захотелось просто взять и прижать к себе. Просто потому что тогда мне казалось это правильным решением. Но я этого не сделал. Ведь этого не должно было быть. И тогда я понял, что нам нужно на некоторое время перестать с ней общаться. Я пытался выкинуть её из головы, отвлекая себя Сарой и другими девушками. И даже, когда я занимался с ними безудержным сексом, в голове иногда мелькали мысли о другой дерзкой девчонке. А потом все снова поменялось. Она снова закрылась от людей. Даже перестала гоняться, хотя это было чуть ли не смыслом её жизни. Она выглядела уставшей, опустошенной, будто потеряла что-то крайне стоящее. Я думал в её семье что-то случилось, какое-то несчастье. Поэтому она перестала быть собой. А потом всем стало ясно, что она рассталась с Моррисоном, который мне никогда не нравился. Появились мысли, что он причинил ей боль, но не было доказательств, а просто так накидываться на человека без причины не по моим правилам. А потом Эш сказала, что дело не в семье, но не уточнила причину грусти Фишер. И у нас созрел маленький план по возвращению Салли. Ведь я был уверен, что Ночной Кашмар все ещё там, где-то в глубине души. Кэмпбелл убедилась по телефону, что Салли дома и никуда не собирается, и наш план начал действовать. Я заявился к ней домой с целью вытащить её на трек. И даже тогда мы слегка поругались, когда она не хотела надевать шапку. А увидев трассу, трек, у неё на лице проявились самые разные эмоции, начиная страхом, непониманием, заканчивая решимостью. Я уже давно понял, что ей очень хочется за руль моего автомобиля. И я позволил ей это, лишь бы она поняла, что ошиблась, не гоняя. А потом, в заезде, я уже хотел дать ей выиграть у меня, но понял, что если она догадается, что я поддался, она очень расстроится. И мы снова пришли наравне. А по её глазам я понял, что она вернулась, что она почувствовала то, от чего закрылась. Она снова наполнилась жизнью, позитивными эмоциями и чувствами. И в тот момент я понял, что она является той, у которой я хочу видеть эти эмоции всегда, является той, что пробудила во мне новые чувства. А потом мне захотелось её поцеловать. Но я не решался. Я Ларри Джонсон, парень, который просто напросто никогда не был обделен женским вниманием, парень, который может противостоять многому, боялся поцеловать девушку, боялся, что не будет взаимности. Смешно даже в мыслях. Но я сделал это. И она ответила. Тогда мир перевернулся. Все растворилось, кроме нас двоих. Её тёплые губы, не пропитанные табаком, как у Спры, приятный запах, и постоянно холодные руки, обнимающие меня. Я не мог поверить, что я целуюсь с человеком, который до этого мне был соперником, с которым мы постоянно спорили. И я понял, что именно эти споры порождали чувства, которыми мы дышали каждый день, без которых мы не могли жить. А потом она вдруг отстранилась и оставила меня одного. Я уже даже подумал, что она изменила решение. Но я видел на её лице отчётливое выражение радости. И я простоял тогда на одном месте где-то минуты две. Просто осмысливая то, что произошло. Осмысливая самый странный поступок в моей жизни, но такой правильный. Но не все так просто... Когда я пришёл в школу и увидел, что она меня буквально избегает, промелькнула мысль, что Салли считает наш поцелуй ошибочным. Но все сомнения улетучились, когда в том кабинете новый поцелуй становился более уверенным, жарким, безумным. Её нежные руки обвивали мою шею, и её тёплые губы так охотно отвечали на мои поцелуи. Чёрт, я хотел её уже даже тогда. Было плевать, что мы в школе. Но была одна самая важная деталь. Я хотел быть с ней, но не мог. В жизни не без приключений. Но друзьями мы могли быть. Но когда она случайно проговорилась о том, что ей изменил этот Моррисон... Мне хотелось прямо тогда набить ему морду. Она из-за него потеряла себя, и она же заявляет, что они друзья. Я был в конкретном шоке. Но радовало то, что она вернулась. Стала живой, источающей постоянную энергию и радость. А потом мы посрались на гонке. Да, это я тогда