это все о тебе...

…хотел бы убить — давно бы это сделал. в этом ему нет равных

— и мы умножаем на восемь, и из этой фигни получаем то, что получаем… — спокойный голос учителя чуть успокаивал Настю, которая сидела не то что бы на нервах, но не спокойно. Они уже минут 20 решали задачу по математике, разбирая каждое действие. — Ты понимаешь? — вдруг спросил Евгений Сергеевич, поднимая взгляд на Агабекову. Ученица кивнула, мельком посмотрев на мужчину. — А вот я не понимаю. Поэтому идем назад. — с самым серьезным лицом заявил учитель, крутанувшись в кресле, разворачиваясь лицом к чертежу на электронной доске. Взгляд девушки проскользил по профилю мужчин, пока серые глаза скользили по линиям. — Почему катет 20? — Настя тут же посмотрела в задачник, предугадывая взгляд, который Соколовский направил на нее через секунду. — Мы нашли его через теорему Пифагора… — Анастасия поняла, что у учителя нет записей решения, поэтому встала и обошла стол, протягивая Евгению Сергеевичу тетрадь с записями. Мужчина устремил свой взгляд в тетрадь, внимательно рассматривая аккуратные записи. Агабекова устремила свой взгляд на доску, рассматривая чертеж на доске. Учитель два раза подозрительно хмыкнул, перевел взгляд на ученицу и снова посмотрел в тетрадь. — Понял… — задумчиво выдал Евгений Сергеевич. — Идем дальше? — спросила Настя, посмотрев на Соколовского. — Лучше едем…

***

Спустя два часа, когда большая половина учителей ушла домой, а Настя сидела над сборником информатики, в кабинет зашел директор. — Вы еще занимаетесь? — Николай Васильевич (директор) подошел ближе к учительскому столу. — Уже заканчиваем… — произнес Евгений Сергеевич, закрывая ноутбук. Директор кивнул, выходя из кабинета. — Закругляемся, Насть? — Соколовский встал из-за кресла, разминая спину. Девушка молча кивнула, закрывая сборник. Поднявшись со стула, Агабекова начала складывать вещи в рюкзак. — Я отвезу тебя домой — утвердительно произнес мужчина, складывая папки на край стола. — Да ладно, мне недалеко… — удивленно произнесла Анастасия. — Тут в «недалеко» дело. Жди меня возле выхода, хорошо? — не дождавшись ответа, мужчина вышел из кабинета. Агабекова спускалась по лестнице с шоком на лице. Она вообще не ожидала такого поворота событий. А Соколовский, похоже, каждый день возит учениц домой, судя по тому, с какой повседневностью он предложил это Насте. Точнее, поставил перед фактом. Через минуту, когда Агабекова уже застегнула куртку, учитель математики спустился по лестнице, бросая привычное «до свидания» техничкам. Мужчина молча кивнул в сторону выхода, пропуская ученицу вперед. На улице уже было темно, поэтому Агабековой пришлось прищуриться, что бы увидеть знакомую иномарку, стоявшую в нескольких метрах от ворот школы. Девушка остановилась у пассажирской двери спереди, что бы подождать, пока мужчина снимет автомобиль с сигнализации. Но Соколовский сделал не только это. Он подошел к двери и открыл ее перед ученицей. Агабекова шепнула «спасибо» и села на сиденье, наблюдая, как учитель закрывает её дверь и обходит машину. — У вас не будет проблем? — спросила Настя, когда Евгений Сергеевич приземлился на своей место, вставляя ключ, заводя машину. — Из-за чего? — устало выдохнул мужчина и расстегнул куртку. — Вдруг кто видел, что мы сели в одну машину… — Настя уже пожалела, что начала этот разговор. — Что в этом такого? Я отвожу тебя домой. Лучше, что бы тебя кто-нибудь в подворотне поймал? — рассуждал мужчина, выезжая на дорогу, пристегиваясь. «Он вроде прав… все же знают, что он женат…» — погрузилась в свои мысли Агабекова. — Куда собираешься после школы? — неожиданно спросил мужчина, после того, как остановился на светофоре. Девушка уже летала в своих мыслях, стараясь не дышать очень громко. Ей казалось, что она дышит громко. — Есть пара вариантов… — проговорила девушка, надеясь, съехать с темы. Она не горела желанием обсуждать свою дальнейшую жизнь, тем более с этим человеком. Мужчина похоже понял, что девушка не хочет разговаривать на эту тему, тактично замолчав. Тишина угнетала и давила на Анастасию, но хотя бы так было легче дышать. За окном проносились дома, огни, и девушку заворожило это зрелище. — Холодно сегодня… замерзла? — неожиданно тихим голосом произнес мужчина, и не дождавшись ответа, убирая руку с руля, надавил на кнопочку на панели. По салону разнесся теплый воздух. и не говорите… только не уточнили: где холодно и от чего замерзла. потому что от вашего холода я горю Он аккуратно припарковался напротив подъезда, устало скидывая руки с руля, будто все это время проверял контрольную восьмиклассника, который не мог решать дроби. Кстати, ему бы контрольные допроверять… Настя аккуратно отстегнула ремень, освобождаясь. Соколовский повернул к ней голову. — До завтра? — улыбнулся дежурной улыбкой, пытаясь убрать от щеки, закрывающий ему обзор, ворот синей куртки. — До завтра

