За тридевять земель (Over The Hills And Far Away)

Кастиэль словно примерз к дверному проему. Радость от новости смылась с его лица. - Дин… - его голос надломился. Викинг поднял голову и взглянул на сакса затуманенным взором. Глаза, которые смотрели на Кастиэля, были глазами сумасшедшего. Дыхание Кастиэля сбилось от боли; глаза Дина показывали полное отчуждение. Гунда слабо отодвинула Дина и приподнялась со стола. - Пожалуйста, простите меня, - сказала она с поддельной застенчивостью и пошла, чтобы поднять свою мантию. Она обернулась в нее и с изяществом пантеры подошла к Дину. - Мы еще не закончили, Дин, - прошептала она в ухо викингу. - Продолжим позже. Гунда с хитрой улыбкой кивнула мужчинам и покинула палату. - Дин, что ты делаешь? - Кастиэль недоуменно смотрел на него. Его лицо выражало безумную боль и удивление. Викинг облокотился на стол. Он поднял голову и уставился на сакса. - Что я делаю? - спросил он спокойно. - Да, ты и Гунда. Что ты делаешь? Ты говоришь мне, что любишь меня, в то время как за моей спиной целуешь эту женщину? Викинг затих. Он просто слушал Кастиэля. - Ты сказал, что откажешь им, а теперь что? Ты почти трахнул эту шлюху! Дин ударил кулаком по столу: - Не смей говорить так о ней! Кастиэль приподнял бровь в изумлении. - О, действительно? Разве я не говорю правду? Она раздвинула ноги перед тобой, как последняя шлюха, и кто знает, возможно, ты бы трахнул ее, если бы я не вломился к вам! - выкрикнул раздраженно сакс. Дин резко повернулся и бросил сердитый взгляд на Кастиэля. - Она была права о тебе. Ты ее ненавидишь. - Эта женщина приносит неудачу. Она затуманила твой рассудок, разве ты не видишь? Я не доверяю ей! - Достаточно! Прекрати обвинять ее! - взревел внезапно разгневанно Дин. Кастиэль вздрогнул, услышав его вопль, и судорожно сглотнул. - Но ты не понимаешь, Дин... - он начал, но грубый крик викинга прервал его. - Я не твой Дин! Я - твой ярл! Тебе напомнить? Кастиэль почувствовал, как холодный пот покрыл его спину. Он открыл рот, но из него ничего не вышло. - Это была ошибка, - сказал Дин холодно. Кастиэлю удалось собраться с силами, чтобы спросить: - Что было ошибкой? - пробормотал он. Викинг посмотрел ему в глаза. – Мы. Наши отношения. Лицо сакса стало смертельно бледным. Он уставился на умирающий огонь в факеле. Шокированный и омертвленный болью, он потерял дар речи. Кастиэль тихо обернулся и покинул палату быстрыми шагами. *** - Именем святого Иггдрасиля и его девяти миров, дайте мне воды, - простонал слабый голос. Молодая женщина, которая сидела около кровати, вздрогнула. - Отец? Как твое самочувствие? - она отбросила тунику, которую шила, в сторону. - Если ты не дашь мне воды, боюсь, что умру от жажды, - ответил Ульвхат, положив свои худые руки на покрытие из шкур. - Да, отец, - женщина побежала к столу и налила воду в кружке. Быстрыми шагами она вернулась к постели. Ульвхат выпил воду в несколько больших глотков и прислонился к подушке. - Ты напугал меня, отец. Ты никогда не болел, - она ласкала его седые волосы. Чародей вытер воду с бороды и уставился на дочь с единственным глазом. - Это не обычная болезнь, Хильда. Женщина пожала плечами. - Что ты имеешь в виду, отец? Ульвхат откашлялся. – Дитя мое, большое зло вошло в наш город. Это - причина моей слабости. Я вижу, что черные облака собираются над домом нашего ярла. Но больше боги ничего не показывают мне в настоящее время. - Хорошо, отец. Теперь отдыхай. Ты должен поправиться и выздороветь, чтобы снова ходить. Чародей с горечью рассмеялся. - Нет, дитя мое, ты не понимаешь. Пока зло в нашем городе, я не смогу