Человек-доспех

Щёлк! Вот что такое боль… Тони терпел, пытаясь поймать в фокус лица близких ему людей. Как бы он ни язвил, как бы ни скрывал за сарказмом свои истинные чувства, но себе самому можно было признаться, что все эти оголтелые/растерянные/агрессивные/нестабильные социопаты — настоящие друзья. Почти семья. А ещё, угасающим взором он ловил улыбку на лице Пеппер. Его прекрасная стальная леди-бабочка. Хрупкая, сильная и до боли родная. Та, что долгие годы шла за ним, а иногда и впереди него, прикрывая гения и далее по списку ото всех назойливых и докучливых забот. Именно эта женщина подарила Старку величайшее чудо — его Принцессу, которая так похожа на него самого, только, в отличие от отца, она не утратила веру в чудо, справедливость, ну, и в волшебных единорогов. Сказки… Тони держался, но сознание меркло, избавляя от ужасной муки. Последней мыслью было: «Интересно, кем бы я был в магическом мире? Железным Дровосеком?» Плюх! От неожиданного падения с большой высоты прямо в какую-то мутную воду Тони заорал. Вернее, попытался заорать и заматериться, но из горла вырвалось какое-то странное шипение и клёкот. К тому же, в гневно распахнутый рот тут же попала вода с кусочками растений. Тьфу, гадость какая! Тони еле отплевался и погрёб к берегу, если он правильно опознал направление в полумраке. Но что-то торчало в отдалении глухой стеной и слегка напоминало силуэты деревьев. Очень странных деревьев, словно им было несколько сотен, а то и тысяч лет. Уж больно они были огромными и неохватными, и покрыты густыми лианами, если эти толстенные шевелящиеся канаты можно было так назвать. Что-то ещё тревожило Старка, какая-то неправильность в собственных движениях, но он решил, что разберётся в этом, когда выберется на сушу. Наконец под руками почувствовалась твёрдая почва. Тони сделал последний рывок и улёгся животом на надёжную, хоть и влажную склизкую поверхность. И тут вдруг с удивлением понял, что до этого с таким же комфортом лежал на/в воде, и стремился на берег чисто инстинктивно, вовсе не нуждаясь в этом. Очень странно. Вокруг царил густой полумрак, но даже в таком скудном освещении мужчина увидел, что у него вместо рук какие-то странные лапы с когтями. Но даже не это было страшно — подумаешь, ну когти, ну лапы, главное, чтоб человек был хороший, — гораздо страшнее было то, что эти лапы покрывала очень морщинистая шкура-кожа… «Я что, древний плавучий мамонт?» — мелькнула истерическая мысль, но Тони тут же затолкал её поглубже. Не время для паники. Вначале надо разведать, что к чему, и где это он оказался в своём посмертии. Разведка была долгой и упорной. Тони полз по болотам много дней… Ну, это он так предполагал, потому что не видя солнца и находясь в постоянном густом сумраке, очень сложно отслеживать смену времени суток. Так что упорный морщинистый болотный мамонт всё полз и полз, и в конце концов увидел, что кроны деревьев начали расходиться, показывая чистое небо над собой. Тони вытягивал длинную шею и пытался опознать знакомые созвездия. Хрен там ночевал. Ни одной мало-мальски знакомой звезды так и не нашлось. Или это какой-то новый мир, чему Старк не удивлялся, всё-таки его немало помотало по Вселенной, или вообще иная реальность. Общение со Стрэнджем любому человеку сломало бы мозг. Эти его шараханья по разным планкам веера и постоянные отлучки через пижонские светящиеся порталы не давали усомниться во множественности миров. И вот наконец Тони увидел рассвет и себя-нового в отражении чистой воды. Ну, что сказать, не мамонт он вообще. Он — Черепах! Старк даже нервно захихикал, когда увидел за своими условными плечами плоский, покрытый тиной и засохшей грязью панцирь-доспех. «Это мой костюм Железного Человека решил перенестись вместе со мной?!»  Тони ещё немного поистерил, но так как в облике черепахи это было довольно сложно, вскоре успокоился. Пожевал какой-то сочный кустик, схрупал несколько лилово-синих ягод и вздохнул. «Ну, не быть мне Донателло, сколько бы я ни любил пиццу, да и чёрт с ним, как-нибудь разберусь». С этой оптимистичной мыслью бывший миллиардер и плейбой полез отмываться от всего добра, что успел нацеплять по пути через бесконечное болото. Накупавшись, нанырявшись и наплескавшись в чистом ручейке, Тони вылез на берег, когда яркие лучи солнца уже падали на землю, пробиваясь сквозь верхушки деревьев. Полдень. И тут же снова заорал-зашипел-заклекотал, и было отчего! Как только он попал под яркое Светило, всё вокруг заиграло разноцветными бликами, словно включилась светомузыка в ночном клубе. Тони завертел головой и обнаружил, что он остался не только гением, но и богачом — панцирь был явно драгоценным и переливался, как щётка аметиста, если бы её огранили на пятьдесят семь фацетов и придали форму овала. Чем-то он был похож на алмазную черепашку из советского мультфильма, который любила смотреть его Принцесса. В нём маленькая девочка Алиса (подозрительно непохожая на своего папу Селезнёва, а очень даже копия капитана Зелёного) носилась меж звёзд и собирала волшебный зверинец. Одним из постояльцев этого заведения и была черепашка-шпион с драгоценным панцирем. Так что гений внезапно понял, что жизнь его будет чрезвычайно тайной, если он не хочет лишиться своего дорогого (в прямом смысле этого слова) домика насильственным путём.

