Больше не могу

«Скорый поезд «Вологда — Санкт-Петербург» прибывает на второй путь первой платформы» — прозвучал женский голос из привокзальных динамиков. На перроне уже образовалась толпа, что суетливо ожидала прибытие состава. Их гомон, кажется, мог заглушить весь остальной шум вокзала. Дети, старики, парочки, но среди всех этих лиц особенно выделялся силуэт молодого человека, что отличался невообразимым спокойствием. Однако, его внешняя невозмутимость полностью разрушилась, стоило только обратить внимание на его взгляд, в котором читалась вся тяжесть ожидания. Этой встречи после расставания он ждал невозможно долго, считая часы, будто маньяк. И теперь, когда до прибытия оставалось совсем немного, напряжение внутри него достигло своего апогея. Наконец, на горизонте показались размытые очертания поезда. Все ярче и все громче был слышен грохот вагонов, и вскоре железный колосс растянулся по перрону. Толпа окружила поезд, не дав парню даже шанса приблизиться, отчего тот немного растерялся. Пробиваться сквозь толпу показалось ему неудачной перспективой, поэтому он предпочел терпеливо подождать подходящего момента. Когда скопище людей разошлось, парню не составило труда выцепить взглядом объект ожидания. Легкая улыбка скользнула по его губам, и размеренным шагом он направился к своему другу. Подойдя со спины, парень положил руку ему на плечо. — Миша… — окликнул он, и парень, немного вздрогнув, тут же обернулся. — Сережа, здравствуй! — ответил он устало, но все же выдавив из себя улыбку. Сергей заметил, что его товарищ выглядит весьма побито. — Ты какой-то помятый. Опять не получилось поспать? — Да, все никак не могу справиться с этой проблемой. На памяти Сергея не было ни одного случая, когда бы Миша высыпался в поездках. Переносил он их тяжело, поэтому складывалось ощущение, что он не ехал в поезде, а несколько месяцев разгружал вагоны. — Тогда, думаю, лучше поскорее отправиться домой, — предложил друг. Миша не возразил, да и вряд ли он был в состоянии это сделать, поэтому просто направился за Сергеем к стоянке такси.

***

— Какой подъезд? — спросил водитель такси. — Второй, — тут же ответил Сергей, не отрывая взгляда от окна. Автомобиль проехал еще пару метров, после чего остановился напротив подъезда. Поблагодарив водителя, парни расплатились и вышли, забрав сумки из багажника. У подъезда Сергей суетливо достал ключи, открыл дверь, что отозвалась на действие парня скрипом, и ребята медленно доползли до квартиры. Пока Миша разбирал вещи, Сергей заваривал чай на кухне. — Тебе как обычно, зеленый? — спросил он у Эма, что тихо зашел на кухню и сел на близстоящий стул. — Да, главное, без сахара. Сергей достал два чайных пакетика из коробки, разложил по кружкам и залил кипятком. Затем поставил чашки на кухонный стол и сел напротив товарища. — Как обстоят дела с той работой? — Не очень, честно говоря. В последнее время тяжело дается всё это, — ответил Миша, опустив взгляд на стол. — Ты себя сильно нагружаешь, нужно давать себе отдохнуть. Сергей действительно беспокоился за состояние своего друга, особенно зная, как он может себя изнурять. В такие моменты он мог легко уйти в себя, абстрагировавшись от реальности, что не могло не вызывать тревогу у его товарища. — Да, возможно, ты прав. Ты ведь можешь потом помочь мне с этим? — с надеждой спросил Миша. — Конечно! Что за вопрос? Ты же знаешь, как важны для меня твои стихи. От этих слов поэт слегка улыбнулся. — Ага, знаю.        Сергей неловко опустил взгляд и нервно сглотнул чай. Мишина улыбка была по-детски милой и наивной, что заставляло все внутри него трепетать. Парень не мог с точностью сказать, когда это началось, но факт того, что он воспринимает Эма кем-то больше, чем просто другом, он понял достаточно давно. — Миш, совсем забыл. Мне знакомый предложил сыграть на квартирнике через пару дней. Что думаешь насчет того, чтобы мы выступили вместе? В принципе я об этом с ним говорил, он сказал, что будет не против. — Без вопросов, нужно трек-лист составить и отрепетировать. — Ни добавить, ни прибавить, займёмся этим завтра. Уже довольно поздно, я приготовил тебе постель в гостиной, пошли спать. Миша послушно кивнул, после чего Сергей поставил кружки в раковину, и парни отправились в комнату.