выздороветь. *** Морозящий до костей холод был невыносим. Тяжелые снежинки падали с неба. Волки выли в лесах, сопровождаемые скулением и лаем собак города. Только холод, отчаяние и одиночество бродили вокруг. Кастиэль шел бесцельно. Он не знал, куда он шел или почему. - Эй, Кастиэль! - услышал он, проходя около кузницы Гардара. Сакс поднял голову и увидел двух викингов – Онунда и Рагнара. - Здравствуйте, - тихо приветствовал он их. - Где ты ходишь в такую ужасную погоду? - спросил его Онунд. Это был тот самый викинг, который выиграл Византийский меч на соревновании армрестлинга. - Эмм... Да так, нигде. Просто гуляю, - запнулся Кастиэль. Онунд сердечно засмеялся. - Ну, если у тебя нет особых дел, мы можем пойти в мой дом и выпить хорошего эля. - У него всегда великолепные идеи, - подмигнул Рагнар и хлопнул сакса по плечу. - Ну что, идем? Саксу понравилась идея. Сильный эль было именно то, в чем он нуждался в данный момент больше всего, чтобы утопить свои горе и печали в него. Он хотел забыть все, даже на короткий срок. - Я согласен. Ничего нет лучше хорошего эля. - Ну, тогда чего мы ждем? Давайте пойдем, мои друзья! – Онунд счастливо взревел и повел мужчин к своему дому. *** Полночь была позади. Сэмми и его жена сидели у камина. Хердис расчесывала шерсть, а Сэмми чистил свое оружие. В другой комнате Олаф мирно спал. - Любовь моя, можешь принести еще немного дров? – мягко спросила она своего мужа. - Конечно, - улыбнулся Сэмми, целуя ее в губы, и пошел к двери. Была безлунная ночь, и толстая темнота окутала землю. Сэмми удалось сделать три шага прежде, чем он наткнулся на что-то и почти свалился на землю. - Во имя Одина, что это было? - он тихо зашипел. В ответ был слабый стон. - Хердис, неси лампу быстро! – крикнул Сэмми. Его жена появилась с масляной лампой в дверном проеме. Она выглядела напуганной. - Что случилось, Сэмми? - Неси лампу сюда, - указал Сэмми. Когда лампа показала причину спотыкания Сэмми, жена и муж не могли подавить крика. Снег покрывал Кастиэля, лежащего на боку в полубессознательном состоянии. - Кастиэль? Что случилось? – Сэмми потряс его за плечо. - Сэ... эээмммм... мииии… - произнес нечленораздельно Кастиэль. Викинг учуял запах эля и, смотря на наполовину замороженного, пьяного Кастиэля, он сразу же догадался, что произошло что-то очень серьезное. - А ну-ка давай вставай, - Сэмми схватил руку Кастиэля и помог ему встать. Он обернул руку вокруг его талии и понес друга внутрь дома. Сэмми усадил Кастиэля около камина. Хердис поставила лампу на стол и пошла в кухню. Она бросила какие-то травы в чашу и вылила воду на них. - Сэмми, дай ему это. Это отрезвит его немного, и он будет чувствовать себя лучше, - она вручила чашу своему мужу. - Вот, возьми и пей, - викинг передал чашу Кастиэлю. Сакс опустошил чашу и прислонил голову к стене. - Кастиэль, что произошло? - Сэмми спросил взволнованно. Хердис извинилась и покинула комнату. Она была умной женщиной и поняла, что это должно было быть обсуждено между мужчинами. Кастиэль издал хныкающий звук пойманного в ловушку зверя. - Я застукал их, - прошептал он. Сэмми наклонился ближе, чтобы слышать лучше, что там его друг мямлил. - Застукал кого? Кого ты имеешь в виду? Кастиэль посмотрел на хозяина дома глазами, полными огромной боли. - Дина и Гунду. Он целовал ее и, вероятно, трахнул бы, если б я не вошел в холл. Сэмми чуть ли не задохнулся и потер лицо. - А потом... - голос Кастиэля вздрогнул. - Мы поспорили. Дин... я имею в виду, мой ярл, сказал... – Кастиэль вдруг истерично засмеялся, – что наши отношения были ошибкой, - плечи сакса дрожали от тихого