Последнее желание.

Люциус Малфой не был здесь два года. Его поместье, казалось бы — его дом — оставался без присмотра все это время, не отданный даже на откуп домовикам. Все они, как и прислуга давно ушли из заросшего мхом и пылью дома, после сокрушительной победы его Господина. Когда-то волшебный и сияющий роскошью особняк, сейчас представлял из себя разрушенную халупу, с местами проглядывающим фундаментом из-за осевшей почвы. Сад заброшен и усеян высокой сухой травой; пруд полностью заполонила тина, а кваканье лягушек, сопровождающее каждый его шаг, каждый раз эхом раздавались по округе. Да и сам мужчина уже не выглядел так как раньше. Постаревший, державший осанку лишь за счет высокой трости, не покидающей его рук десятилетиями. И все же он опять здесь. Ради одной единственной души, которая — он искренне надеялся — все еще разбавляла мертвую тишину своим дыханием. Он с трудом расчистил завалы у коридора, ведущего к темницам, за счет беспалочковой магии и, прихрамывая начал идти в сторону одного единственного пленника, который был ему так важен. Гарри Поттер. Давно, даже и не вспомнишь, его стоны и крики громом разносились по темнице, а сейчас здесь лишь воняло трупами когда-то важных персон. Люциус спешил. Если мальчик — хотя какой там мальчик — жив, то его надежда на спасение приблизится. Не на много, лишь на кроху, но и этого пока было достаточно. Он должен быть жив! Просто обязан! Остался всего один поворот и вот, в самых глубинах этого места он увидел его. Не человека — нет. Скелет обтянутый кожей. Мужчина замер — не смог поверить своим глазам. Все железное: прутья решетки, кандалы, дверца для подачи еды — заржавело и покрылось грубыми рыжими буграми. Мох, которого отродясь не было, разросся в невероятных масштабах, успев поглотить в свою микрофлору отросшие волосы, скатавшиеся в огромные колтуны. Грубая корка крови расползлась от уха до рта, заканчиваясь лишь в огромной засохшей луже крови на полу, края которой уходили далеко за пределы камеры. Руки, подвешенные на цепях от постоянного оттока крови, посинели. Одна уцелевшая нога, замотанная в тряпки, которые от времени и сырости гнили вместе с плотью. Казалось, что парень мертв. Однако Люциус не терял надежду. Он простоял там достаточное количество времени и все-таки смог уловить едва слышимый шорох, говоривший о том, что пленник жив. Он просто не мог погибнуть, зная тайну его существования. Лорд давно мог убить его прилюдно, уверив народ в своей непобедимости. Но не сделал этого. Мальчик — последний крестраж. И хоть он уже несколько лет не получал подпитки от носителя, ему все же удалось сохранить свою жизнь. Но каким образом? Кто здесь? Мысль, что ворвалась в сознание мужчины, была настолько противоестественной, что тот покачнулся. Голова разболелась вновь, напоминая о непрекращающейся мигрени. У Гарри нет возможности говорить. Его голосовые связки давно изничтожены, а слух, не улавливающий звуков все это время, наверняка отвык от голосов. Драко и Нарцисса скончались… Гарри, я пришел забрать тебя. — Люциус не видел его глаз, но седьмым чувством понял — мальчик услышал его. Услышал его мысли. Значит вы смерть? Давно пора. Мысли, лишенные эмоционального спектра пугали его. Я не смерть Гарри. Но я заберу тебя отсюда. Я сделаю все, что потребуется, чтобы ты выжил. Кто вы? Что вы собираетесь сделать? Люциус не был уверен в том что делает. Если его Господину станет известно, что он вызволил мальчишку — Люциус умрет, вслед за женой и сыном. Драко ослушался его, когда Лорд приказал привести к нему Скорпиуса. Нарцисса вступилась. А поплатились в итоге оба. Так как ответа на эту мысль не последовало, парень попытался поднять голову. Будто со скрипом, корка мха лопалась, а волосы с мерзким треском отрывались от черепа, от чего капельки крови заструились по его лбу. Действие давалось с трудом — было видно невооруженным глазом. А дальше… дальше Люциус увидел его глаза. Такие же яркие, что и раньше, будто светились изнутри мистическим зеленым светом. Парня надо было спасать. Делать что угодно, но оторвать его от камеры и переправить во Францию ко внуку. Там его смогут подлатать. Место безопасное, а дальше… время покажет.