***

Все последующие дни перед квартирником ребята провели, репетируя у Сергея. Друзья уже играли вместе до этого, поэтому прекрасно понимали, что именно они хотят друг от друга. С ходу все получалось четко и складно, будто песни репетировались месяцами. Парням доставляло удовольствие проводить время вместе, и это ощущалось по атмосфере, которая царила в квартире. Даже небольшой бардак в виде разбросанных черновиков трек-листа, мятых вещей на диване, бутылок из-под пива на усилителе, органично вписывался в общую картину. В эти дни Сергей чувствовал себя по-настоящему счастливым. Ему безумно нравилось проводить время с человеком, который, казалось, понимал его без слов. Парень постоянно пытался быть к Мише как можно ближе, а тот и не сопротивлялся, что еще больше подогревало интерес Сережи. Случайные касания и переглядывания между ними не вызывали смущения, будто так и должно быть, будто между ними была негласная игра, в которой главная задача —не выдать своих чувств. Но были ли эти чувства у Миши? Или же это все ему казалось, и на самом деле, кроме крепкой дружбы между ними ничего не было? Сергей из раза в раз задавал себе эти вопросы, но ответа на них он не находил, и это съедало его изнутри. Но за время, проведенное вместе с ним, эти вопросы не так сильно волновали его и сменялись желанием быть рядом с Мишей. За вечер перед квартирником, когда почти вся работа была закончена, Миша, сидя на диване с бутылкой «темного» и наблюдая за разгребающим скопившийся за день мусор Сережей, спросил: — Как настрой? — Думаю, мы хорошо справимся, столько работы все-таки проделано. Главное — не переволноваться, — немного неуверенно произнес парень. — Если что, я с тобой, — улыбнулся поэт. Сергей улыбнулся в ответ. Эти слова — именно то, что было нужно именно сейчас и было нужно именно от Миши. Сложно передать словами, насколько он был благодарен ему за каждый момент, проведенный вместе, и как сильно он сейчас хотел утонуть в его объятиях. Но, к сожалению, сделать этого он не мог. Ведь такой внезапный жест мог испортить их отношения, а это было последним, чего сейчас хотел Сережа.

***

Полчаса до начала. Зрители уже начали потихоньку занимать свои места в маленьком клубе, в то время как Миша и Сергей сидели в гримерке, проговаривая друг с другом нюансы выступления. У ребят было еще достаточно времени, так как перед ними выступает еще одна выдающаяся молодая группа. Когда все было обговорено, у друзей оставалось еще немного времени, поэтому Миша решил показать ту самую работу, которую не мог завершить. — Смотри, вот тут у меня сюжет не складывается, не могу придумать развязку, — Миша неосторожно передал блокнот с черновиком стихотворения. Басист заметил, что Эм с самого утра был сам не свой: толком не позавтракал, ходил полдня взъерошенный, даже умудрился разбить бутылку из-под пива. Сергей молча взял записную книжку и принялся внимательно читать. Действительно, хоть начало и было неплохим, но концовка по мнению Сергея казалась скомканной и не раскрытой. — Ну вот, смотри, концовка никуда не годится, я бы ее повернул в другое русло. — С какой целью? — Чтобы сюжет «работал». — Он и без этого работает, мне надо просто закончить, — недовольно сказал Миша. — Но изменить сюжет тебе сейчас будет проще, чем заканчивать это, — немного повысив тон, ответил парень. — Я так не думаю. — Ты просил совета, вот я тебе и говорю. — Хорошо, думаю, я и сам смогу справиться, — Миша вырвал у Сергея блокнот и убрал в рюкзак. — С тобой все в порядке? — с недоумением поинтересовался товарищ. — Да, все отлично, — сухо ответил парень, уведя взгляд в сторону. Судя по реакции Миши, тот воспринял слова Сергея слишком близко к сердцу. Хотя, обижаться с его стороны было глупо, ведь Эм знал, что для Сергея его стихи были как собственные. Но, несмотря на этот факт, басист все-таки запереживал, что смог задеть поэта, ведь Миша очень трепетно относится к каждому своему творению. — Ребята, пора на выход! — донесся голос администратора клуба из-за двери. Парни молча кивнули, взяли инструменты и отправились на сцену. На сцене личные обиды ушли на второй план, поэтому минутный конфликт никак не отразился на выступлении. Эм, как обычно, смог полностью войти в образ, не оставив ни одного зрителя равнодушным, а весь эффект от его перформанса усиливался благодаря соло Сергея на басу. В конце ребят даже попросили сыграть пару песен на бис, обозначив тем самым, успешность их представления. После того как товарищи собрали вещи и вызвали такси, они вышли на улицу. Был поздний вечер, улицы освещались только тусклыми фонарями и неоновыми вывесками магазинов. Холодный ветер пробирал до дрожи, а практически пустая дорога создавала впечатление города-призрака. — Миша, тебе не холодно? — решил завязать разговор Сергей, но Миша лишь отрицательно покачал головой, — ты можешь поговорить со мной? — О чем? — ответил вопросом на вопрос парень, не удосужившись даже взглянуть на собеседника. — Не делай вид, будто ты не понимаешь, что происходит, — закипал Сергей, но тот вновь промолчал в ответ, — Миша! Я с кем разговариваю? Безуспешные попытки Сергея достучаться до товарища прервало подъехавшее такси. Парни безмолвно сели в автомобиль. Всю последующую дорогу они также сохраняли гнетущее молчание.

