Кто сказал мяу?

Брок потёр зудящее запястье и выматерился. У всех пары как пары, а у него либо кошкофил, либо школьник, либо идиот. Ну кто при первой встрече самым первым может ляпнуть именно «мяу»? Напульсник занял свое обычное место. Мяу, блядь. Все, кто знал о его главной тайне и самой большой трагедии, помалкивали. Стоматология сейчас обходится недёшево, а Брок был ещё и скотиной злопамятной. Так что береглись и даже наедине не позволяли себе зубоскалить, да и тут никто, кроме судьбы, не виноват, а она, как известно, та ещё стерва. Вот так Брок и жил с напульсником, скрывающим позорное серое «мяу», ни на что не надеялся, просто грёб туда, куда несло течение, пока не вляпался по самое не балуйся в Гидру. Чтобы попасть туда, идейным быть было не обязательно, совсем не обязательно. Автомат умеешь держать за нужное место? В цель попадаешь? Вопросов лишних задавать не будешь? Добро пожаловать в наши стройные ряды! И соцпакет, кстати, у Гидры в разы лучше того же самого ЩИТа. Но Брок никогда не мелочился, а потому с готовностью пошёл на сделку с совестью и предложил свои услуги тогда ещё без году неделя директору ЩИТа Николасу Фьюри как двойного агента. Зато маневрировать стало куда. Пирс, конечно, был фигурой заметной и значимой, но добро, как известно, очень жестоко расправляется со злом. И Брок не хотел быть среди тех, кого показательно выебут и повесят на столбах. А потому две должности и две разные карточки с приходящей дважды в месяц зарплатой и в два раза больше геморроя. Брок скрипнул зубами. Запястье адово чесалось, хоть кожу срезай. Уж не аллергия ли образовалась? Он оттянул край плотного напульсника, но никаких изменений не увидел. Привычное блеклое «мяу», но чешется же. Напомнив себе заглянуть в санчасть на всякий случай, Брок занялся делами. Сегодня на базе Гидры планировалось какое-то мероприятие. Начальство расхаживало с напыщенным видом победителя, техники шустрили, а наёмники смотрели на все это безобразие и старались особо не отсвечивать, чтобы не припахали. Никто не любит делать работу, за которую не заплачено. Вот и Брок первую половину дня просидел за бумажками, подготавливая для снабжения списки необходимого. Но потом желание покурить возобладало над банальной осторожностью и пришлось выползать на свет белый. А вокруг творилось что-то странное. От утренней расслабленной помпезности не осталось и следа. Случилось явно что-то из ряда вон выходящее. Когда мимо промчалась пара техников, Брок не удивился. Халаты часто носились по базе как угорелые, оказываясь в самых неожиданных местах. А вот пробежавший мимо Ситуэл заставил призадуматься и развернуться обратно, от греха подальше. Сегодня можно было и не курить, или вообще попробовать завязать с этой вредной привычкой. Да и кофе совсем-совсем не хочется. Потому что начальство просто так не бегает. Ибо в мирное время это вызывает смех, а в военное — панику. Но если судить по лицу Ситуэла, то где-то, как минимум, началась третья мировая война. Брок тихонько прокрался обратно в свой кабинет, запер дверь для надёжности и только тогда ощутил взгляд в спину. Захотелось… перекреститься или выстрелить, перезарядить и ещё раз выстрелить. Снова о себе неприятным сводящим с ума зудом напомнило чёртово запястье. — Мяу, — вполне натурально протянул неизвестный, заставив Брока похолодеть и медленно-медленно обернуться. На его столе сидел патлатый мужик с железной лапищей и умильными кошачьими ушками на голове. Длинный чёрный хвост нервно метался из стороны в сторону, как бы предупреждая — только рыпнись. — Приплыли, — выдохнул Брок. Чёрные уши дернулись, весь котище как-то напрягся, повёл вполне человеческим носом, поднёс к нему правое запястье. Юркий розовый язык лизнул место, где у хвостатого начала наливаться чернотой метка. — Вот я попал, — простонал Брок, уловил под напульсником на этот раз достаточно приятное жжение. — Мряу, — ответил ему хвостатый. Почему-то