***

Скорпиус всегда был любопытным мальчиком, но его любопытство всегда ничем хорошим не заканчивалось. Так же прошло и в тот раз, когда в доме начался переполох. Дедушка вернулся! — проскочила радостная мысль и он, сломя голову, помчался к аппарационной площадке. И не увидел там ничего хорошего. Дедушка, сломленный и едва дышащий от перемещения, а на нем бездвижная фигура без ноги, закутанная в мантию. Он испугался. Сильно. Особенно после того как рядом, с хлопками, начали появляться домовики, а с следом за ним прибежала домоправительница. Спутник деда вдруг захрипел и рухнул, пытаясь зажать свои уши и глаза одновременно. Вокруг него сразу засуетились и пока дедушка панически шептал приказы и команды, мальчик вдруг наткнулся на, полные безумия и боли, глаза того человека. Это так ошеломило его, что Скорпиус рухнул в колючие кусты роз, за которыми спрятался от неожиданности. С того дня прошло всего полгода, а мальчику так и не сказали, кто живет в комнате в северном крыле. Любопытство его просто губило, и после того как дедушка Люциус переместился обратно в Англию, Скорпиуса едва ли не разрывало. Ему, конечно, не сказали кто это. Более того, на расспросы отмалчивались и заваливали учебой. Но мальчишка знал — в первую неделю после инцидента дед, вместе с тем человеком около недели безвылазно находился в ритуальном зале, а после выглядел как выжатый дайкон. От привычного лоска осталось только название, а стоило спросить, как его придавливали суровым взглядом. Затем последовали еще одни сокрушительные вести. Папа и бабушка погибли. Скорпиусу уже не было дела до незнакомца. Ему ни сказали ни как они умерли, не разрешили отправится на похороны — они уже прошли. Любопытство касаемое гостя исчезло и почти забылось. До тех пор, пока спустя приличное количество времени, он не увидел того человека в саду. Скорпиусу не спалось, поэтому он, укутанный в шаль решился прогуляться. На улице уже было темно, солнце почти упало за горизонт. Сад освещали только светлячки, но вдруг мальчик наткнулся на потусторонний зеленый свет. Сначала ему почудилось, что это зверь, но потом он присмотрелся и увидел человека в инвалидной коляске. А рядом с ним, держась за ручки, стояла, недавно нанятая, сквибка. — На что вы смотрите, Гарольд? — ласково спросила она, поворачивая голову в сторону Скорпиуса. Мальчик тут же спрятался за дерево. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, только от вида этого человека. — Да, конечно, я принесу. Я быстро. — пролепетала она, и быстрым шагом пошла в сторону дома, не замечая затаившегося мальчика. Это было странно — подумал Скорпиус, не расслышав ни единого слова от мужчины. Как вдруг в его голове прозвучали чужие слова. Покажись. От неожиданности он замер так где стоял, как в голове появилась еще одна фраза. Подойди. Я не кусаюсь. Скорпиус, как будто под гипнозом, вышел из укрытия, маленькими шажками приближаясь к цели. Мужчина, за которого его принял ребенок, оказался очень молодым. В темноте он не мог разглядеть его полностью, но заострил внимания на пустоте в районе его левой ноги. Мужчина был очень худ, а от его силуэта исходила непонятная аура таинственности, которая притягивала как фисташковое мороженное. — Что вы здесь делаете? — невольно спросил мальчик, смутившись. Любуюсь видом. — мужчина, казалось, улыбнулся. Хотелось задать так много вопросов этому таинственному незнакомцу, но тот, как будто предвидев их, махнул рукой. Я не воспринимаю солнечный свет и не могу говорить. Мои голосовые связки почти не восстановились за эти полгода. — Вы какой-то политический беженец? — разыгралось у мальчика любопытство и он сел прямо на траву, скрестив ноги. — Об этом поместье никто не знает, дедушка никогда не приводил сюда других людей. Значит ты внук Люциуса — Скорпиус? — мальчик кивнул — Я был пленником долгие годы… Твой дедушка спас меня. — А почему вы были пленником? И где ваша нога? Ой, я не хотел спрашивать… Ничего страшного. — мужчина повернулся в сторону, от чего челка упала на глаза, — Я был… жертвой обстоятельств. И до сих пор не оправился. — после чего он опять посмотрел на мальчика, сказав ему бежать. Кажется сквибка возвращается.