***

Жизнь в лесу была скучна. Очень скучна. Тони хотелось узнать, где именно он находится, что происходит в большом мире, есть ли здесь он сам-двойник и его ненаглядная семья, да даже почём нынче баррель нефти и каков индекс Доу-Джонса, в конце-то концов! Старк решил выбраться в цивилизацию. Двигался он тропами в сторону кромки всё более редеющего леса, пока не оказался на опушке, где стоял странный огромный каменный дом. За ним, вдалеке, на высоком пологом холме возвышался величественный замок с башнями, шпилями, бойницами, флагами и прочей атрибутикой «крутых пацанов». Вот только кое-что не вписывалось в эту картину стилизованного средневековья — рядом с замком виднелись трибуны, над которыми с дикой скоростью проносились фигурки людей. На мётлах. Тони сел на свой мосластый зад, уже привычно свернул в колечко короткий хвостик и призадумался. Вся эта хрень, как то: замок, башни, летающие отморозки, собственный волшебный вид — навевали нехорошие мысли и ассоциации. Маленькая принцесса из прежней человеческой жизни очень любила сказку про некоего мальчика, который постоянно кого-то убивал в школе, но вовсе не был маниаком-потрошителем, а все свои подвиги творил во имя Добра. И если Тони оказался именно в этом мире, а чего только в жизни не бывает, то у него есть реальный шанс попасть не просто в лапы вивисектора — любителя драгоценных ингредиентов животного происхождения, но и, что гораздо страшнее, в когти злобного зельевара, который пустит его по частям на зелье… от бедности, например. В волшебный замок Старко-черепах пробирался после заката. Зашёл он, как ни странно, через парадную дверь, которая отворилась перед удивлённым гостем. Тони только негромко хрюкнул (ну не было у него в этой жизни нормального речевого аппарата, и бровей для заламывания не было, и лапа до морды не доставала, чтоб исполнить любимый фейспалм), прополз в щель, как раз по ширине его панциря, и отправился в долгое путешествие-разведку. Первым делом он понял, что для такого маленького существа, как Тони Старк — Аметистовый не-Человек, Хогвартс является огромной локацией со множеством ловушек, опасностей и неожиданных энписи, первый из которых появился перед ним буквально сразу же в коридоре после большого холла. Драная облезлая кошка с демоническим взглядом изумрудных очей возникла перед ним и злобно зашипела. Тони в ответ выматерился на черепашьем и как мог показал негостеприимной мохнатой скотине международный знак на пальцах «Мне всё равно до твоего неинтересного мнения». Видимо, на волшебном языке эта фигура читалась так же, как и на английском, потому что кошка сначала вытаращилась на Тони, а потом неуверенно обнюхала его, пофыркала, лизнула в плоскую морду и куда-то умелась. Вернулась она через несколько минут, Тони даже не успел перейти в следующую локацию «Коридор №2». Вместе с ней явился новый энписи — лопоухий чудик со стопкой вязаных шапочек на голове и в нескольких парах разноцветных носков, надетых друг на друга… — Сэр! Добби рад приветствовать сэра волшебного гостя! — заверещал этот недоэльф, дёргая себя за уши с такой силой, что у него начали выкатываться глаза. — Добби проводит сэра к великому Гарри Поттеру! Все хотят дружить с Избранным! Сэру будет хорошо у доброго мистера Поттера! Не успел Тони вторично продемонстрировать международный знак, как его подхватили под брюхо и после короткого рывка он увидел небольшой кабинет, где за столом расположился молодой мужчина с нежно любимым самим Старком инструментом для микропайки в руках. Хозяин поднял голову, снял защитные очки и устало улыбнулся. — Что, Добби, что-то случилось? — Гарри Поттер, Добби принёс волшебника, который застрял в анима-форме! Добби позвала миссис Норрис! Надо оказать помощь, ведь в Хогвартсе каждый получает её, стоит только попросить! Мужчина, «Поттер», — поправил себя Тони, взял в