The centerpiece

В такие моменты Кёнсу кажется, что в этих отношениях он старший и более зрелый. Иногда вокалист с большими глазами думает о том, что его отношения с китайцем граничат с (не)здоровой одержимостью и собственничеством (со стороны Лухана), особенно когда Лухан бессовестно оттягивает его подальше от остальных участников группы, чтобы задушить поцелуями прямо у них на глазах, демонстрируя, кому Кёнсу принадлежит. Так что собственно произошло? Это был самый обычный день в общежитии. Они решили пригласить EXO-M переночевать с ними и провести время все вместе. Чонин с Сехуном играли в видеоигры, пытаясь уговорить Кёнсу присоединиться. В то время как Лухан сидел позади них на диване, скрестив руки и прожигая взглядом дырки в черепах обоих макнэ. Им понадобилось много времени и усилий, но, в конце концов, им удалось убедить Кёнсу поиграть. Сехун отошел выбирать подходящую игру. Чонин с улыбкой протянул ему свой геймпад, показывая своему хёну, где какие кнопки и что они обозначают. Лухан наблюдал за ними, сгорая от ревности, и шипел, углядев, как Чонин (вот засранец) иногда прикасается к его Кёнсу будто невзначай. Шкала закипания крови: 70%... 80%.. 90%... 99%.... 99.99999%.. Терпение подошло к концу, когда Чонин нарочно наклонился к уху Кёнсу, что-то прошептав. Пухлые губы при этом растянулись в ухмылке. Кёнсу покраснел, окрашивая молочные щеки в красивый розовый. Лухан вскочил на ноги, рыча, словно зверь, и скаля зубы на Чонина (растерявшегося, когда у парня на кукольном лице резко сменились эмоции). - Эй… а что это с Луханом? – Сехун оторвался от изучения видеоигр в коробке. Лухан, как ребенок, топнул ногой на пожавшего плечами Сехуна, продолжая рычать. Затем он зашипел и повернулся к растерянному Чонину и ошеломленному Кёнсу. В его глазах бушевал настоящий огонь. Лухан широкими шагами подошел к своему большеглазому парню, поднял его на ноги (несмотря на вскрик Чонина) и впился в вишневые губы Кёнсу поцелуем, заглушая протесты, слабые стоны и то, как маленькие кулачки бьют его по груди. Когда он почувствовал, что Кёнсу обмяк в его руках, словно подчинившись, Лухан улыбнулся в поцелуй и слегка повернул голову, впиваясь в эти губы сильнее. Прикусив его нижнюю губу, Лухану удалось сорвать с его губ похожий на мурлыканье звук, и он продолжил с энтузиазмом посасывать ее, прежде чем забираться туда языком, пробуя Кёнсу на вкус. - ФУ, ФУ, ФУ. УЕДИНИТЕСЬ! – завизжал Чонин, закрывая лицо подушкой. Лухан оторвался от губ Кёнсу с влажным чмоком, с улыбкой пробормотал «с удовольствием» и потащил изумленного и покрасневшего парня в комнату, в которой он жил с Чонином. Китаец усмехнулся и захлопнул дверь, услышав, как Чонин жалуется, что в его комнате творятся всякие непотребства и высказывает желание переселиться к Сухо. * * * В связи с тем, что EXO-M оставались у них на ночь, перед Кёнсу возникала дилемма. Лухан не только вторгался в личное пространство и частную жизнь Кёнсу, практически приклеиваясь к нему, но еще этому оленю удавалось выпирать Чонина из их комнаты (захлопывая дверь и чуть ли не отдавливая ему пальцы). Блондин окинул Кёнсу хищным взглядом, из-за которого Кёнсу пискнул и уполз в дальний угол кровати. Лухан мрачно сделал вывод о том, что Кёнсу весь день сегодня не обращал на него достаточно внимания, а ведь он его парень, в конце-то концов. Китайскому вокалисту не нравилось