***

После этой встречи юный наследник не раз пытался пробраться в комнату к Гарольду. Каждую ночь его мучали вопросы, например: Как этот человек общался с помощью мысли? Ведь на Скорпиусе, как на вешалке, висела куча амулетов. Как он потерял ногу? Почему дедушка спас его? Зачем он нужен был дедушке? Насколько долго он был жертвой обстоятельств? Был ли он знаком с его отцом, раз они почти одного возраста? Вопросы, вопросы и еще раз вопросы. И на каждый, со временем находился ответ. Гарольд не помнил своего прошлого, он потерял память и обезумел, находясь в темнице. У него иногда были галлюцинации, из-за чего мальчик каждый раз дергался, стоило мужчине замереть на несколько минут, смотря в одну точку. Все это пугало, но не разбавляло неуемного детского любопытства. Мужчина когда-то давно был магом, но его магия заблокировалась, как ему сказали. Был ли это какой-то защитный механизм, как в книжках по истории — Скорпиус не знал, но возгорелся желанием найти для нового друга палочку. Мужчина казался мальчику родственником, но сколько он не пытался рытся в архивах и просиживать кресла у семейного гобелена, он не мог найти там знакомое имя. Скорпиус буквально нутром чуял, что одна из припрятанных от ребенка семейных палочек должна подойти. И не ошибся, пожертвовав лишь кокнувшей вазой. Палочка оказалась правильной, а вот магия нестабильной, поэтому мужчина, посмеявшись, отдал сконфуженному мальчику находку. — Вы Блэк? — как-то спросил его Скорпиус, — Вы очень похожи на родственников моей бабушки. Мой крестный был Блэком. В родственниках со стороны отца тоже были Блэки, но я не помню всего, сам понимаешь. Скорпиус не стал расспрашивать дальше, видя как собеседник морщится, будто от боли, но с тех пор стал называть его дядя Гарольд. Спустя полгода мужчина вполне окреп, поэтому однажды, удивленно раззинув рот, мальчишка встретил своего друга с деревянной ногой и тростью, без привычного кресла на колесах. Перемены с первой встречей и последней разительно отличались. Гарольд, с помощью домоправительницы заказал палочку у приезжего Мастера и начал проводить вечера в библиотеке, вяло махая палочкой и безмолвно штудируя заклинания. Скорпиусу начало казаться, что мужчина готовится к чему-то большему, поэтому сам сосредоточился на учебе, не отставая от старшего товарища, но и не переставая наблюдать за ним. К тому времени как Люциус вновь посетил поместье, Гарольд жил там уже три года. Мужчина, встретив окрепшего парня не смог удержатся на ногах. Он встал перед ним на колени, склонив голову и все шептал, не переставая, параллельно транслируя в свой голове произошедшие события. Мне осталось не долго, Гарри. Он узнал. Он все узнал. Не получив ответа на свой зов, он ворвался в мэнор. Не увидев на месте своего крестража, Лорд снес чертово здание по кирпичику. Он знает что это я. Он знает что я забрал вас. И что же вы предлагаете, Люциус? Убить его? Мне не удалось сделать это тринадцать лет назад, думаете сейчас я на что-то способен? Встаньте, не пугайте своего внука. Люциус, словно опомнившись, вгляделся в окно под виноградником. Стоило ему упереть взгляд, как фигура ребенка исчезла. Мужчина, с помощью Гарольда встал с травы и судорожно схватился за трость. Пойдемте-ка в