Надеюсь не в аду

POV Анастасия Михайловна

—Вы что совсем все с ума посходили? Какие шуры-муры? Да меня от этой стервы тошнит. —Услышала я знакомый голос, завернув за угол. Передо мной стояла Саша, она разговаривала с Максом и Викой. Но её слова не вольно меня задели. В груди что-то защемило. А может речь во все шла не обо мне? —И эта стерва сейчас у меня за спиной? —Ребята положительно кивнули. Да уж, кто бы сомневался. От Саши ничего другого ожидать и не стоит. Хотя у неё есть все причины меня ненавидеть, признаю.       Саша с широкой белой улыбкой поворачивается ко мне. Тем временем я смеряю её холодным взглядом, хоть и хочется растаять от этой улыбки, но её слова как нож резанули по сердцу. —Чего это в очках? —Спрашиваю я, смотря ей в глаза через темные диоптрии. Затем перевела взгляд на руку. На ней красовался увесистый гипс. Где она уже успела сломать руку? Недавно же видела её и все было в порядке. В каких трущобах шляется это создание и ломает кости? Когда я умудрилась не уследить за ней? —Так не урок же, можно. —Ну ладно. —Сухо ответила я, и не став ничего говорить про гипс, скрылась в классе.

***

      Начался урок. Я все смотрела на руку Саши и думала. Она же очень злилась, это было видно по её напряжённому лицу. И что же её так раздражает? Может что-то случилось? Надеюсь что нет.       Она все так же сидела в очках. Я не стала её просить их снять, так как нечаянно увидела, что под ними фингал. А мне бы не хотелось высмеивать её перед классом, представляя в таком виде. Если она считает, что так будет лучше, то пусть сидит в очках. Но один вопрос так и остался не раскрытым. Что с ней произошло? Перелом, фингал. Здесь явно что-то не так. Если я её спрошу об этом, она начнет тут же скалиться? Скорее всего.

***

      Прозвенел звонок с урока, и я настойчиво попросила Сашу остаться. Она медленной грубой походкой подошла к моему столу. —Что с рукой? —Интересуюсь я, перемещая свой взгляд с компа на девочку. —Перелом. Что же ещё? —Это я вижу. Из-за чего? —Упала с лестницы. —Хмыкнула Саша, приподняв плечи. —Судя по тому, как ты по ним носишься, это вполне вероятно. А с лицом что? Неужели лестница ударила? —С усмешкой на лице, спросила я, хоть в душе мне и было очень больно. Я не должна показывать ей свои чувства. Боже, и, а каких же чувствах я сейчас говорю? Да, мне небезразлична эта негодница, но не более того. —Да, она. Вы бы видели какой она замах сделала, любой бы боксер в нокаут полетел бы от её удара. —В очередной раз включила функцию «Косим под дурочку» Саша. И это по правде говоря заставило меня разозлиться. Я тут между прочим переживаю за неё, хоть и не показываю, а она? Цирк устраивает! —Так, хватит пороть чушь. —Резко и раздраженно затыкаю рот девочке. —Ну я же вам говорю, лестница. —Все не отступая твердит девчонка. —Все ясно с тобой. Последний ум при падении потеряла. Иди уже на урок, пока звонка не было, а то ещё отчитаю за опоздание. —Отвечаю я, признавая своё поражение в этом споре. Пусть будет лестница. Мне то какое дело? Чего я о ней так переживаю? Пусть и дальше ломает себе руки. Это меня не касается. —Вот стерва. —Врезается мне в слух, уже где-то возле дверного проема, голос Саши. "Сама стерва"–думаю у себя в голове.