Брок и не сомневался ни секунды, что переполох на базе именно из-за этого огромного котика. Как и в том, что если его найдут именно здесь и поймут, что произошло, времени написать завещание точно не будет. Но вот что делать, Брок даже не представлял. Теперь он был согласен на кошкофила, на школьника или даже на идиота. Все они не грозились стать причиной его безвременной кончины, а вот этот, Брок снова глянул на развалившегося на его столе хвостатого, сам может голову откусить. — Кис-кис-кис, — позвал Брок, чувствуя себя полнейшим кретином. Чёрные уши дернулись, и хвостатый глянул на него так, словно в сортир макнул, поднялся, красиво прогибаясь в спине, потянулся весь такой ладный, мощный, опасный. Истинный хищник. Сердце заныло. Этот хвостатый был его, полностью его. Такой нужный, долгожданный и… не совсем нормальный, по всей видимости. Что-то надо было делать, что-то решать, а Брок тупо пялился на подвижные чёрные ушки, торчащие из лохматой шевелюры, и ловил какой-то иррациональный кайф от присутствия пары. — Поймёшь, когда своего встретишь, — фыркал Роллинз и, мудак такой, оказался прав. Брок понял. Только что делать со всем этим, было не слишком ясно. Гидра — это вам не обычный офис, и тут нельзя просто начать крутить любовь, не выяснив для начала, кто вообще перед тобой. Острое чёрное ухо дернулось. Брок всем собой ощутил, как подобрался хвостатый, хотя позы не изменил, словно сама атмосфера в кабинете стала другой, а вокруг вальяжно вытянувшегося на его столе мужика сам воздух сгустился. В коридоре прогрохотали шаги. Брок на мгновение приник к двери, а когда обернулся… на столе уже никого не было и только мерно пульсирующее запястье оставалось неоспоримым фактом присутствия здесь чужого, да в открытом зеве вентиляционной шахты на мгновение сверкнули огнём два глаза. — Мяу, значит, — вздохнул Брок, потёр метку и продолжил жить дальше. Только вокруг все начало меняться. Всё чаще и чаще Брок стал замечать странную активность вокруг себя. Если к незримому присутствию хвостатого мужика он уже как-то попривык, хоть тот и завел раздражающую привычку появляться из совершенно неожиданных мест, прижиматься гибким сильным телом, обнюхивать с ног до головы и так же неожиданно испаряться, не дав себя нормально потискать, то вот пристальное внимание Ситуэла напрягало. Казалось, лысый ушлепок что-то знает. — Мистер Рамлоу, зайдите ко мне, пожалуйста, — неприятный голос резанул по ушам. Оказалось — не казалось. Броку осталось лишь закрыть свою каморку, надеясь, что хвостатый не слезет снова через вентиляцию и не наведёт бардак в ящиках, и отправиться на заклание. Чутье подсказывало — хвалить его явно никто не будет, а получать по шее вроде бы было не за что, значит хвостатый-таки попался. И снова Брок оказался прав. В кабинете Ситуэла кроме него самого в кресле с независимым видом восседал хвостатый приятель самого Брока, а у окна застыл никто иной как сам Александр Пирс. Вот уж кого видеть совершенно не улыбалось. Стоило Броку переступить порог кабинета, как уши хвостатого чуть дернулись в его сторону, чёрный хвост взвился трубой, выдавая с головой. — Значит, даже так, — протянул Пирс, сканируя Брока взглядом. Пренеприятное ощущение, словно под микроскопом с распоротым брюхом оказался. Брок повёл плечами и нарочито нагло уставился на начальника. — Что ж, работайте дальше, моё добро у вас есть, — непонятно закончил Пирс и удалился, оставив Брока недоумевать и стараться не пялиться на свою пару. — Вы, наверное, все гадаете, зачем вы здесь? — Ситуэл скрестил перед собой руки, глянул насмешливо, словно с ребёнком или полным идиотом разговаривал, но Брок не повелся на провокацию, продолжил стоять, тупо глядя перед собой, хотя кожей чувствовал взгляд хвостатого. — Начнём тогда издалека, мистер Рамлоу. Сколько вы на нас работаете? — Шесть лет, сэр, — отчеканил Брок. — Действительно. — Ситуэл зашуршал бумагами. — Допуск пока у вас