можно сказать вызвал на дуэль Тодда, а не он меня. Я даже не знаю, зачем сделал это. Просто чтобы доказать всем в очередной раз, что я лучше него, наверное. Но, блять, потом Сара поцеловала меня прямо на глазах у Салли. Я ее разумеется сразу оттолкнул, а когда посмотрел на реакцию Фишер, когда понял, что она сосется с Тоддом, во мне разожглась самая настоящая ярость. Или это было другое чувство, ранее недоступное мне?... Я тупо от обиды, как это странно не прозвучало, притянул к себе Фелпс. Вот просто для того, чтобы доказать Салли или даже себе, что Фищер для меня - никто. И я пытался доказать это все последующие дни, трахал Сару и других девушек. Но забыть Салли получалось не всегда. В те моменты, когда я видел, как чёртовы руки Тодда находятся на её теле там, где ранее находились мои, когда он сминал на моих же глазах губы, которые ранее были только под моей властью, когда он смел даже тупо держать её за руку, мне хотелось просто подойти и выдернуть ему его клешни, чтобы он не притрагивался к этой девушке. Но я тут же одергивал себя, что она обыкновенная очередная кукла, с которой я поиграю, а после брошу. Но не все так просто. Я ещё не знал всей картины. И сегодня на этом долбаном мероприятии столько всего произошло. Flashback. Среди роя этих людей в этом огромном помещении, я не могу найти одного, чертовски важного человека, которого я недавно оскорбил. Не могу найти среди этой массы одну головку с волосами светло-голубого оттенка. И вот она. Появилась. Рядом со своими родителями. В этом офигенно-красивом платье, корсет которого подчеркивает тонкую талию, выделяет её грудь и открывает вид на ключицы, шею... И это выбило из меня дух. Одним своим внешним видом она сводит меня с ума. Че за херня, блять, со мной твориться? Она просто очередная кукла, с которой будет приятно провести ночь. Я надеюсь, что так оно и есть. А потом она смотрела на меня своими такими удивительными глазами из-под опущенных длинных ресниц. Думала, я не замечаю её взгляда. Не мог не замечать. Потому как сам во всю на неё пялился. Просто не мог отвести глаз от неё. От изгибов её тела и губ, к которым хочется прильнуть... Стоп. Просто очередная шикарная девчонка. Девчонка на одну безумную ночь. Как и все. Как любая другая девушка. И всё. Ничего более. Ты лишь поиграешь с ней и бросишь. Ты просто напросто не можешь испытывать к ней какого-либо тёплого чувства, Ларри. А потом она пошла танцевать с Тоддом. Его руки ложатся на её талию, не мои... -Потанцуем? - раздался рядом слащавый женский голос, пока я наблюдал за танцующей парочкой, медленно попивая шампанское. -Конечно, - ответил я, двигаясь вместе с ней в гущу пар, вышедших на танцпол. Элина. Слишком сексуальна для своих лет. Она на год с небольшим младше меня и своего брата-мудака. И в свои шестнадцать с половиной выглядит уже как элитная шлюха. Большая грудь и упругая задница, которые отлично выглядят в этом обтягивающем ярко-красном платье. Уже давненько пытается завладеть моим вниманием. Впрочем, как и все девушки, за исключением одной. Хоть она и красива, но ещё маловата. Несмотря на то, что совершенно не выглядит на свой возраст. С ней можно было бы иметь отличный трах, ведь она уже, сто процентов, не девственница. А отказывать ей как-то не хочется, ведь лёгкий флирт всегда полезен. Но я даже не знаю о чем с ней говорить. Мы с ней толком то не общались. Бывали, конечно, в одних и тех же компаниях, но обычно на вечеринках или в клубах, где не общение, а пьянки с музыкой. Поэтому танец мы провели в молчании. Но при тех разговорах, где она по большей части была объектом обсуждений, где она сама говорила или о ней, можно сделать вывод, что Элина умна. Да, мозгами и формами её природа не обделила, но слишком стервозный и сволочной характер, как и у её братца, впрочем. И у неё слишком броский макияж, не как у одной девушки. С которой я теперь, блять, видимо, сравниваю всех остальных! Че ж это такое то?! И ответ пришёл через какое-то время. Когда включили ту самую