***

      Сегодня был очередной рабочий день. Мне порой кажется, что у меня вообще выходных не существует. Все время заполняю какие-то бумажки и ругаю непоседливых учеников. Если бы мне кто-то пару лет назад сказал, как это тяжело. Я бы ни в коем случае не пошла сюда работать. Плюс появился ещё дополнительный шквал документов от полиции по делу Оксаны Николаевны. Я до сих пор не могу простить себя за случившееся. А сейчас мне надо будет нагло врать, смотря прямо в глаза ученикам, что она решила уволиться. А что я им ещё скажу? Случившейся инцидент в нашей школе, лучше держать от них подальше, что бы не появилась куча противных слухов. Да и зачем им знать подобное?       Я поднялась на четвёртый этаж к кабинету немецкого и встретила уже собиравшихся уходить ребят. —У нас тут небольшой конфуз. —Начала я. —Ваша учительница немецкого уволилась сегодня и я забыла вам об этом сообщить. —Какое же хреновое чувство врать своим ученикам, да они мне как дети. А я тут им лапшу на уши вешу. —Поэтому у вас не будет немецкого до тех пор, пока мы не найдем замену. А сейчас спуститесь в столовую и посидите там тихо, хорошо? —На мои слова все хмыкнули и шумной толпой начали расходиться. Да, очень тихо. Какие же они все-таки чертята, ей-богу.