был минимальный, но случилось непредвиденное — наше оружие выбрало вас своим хозяином. Дальше Брок, уже сидя в кресле и попивая вполне неплохой кофе (вот нахера тогда остальных травить бурдой из автоматов?), слушал пространный рассказ про Зимнего Солдата, странно отреагировавшего на сыворотку, получившего впридачу к невероятным физическим данным и обучаемости хвост с ушами и повадки явно не совсем человеческие. — Он все понимает, когда хочет понимать. Актив вполне человек, с лотком за ним бегать не нужно, но вот на контакт идёт очень редко. Точнее, чтобы он сам кем-то заинтересовался — это впервые, до этого его пробовали дрессировать. Вот тут Брок едва усидел на месте. Все его существо воспротивилось самой мысли о том, что этот хвостатый чудик подвергался насилию. Пришлось прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы не придушить лысого урода, с такой легкостью рассказывающего о том, как Зимнего, словно дикого зверя, загоняли в угол, цепляли ошейник с электрическими датчиками и били током, пока тот не соглашался сотрудничать. Брок запоминал каждое слово, записывал в подкорке, так, чтобы запомнить навсегда, по пунктам, за что он придёт однажды мстить. — Теперь вы понимаете свою значимость? — Ситуэл растянул тонкие губы в неприятной улыбке. — Актив сам пошёл на контакт. Заинтересовался. А значит, вы можете попробовать им управлять. Понимаете, мистер Рамлоу? — Понимаю, — сухо ответил Брок. — Но что мне за это будет? — Люблю хватких деловых людей, — расцвёл Ситуэл. А Брок мог чем угодно поклясться, что заметил, как его Кот дёрнулся, словно его снова огрели электрошоковой дубинкой, весь закаменел. Был бы он шерстью покрыт, то, скорее всего, сейчас бы походил на вздыбленный лохматый шарик. От нарисовавшейся перед глазами картины Брок едва сумел сдержать улыбку и понял, что напрочь прослушал все то, что пытался донести до него начальник. — Значит, вас устраивает сумма вознаграждения? — уточнил Ситуэл, что-то записывая в лежащую перед ним папку. — Вполне, — ответил Брок и добавил: — Если она будет идти плюсом к основному окладу. По взгляду Ситуэла стало понятно — Брок правильно ответил, так, как от него и ожидали, а значит, не спалился, не выдал собственной крайней заинтересованности в происходящем. Не хватало ещё обратить на себя пристальное внимание. И так уже встрял по самое не балуйся. Истинные пары защищались законом, и очень серьезно. В мире было слишком много людей, чтобы всем и каждому встречался тот самый, его единственный. Такие пары, скорее, были исключениями, а потому ценились. Но что делать, когда сам закон против? Тот же Пирс слишком приближён к президенту, чтобы Брок мог спокойно начать качать права, да и по всему выходило, что Зимний Солдат и существует, скорее всего, только на бумагах, и то как инвентарь или ещё хуже — домашнее животное. Нутро скрутило от злости. Брок понимал, что надо перетерпеть, осмотреться по сторонам, найти пути отхода, к тому же Фьюри прийти с вопросом, но он не мог не беситься, не мог оставаться спокойным от одной мысли, что его паре причиняют боль. — Что же, можете забрать своего подопечного и начать с ним работу, как только подпишете все бумаги. Подопечный. И звучит-то мерзко. Главное, чтобы хвостатый не обиделся, не принял все слова Брока за чистую монету, раз он такой понятливый, а хвост и уши на самом деле всего лишь антураж. Ладно. С этим можно решить потом, сейчас от Брока требовалось все его терпение и внимательность, чтобы прочитать бумаги и не упустить ни одного момента, который потом Ситуэлу удастся вывернуть против него. — Что значит «только в стенах базы»? — нахмурился Брок, ткнул пальцем в один из пунктов. — А кто на заданиях с ним будет? — Специально обученные люди… Продолжить Брок не дал: — То есть, я приручаю, а они херят все достижения за первую же миссию только потому, что котику не понравилось что-то? Но по шее все равно прилетает мне, а не идиоту, решившему