руки черепаху и положил на стол перед собой. — Эм-м-м… мистер, не бойтесь, я вам не наврежу. Сейчас кину несколько диагностических чар, чтобы понять: смогу ли я вам помочь самостоятельно или лучше обратиться в Мунго. Постарайтесь не шевелиться и расслабьтесь. «Ага, и получайте удовольствие», — так сказал бы Старк, если бы вместо грёбаной пасти у него был нормальный человеческий рот. Но всё действительно вышло неплохо, только немного щекотно. Чары скользнули по морщинистому телу, чуть ущипнули в деликатных местах, подёргали за чувствительный хвостик и, окатив на прощанье холодком, отхлынули. — М-м-м… мистер, в принципе, ничего серьёзного не произошло. Как я понимаю, вас спонтанно выбросило в анима-форму: или от стресса, а может, от боли, а ещё возможно, что Магия хотела спасти вас от смертельной опасности. Тони на эту речь только покивал, радуясь, что догадливый доХтур сам строит предположения, ставит диагноз и вроде собирается лечить. — Ну, что же, мистер, сейчас я попробую набросить на вас заклинание насильственной трансформации. Оно должно вернуть вас в образ человека. Будет немного неприятно, но другого пути я не вижу. Старк не успел испугаться, как Поттер наставил на него палочку, пробормотал: «Спекуле верто», — хитро вычертил фигуру кончиком своего магического инструмента, из которого вылетел яркий луч и ударил Тони прямо в лоб. Тело несчастной черепахи подлетело в воздух, Старк заорал от ощущения покалывания в затёкшем всём, выгнулся от мгновенной боли и с грохотом рухнул на пол. — Железный Человек! — придушенно выдавил Поттер. — Но… но разве вы не герой комиксов? Я читал все части, у меня есть ваши фигурки с комик-кона в Сан-Диего, я даже получил автограф у мистера Роберта Дауни-младшего… Но вы… вы… вы же погибли в «Мстителях-Финале»… Я так плакал, хоть и стыдно признаться. Тони оглядел себя, с удовлетворением заметив, что после переноса в иную реальность его костюм снова выглядел новым, будто только что вышел из-под заботливой руки создателя. Он откинул забрало, деактивировал броню, подошёл к поражённому герою, протянул ему руку, сжал прохладную твёрдую кисть с мозолистой ладонью. — Мистер Поттер, в моём мире вы тоже герой детской сказки. Не знаю, насколько совпадают выдумки о нас, но думаю, что мы подружимся, ведь я вижу, что вы так же, как и я — механик. — Да, мистер Старк, именно после фильмов о вас я решил стать артефактором, ну, это такой же механик, только волшебный, — смущённо ответил Избранный, но тут же встрепенулся. — А что вы говорили обо мне? Про меня есть сказка? Про то, как я работаю учителем в Хогвартсе? А про мою семью и друзей тоже написали? — Думаю, что нам о многом стоит поговорить. Но первым делом я хотел бы узнать, какой нынче год? — Тони удобно устроился в кресле, подхватил бокал с неплохим бренди, который принёс всё тот же домовик, и настроился на долгую беседу, решая, чем он может помочь отсталому миру. — Эм-м-м… Сейчас две тысячи четыреста тридцать второй год, — Поттер бросил на закашлявшего Старка «Анапнео», и после того, как тот успокоился, продолжил: — Я, как бы это сказать, не совсем нормальный человек. После той битвы, когда я собрал некие артефакты, я перестал стареть. Совсем. И теперь вижу магические потоки, умею определять суть, и в вас я вижу ядро волшебника. Стало быть, вам пора учиться колдовать. Старк тут же сгенерировал идею возвращения к любимой семье и бешеным друзьям… Ладно, допустим, технологии шагнули далеко вперёд, но гений всюду останется гением. А если к его великолепным мозгам добавить Магию и Силу Бессмертного Избранного… — Мистер Поттер, Гарри, а вы сильно привязаны к этому миру? — Нет, мистер Старк, — вздохнул мужчина. — Все мои близкие давно умерли, а я всё живу в замке, как привидение профессора Бинса… — Тогда, как вы смотрите на то, чтобы изобрести межмировой и межвременной портал?