***

—Ну Саша! Что ты как бревно?! Шевелись интенсивнее! —Орала я на девчонку уже битый час. Я не понимаю, что так сложно сделать все нормально и спокойно уйти? —Да как я могу шевелиться интенсивнее с гипсом? —Опять заныла Антонова. Я уже точно пожалела, что позвала её. —У тебя же не все тело в гипсе? Так двигайся эластичнее. —Тяжело вздохнула я и потерла вески.—Давайте с начала. —Произнесла я вердикт. По актовому залу тут же пронесся жалостливый стон. Пригрозив ученикам грозным взглядом, все затихли и начали играть сценку по новой. И опять на том же месте все за портачили. Боже, дай мне сил или забери этих лоботрясов по дальше. Зачем я вообще все это затеяла? Мне кажется, что из моих ушей уже пар пошел от злобы. Нет, ну правда, это что так сложно? Вроде нет. Тогда в чем проблема?!       Я была на грани. И понимала, что если сейчас не закончим, я обматерю благим матом всех здесь присутствующих. Поэтому мне пришлось отпустить ребят. Но для Антоновой была особая честь остаться. Она спустилась со сцены и встала напротив меня, облокотившись о стол. На её лице было столько недовольства. Но в ответ я лишь устало вздохнула. —Может я пойду? —Шепчет Саша. —Нет! Ты репетируешь дальше! —Но почему?! Вы же остальных отпустили. —А ты, представь себе, особый экземпляр. Так что тащи свои булки обратно на сцену. —Вы стерва. —Говорит девчонка, беря микрофон. —Я знаю, давай, начинай с припева.—Поднявшись на сцену, Саша начала петь. А я тем временем присела на кресло, закинув ногу на ногу и начала смотреть на неё. По правде говоря, даже раздражённая, я продолжаю разглядывать её и думать о том, что не хочу её отпускать. Знаю, это очень странно и даже безумно, но чем больше мы пересекаемся, тем чаще я думаю об ней. Это уже начинает меня пугать. Я правда не знаю, что происходит и какими словами мне оправдываться на этот раз. Я без всякого смущения сейчас пожирала её взглядом. И на секунду даже вспомнила тот день, когда мастурбировала, представляя её. Нет! Я не должна об этом вспоминать! Это была ошибка! Да, пьяная ошибка! И все тут! Я должна об этом забыть. И пить меньше. Да, стоит с этим завязать.       И таким темпом мы прорепетировали три урока, и только тогда я отпустила Сашу. Она была уже не какая, выжатая как лимон. Ей точно нужен отдых. Но прогнали сценку мы хорошо. Она вроде все запомнила и перестала косячить, что очень даже радует. Покинув актовый зал, я направилась на улицу. Выйдя из учебного заведения, я глубоко вдохнула свежего весеннего воздуха. Он холодком прошелся по легким и растворился где-то в организме. На улице была такая хорошая погода. Даже захотелось пешком пройтись до дома, но вспомнив о припаркованной машине, я тут же отказалась от этой идеи. И цокая каблуками направилась к своему стальному зверю.       Домой приехала я быстро и зайдя в квартиру, меня встретила гробовая тишина. А что же ещё должно было быть? Я живу одна, домашних животных у меня нет, так что такая картина привычка для меня. Разувшись, я не стала включать свет, а прошла к окнам и раздвинув шторы до конца, позволила весенним лучам проникнуть в квартиру. В комнате сразу стало светлее, но все еще было душно, поэтому пришлось открыть окна. Следом сняла своё серое пальто и поведала его в коридоре. Время было ещё не позднее, день был сегодня удачный, поэтому я могла уйти посреди уроков. И не заботиться о каких-то там документах, потому что все завалы я уже разгребла и заполнила даже все документы, которые планировались на следующую неделю. Поэтому весь вечер в моем распоряжение. Я пошла на кухню и заглянула в холодильник, а в нём мышь повесилась. Он был полностью пустым. И когда я в последний раз вообще продукты покупала? Я всегда до поздна торчу в своём кабинете и максимум кушаю в школьной столовой. Так что ни о каких продуктах речь не шла, не говоря уже о готовки, чем я и хотела заняться. Поэтому опять одевшись, я покинула квартиру и зашла в самый первый продуктовый магазин. Пройдясь по рядам, я набрала полную тележку всего необходимого и пошла на кассу. Каким же было мое удивление, застать тут Имангалеева. Он стоял впереди меня в очереди, с бутылкой дорогого коньяка. Смотрю, жизнь этих оболтусов ничему не учит. Ну хоть у кого-то будет хороший вечер. Интересно, он выпьет эту бутылку один или с друзьями. Может и с Сашей, они же вроде лучшие друзья, всегда вместе и пьют небось тоже вместе. —С вас три семьсот. —Монотонно процедила кассирша. —Как три семьсот? Он же со скидкой был. Там на ценнике две восемьсот написано. —Обеспокоено ответил Максим. —Ну значит ценник ещё не поменяли. Вы оплачивать будите? —Но у меня только три тысячи с собой. —Уже в панике заметались глаза парнишки, на что кассирша громко цокнула. —Ну значит продукт оставляйте и на выход, очередь не задерживайте. —Раздраженно ответила женщина. —Посчитайте этот коньяк с моими продуктами, я оплачу. —Решаюсь вторгнуться в разговор. Услышав мой голос, Максим резко поворачивается в мою сторону и бледнеет как смерть при виде меня. —Анастасия Михайловна?! —Удивился парень. —Кто же ещё то. —Несмотря на парнишку отвечаю и выкладываю продукты на ленту. Кассирша пробивает весь товар. И расплатившись, выхожу на улицу вместе с Максом. —Это похоже твое. —Протягиваю ему коньяк. А он бледнеет ещё сильнее. Кажется будто он вот-вот упадет в обморок. Почему он так боится меня? Я же не собираюсь его ругать. За пределами школы я не его учитель и даже не директор, а простая знакомая. Мне нет дела до его жизни вне учебного заведения. —Не бойся, я никому не скажу. Считай, вне школы, мы просто знакомые. —На мои слова парнишка энергично закивал. —Спасибо.