мелодию, ту самую песню, под которую когда-то мы танцевали у меня дома, под которую что-то поменялось в наших с ней отношениях. И сейчас вдруг, так спонтанно, будто что-то в мозгах щёлкнуло, я понял, что испытываю тёплые чувства к Салли, что я не просто с ней хочу поиграться и бросить, я хочу всегда иметь её рядом с собой. Она не просто так не выходит у меня из головы, из моих мыслей. Она заняла определённое место в моей жизни. И плевать, что она встречается с Тоддом. Нужна хотя бы дружба с ней. Но теперь хочется большего, чем тупо одна ночь с ней. Я не знаю, зачем тогда нагрубил ей в коридоре, я никогда не стал бы думать, что она, как последняя шлюха, будет в туалете отсасывать Моррисону. Просто я тогда был очень зол на неё, что она позволила Тодду снова быть с ней, хотя он не достоин её, хотя бы из-за того, что однажды предал. И я уже двигался в её направлении, чтобы хотя-бы просто позвать на танец и извиниться для начала. Но тут, блять, откуда ни возьмись, рядом с ней появился этот сосунок. И похер, что он одного возраста со мной. Но характер слишком скверный. Я испытываю к нему лишь отвращение и презрение. И это взаимно с его стороны. Давние разногласия дают о себе знать. И он уже тянет свою клешню к руке Салли . Ну уж нет. Не позволю ей мараться о него. Поэтому я ловко, но нежно перехватил её руку, уводя танцевать со мной, а не с ним. Но без диалога, конечно, не обошлось, который сопровождался открытой ненавистью и неприязнью, которые, я уверен, заметила и Фишер. Но блин, как она отвечала мне во время танца. Её холодные чувства и специально безэмоциональный голос говорили мне о том, что она, кроме обиды и ненависти, ко мне ничего не испытывает. И я даже потерял некую надежду на её прощение. И она снова двигается в сторону Ковалева. Я же ей сказал держаться от него подальше. И чего это её парень не останавливает её? Ну, в принципе её может и Тревис остановить. Видимо, пора собираться в клуб. Давно пора. Скучно здесь. -Они расстались, - сказал мой друг, когда я поделился с ним мыслями по поводу того, не ревнует ли Тодд Салли. И тут все поменялось окончательно и бесповоротно. Конец Flashback. А потом она, черт побери, выиграла меня. Впервые кто-то смог победить меня в гонках, пускай и не было публики, а лишь шесть человек, пускай не было денежного выигрыша. Но были я, она и дорога к клубу. Но как ни странно я вообще не расстроился, а наоборот радовался тому, что победил меня не какой-то левый чувак, а Салли Фишер. Я был рад за неё. И в тот момент я понял, что пора исправлять ошибки прошлого. Пора принять тот факт, что она стала для меня больше, чем другом. Я люблю ее Но нет, блять, к ней было не подойти. Она наперерез моим советам, пошла танцевать с Ковалевым. А она будто не видела его похотливого взгляда в её сторону. На неё, её ноги в этом коротком платье, но платье, которое чертовски шло ей. Она не выглядела в нем, как девушка с панели, оно просто дополнило её и без того прелестный образ. Боже-е-е, я становлюсь сентиментальным. И при первой же возможности я поймал её. А она, мать вашу, начала гневную тираду о том, что я не смею ей указывать. Пришлось заткнуть её поцелуем. И пускай не с первого раза, но она ответила. И простила меня. Моему счастью не было предела. Если бы меня спросили полгода назад, буду ли я когда-нибудь хотеть прощения со стороны Фишер, я бы отправил этого человека к врачу. Но блин мы с ней даже после наших поцелуев успели посраться и помириться. Как обычно. И я понял, что она ревнует меня. Блин, приятно все равно. А я ревновал её. Вот то чувство, которое двигало мной до этого, когда я оскорбил её, когда был в ярости от её лобызаний с Колесниковым или, когда мне были противны прикосновения Моррисона к ней. Просто я тогда не хотел этого признавать. А потом она набухалась. Не сильно. Но все же. А Фелпс, мать его, позволил и своей девушке, и моей сделать это. И плевать, что мы с ним пили ещё хуже, чем эти две дамочки. А с ее реакции, когда она поняла, что мы везем их домой, я