***
– Привет, – сказал Адриан Маринетт, опираясь рукой на её шкафчик. – О, эм, привет, Адриан. Ка-как у тебя дела? – проговорила девушка. На её щеках вспыхнул румянец, когда парень наклонился ближе к ней. – Да так, ничего особенного, – он ухмыльнулся, наблюдая за тем, как Мари поправила свою рубашку. – Классная рубашка. – О, спасибо! Я… – Какого она бренда? – спросил Адриан, отлично зная ответ. – Не знаю. Кто-то оставил её у меня дома, и… – Похоже на «Агрест», – он перевел взгляд с рубашки на её лицо. – О, правда? Наверное, так и есть, но… – Не против, если я проверю? – парень немного оттянул и завернул воротник рубашки, чуть задевая кистью почти исчезнувший засос, и посмотрел на бирку. – Точно, – сказал он и наклонился ещё ближе к её шее. – Это «Агрест», как я и предполагал, – Адриан усмехнулся, немного отодвигаясь. – Они стоят немало. Твой парень, наверное, при деньгах, не так ли? – Ну, вообще-то, я этого не знаю. И он не мой па… – Как скажешь. Вот только после того, как я услышал ваш с Альей разговор, я наверняка уверен, что вы встречаетесь, – он засмеялся, забрасывая рюкзак на плечо и собираясь уходить. – Ещё увидимся, Маринетт. – А-ага! До скорого! – пролепетала девушка, сминая на груди рубашку. – Неужели это действительно случилось? – взволновано прокричала Алья, подбегая к подруге. – Что это было? – Я… я не знаю? – ответила Мари, всё ещё витая в облаках и пытаясь переварить тот факт, что Адриан был так близко к ней.***
Маринетт лежала в постели уже в пижаме, под одеялом, и взглядом гипнотизировала будильник, на котором только что высветилось 1:34 ночи. – Наверное, сегодня он всё же не придет, – проворчала девушка, переворачиваясь на другую сторону, и тут же подпрыгнула на кровати, наткнувшись на Кота Нуара, который лежал прямо возле неё. – Кот! Господи! Ты меня до смерти напугал! – грозно зашептала она, впившись взглядом в мерцающие в темноте зеленые глаза. – Прости, не хотел напугать тебя, Принцесса. Ты просто слишком прекрасна, чтобы выразить это словами. Маринетт в ответ лишь покраснела и отвернулась, уставившись в потолок. – У меня нет настроения для всего этого. – Всё в порядке, если честно, у меня тоже. Просто хотел увидеться с тобой, – сказал он, скользя когтистой ладонью по её руке. Маринетт снова повернулась к Коту и заглянула ему в глаза. Они лежали так ещё где-то полчаса – просто смотрели друг на друга. – Наверное, мне стоит уйти, – прошептал Нуар, не желая рушить всю атмосферу. – Не мог бы ты… остаться, пока я не усну? – попросила Маринетт, её глаза были полузакрыты, щеки порозовели. Черт, она была слишком неотразима, чтобы ей отказать. Кот кивнул, краснея. Он смотрел, как Маринетт засыпает, пока сам не провалился в сон.***
– Псс, Адриан, – парень медленно открыл глаза, проснувшись от шепота Плагга. – Нам надо уходить. Адриан поднялся, зевая, и взглянул на часы – 6:33 утра. – Кот? Это ты? – спросила Маринетт, протирая глаза. – Не открывай глаза, – быстро прошептал он и взял свою рубашку из её корзины для стирки. – И я забираю свою рубашку назад. – Ну, ты сам её тут оставил. И она даже помогла мне начать один очень интересный разговор с Адрианом, – сказала девушка, потягиваясь в постели. – Правда? Можешь не благодарить. – Да, он сказал, что она из коллекции «Агрест». Эта одежда дорогая, так что ты, наверное, достаточно богат, не так ли? – Можно и так сказать. О, боже, – сказал Адриан и застонал, когда увидел свое отражение. – Что случилось? – Сегодня в школе у меня на голове будет бардак. Это будет весело, – парень улыбнулся, и поцеловал Маринетт. – Из-за тебя мне придется пропустить завтрак, – он взобрался вверх по лестнице, вышел на балкон через окно и направился прямиком в школу.***
Последнее, что Маринетт ожидала увидеть, когда зашла в класс, – это Адриана, который выглядел так, будто бы он только что вылез из кровати. Одноклассник поймал её взгляд, расправил плечи и улыбнулся. Его губы были немного помяты, будто он целовался с кем-то совсем недавно. Когда Дюпен-Чен присела за парту, Агрест повернулся к ней поправив воротник своей рубашки так, чтобы она смогла заметить бирку на воротнике. – Привет, Мари, как дела?