***

Вернувшись домой, парни все еще не проронили ни слова. — Ты понимаешь, что своим молчанием ты выводишь меня из себя? — резко начал Сергей, но Миша вновь промолчал и продолжил разбирать вещи из рюкзака, — я волнуюсь за тебя, — продолжил он, стоя сзади, — а ты так поступаешь со мной. Парень подошел со спины, присел на корточки и положил свою теплую ладонь другу на плечо. — Что происходит? Но ответом ему была гробовая тишина. На этом моменте чаша терпения переполнилась. Сергей тяжело вздохнул и сказал: — Хорошо, можешь не отвечать. Я устал разговаривать со стеной, — после этого он взял пачку сигарет с тумбочки и вышел на балкон. На балконе Сергей бросил взгляд в мутную темноту улицы, достал сигарету из пачки, зажёг и сделал первую глубокую затяжку, позволяя сизому дыму проникнуть в лёгкие. Вымотавшись за день не только в физическом, но и эмоциональном плане он устало облокотился на подоконник, принявшись осмысливать все происходящее. Неожиданный хлопок двери балкона, заставил парня резко обернуться. — Пришел и здесь помолчать? — холодно спросил Сергей. — Нет, мне хотелось бы поговорить, — обеспокоенно ответил Миша. — Тогда, дай мне начать. Вся эта ситуация с твоим стихотворением. Я понимаю, как тебе это важно, и я действительно был груб в своих формулировках, но ты пойми, мне не хотелось тебя обидеть. — Мне тоже не стоило себя так вести, глупо получилось. — Прости меня. — И ты. Парни недолго смотрели в окно, после чего Сережа спросил: —А ты о чем хотел поговорить? Миша обвел взглядом пространство балкона, по его жестам было заметно, что он волновался. Поэт подошел ближе и, набравшись смелости, начал: — Сережа, я думаю, ты заметил, что в последнее время мы стали ближе? Сергей не знал, что ответить, поэтому нервно затянулся, не сводя глаз с собеседника, ожидая, что тот все-таки раскроет смысл своих слов. — Я имею в виду, мы стали ближе, чем просто друзья. — В смысле? — парень старался максимально вытянуть слова из поэта. — Не делай вид, будто не понимаешь, что происходит. Ты на меня смотришь, как зверь на воду во время засухи. Сергей судорожно сбил пепел с сигареты и потушил ее о край пепельницы. Пальцы заметно дрожали, поэтому он сжал их в крепкий замок. — И что ты думаешь? — тревожно спросил Сергей. — Что я к тебе неравнодушен, — на одном дыхании выпалил Миша. Повисло молчание. Сказать, что Сергей оторопел от услышанного — не сказать ничего. Он уже хотел было что-то ответить, но слова комом встали поперек горла. — Сереж? — позвал Миша после чего опустил взгляд, будто провинившийся ребенок. — Можешь возненавидеть меня за это, но я так больше не могу. И тут Сергей отпрянул от подоконника, обхватил ладонями нижнюю челюсть парня и жадно, будто ждал этого всю жизнь, расщепил его губы поцелуем. Миша невольно отстранился, но, вовремя одумавшись, притянул парня к себе и обнял за талию. Нагло ворвавшийся язык Сергея заставлял его учащенно и глубоко дышать. Через мгновение горячие ладони уже оказались под свитером Миши, а губы скользнули к нежной шее, исследуя новые части тела поэта. — Сереж, не здесь… Сергей неохотно оторвался от вожделенного тела и, взяв его за руку, отвел в гостиную. Резким движением он повалил Мишу на неразложенный диван, после чего со звериной страстью набросился на поэта, продолжив, с остервенением хищника, покрывать шею парня поцелуями. Затем он снял с себя кофту и швырнул её в сторону, в то время как Миша оценивал взглядом разгоряченное тело партнёра. А после и свитер