просто орал. Она даже протрезвела немного. На её лице я читал страх и отчаяние. Нечего было пить. Блять, а когда она в одной футболке, пускай которая и прикрывала все, что надо и не надо, была рядом со мной, а после на мне, это перевернуло многое. Я хотел её. Безумно хотел. Да что там говорить!? У меня от одного поцелуя с ней внизу живота начинало пульсировать! И я позволил ей оставить следы на своём теле. Никому не позволял. Никогда. А ей позволил. И я никогда, блять, не думал, что буду отказываться от секса. Охуеть - одним словом. Но я, блин, просто не хотел, чтобы она была не уверена. И похер на то, что Моррисон её уже, скорее всего, обесчестил. Как-то неприятно от этого становится. Но она была пьяна и я должен был её остановить. Она, дурочка моя маленькая, не так поняла. Подумала, что я не хочу её. Если бы она только знала, как мне трудно себя остановить было. Она не одна из каких-то шлюх, вроде той же Сары или Элины, которые не откажут парню даже в переулке. А желание просто обнять и поцеловать Салли намного больше, чем затащить в постель. Господи! Такого со мной ещё не было. А сейчас она тихонько сопит, уткнувшись мне в плечо. Я не хотел оставлять её одну после такого невероятно странного и чертовски долгого дня. И она не хотела, что бы я уходил. Поэтому я уже полчаса не могу уснуть, переваривая у себя в голове все то, что произошло у нас с ней. С этой безбашенной, дерзкой, самоуверенной и наглой девчонкой, которая смогла разжечь во мне пламя, начать растапливать лёд, который предназначается всем, за исключением пары людей, в число которых теперь входит и она, самая прекрасная. Или даже не теперь, а уже давно. С начала этого учебного года, когда наша постоянная ругань сопровождалась слишком буйными эмоциями, когда она выводила меня из себя своими смелыми и саркастичными ответами в мою сторону. А на это способен не каждый, между прочим. Я перевёл взгляд на её лицо и убрал прядь, упавшую ей на лицо за ухо, стараясь не разбудить. У неё такие классные волосы. Мягкие, шелковистые, временами даже немного кудрявые, а так волнистые... *** А проснулся я уже от того, что кто-то стукает меня по руке. И пытается высвободиться из кольца моих рук. Значит, что она все ещё рядом. -Мать твою, Джонсое! Я знаю, что ты проснулся, отпусти меня. Как медведь, блин! - возмущалась Салли, ворочаясь. А я, ничего не ответив, прижал её ещё ближе к себе, обнимая за тонкую талию. -Ты перестал понимать по-русски? - воскликнула она. Ну, как обычно! Если мы не повздорили с ней с утра пораньше, считай, день прошёл зря. -И тебе, доброе утро, красавица--ответил ей я Она, видимо, из-за того, что я сделал ей комплимент, немного расслабилась и начала разворачиваться в мою сторону. Она посмотрела прямо мне в глаза своим озорным взглядом. Ну, все. Либо что-то задумала, либо... Хотя она однозначно что-то задумала. У неё такие красивые глаза. Цвета океана. А на лице ни грамма косметики. Не как у многих девушек, которые просыпались со мной. Точнее они просыпались до меня. Ведь не дай Бог, чтобы я увидел их без макияжа! А Салли видимо пофиг на это. Ну, и хорошо. Так даже лучше. Она улыбнулась мне, когда я притянул её ещё ближе к себе. От нее так приятно пахнет. Чем-то вроде ежевики. Хотелось находиться рядом с ней постоянно и вдыхать в себя этот аромат. Но её губы напоминают вкус спелой вишни. -Что за хитрый взгляд? - поинтересовался я, всматриваясь в её глаза. Она улыбнулась ещё шире и потянулась ко мне за поцелуем. Я слегка ослабил хватку, чтобы было удобнее. А она, коза мелкая, быстро вынырнула из кольца моих рук и встала с кровати, одергивая низ футболки. -Вот ты мелкая хитрая! - возмутился я, кидая в неё маленькую подушку. Она удачно приняла ее и запустила в меня, а на последок, перед тем, как скрыться за дверью в ванну, которая, кстати, находится в этой комнате, показала мне язык. -Детский сад! - крикнул я. -Штаны на лямках, - дополнила она мою фразу, которую я уже однажды ей говорил, закрывая дверь. Удивительно, когда