Страсть, застывшая во льду

Хочу вас предупредить, что после этой главы довольно долго не будет продолжения, ибо начинается учёба. Думаю, кто-нибудь меня да понимает. Плюс, последнее время у меня не так много вдохновения, даже учитывая то, что у меня достаточно свободного времени и идей. Но я тоже человек, поэтому войдите в мою ситуацию и поймите. К тому же, я заметила, что есть люди, что пишут "скорей бы проду" и так далее. Я понимаю, вам хочется продолжения, но я не робот, чтобы строчить вам его за пять минут, поэтому будьте терпеливы и лишний раз не давите мне на жалость - у меня её давно нет. Если я и правда уже долго не появляюсь, то пишите мне в личные сообщения здесь, помечая их тегом #Страсть (чтобы я знала, что вы по поводу фанфика). И я прошу вас, не пишите мне просто так, глупые и ничем не примечательные поверхностные сообщения типа: "Эй, автор, когда прода?". Особенно учитывая, что я недавно её писала. Во время учёбы продолжение будет выходить раз в неделю-две. Поэтому не орите на меня и не засоряйте комментарии к главам - оно мне не надо. Возможно, это обращение вышло немного грубым, но так вышло. Спасибо, что прочитали. С уважением, .BlackCat. POV Карин Все чувства смешались. Путались словно лианы и обвивали всё тело, будто бы искали защиты. Они заставляли вздрагивать, будто бы от дождя, застявляли подчиняться им, без своей воли на то. И всё, что я тогда испытывала превращалось в один огромный ком чувств, которые заглушали меня всю, без остатка. И в этом коме я отчётливо понимала, что единственное чувство, что я бы хотела сейчас испытать всея и полностью это - желание. Я хотела, безумно и неповоротливо, словно маленький ребёнок, увидевший красивую игрушку. Хотя, тут сложно подобрать сравнение, и как ты не старайся. Море ощущений захлестнули меня и не отпускали, отчего появлялось видение, что я тону. Я никогда не испытывала подобного. Иногда я даже видела в себе ту безвольную и безчувственную куклу, которой все управляют, словно марионеткой, дёргая за нити, вертя в разные стороны. Но такие мысли приходили ко мне лишь ночью, когда я пыталась уснуть, и уходили подутро, когда птицы начинали своё пение, солнце поднималось из-за горизонта и сонные люди начинали новый день. Тогда я говорила себе: "Хватить нюни распускать. Ты как все!", и с улыбкой шла завтракать. Но теперь я понимаю, что улыбка была натянутой, но никак не искренней, чего мне бы хотелось больше всего. Теперь я была точно уверена в том, что я никогда не была как все: мой брат - очень сильный шинигами, который победил врага, спас Общество Душ, а затем, как настоящий мужчина признался любимой девушке в давней влюблённости, а через полгода предложил пожениться; мой отец - человек, способный поднять настроение с самого не выдавшегося утра, способный защитить, помочь; а сестра - просто лучшая сестра на свете, которая всегда поддерживает порядок в доме, балует нашу семью вкусняшками и всегда готова поддержать в трудную минуту. А ещё был Тоширо, о котором я узнала совсем недавно, но успела влюбиться по самые уши. Тоширо, подаривший мне столько мгновений радости и искренней улыбки, которую я так давно не видела на своём лице. В голове же, не было никаких мыслей. Это нежность... Безграничная нежность, тепло и лёгкость... От мысли, что он рядом, становилось безмятежно и радостно, а от его обнимающих меня рук казалось, будто я лечу... Бескрайняя вселенная, наполненная светом и таким свежим воздухом, что лёгкие сейчас разорвёт от чистоты. Я будто птица, парящая в голубом небе, где лёгкие облака, словно кровать, дарят свою мягкость. А сердце стучало, как сорвавшийся на галоп конь. Бешено колотилось о рёбра, что казалось, будто оно вот-вот выпрыгнет из груди, оставив глубокую дыру. Но как бы я не ожидала этого, сердце всё равно продолжало грухо стучать в груди. Слёзы хлынули из глаз. Я даже ничего не поняла, когда ощутила солёные капли на своих щеках, медленно стекающие по ключице. В горле застрял горький ком, что сглотнуть его не получалось. Я подняла глаза на Тоширо и заметила, что он остановился и теперь с удивлением и неким беспокойством смотрит на меня. - Ты в порядке? - спросил он, вытирая слёзу с щеки. Я кивнула головой и отвернулась. Сама