Страсть, застывшая во льду

POV Карин Никогда мне ещё не было так плохо. Казалось, что время стало течь медленнее, или же совсем остановилось. Сердце будто бы специально бухало всё тише и тише, и вскоре, я перестала слышать его. В ушах стоял гул, горло болело от собственных криков, а на душе было так паршиво, что хотелось плакать. В глотке застрял ком слёз, но их не было, словно все уже вылились за последние три дня. Сейчас ничего не имело для меня значения: ни взволнованного голоса Рукии, ни надёжных рук Ичиго, что сковывали меня словно оковы, ни противного звука, идущего от монитора, ни той дурацкой сплошной полосы, которая вмиг разрушила все мои надежды. Я видела, как Йоруичи подбежала к капитану десятого отряда и что-то вколола ему, я видела, как на её лице появился страх, я видела, как они все застыли в немом крике, но не понимала, почему они так спокойны. В их лицах я не видела того взгляда, что ощущала я сама в себе сейчас, будто видела себя со стороны. Они были через чур спокойные и безэмоциональные. На самом же деле мне хотелось рыдать. Кинуться к Тоширо и заставить его очнуться, заставить снова открыть глаза и улыбнуться. Заставить его жить сейчас, когда он был мне нужен... Киске ворвался в комнату с какой-то ампулой в руках. Жидкость была неприятного синего цвета, но что поделаешь. Продавец рванул к Хитсугае и нашёл шприц. Быстро вобрав жидкость в шприц, он вколол его содержимое прямо в сердце Тоширо. Тут Ичиго не смог меня удержать. - Что это такое?! - заорала я, чуть охрипшим голосом. Брат кинулся ко мне, снова обвил меня руками и оттащил от блондина. - Успокойте её. - Буркнул Киске. - Йоруичи, на столе успокоительное... Я оглянулась. Шихоуин направилась к столику с какими-то лекарствами и таблетками. Взяла небольшой бутылёк и, налив жидкости в маленький стаканчик, разбавила водой и поднесла ко мне. Я рывков выпила всё, что там было. Но, видимо, это не подействовало, ибо я снова села около Хитсугаи, приговаривая: - Тоширо, пожалуйста... Проснись. Ты же не бросишь меня? Так не делается, Тоширо. Давай, открой глаза... Я припала к его груди головой и закрыла глаза, слушая сердце. Стука не было, а полоса всё ещё была прямой. Звук давил на уши, заставляя немного жмуриться, а в теле была неприятная дрожь. Надежда на то, что он откроет глаза пропала в тот миг, когда Урахара отключил его от аппарата и грустно сказал: - Антидот не подействовал. Он умер, Карин... Я ухватилась за его одежду, что была на Тоширо, сжала руки в кулаки и заплакала. В груди всё сжалось, закололо, было сложно дышать и даже двигаться. Да и двигаться не хотелось, ибо сил не было даже не то, чтобы поднять голову. Стук. Я мгновенно успокоилась и подняла голову. На лице Тоширо не было никаких изменений, но я точно слышала... Стук, стук. Господи, я опять это слышала. - Он дышит! - заорала я, даже не понимая, что происходит. Ичиго мгновенно ожил, подлетел к капитану и встал с другой стороны кровати, наблюдая. Я почувствовала, как мою руку слабо сжали. Стук, стук, стук. Я слышала биение его сердца, я слышала, как он дышал, я слышала, как он говорил, что любит меня... Конец POV Карин Она обнимала его весь вечер, сидела у его койки и рассказывала о своих прошедших днях, упуская историю с истерикой и хаори. Но он всё равно заметил на её плечах белоснежную ткань. В основном он молчал, а Карин говорила. Урахара наказал девушке покой больному, да и ей самой не помешал бы отдых. Но Карин всё говорила и говорила. Она держала его за руку и не собиралась прекращать свои рассказы. Ей словно становилось легче, когда он слабо улыбался. - Тоширо, у тебя что-то болит? - обеспокоенно спросила брюнетка, подсаживаясь ближе. - Нет, просто я очень счастлив, что ты здесь, - он взял её руку и поцеловал. Затем отвернулся и закрыл глаза. - Я поспать, ладно? Девушка кивнула. Затем улеглась рядом с ним и тоже закрыла глаза. Сон пришёл мгновенно...