легко можешь дополнить слова дорогого тебе человека. А спустя пару минут в комнату с грохотом, но без стука ворвалась фурия в виде растрепанной Эшли Кэмпбелл в футболке Тревиса, которая доставала ей аж до колена. Где она её только нашла? И давно ли у моего друга настолько огромная одежда? А Салл как раз выходила из ванной комнаты. -Фишер, мать твою... - начала Эш, но поняв, что её подруга в комнате не одна, запнулась. Она ошарашенно посмотрела на меня, валяющегося на уже заправленной кровати без футболки, но уже в джинсах и на Салли, только что вышедшую из ванной в одной моей майке. По её лицу прямо видно, что в голове вертятся шестеренки, решается задача и вся картина складывается воедино. -Я не хочу знать подробностей вашей ночи, - быстро сказала она, а я с Салли переглянулись и усмехнулись, - у меня капец как болит голова, но мне очень интересно, почему я нашла у себя в телефоне смску маме с текстом о том, что я ночевала сегодня якобы у тебя? Упс... Они ж не знают, что мы с Тревисом вчера написали родителям Эшли о том, что она должна ночевать эту ночь у Фишер, а её родителям о том, что у Кэмпбелл. Салли быстро преодолела расстояние между ванной и тумбочкой у кровати и взяла свой телефон. А спустя пару секунд многозначно посмотрела на меня. -Ла-ари? , - с упреком протянула она. -Да, это мы сделали. Ну, не писать же им о том, что вы набухались чуть ли не в хлам так, что у одной башка раскалывается теперь, а им, я думаю, было бы интересно, где пропадают их дети. И не говорить же им, что вы остались у своих парней на ночь. Думаю, они не правильно бы поняли, - заключил я. А они просто стояли и смотрели на меня. А я, все ещё вальяжно располагался на кровати. -Так, все ясно, если позвонят, то скажем, что теперь мы уже у твоего парня в гостях. Пусть хоть часть, но будет правдой, - сказала Эш, - где Фелпс? -А я думал, он ночью к тебе переберется и вы... - шутя начал я. А что? Они уже не маленькие дети. И Тревис как-то раз сказал, что они уже спали, ладно ещё без подробностей. -Джонсон, хоть у меня голова и болит, но все ещё соображает, а подойти к тебе и дать подзатрещину руки давно чешутся, - грозно произнесла она. Салли же на меня строго посмотрела, но на её лице читалось, что ей тоже весело. Два сапога - пара, как говорится. Мы с ней друг друга стоим. -Внизу он должен быть, - сказал я, и она удалилась, оставляя нас с моей девушкой наедине. Даже как-то странно звучит. У меня есть девушка и это Салли Фишер. Две самые разные вещи все-таки могут сочетаться в одном. -Тебе не кажется все это странным? - спросила она после того, как я завалился рядом с ней на кровать, сделав все водные процедуры. Значит, она тоже про наши отношения много думает. -Странным, но настолько... -Правильным? - закончила она за меня. -Именно, - шёпотом произнес я, поворачиваясь на бок, чтобы видеть её в полной мере. Чистая правда. Точно это я и хотел сказать. Я точно становлюсь сентиментальным. Я меняюсь рядом с ней. Она меняет меня. Она немного приблизилась ко мне, и её лицо снова украсила та хитрая улыбка. Я подозрительно прищурился и стал ждать её дальнейших действий. Она медленно провела несколькими пальчиками одной руки от моего оголенного торса вверх, останавливаться у моей ключицы. А потом придвинулась ещё ближе и прошептала: -Тебе стоит надеть футболку. Хах! Не на того напала, малышка! -А лучше тебе снять свою, тебе будет лучше без неё, - загадочно произнес я. Я действительно очень хотел её вчера. И сейчас хочу, но я не собираюсь на неё давить. Тем более, что вчера она была не слишком трезвая. -У тебя вчера был шанс, - заметила она, когда её лицо находилось в паре сантиметров от моего. -Уверен, шансов будет ещё предостаточно, - бросил я и впился в её губы с властным и таким охренительно-сладостным поцелуем. А она с таким желанием и охотой отвечала мне. -Это точно, - произнесла она сквозь поцелуи. Обо всем, что я вчера собирался ей сообщить, я расскажу сегодня или завтра. И возможно, это будет не самый приятный разговор.