за хвост в джете дернуть? — Логичная претензия, — согласился Ситуэл и внёс изменения в электронную версию. — Что-то ещё вас не устраивает? О, Броку было что сказать по данному поводу, но пришлось довольствоваться малым, однако и лысый не особо упорствовал и соглашался почти со всем, что от него требовали. И в итоге Брок получил даже возможность выводить Кота за пределы базы, если он не будет светить своими особенностями и кидаться на людей. Из кабинета Брок вышел довольным собой, а вот хвостатый за его спиной, наоборот, как-то попритих и не спешил, как всегда, прыгать на спину и наваливаться всем своим немалым весом. — Пойдём, — позвал Брок, сделал шаг и, обернувшись, только вздохнул. Зимний смотрел исподлобья, с хищным злым прищуром. Казалось, вот-вот, и он кинется на Брока, вцепится зубами в шею и поминай как звали. — Пойдём, — снова позвал Брок, тепло улыбнулся, лаская взглядом сначала острое ушко, потом скулу, упрямый подбородок. Щеки Зимнего вспыхнули неожиданным румянцем, он смежил веки, странно повёл головой, словно притираясь скулой к невидимой ладони, и пошёл все с той же нечеловеческой грацией огромного кота, для чего-то прикинувшегося домашним. В кабинете Брок позволил ему снова устроиться на столе, загодя убрав все важные бумаги и бьющиеся предметы, а сам сел в кресло напротив. — Значит, все понимаешь, — хмыкнул он, разглядывая довольно жмурящегося под лампой хвостатого. — Поним-маю, — мурлыкнул Зимний, открыл один глаз, широко зевнул и снова зажмурился. — Тогда к чему все эти «мяу» и финты в стиле тупого котика? — А сам как думаешь? — Зимний перевернулся на спину и только тогда Брок заметил на висках своей пары круглые отметины ожогов, слишком знакомых, чтобы понять как-то неправильно. Все верно, кот оставался котом даже в безвыходной ситуации. Ему было проще сучиться, рычать, кидаться на людей, чем подчиниться, сдаться на волю дрессировщика. Кошки ведь свободные звери, живут как хотят, гуляют где вздумается. — А звать-то тебя как? — спросил Брок, ласково почесал доверчиво подставленное горло, не без удовольствия услышав, да и почувствовав под пальцами тарахтение небольшого такого, тонны на три, бульдозера. — То есть не работа? — буднично уточнил хвостатый, сверкнул серебром глаз, изогнулся как-то совсем невероятно и юркнул Броку на колени. — Ты мой котик, полностью мой, с первого мяу. — Брок стянул с запястья плотный напульсник, демонстрируя чёрную метку. Шершавый язык прошёлся по надписи, заставляя невольно вздрогнуть, застонать в плечо хвостатого, стиснуть его в объятиях ещё сильнее. Как же всё-таки хорошо быть рядом с парой, чувствовать его тепло, запах, какую-то странную, исходящую только от него одного энергию, правильную, вкусную, наполняющую до краёв, расцвечивающую весь мир яркими красками. Брок и не знал, что это именно так и бывает. Не знал, что мир-то до всего этого был блеклым, почти бесцветным, и только этот странный с ушами и хвостом сумел перевернуть все с ног на голову. — Я Баки, — шепнул кот и снова лизнул, только теперь шею, скулу, ухо. Броку отчаянно захотелось плюнуть на все договоренности с Фьюри, взвалить хвостатое недоразумение на плечо и унести с собой, а директор ЩИТа пусть ищет себе другого осведомителя, как-то его мотивирует на работу, а у Брока теперь есть все, кроме свободы и права распоряжаться собственной жизнью. — Хочешь уйти отсюда, Баки? — спросил он и затаил дыхание: а вдруг кот не согласится, вдруг ему и здесь неплохо, а это Брок сам себе напридумывал про пытки, но Баки лишь притерся к его щеке: — Хочу. Здесь плохо. Этого «плохо» было достаточно. Жаль, нельзя было просто уйти, выйти за пределы базы и потеряться со всех радаров. Гидра не прощала предателей и воров. ЩИТ в этом плане был ничем не лучше, если не хуже. Если Гидра работала из-под полы, то вот ЩИТ был полугосударственной организацией и вполне мог устроить крупномасштабные поиски бывшего двойного