то, как Кёнсу специально (или не очень) избегал его и пренебрегал им весь день после происшествия с игрой. - Зачем ты выгнал Чонина… - Кёнсу перевел взгляд на Лухана, тут же потупившего взгляд, словно он щенок, которого ругает хозяин. На губах Кёнсу заиграла легкая улыбка, хотя его немного доставало то, что Лухан иногда чересчур прилипчивый. Он постучал ладонью по кровати рядом с собой, приглашая его лечь рядом. Лухан довольно заулыбался, словно ребенок, получивший на Рождество мешок сладостей, и поскакал к Кёнсу, кидаясь на парня, тихо пискнувшего, когда его прижало весом Лухана. - Я не хочу возвращаться в Китай, - заскулил Лухан, потеревшись щекой о щеку Кёнсу. Парень обвил Кёнсу руками, утаскивая его к себе на колени, не прекращая при этом ластиться и приставать. Загребущие руки полезли под белую футболку Кёнсу, поглаживая молочную кожу живота. - Ты же знаешь, что это невозможно, хён, - ахнул Кёнсу, когда ногти задели его пупок. – Прекрати, мне щекотно, - хихикнул он. – П-перестань, х-хён! – он опрокинулся на постель, утягивая Лухана, безжалостно щекочущего чувствительное место Кёнсу, за собой. Из горла Лухана вырвался странный звук, словно рык какого-то зверя. Милое предупреждение, последовавшее за ним, было просто очаровательным, от чего Кёнсу рассмеялся. - Рав! Никогда, маленький человечишка, - Лухан прикусил мочку его уха, продолжая щекотать. – Я тебя съем. Ам-ням-ням-ням… - он зарылся носом в изгибе его шеи, прильнув губами к коже. - Л-Лухан! Э-это слишком… перестань, я сейчас умру… Слово «умру» было явным преувеличением, но Лухан и сам видел по покрасневшим щекам и выражению лица Кёнсу, что его парню уже нечем дышать. Если честно, Лухан действительно очень хотелось его съесть (в каком-нибудь самом сексуальном смысле). Поцеловав его в висок, Лухан скатился в сторону, обняв его всеми конечностями. - Не умирай из-за меня, Су, - Лухан стиснул парня в своих объятьях. – Если умрешь ты, я тоже умру. Кёнсу тихо фыркнул и повернулся лицом к дующему губы Лухану. Иногда он задумывался, кто же на самом деле из них старший в отношениях. Парень с большими глазами коснулся кончиком своего носа его и тихо рассмеялся, заметив, как тот широко распахнул глаза от удивления. - Ты очень плохо повел себя сегодня с Чонином. Он хороший, ты же знаешь, - Кёнсу закатил глаза, когда Лухан хмыкнул. - Давай не будем говорить об этом засранце, - Лухан подтянул парня поближе к своей груди. – Он крадет у меня время, которое я могу провести наедине с тобой, любимый. Мне не нравится Чонин, - скулил он, пока Кёнсу не решил остановить его бесконечное нытьё, щелкнув его по носу. - Лухан, ты же десятилетний ребенок, застрявший в теле взрослого, правильно? - Н-Нет! – запротестовал Лухан, чувствуя, как горит от смущения лицо. – Я тебе покажу, какой я взрослый! * * * На следующий день, чтобы доказать свою зрелость, Лухан быстро высунул ногу из-под стола, когда мимо проходил полусонный Чонин, чуть не пропахавший носом ковер. - Как ребенок, - буркнул Сехун. – Не понимаю, почему Кёнсу-хён водится с таким приставучкой, как ты, - и закатил глаза, когда Лухан показал ему язык, а потом громко вскрикнул, когда показался сонный Кёнсу, выплывший из комнаты, как пингвинчик. Сехун молча наблюдал, как китаец подрывается к Кёнсу, покрывая его утренними поцелуями повсюду, чтобы пометить свою территорию. Лухан все-таки ужасный прилипала.