***
— Ай! — вскрикнул парень, когда машина подскочила и его голова ударилась об ручку двери. Машина не освещалась внутри, за окном мелькали фонари освещающие улицы, а их свет проникал внутрь, мимолетно играя на лице. Сам город уже был погружен во мрак, как никак на улице уже ночь, нормальные люди уже спят, а он едет с личной встречи домой, после тяжелого дня. Усталость в теле, и щиплющие от скопления слез глаза, напоминают о сне, состоящем из воспоминаниях о его жизни, прошло уже много времени, а его все не отпускает. Так еще убийца еще не был найден, подозреваемые были, но никто из них не подтвержден. Подтянувшись по мере возможности, благо машина не маленькая, парень вспомнил про телефон, который был выключен и стоял на зарядке в машине, протянув руку и отключив от питания, задержав кнопку включения, экран загорелся и от этого света сильно щипало в глазах. Тень отброшенная от тела, больше напоминала какого то дьявола, из-за «рогов» от прически. Этот облик он поддерживал и это было его фишкой. Включенный телефон завибрировал и начал бешено оповещать о звонках и сообщениях. Усмехнувшись и разблокировав экран, высветились все сообщения и имена, тех кто их отправил. А посмотрев на количество звонков, появилось ощущение вины, ему раз 30 звонил его брат, да и сообщений он отправил не мало. Остальные это спам, по работе и еще несколько от неизвестных номеров. На часах был уже 5-й час и только подумав о том, что надо бы написать брату, и сообщить ему, что все хорошо, как телефон снова зазвонил и на экране высветилось имя, которое было ему дороже даже своей жизни, имя его единственного родственника. — Да? — Успел только сказать парень, услышав голос брата, Мэтт уже начал наваливать на него вопросами, начал его ругать за беспокойство, а потом вообще начал расспрашивать что с ним, и не случилось ли чего плохого. НА это второй рассмеялся, слышать беспокойство в голосе брата было приятно, да и не так часто это происходило. - Ты чего ржешь Торд?! Я тут понимаете беспокоюсь! Волнуюсь за тебя, и не сплю, а спешу напомнить, что это не очень то и полезно для кожи и здоровья в целом! — Уже начал причитать Мэтт, а сам Торд уже начал надеяться, что когда он придет домой его не задушат до смерти, и не понятно от любви или в месть за беспокойство. Два брата с разницей в 2 года, в пользу Торда сильно сказывалась. Мэтт был из тех людей которые хотят жить припеваючи, любитель погулять и отпраздновать «пока молодой!», когда старший взял на себя всю ответственность не только за брата, но также еще за бизнес его отца, который он благо не только держал в ежовых рукавицах, но еще и расширил, улучшил. - Да нет ничего такого… я скоро буду! — ответил Торд и услышав соглашение, на которое видимо только хватило сил. Парень выключил трубку и положил телефон в карман пиджака, и со спокойной душой откинулся на спинку, прикрыв глаза. Машина продолжала монотонно и аккуратно, не взирая на скорость двигаться по дороге, возможно вина была в том что, на дорогах было пусто.Тем временем
В плохо освещенном помещении, за огромном пультом управления сидит парень, с поднятыми вверх, рыжими волосами. Он наконец то смог дозвониться до своего горе брата, который явно не понимает его беспокойства, он ведь как никак остался единственным членом его семьи и даже не задумывается о том, что его брат беспокоится! - Как же хорошо, что ночь была удивительно тихой, хотя это все же странно. Наверное злодеям тоже нужно отдыхать! — подтянувшись, что спина хрустнула, проговорил парень и откинувшись на стул, прикрыл глаза. - Господин Мэтт, я принес вам чай… - позади послышался голос их семейного друга и верного дворецкого. Рыжик приоткрыл глаз и посмотрел на человека стоящего позади него. Мужчина со светло-коричневыми волосами, большая часть которых собрана в хвост позади, а на лицо падали локоны, подчеркивая его возраст. Сегодня он был одет в не обязательную форму дворецкого, ведь он сегодня целый день провел вместе с ним, а в этой форме это было не очень удобно. Сейчас дворецкий был одет в желтый свитер и простые светлые джинсы, которые ему шли и выглядел в них он гораздо моложе, лет так на 25-26, хотя ему было уже за 30, ну, а если точнее, ему было уже 36 лет. С мистером Патриком, они прожили уже много лет, он был их нянькой, другом и верным товарищем, и единственным родственником которому было не все равно на них. Он был действительно родным им человеком, прямом смысле этого слова, он был младшим братом их любимой, покойной матери. - Патрик, ну сколько раз мне тебе говорить, не называть меня господином, когда в доме никого нет, мы же не чужие люди! И спасибо за чай. - Проговорил Мэтт и взял блюдце с чашкой, и принялся пить. На что старший усмехнулся, и поставил поднос на столик неподалеку, на котором уже лежали несколько фантиков от шоколадных батончиков, которые безумно любил младший сын, хотя он любил любые блюда с сахаром…. Эти батончики пробовал и сам Патрик, но даже от большого кусочка у него начинали болеть зубы, а его «босс» съедал чью-то суточную норму. Молча собрав все фантики на поднос, прихватив его, он покинул комнату. Когда дверь закрылась Мэтт поставил уже пустую чашку, на панель, благо на ней было место, специально сделанное как подставка, ведь сидеть за экранами целую ночь, было сложно, особенно Торду который во время этого, выпивал чуть ли не литры кофе. Ну, а что у любого есть изъян, Мэтт зависим от сахара, а его брат был зависим от кофеина и сигарет, у Патрика зависимость от … ну с ним это сложно … скорее всего он зависим от уборки, чистоты и порядка…. Кинув взгляд на часы, на которых отражалось уже 6-й час ночи, а значит что его смена уже почти закончилась, это объясняет усталость появившуюся во всем теле. Решив, что надо бы сделать небольшой перерыв, тем более раз уж за ночь, не случилось ничего плохого, то вряд ли что то изменится, за какие то пару минут. Встав со стула, тело парня медленно поднялось в воздух, и он равномерным движение подлетел к небольшой зоне, чем то напоминающую кухню. Подлетев к верхним шкафчикам после чего открыв дверцу, он достал свой любимый шоколадный батончик, в котором нужное количество сахара, ну, а если конкретнее в котором очень много нужного ему сахара.