агента, а для Баки хотелось не этого. Потому Брок работал, рвался на части, сливая Фьюри всех и вся по максимуму, при этом стараясь не подставиться в Гидре, следить за своим хвостатым чудовищем, не разрешая ему слишком часто бесоёбить. Сам ходил с ним на все операции, прикрывал спину, провожал в крио, умирал на время его сна и возрождался только для того, чтобы встретить с тёплой улыбкой, утащить к себе и там наобниматься вволю. — С чего такая активность, Рамлоу? — удивился Фьюри. — Не вы ли твердили, что главное в работе агента — аккуратность? Брок только молча показал ярко-чёрную надпись на запястье, и вопросы отпали сами собой. Но сколько он ни пытался, сколько ни выискивал лазеек, ничего толкового не выходило. Гидра пристально следила за своим главным козырем и его личным дрессировщиком. Хоть Брок и мог забирать Баки домой, но этим их свобода и ограничивалась. — Устал, — выдохнул Баки, грациозно вытянувшись на постели, демонстрируя себя, явно чтобы глупый человек отлип уже от ноутбука и уделил внимание прекрасному ему. — От чего устал? — не сдавался Брок, надеясь все же дописать сегодня отчёт по последней миссии. — Слабым идиотом притвор-ряться устал, — мурлыкнул Баки, перевернулся на живот, чуть приподнимая задницу, провёл кончиком хвоста по внутренней поверхности бедра. — Я же их сожр-рать могу, задр-рать всех. — А чего раньше не задрал и ноги не сделал? — поинтересовался Брок, стараясь не реагировать на этого ебливого засранца, способного сутками не слезать с члена. — Не нужен был никому, — вздохнул Баки. Из его голоса тут же пропали игривые урчащие нотки, он словно выцвел до обычного человеческого, и Брок, плюнув на все, отставил планшет в сторону, поманил притихшего и явно расстроенного кота к себе на колени, обнял, погладил по спине, зарываясь пальцами в короткую мягкую шерстку, темной полоской спускающейся вдоль позвоночника к самому хвосту. — Котище, ласковый, красивый… — заворковал он в острое ушко и тут же поправился, ощутив довольно чувствительный укус острых как иглы зубов, вцепившихся в плечо: — Зубастый. Зверище. Он уже давно выяснил, как Баки нравились все эти дурацкие прозвища, ласковые бестолковые словечки, мишура, но Брок готов был повторять снова и снова всю эту белиберду, лишь бы его личное сокровище громко урчало на коленях, жмурило наглые глазищи и улыбалось. — Ты мне нужен, — шепнул Брок в острое ушко. А может, и правда — всех перестрелять и свалить? Брок был почти готов, почти собран, почти… пока все не пошло по одной кошачьей матери, потому что ЩИТ откопал где-то в залежах вечной мерзлоты второго котика. — Р-мяу, — тихое, утробное, пробирающее до нутра, из-за чего хотелось голову в плечи вжать и искать себе бункер поглубже, а не стоять посреди светлого коридора на сорок третьем этаже Трискелиона. Метка на запястье заныла. Брок, костеря себя за то, что вообще сегодня выбрался из постели, медленно обернулся. Не могло же ему дважды «подвезти» и с размаху влупить в лоб одними и теми же граблями. Но факт оставался фактом — Брок снова вляпался в историю. И опять в хвостатую. Он уже знал, как обращаться с большими котиками, Баки был хорошим учителем. Первое, что бросилось в глаза — уши, настороженно встопорщенные песочного цвета ушки с нежно-розовым нутром и маленькими кисточками на кончиках. Потом взгляд синих глаз и ощеренные в оскале острые клыки, и хвост. Как он мог забыть про хвост? — Кис-кис-кис, — пошёл известным маршрутом Брок. Второй котик в его жизни откровенно завис, он явно не такой реакции ожидал на себя и был крайне обескуражен наглым поведением человечишки, позволившим себе такое фамильярное поведение. Брок решил закрепить успех. — Ну же, котик, я знаю, что ты не только метить углы можешь, но и соображать нормально. А вот это было явно лишним. Ушки с забавными кисточками прижались к голове, прячась в волосах, роскошный пушистый хвост встал трубой, а сам котик словно раздался в