дышать, дышать, дышать

Агабековой нужен был воздух. Она практически не могла дышать в его машине, которая пахла им. Конечно, в воздухе витали нотки женского парфюма, но его запах у нее на слизистой уже пять лет. И сейчас пошел передоз. Все нахуй прожглось. Она хотела на воздух и одновременно остаться в этой машине на всю жизнь. вы спокойно пользуйтесь машиной, я в багажнике полежу, пока не сдохну. Настя усмехается и вылезает из машины. Аккуратно закрывает дверь и идет к подъезду. Шла бы и дальше, но заметила боковым зрением брата. Агабеков-старший выглядел серьезным. Ну прям очень серьезным. Его взгляд метнулся влево, где еще почему-то находилась машина Соколовского, а потом вернулся на сестру. Настя подняла брови вверх и подошла к брату. — Кость? — позвала она брата, дергая его за рукав куртки. Константин просто кивнул сестре и обнял ее — Привет. — прохладно произнес Костя и, отстранившись от девушки, взял ее за руку и как пятилетнюю повел в подъезд. Евгений наблюдал эту картину только потому что ему написала жена. Он не любил отвлекаться на телефон за рулем, поэтому до сих пор стоял. Ему было похуй, он просто поднял взгляд в момент объятий Агабековой и неизвестного парня, на полголовы выше неё. Её дело. Ему никогда не было дела до личной жизни учеников. Кто он им, что бы осуждать и лезть? Ему своих проблем хватало. И как бы, кому-то не мечталось, ему было все равно. Он написал Маше, что скоро будет и выехал со двора, выключая печку. Он запарился. — Кто это был? — уже в квартире начал диалог Костя, передавая в руки Насти пакет из продуктового за углом, снимая кроссовки. — В смысле? — девушка нахмурилась, шагая на кухню. — Я должен знать, кому морду бить если что… — выдал Агабеков, проходя за сестрой. — Это мой учитель, если что… — удивленно произнесла девушка доставая из пакета бутылку вина. — это что? — Единственное вино, которое ты любишь… А если учитель, то… — многозначительно протянул Костик, усаживаясь за стол. — Прекрати. Я была на дополнительных, на улице уже поздно, и он просто решил меня довезти. — перебила брата Анастасия, наливая в чайник воду, и, ставя его на плиту. — О, Господи, ты так засмущалась, как будто мне реально есть за что переживать. Мне же не за что? — вдруг стал серьезным брат. — Не за что… — Настя отвернулась от брата к тумбочке… Через полчаса молодые люди после трех кружек чая открыли вино. — А кем был тот парень? — неожиданно спросил Агабеков, делая глоток красного полусладкого. Настя подняла глаза на брата и нахмурилась. — Какого парня? — Ты знаешь: какого парня. Десятиклассница встала со стула и забрала со стола сигареты брата, которые он бросил на стол, когда доставал ключи, что бы открыть бутылку, направляясь к двери балкона. Костя вышел в след за сестрой и наблюдал за сестрой, которая подкурила синий винстон и открыла окно. — Если я увижу его рядом с тобой, то почувствую и убью его… — произнес мужчина, прижимая к себе сестру.

он каждый день рядом со мной. и сегодня был рядом. просто я отлично научилась играть бездушную…

Агабекова прижалась плечом к брату, смотря на огни ночного города.