Запечатлевая узы

Боль и ревность

      – Эй, и долго мне ещё тут сидеть? – нетерпеливо протянул Наруто, нарочито напоказ раскачиваясь на стуле, с каждым наклоном, создавая всё более опасный угол. – Старик Теучи сегодня представит новый вид рамена! Я просто обязан попробовать его первым!       – Наруто, успокойся! Мы ещё даже не начали! – Ирука-сенсей неодобрительно покачал головой, при этом слегка завидуя ученику: он ведь и сам был не прочь попробовать новый рамен, но, судя по тому, как продвигались дела, Ичираку закроется раньше, чем он покинет стены Академии.       – Ну что там у вас? – поинтересовался Узумаки, вытягиваясь всем телом вперёд, стараясь заглянуть через плечо Ируке-сенсею, который вот уже минут десять сидел к нему спиной и производил непостижимые для генина действия с невиданной доселе шайтан-машиной. – Ааааа!!!       Последний наклон стула стал роковым, и, потеряв равновесие, Наруто упал лицом прямо в «яблочко» на жилетке своего сенсея. Ирука, который совершенно не ожидал нападения со спины, замахал руками в ничтожной попытке не навалиться всем телом на таинственное оборудование, но гравитация оказалась сильнее.       – НАРУТО!       Ирука подскочил в мгновение ока, разрываясь между желанием дать подзатыльник своему неугомонному ученику и оценить ущерб трагедии. Но Узумаки уже успел отскочить в дальний угол, с опаской поглядывая на сенсея, а вот трагедия была прямо перед глазами. Сегодня рамен он увидит только если во сне.        – А я ведь только её собрал и настроил… – обречённо вздохнул Ирука. – Ну, хоть не сломалась.       – А что это такое? – раздался поблизости голос Наруто, заметно осмелевшего после того, как подметил, что больше не является целью сенсея. – Что это за глаз?       – Не тыкай в него пальцем! Испачкаешь же! – вовремя спохватился сенсей, смахивая в сторону нацелившуюся на линзу руку ученика. – Почему ты просто не можешь спокойно посидеть пять минут?       Наруто демонстративно надулся, поднял стул с пола и, развернув его спинкой вперёд, уселся, положив голову на верхние перекладины.       Последнюю неделю после экзаменов все генины отдыхали, с волнением ожидая распределения по командам, которое должно было состояться в ближайшее время. И вот сегодня утром всех новоиспечённых ниндзя без объявления причины вызвали в Академию. С замиранием сердца они представляли, что уже скоро их будущее будет определено, и наконец они смогут заняться настоящими миссиями во главе с опытными шиноби. Но каково было их разочарование, когда им просто-напросто приказали стоять в коридоре и по мере того, как их будут вызывать, по одному заходить в кабинет Ируки-сенсея.       Первым в списке оказался Узумаки Наруто, очевидно, чтоб сразу разобраться с неугомонным пареньком и избавиться от его нытья, которое было слышно даже сквозь закрытые массивные двери. Но ситуация вышла из-под контроля, когда Ирука-сенсей осознал, что найти общий язык с техникой ничуть не проще, чем с девушками, особенно, когда не имеешь ни малейшего понятия, как всё устроено.       – Ну вот, кажется, готово! – торжественно произнёс Ирука, будто собственноручно прикончил Орочимару.       – И что это такое? – с подозрением покосился Узумаки в сторону непонятной штуки. – И почему оно смотрит на меня?       – Всё правильно. Оно и должно смотреть. Это видеокамера, – по-учительски снисходительно начал объяснять Ирука, хотя сам буквально пару дней назад познакомился с этим механизмом. – Она будет записывать всё, что сейчас происходит, чтобы потом мы могли пересмотреть без использования техник клана Яманако. Как те фильмы, что показывают в кинотеатрах.       – Меня покажут в кино?! – глаза Наруто загорелись. – Круто! Я был только на одном фильме, но ниндзя в кино настоящие гении!       – Тебя не покажут в кино, Наруто, – не церемонясь, разрушил все надежды своего ученика Ирука. – Но обещаю несколько очень влиятельных человек тебя всё же увидят.       – Круто! Тогда я полностью готов! Хотя… Подождите! А как мне себя вести? – задумчиво поинтересовался Наруто, вспоминая, что в кино ниндзя выглядели довольно мужественно и круто. Они явно не просиживали штаны на стуле, как он сейчас. – Может, мне стоит показать какое-то из своих джутсу? Я могу показать теневое клонирование. Нет-нет! Лучше секси-но-джутсу!       – Стоп-стоп-стоп! – Ирука начал лихорадочно проверять, не включил ли он уже запись. – Наруто, мы просто поговорим. Тебе всего лишь надо будет ответить на несколько моих вопросов.       – Просто поговорим? – разочарованно переспросил генин. – Звучит совсем не круто.       Ирука начинал закипать. Уже прошло полчаса с тех пор, как зашёл Узумаки, а за дверью была ещё целая толпа таких же генинов. Не совсем таких же, конечно, слава богу, но время начинало поджимать.       – Всё, Наруто, на счёт три я начну снимать! Пожалуйста, веди себя подобающе ниндзя! Раз, два…       – Стойте!       – Что ещё?!       – А мне надо улыбаться или быть серьёзным? – уточнил Узумаки, сопровождая свой вопрос попеременно сменяющимися то весёлым, то угрюмым выражением лица. – Как лучше?       – Как тебе угодно! Главное, отвечай на вопросы! Всё, что от тебя требуется. Если ты не справишься, обещаю, что отправлю тебя обратно в Академию учиться с Конохамару!       Давно Наруто не слышал столь серьёзных угроз, так что быстро притих и, пообещав, что, пожалуй, он лучше побудет серьёзным, с лицом-кирпичом уставился в объектив.       Ирука нажал на кнопку, молясь, чтобы Узумаки не испортил им запись и несколько минут жизни в придачу.       – Представься, пожалуйста.       Наруто удивлённо захлопал глазами:       – Ирука-сенсей, но вы же и так знаете, кто я!       – Идиот!       Дубль два.       – Представьтесь, пожалуйста.       – Узумаки Наруто. Выпускник Академии, генин, будущий Хокаге!       – Идиот!       Дубль три.       – Представьтесь, пожалуйста.       – Узумаки Наруто. Выпускник Академии, генин. Так?       Ирука обречённо вздохнул и, смирившись с тем, что лучше уже не будет, кивнул головой. Он перебрал кучу бумаг, располагавшуюся рядом с камерой на столе, и, выудив из огромной кипы, нужный листок, обратился к своему ученику:       – Наруто, сейчас я задам тебе несколько вопросов. Постарайся отвечать быстро и честно. Тебе всё понятно?       Узумаки призадумался. Всё это было довольно странно, но если подвох и существовал, то, располагая столь скудными сведениями, было сложно его обнаружить.       «Так, быстро уже не получается. Надеюсь, хоть честности ему не занимать. Только бы он не болтал без умолку, где я добуду потом новую плёнку, если этой не хватит?» – с каждой минутой в кабинете с Наруто страхи сенсея множились, но он не планировал сдаваться. Это был путь ниндзя Умино Ируки.       – Наруто, тебе всё понятно?       – Да-да, – наконец подтвердил Узумаки, рассчитывая раскрыть западню в процессе диалога.       – Кхм, – неосознанно запнулся Ирука, прочитав первый вопрос, но мгновенно постарался вернуть себе привычный голос: – Скажи, Наруто, есть ли у тебя друзья среди выпускников Академии?       И какое это отношение вообще имело к его карьере ниндзя? Наруто совершенно не понимал необходимости столь личного вопроса, но зато понимал, что если начнёт возмущаться или увиливать, то обязательно получит нагоняй от Ируки-сенсея, а ещё мурашки пробегали от осознания того, что он может сидеть за одной партой с Конохамару ближайшие несколько лет. Жуть!       – Э-э-э, ну, – замялся Узумаки, пытаясь разобраться в понятии «дружба». Если говорить о дружбе как об общении, то он дружил со стариком Теучи, тот всегда улыбался мальчишке, поддерживал разговоры, а иногда даже прикрывал его от преследующих хулигана стражей порядка после того, как наскальные лица Хокаге в очередной раз получали несвойственные им яркие атрибуты. Но старик никак не тянул на выпускника Академии. Ещё есть Ирука-сенсей. Он частенько угощает раменом и скрашивает его одинокие вечера байками из жизни настоящих ниндзя, под конец включая режим зануды и заканчивая истории сплошными нравоучениями и моралями. Мол, вот так не делай, а так делай, бла-бла-бла.       – Наруто?! – прервал мыслительный процесс генина его сенсей. – Ты собираешься отвечать на вопрос?       Но если говорить о близких друзья, друзьях-ровесниках, которые должны быть у каждого ребёнка… Да, иногда он прогуливал уроки вместе с Шикамару, Чоуджи, даже с Кибой, они весело проводили время, прячась от разгневанного Ируки-сенсея! Но как только уроки заканчивались, все они расходились по своим домам, оставляя его позади. И он, как ни в чём не бывало, уже давно привыкший, под пристальными и неодобрительными взглядами прохожих шёл в противоположную сторону совершенно один.       – Ахах… – смущённо потёр затылок Наруто, стараясь за смехом скрыть свою растерянность. – Наверно, у меня нет друзей.       Он был честен, как и просили.       У Ируки что-то кольнуло в груди. Но сейчас нельзя было подаваться эмоциям.       – Продолжим. Что, по-твоему, самое важное в шиноби?       – Сила и скорость! – практически не задумываясь, ответил блондин.       Ирука-сенсей был приятно удивлён, что на такой важный вопрос Наруто смог серьёзно и быстро ответить. Может, не всё потеряно?       – Почему ты так считаешь?       – Потому что только самый сильный шиноби может стать Хокаге! – зарделся Узумаки.       Ожидаемый ответ.       – А скорость?       – Скорость? Чтоб убегать от стражей порядка!       А, нет, ошибочка вышла: всё потеряно.       «Надеюсь, это можно будет вырезать… Стыд то какой», – Ирука переживал за Наруто, который был для него больше, чем просто учеником, потому что знал, какую роль играло проводимое интервью и кто будет просматривать весь отснятый материал.       – Хорошо. Расскажи мне, как ты понимаешь понятие «командная работа»?       Опять эти каверзные вопросы. Узумаки явно не на это рассчитывал, когда их вызывали в Академию. Где его миссии? Почему он ещё сидит в классном кабинете перед этой непонятной штукой, которая без остановки агрессивно мигает красной лампочкой, словно так и просится, чтоб ей пару раз врезали в глаз?!       – Работа команды? – рискнул предположить паренёк, теряясь в догадках, что именно от него хотят услышать.       И не поспоришь.       – Подробнее, – попросил Ирука, пообещав себе, что будет терпеливее, ещё терпеливее, настолько терпеливым, что даже если ему будут загонять под ногти иголки, он будет лишь смиренно молчать и улыбаться.       – Э-э-э… – протянул Наруто, беспомощно уставившись в потолок, будто ожидая прочитать ответ в мазках побелки.       Ирука устало вздохнул.       – Следующий вопрос. С кого из ребят в твоей группе ты бы брал пример?       О, этот вопрос Наруто нравился, тут даже думать особо и не надо было, и подвоха он не чувствовал.       – С Чоуджи!       – Чоуджи? – невольно переспросил Ирука, стыдливо признаваясь себе, что это имя он ожидал услышать меньше всего.       – Да, с Чоуджи! У него всегда есть припасы чипсов! Вот бы мне быть таким предусмотрительным и запасливым! А то вечно рамен в самый неподходящий момент заканчивается, а на голодный желудок, знаете, как тяжело заснуть…       – Наруто! – перебил его явно затянувшуюся и бессмысленную в контексте интервью речь сенсей. Заметив, что ученик притих и не собирается продолжать тираду о нелёгкой голодной доле, Ирука рискнул задать следующий по списку вопрос: – Мог ли бы ты доверить жизнь кому-то из ребят твоего выпуска?       – Какие-то странные у вас вопросы, – пробормотал Наруто, недоверчиво поглядывая на сенсея. – Может, там есть что поинтереснее? – указал пальцем Узумаки на кипу бумаг.       – Необходимо ответить на все вопросы. Мне повторить? Мог ли бы ты доверить жизнь кому-то из ребят твоего выпуска?       – Да понял я, понял, – Наруто заметно помрачнел, но уже через мгновение тень исчезла с его лица, и, широко улыбаясь, он громко и неестественно радостно ответил: – Меня никому не придётся спасать! Я сам могу постоять за себя! Это им придётся доверить свои жизни мне, хех!       Но Ирука уловил за фанфарами счастливых нот лёгкие трели грусти, что скользили в голосе его ученика. Он понимал, что эти вопросы проникают в самые глубокие раны, заставляя их всколыхнуться и волнами накрыть сердце ученика, погружая его в пучину до боли привычного одиночества. Но работа была работой, а данная её часть, хоть и была неприятна, но должна была пойти в будущем на благо.       – Есть ли тот в группе, на кого ты бы совершенно не хотел быть похожим и почему?       Наруто скривился, словно у него уже заранее был готов ответ на этот вопрос.       – Саске. Он тот ещё зануда, самовлюблённый придурок! Считает себя таким крутым и только и делает, что сидит с пафосным видом. У-у-у! – вопрос явно задел блондина за живое. – А все вокруг него крутятся: «Саске то, Саске это…». Он ведь даже не обращает на них внимание, держит за пустое место, считает недостойными общения. Бесит!       Ирука редко видел своего ученика столь раздосадованным и враждебно настроенным, но это не ощущалось как злость или гнев, скорее, как… Ревность? Наруто ревновал к Саске? Ревновал весь тот мир, что он пытался покорить с самого своего рождения, но что постоянно втаптывал его в грязь, оставляя один на один со своей болью, в то время как Саске, совершенно не стараясь понравиться людям, избегая дружеские связи, игнорируя знаки внимания, завоёвывал всеобщее признание и восхищение. Мир был несправедлив по отношению к Наруто, но он не хотел воевать с миром, он изо дня в день искал пути к уважению и любви, а всю свою горькую обиду нацеливал на последнего из Учиха, того, кто незаслуженно крал совершенно не нужное ему внимание, но столь необходимое для Наруто.       – Понятно, – комментировать ответы или выходить за рамки вопросов не входило в задание Ируки-сенсея, поэтому ему лишь оставалось продолжить интервью: – Это будет последний вопрос. Но постарайся ответить на него серьёзно.       Узумаки понимающе кивнул, но Ирука, уже прочитав последний пункт, заранее знал ответ, и попроси он ученика быть в десять раз серьёзнее, ответ последнего никак не изменился бы.       – Какая твоя цель как шиноби?       – О, я хочу стать Хокаге! Кажется, я уже говорил? Но ничего, я никогда не устану повторять, что однажды я стану Хокаге, и все в деревне признают меня!       Ирука улыбнулся. Интервью было окончено.       – Всё? Как всё? Только вопросы интересные пошли… – разочарованно протянул Наруто на приказ сенсея покинуть кабинет. – Я могу ещё много чего рассказать! Вот, к примеру, вчера, когда я бегал тренироваться в лес, то встретил такого подозрительного мужчину, он был весь в зелёном, постоянно что-то кричал про силу юности, а его брови…       – Следующий!