плечах, утробно зашипел, заворчал, надвигаясь на Брока как-то бочком. Что там говорили на Animal planet про такое поведение? Так коты стараются казаться больше, обороняясь. Мда, не этого Брок хотел добиться, точно не этого. Уж точно не пугать второго хвостатого, встреченного за последнее время. Да и не улыбалось ему получить лапой-рукой, скорее всего такой же тяжёлой как и у Баки, за все хорошее. Надо было хотя бы поздороваться, познакомиться нормально и попробовать понять, откуда они все берутся и почему сваливаются конкретно на него. Не из-за метки же? Запястье под напульсником противно зачесалось, вновь напоминая о себе. Но все равно откуда этот хвостатый взялся посреди Трискелиона? Ладно Баки — удачный эксперимент Гидры, а этого в той же лаборатории сотворили или это уже ЩИТ расстарался в попытке догнать и перегнать конкурентов? Ответов, как обычно, ждать не приходилось. — Тише, котик, тише. — Брок протянул вперёд руку, уже готовый к тому, что в неё вопьются иглы зубов, раздирая запястье до мяса, но хвостатый вдруг тихо муркнул, повёл носом совсем по-кошачьи, аккуратно, не переставая коситься на Брока, приблизился, ткнулся носом в ладонь и… заурчал? Вот такого не ожидал уже сам Брок. — Стив, вы?.. — показавшийся в коридоре Фьюри замер каменным памятником самому себе с открытым ртом и выпученным глазом, так и не договорив. Ну да, картина его взору предстала скорее всего презабавная — огромный хвостатый мужик урчал на весь коридор и терся мордой… пардон, лицом о чужую руку, вообще ни на кого не обращая внимания. — Однако, — пробормотал Фьюри. — Как я с вами солидарен, директор, — ответил Брок, но ладонь отнимать у котика не стал. Пусть тешится, раз уж ему так приперло. Но хвостатый опомнился сам. Он замер на мгновение, его уши встали торчком, хвост мотнулся из стороны в сторону, и хвостатый отпрыгнул от Брока на добрых полтора метра. — Ник, это… — пробормотал он, нахмурился, отчего стал ещё забавнее и даже как-то трогательнее. — Ну да, — усмехнулся Фьюри. — Совсем не то, что я подумал? — Просто… — он немного растерянно взглянул на Брока. — От этого агента пахнет знакомо. Моим Баки. Брок вздрогнул. Вот таких совпадений быть не могло. Не с ним. — Баки, говорите? — хмыкнул Николас, обогнул хвостатого Стива и остановился рядом с Броком. — Вы ничего не хотите нам рассказать, мистер Рамлоу? Брок не хотел. Не тогда, когда уже очень многое успел сделать для их с Баки побега от Гидры и всего остального мира, но хвостатый Стив смотрел с такой надеждой, что промолчать не получилось физически. Брок слишком часто в первое время такие взгляды ловил у Баки. Не получилось и отказать во встрече Стиву, оказавшемуся мало того что знакомым с Баки, так ещё и тем самым Капитаном Америкой. И даже взревновать не вышло, когда эти двое, налетев друг на друга посреди его гостиной, принялись тыкаться носами, облизывать друг другу морды и общаться на каком-то своём, совершенно непонятном языке. Не удивился он и проснувшись посреди ночи от того, что его отлежали с двух сторон, и хвостатые наглецы, нисколько не смущаясь собственной наготы, сопели каждый в своё плечо, обхватив Баки — левую руку Брока, а Стив — правую. Жизнь менялась совершенно бесконтрольно. — Мяу, — вздохнул Брок, улыбнулся в потолок. Вот теперь полный и безоговорочный мяу! Откуда-то пришло осознание, что Гидре конкретный пиздец, как и всем, кого что-то не устроит в их странном союзе. Фьюри придётся смириться с тем, что эти супер-котики, похоже, выбрали себе не того «хозяина» и хрен теперь подойдут к кому другому. А Броку… Броку предстояли покупка дома побольше и подальше от глазастых соседей, так как тихо жить с двумя ебливыми котами у него вряд ли получится, и просмотр всех возможных образовательных фильмов о повадках кошачьих. Но разве это все так уж плохо? Нет, Брок так не думал. Да и какая разница, чьё «мяу» горит на запястье, когда сердце согрето с двух сторон огромными котиками?