певца последовал в том же направлении, тем самым позволив Сергею прокладывать путь все дальше. Белое, словно кость, тело Миши послушно подчинялось движениям влажных губ, словно кобра под мелодию своего хозяина. Басист добрался до пряжки и судорожно расстегнул ремень Эма, а затем и ширинку джинс, чувствуя через слой одежды что-то набухшее и требующее разрядки. Нетерпеливо стянув джинсы, Сергей устроился между ног Эма и обхватил губами головку члена парня. Только от этих действий тот жалостливо простонал, вцепившись в край потрепанного дивана. Заметив реакцию партнёра, Сергей слегка улыбнулся, продолжение не заставило себя долго ждать, и парень начал постепенно наращивать амплитуду, приближаясь к основанию члена. По телу Эма пробежала дрожь, и, нащупав руку Сергея, вцепился в нее, словно он вот-вот упадет с обрыва. Немного прогнувшись в спине, парень увидел силуэт, схожий с хищником, припавшим к добыче после долгой охоты. Сергей не хотел останавливаться на этом, его нутро тоже жаждало выплеска, и оторвавшись от процесса, парень упал на влажное тело любовника и примкнул к его губам. Он все больше чувствовал, как нарастает неутолимый голод, как крепнет его разгоряченная плоть. Миша помог парню стянуть с него штаны. Любовники сели друг напротив друга, после чего Серёжа, соприкоснувшись лбом с поэтом, обхватил оба члена ладонью и начал двигать вверх-вниз. Движения пальцев с каждой секундой становились все быстрее и короче, в комнате был слышен только звон стона, исходящего от обоих парней. Их мысли забывались в приближающемся экстазе, полностью растворяясь в моменте. Миша вцепился в плечо Сергея, царапая и прожигая ногтями мягкую и податливую кожу. Тем временем рука басиста все продолжала, наращивая ритм, вверх и вниз, вверх и вниз, приближая обоих к долгожданному пику оргазма. Нетерпеливый поток снизошел первым к Эму, заставив его содрогнуться и протяжно простонать. Воздух наполнился дурманящим ароматом, и Сергей последовал за своим партнёром, ощутив ледяную волну, пробежавшую по его телу. Парни размякли в послеоргазменной неге, слыша только звон в ушах и чувствуя томное дыхание друг друга. Серёжа приподнял подбородок Миши и заглянул в его опустошенные глаза. Казалось, что все это ему приснилось, он не мог поверить в то, что любовь всей его жизни сидела перед ним и отвечала взаимностью. Басист спрятал лицо в его волосах и нежно погладил его по спине.

***

Белый свет струился через мутные окна, проникая внутрь сквозь пыль, что вальсом кружила в воздухе. Сергей проснулся первым. Он лежал на диване, ощущая теплое дыхание рядом. Открыв глаза, он обнаружил прижавшегося к нему Мишу. Внутри него что-то кольнуло от осознания того, насколько очаровательным был Миша во время сна. Он и раньше видел его спящим, но только теперь полностью осознал всю его красоту. Все ему казалось в нем чудесным и замечательным: от русых локонов, что переливались золотом на свету, до кончика носа. Сергей осторожно запустил свои пальцы в волосы, убирая непослушные пряди с лица поэта. От этих нежных и ласковых действий Миша потянулся, пробуждаясь ото сна. — Доброе утро, — улыбаясь сказал Сергей. — Доброе…— ответил Эм, потирая глаза спросонья. — Как спалось? — Лучше, чем в поезде. — Я рад, — басист прильнул губами ко лбу парня и нежно поцеловал. Миша слегка улыбнулся и уткнулся ему в грудь, сказав полушепотом: — Сюжет стихотворения я все равно менять не буду. — Да иди ты, — усмехнулся Сергей и заключил парня в крепкие объятия.