Великая история рода Короля Ахади...

      Муфаса, собравшись с мыслями, все же решил поговорить с братом и извиниться за свое вчерашнее поведение. На Скале Предков уже собрались все львицы и львы, чтобы попрощаться с юным принцем Такой. Брат подоспел вовремя, чтобы осуществить задуманное.       — Така, прости меня, пожалуйста, за вчерашний день, — робко начал Муфаса и попытался улыбнуться, чтобы сгладить вину перед братом. — Я… я надеюсь, ты на меня не обижаешься? — все еще виновато глянул старший.       — Ни в коем случае! Как я могу обижаться на своего братишку? — с улыбкой ответил Така, а потом обнял брата.       Муфаса повалил его на землю и начал трепать гриву, отчего оба засмеялись.       — Муфаса, я тебя люблю… и скоро вернусь, — сказал Така и снова был прижат Муфасой.       — И я тебя, Така! — воскликнул Муфаса.       Все тепло попрощались, даже король Ахади, раньше невозмутимый, очень переживал за своего сына, и это впервые было видно на его большой и всегда строгой морде.       Така удалялся все дальше, и его фигурка становилась меньше и меньше, пока его вообще не перестали видеть. Когда все разошлись, а Муфаса остался смотреть на красивый закат, вдруг тишину прервало прикосновение к плечу, такое родное и теплое, отчего Муфаса повернулся.       — Сын, я понимаю, что ты сильно переживаешь за своего единственного брата, и это естественно, но нельзя здесь сидеть всю ночь! — молвил великий король.       — Я скучаю, пап. Я люблю Таку и очень за него волнуюсь. Вдруг на него нападут? — взволнованно говорил наследник трона, нервно побивая хвостом от одного бедра к другому.       — Я тоже. Я… я даже за свое поведение извиниться перед ним не могу. — Резко Ахади сменил ноты разговора на более серьезные, пуская слезы, словно маленький котёнок.       — Пап? Пап… Ну ты чего? — спросил Муфаса уже без какой-либо улыбки, отчего атмосфера тоски еще больше нагнетала обстановку.       — Я столько раз вам говорил гадости и столько раз обижал. Особенно Таку. Прос… простите меня, — в слезах просил прощения могучий король, потом посмотрел на сына виноватым взглядом и ушел.       — Ничего, пап. Мы не сердимся, — вслед Ахади сказал Муфаса и добро улыбнулся.       Король остановился и уткнул свой взгляд в землю.       — Я знаю, сын. Но себя не прощу. Не засиживайся, ночью будет холодно. Король медленно пошел в пещеру, где все уже мирно спали.       — Спокойной ночи, пап. Я тебя люблю, — ответил Муфаса и посмотрел на повернувшегося Ахади.       — И я тебя, сынуля. И Таку тоже, — с улыбкой сказал король и ушел в пещеру.       А Муфаса так и остался смотреть на звезды, думая про сегодняшний день и про папу.

***

      Несмотря на ночь, юный хранитель все еще продолжал путь к Древу Жизни. Пустынные барханы, словно великаны-горы, скрывали истинный путь, заставляя терять здравый смысл и терпение в пустыне. Было настолько тихо, что малейший шум отдавался эхом. Вдруг раздался шелест песков.       — Кто здесь? — остановившись, спросил вдаль Така.       — Бу! Ха-ха-ха-ха, напугался, лев? — Перед ним неожиданно появилась юная львица песочного окраса. — Что ты в пустыне забыл?       — Кто ты такая? И что сама тут делаешь? — спокойно ответил лев со шрамом на глазу, который скрывала темнота.       — Я Они! Путешественница! — с азартом в глазах воскликнула львица.       — А не рано? — Така с интересом смотрел на новую знакомую.       — Так… кто ты?       — Я Така, принц земель Прайдленда, и держу курс к Древу Жизни и…       — Стоп, к Древу Жизни? Мне тоже туда надо! — суетясь, прервала его Они.       — А тебе зачем? — Така приподнял бровь.       — А тебе зачем? — так же спросила Они, пародируя черты Таки.       В этот момент Така вышел из темноты и подошел к Они, дабы та увидела причину.       — Ой… Что это у тебя? — Они удивленно смотрела на принца.       — Мой… шрам, — опустив голову, сказал Така. — Так тебе зачем туда надо?       — Это неважно, — ответила Они, притупив свои фиолетовые глазки.       — Эм-м… Хорошо, я все понял. Хочешь со мной пойти? Раз уж мы идем в одном направлении.       — Хорошо! — радостно сказала Они и пошла с Такой. — Давай поговорим? А то скучно, — почти сразу с грустной мордашкой попросила Они.       — Хорошо, давай! Ты первая начинай.       Уже веселее пошли новые знакомые.       Продолжение следует.