—Тихо ответил он. —Могу я вас чем-то отблагодарить? —Отблагодарить? Я посмотрела на два своих тяжёлых пакета и на каблуки на своих ногах. Да, покупки я просто так не дотащу, на улице ещё очень скользко. Шансы упасть большие. —Поможешь донести пакеты до моего дома? —Конечно! —Он тут же быстро выхватил покупки из моих рук и понес. Мы медленно пошли к моему дому. Попутно я разглядывала улочки и скверы. Весь снег уже растаял и только липкая грязь оставалась на дорогах, но это ни чуть не мешало мне наслаждаться весной. —Кстати, а ты чего не в школе? —Вспомнила я, что у них же ещё уроки идут. —Эммм... —Прогуливаешь опять. —Громко усмехнулась я. —Ну ладно, допустим я этого не видела. Но это первый и последний раз. Ты меня понял? —В ответ Максим лишь улыбнулся и кивнул. Несмотря на всю свою строгость, вне школы я совсем другая. Просто нельзя быть такой доброй, когда речь заходит об учениках. Они видят, что ты им прощаешь ошибки и начинают пользоваться этим. Дети довольно хитрые и не благодарные создания. В свои годы я была такая же. Та ещё заноза в заднице учителей. Меня даже исключили из двух школ. Слава богу, Саша ещё не так безнадежна, как была я. Из неё ещё может выйти хороший человек, чего не скажешь обо мне. Ещё не все потеряно. Я исправлю её.       Попрощавшись с Имангалеевым, я зашла в квартиру и занесла пакеты. Раздевшись, понесла их на кухню. Продукты были уложены в холодильник и помыв руки, я принялась готовить. Выбор пал на простые макароны с сыром. Что-то очень сложное мудрить не хотелось, а макароны варятся очень даже легко. Поэтому с готовкой я справилась быстро и наложив порцию на тарелку, в месте с ней пошла в рабочий кабинет. Поставив тарелку на край стола, открыла ноутбук и села в кресло. На мне уже была просторная футболка, оставшаяся от моего бывшего ухажера, и домашние шорты, которые были тоже не мои, а моей прошлой девушки. У неё были довольно объёмные формы, так что её шорты на мне слегка болтались. Я успела переодеться ещё до готовки, так что сейчас меня ни что не отвлечёт от просмотра сериала и поедания вкусных макарошек с сыром. А потом надо будет сесть за проверку тетрадей. Ну а сейчас включим следующую серию.       Так я просмотрела пару серий и села за работу. На моих руках оказались тетради 10 "Б". Тут же вспоминаю этих оболтусов, на вряд ли они хорошо написали эту контрольную. Беру первую тетрадь, её владельцем был " Андропов Алексей". Тоже новенький мальчик в нашем классе, довольно умный. Повезет же его девушке. Проверяю его ответы, все правильно, даже обрадовал. Идем дальше "Малыгина Вика", у неё тоже все хорошо, всего одна ошибка. "Кузнецов Дмитрий", а вот тут явный завал. Все неверно. Взялся бы наконец за мозги. Так, идем дальше, "Антонова Александра", а вот тут уже интересно. Она все последние уроки вообще не слушала меня, а лишь рисовала в тетради. Даже сейчас возле её ответов красовалось небольшое лицо человека. Конечно, рисует она очень красиво, но меня сейчас волнует не это. Проверяю ответы. Все верно. Даже удивительно, взялась девочка за ум, радует. Интересно, чем она сейчас занимается? Может и правда пьет с Максом, а может просто рисует. Или опять её задница нарвалась на какие-нибудь не приятности. С этой девчонкой может произойти что угодно. У неё просто нет тормозов. Так и хочется лишний раз отшлепать за все косяки, может научится чему-нибудь. Откинувшись на спинку стула, я отодвинула тетради в сторону и опять задумалась. Может, если бы мы сейчас были одного возраста, мы бы точно подружились. У нас довольно похожий характер, да и интересы тоже. Я как-то давно увлекалась рисованием и рок музыкой. Ходила на концерты и там, под малым светом рисовала девушек–фанаток различных групп. У какой-то из них, помню, был ирокез. У другой тоннели. У третей татуировки. Тогда мне казалось это красивым и классным. Но когда это закончилось, когда я стала такой занудой и начала топить за естественность? Хотя сама хотела сделать сплит языка, но немного не дошла до этого. Даже стало сейчас стыдно за себя. Когда я увидела Антонову, я чуть ли не оскорбляла её. Буквально не за что наезжала на неё, только из-за того, что