смеха. Сэмми сидел, как онемевший, глядя на огонь. - Эй, посмотри на меня, - он повернулся к Кастиэлю. - Мы найдем выход из этой дерьмовой ситуации, я обещаю. У Кастиэля не было большой надежды, но однако он кивнул. Он попытался встать. - Я сожалею, что потревожил тебя так поздно. Не буду беспокоить больше. Рука Сэмми удержала его на месте. - И куда ты пойдешь? - он спросил Кастиэля. Сакс затих. Он не хотел и не мог вернуться к Дину. - Я не знаю. Если бы я не дал свою присягу, я бы вернулся в свои земли... Но, с другой стороны, у меня и там нет дома, - он опустил голову. Сэмми нахмурился. - Кастиэль, ты - мой кровный брат. Не забывай клятву, которую мы дали. Я обещал разделять хорошие и плохие времена с тобой. С этого времени ты будешь жить в моем доме, - глаза викинга были полны сочувствием и братской любви. Хердис обратно зашла в комнату после удостоверения, что ее сын спокойно спит. - Хердис, Кастиэль будет жить у нас, - сообщил ей Сэмми. Женщина кивнула и улыбнулась. - Ты - кровный брат моего мужа. Тебе всегда будут рады в нашем доме. И Олаф будет очень счастлив. Он безумно любит тебя. Я пойду, постелю постель для тебя, - с этими словами она оставила их. Кастиэль чувствовал, что теплота распространилась по его телу. Его глаза прослезились. - Спасибо, Сэмми, - он улыбнулся неловко. - Это наименьшее, что я могу сделать для тебя взамен, - Сэмми уверил его. – А теперь, давай поговорим о том, что происходит с Дином, - Сэмми ткнул тлеющие угольки. - Единственное, что я могу сказать, это то, что после того, как Гюнтер и Гунда прибыли, Дин сильно изменился, но ты уже знаешь об этом, сам видел, – Кастиэль потер руки. - У меня плохое чувство, я думаю,что эта женщина - ведьма. Я завтра же пошлю ворона к Аке и попрошу, чтобы он собрал вести о ней. Сакс кивнул. Ему понравилась эта идея. - Хорошо, а сейчас иди поспи, - Сэмми помог Кастиэлю встать и провел его в другую комнату. - Олаф, вероятно, сойдет с ума от счастья завтра утром, когда проснется, - Сэмми захихикал. Кастиэль посмотрел на спящего ребенка и улыбнулся. *** Десять дней прошло после ссоры с Дином. В течении этих дней Дин изменился до неузнаваемости. Он не хотел видеть никого, кроме Гунды и ее брата. Викинг никогда не спрашивал о Кастиэле, где он был, как он был, или чем он занимался. Что же касается Кастиэля, его душа и ум были в муках. Никто, кроме Сэмми, не знал, как трудно и больно было ему выглядеть веселым и беззаботным, в то время как внутри он умирал. - Кастиэль, вот ты где! – Сэмми быстро приблизился к своему саксонскому другу. Кастиэль сидел под старым дубом позади дома, делая деревянную лошадь для Олафа. Его голубые глаза взглянули на Сэмми. – Что-то случилось, Сэмми? - Ворон вернулся от Аке. Пошли прочитаем, что он пишет. Они сидели за столом. Сэмми развернул шкуру ягненка и начал читать: "Я приветствую тебя, мой норвежский друг. Я попытался собрать вести, о которых ты просил, и здесь все, что я смог узнать. Прежде всего, я хочу сказать тебе, что Гунда - не настоящая сестра Гюнтера. Вероятно, ты заметил, как они отличаются друг от друга. Она, будучи новорожденным ребенком, была найдена родителями Гюнтера в лесу, и они воспитали ее как свое собственное дитя вместе с Гюнтером. Когда ей исполнилось восемнадцать зим, она вышла замуж за Роберта, лорда Огненного острова. Спустя три месяца после свадьбы, Роберт исчез без следа, и Гунда стала повелительницей целого острова и его замка. А теперь самая важная часть: держись от нее подальше. Гунда - жрица Хель" Невыносимая тишина заполнила комнату. Только белая кошка мурлыкала довольно около камина.