же не понимаю, почему заплакала, проявив свою слабость именно сейчас, когда нежные и ласковые губы настойчиво целовали мою шею. Хитсугая внимательно посмотрел на меня и лёг рядом, повернув моё лицо за подбородок. - Что случилось? Я что-то сделал не так? - он взял меня за руку и сжал её. - Нет, всё хорошо, просто... - договорить я не смогла, так как слёзы снова подступили к глазам. Смахнув слезу с щеки кулачком, я постаралась улыбнуться. - Просто после твоего ранения, я боюсь, что сделаю тебе больно... - шепнула я. Он усмехнулся. Положил голову мне на грудь и начал водить пальцем по руке, словно рисуя какие-то узоры. - Как раз таки наоборот: больно я могу сделать тебе. - Он нахмурился. Видимо, парню не нравилась такая перспектива. - А со мной всё уже хорошо, тем более Урахара-сан меня подлатал неплохо... Ну, а когда вернусь в Общество Душ, то там и Унохана-сан займётся моим здоровьем, так что не волнуйся. Я перевела на него взгляд. - Тоширо, ты что, возвращаешься в Общество Душ? - спросила я, стараясь снова не расплакаться. - Ну да. - Ответил он, будто ответ был очевидным. Хотя, он и так вернулся бы туда. Там его дом, работа и долг шинигами... Чего это я размечталась, что мы будем вместе, женимся и родим прекрасных малышей? Он же шинигами, а я...всего лишь человек. Тем более он капитан, а бросить этот пост он не может, так как это подведёт Готей-13 и вообще всех. Да и сам Хитсугая вполне доволен тем, что командует целым отрядом. - А когда? - спросила я, надеясь, что он отложил это хотя бы на недельку или две. - Завтра вечером. - Нахмурившись ещё сильнее, он сжал зубы. Внутри что-то ёкнуло, будто важная ниточка оборвалась. В сердце неприятно защемило, хотя ещё пять минут назад оно неслось как бешеное. В голове вспыхнули картинки: вот он проходит Врата Сейкаймона, вот он покрепче закрепляет ленту, что держит ножны для занпакто, вот он делает шаг и пропадает в белом свете. - Завтра?.. - я запустила одну руку в его белые волосы. - А позже нельзя?.. Он поднял голову и внимательно вгляделся мне в глаза. Я не хотела отводить взгляда, хотя надо было, чтобы он не заметил в моих глазах печаль. - Меня вызывают. Я итак задержался... - покачал головой парень. - Командир срочно требует отчёт о прошедшем задании, а ты сама знаешь, что произошло... Я вспомнила, как Киске Урахара занёс тело Тоширо в гостиную и срочно приказал нести воду и аптечку. Затем он требовал ещё что-то, но этого я не помнила, так как уже была почти в отключке из-за шока. Отвечать я ничего не стала. Просто отвернулась и закрыла глаза, борясь с болью в груди. Дышать было тяжело, но я старалась не выдать себя тем, что чуть ли не плачу. - Карин, послушай... - он сел, его глаза стали серьёзными. - Я понимаю, ты расстроена, но ничего уже не изменишь. Я буду приходить к тебе, в конце концов. Да и ты скоро совсем меня забудешь, ведь ты человек. Тебе надо быть с человеком, а не со мной. - Видно, эти слова даются ему нелегко. - Тоширо, ты говоришь это после того, как мы чуть не переспали? Да что ты вообще знаешь о моих чувствах?! - чуть повысила голос я, стараясь придать ему строгости и обиды. На самом же деле мне хотелось кричать. Орать изо всех сил, чтобы он замолчал. Не говорил таких, казалось бы, очевидных и неприятных для меня слов. - Я... - начал он. - Нет! Ты знаешь, что я люблю тебя, знаешь, что я хочу быть с тобой, но сам меня отталкиваешь, будто бы ничего и не было! Ты нагло врёшь, что шинигами не могут быть с людьми связаны любовными отношениями, врёшь, что я найду себе кого-нибудь и врёшь, что будешь приходить! - закричала я. - Нет же, Карин! - перебив меня, он взял мои руки и прижал их к стене. Я же оказалась к нему лицом. - Я тоже тебя люблю, но нам не быть вместе потому что закон не разрешает быть шинигами и человеку. И я не вру: я буду к тебе приходить, но когда я пойму, что ты в порядке и я тебе не требуюсь, то я уйду и больше не вернусь! - он положил голову мне на плечо, уткнувшись носом в шею. - Тогда ты просто слабак. - Я выскочила из его объятий и побежала вниз. Схватив куртку, я поздно сообразила, что на улице не солнечная погода. Столкнувшись с Ичиго в прихожей, я глянула на брата и выбежала из дома. Тот не успел ничего и сказать.