кабинет, вам явно нужна пара склянок с обезболивающим. Уже в кабинете, рухнув на диван и выпив несколько зелий, мужчина смог перевести дух. Его мучало чувство вины перед Гарри Поттером. Перед тем мальчишкой, которого пожиратели уволокли в темницу прямо на его глазах. Тогда он уже убедился в безумности своего хозяина, но уже было поздно. Он уже совершил ошибку. Ко мне недавно приходили дети. — начал Гарольд — Галлюцинации всегда шли за мной, куда бы я ни пошел, но эта сцена… была особенной. Мальчик и девочка. Рыжий, веснушчатый паренек и лохматая улыбчивая девочка с торчащими верхними зубами. Они бегали друг за дружкой, а когда обратили на меня внимание, засмеялись. Подбежали и начали задавать кучу вопросов. Как я себя чувствую. Здоров ли я. Выучил ли я уроки, ведь если у меня будут плохие оценки, даже квиддич меня не спасет. Квиддич… какая забавная игра. Ваш сын же тоже был ловцом? Интересно, играли ли мы вместе? — Гарри… Я знаю! — отмахнулся он, покрепче схватившись за трость и склонив голову, — Я знаю, вы думаете, что как только я все вспомню, то воспылаю справедливость и пойду мстить. За своих друзей, за свою семью? Не именно ли этого вы ждали, когда вытащили меня? Спасения? Но поверьте, вместе с воспоминаниями, я вспомню и десятилетнюю боль, которая сопровождала меня каждую минуту пыток. И вместо мессии вы получите безумца, который не остановится на одном Волан-Де-Морте. Он будет уничтожать одного ублюдка за другим и в итоге, в порыве ярости доберется до вас и вашего внука. Вместо освобождения, Магическая Британия погрязнет в анархии и не признает более ни одного правителя. На ошибках должны учится, вы так не думаете? — Почему бы вам самим не стать правителем? Почему бы вам не взять под контроль эту страну и не дать людям надежду? Смеетесь? Магглу с палочкой никогда не стать Министром. Из-за проблем с контролем я не могу даже перо со стола поднять, а вы о правлении страной. У меня нет ни знаний, ни желания возглавлять этот рассадник. Магическая Британия давно себя изжила. — Но вы можете попытаться! — Люциус привстал, с жаром доказывая свою точку зрения — Я понимаю, единственное что вы сейчас хотите это покоя. Но вы не можете отрицать того факта, что он найдет вас. Сконцентрирует свою мощь и найдет свой крестраж, где бы он ни был. Я отплатил свой долг жизни поставив вас на ноги, так и вы отплатите свой, не дав гневу моего Господина обрушится на мою семью. У нас есть всего пара дней, перед тем как он найдет нас. У нас будет всего десять минут чтобы убить его. Многие из его приспешников со мной в одной лодке. Мы планировали все три года. Обещаю, как только Лорд падет, вам больше не нужно будет думать о том как спастись. Вы будете свободны. Скорпиус был прав, когда прощался со своим дедом как в последний раз. Тот ласково гладил его по светлой макушке, и говорил вести себя хорошо до его возвращения. Но он так и не вернулся. Спустя месяц поместье встретило только Гарольда, который склонился перед юным наследником, впервые заговорив: — Мне жаль, малыш. А спустя еще пару десятков лет, Скорпиус, вступивший в права Лорда, зашел в комнату своего дядюшки, который заменил ему всех и увидел пустоту, застрявшую в изумрудных глазах. — Драко, ты вернулся? — Да, отец.