она не была похожа на других. А может я так злилась из-за того, что она была воплощением, того кем я хотела стать в молодости, но испугалась. А она вот нет. Ей правда все равно на чужое мнение. Она делает, то что хочет. В её возрасте я была гораздо трусливее, хоть и бунтовала. Не, мне правда далеко до неё. Она гораздо сильнее духом, чем я. Мне даже в таком возрасте стоит поучиться у неё чему-то. Даже вспоминая её сейчас, я не могу сказать, что испытываю такую же ненависть, как раньше. Я начинаю все больше и больше понимать её и даже как-то сопереживать. Ей пришлось пройти через многое. По словам её отца, она очень тяжело переживала смерть матери. Её можно в этом понять, любой бы на её месте сломался бы от таких вот обстоятельств. А какие сильные у неё были приступы. Как сейчас помню от день. Её так трясло, мне просто хотелось обнять и пожалеть её, но она ни в какую не давала. Интересно, как сейчас, она переживает этот момент? Прошли ли её приступы? Стало ли ей легче? Но вспоминая её тело все в шрамах и порезах, думаю что нет. Человек отпустивший какую-то ситуацию, не будет продолжать резать и уничтожать себя из-за неё, а иначе это не имеет ни какого смысла. Мне так больно было смотреть на неё шрамы. Даже на такой красивой груди, она умудрилась резать себя. Не говоря уже о других частях тела.       Я не задумываясь взяла телефон и нашла ту фотографию. Только при виде неё, я почувствовала как низ живота потянуло. Я намокла. И почему эта девчонка так сильно меня возбуждает? Даже стыдно становится за себя. Я что извращенка? Педофилка? Почему меня возбуждает, грубо говоря, этот ребенок. Но опять же, учитывая, что ей скоро восемнадцать, то все вроде не так и плохо. И вот, я опять оправдываю себя. А перед чем? Может я и правда извращенка, которой начинает потихоньку, нравится такое дите. Даже не могу это отрицать, в принципе, как и мое тело. При виде одной голой фотографии Саши, я начинаю течь, как какая-то сука. И что мне с этим делать, не знаю даже. Может пустить все на самотек? Как будет, так будет? А что мне ещё остается?       Отпустив все не нужные мысли, я решила снять подкатившее напряжение с тела. Проще говоря, да, я решила опять подрочить на эту фотку. И в моей голове в это время даже не играл алкоголь. Боже, я точно схожу с ума, это ненормально.       Приблизив фотографию на самое интимное место, я проникла рукой под свои шорты и трусики. Там было так мокро и все полыхало. Мне надо унять это. Я прошлась пальцем вдоль всей своей киски, и остановилась на клиторе, начиная натирать его. Мне было этого мало и тогда я проникла двумя пальцами во влагалище, смотря на фотографию. Лицо Саши было таким испуганным и слегка невинным. Интересно, если бы я проникла в неё, какое бы она приняла выражения лица? Начала бы она жмуриться и постанывать, пока я насаживала бы её на свои пальцы. Представляю, как могу разводить её ножки в сторону, а она слегка краснея прикрываться. Я хочу трахнуть её жестко, очень жестко. Отодрать её за все те обидные слова, что она говорила мне. Так что бы, стоня, она извинилась и просила прощения. Так что бы в следующий раз в её головке всплывал бы этот момент, перед тем как сказать очередную глупость. Таким темпом я могла бы быстро её воспитать.       Думая обо всем этом, я интенсивно двигала рукой, быстро проникая в себя. Меня хватило не надолго и я бурно кончила, что расползлось таким приятным чувством по телу. Но я решила на этом не останавливаться и взяв из ящика вытянутый вибратор, приступила ко второму туру. На этот раз представляя Сашу сверху, как она могла бы сильно и быстро трахать меня страпоном. Думаю с её спортивным телом, это не доставит ей никакого труда и она без остановки сможет брать меня до самого утра в самых различных позах.

***

—Ещё раз с самого начала и идите на урок. —Поговорила я. Все всё хорошо делали и это очень радовало. Может они и не опозорятся на выступлении.       Доиграв сценку, все начали спускаться со сцены. Саша шла последняя и я провожала её взглядом, наблюдая, как она вышагивала. При каждом шаге, ткань её штанов, начинала плотно прибегать к телу и я могла разглядеть довольно упругий зад. И я поймала себя на мысли, что хочу как следует пощупать её зад. Блять, я больная, уже совсем с катушек съехал. Как я могу думать о чем-то подобном? Может мне начать избегать Сашу и эти мысли пропадут, а если нет? Что вообще происходит?

***

      Уже вечерело, а у меня опять был завал по документам, поэтому пришлось остаться после уроков. Но каким же был занимательным вид из окна, это даже умудрилось отвлечь меня от работы. Я наблюдала за местной курилкой, что находилась между двух гаражей. С окон директорского кабинета её было замечательно видно. И кто же там курил на этот раз? Правильно, Саша, Макс, да Вика. Я никогда не думала, но даже эта тихая девчонка Виктория присосалась к окурку. До чего же молодежь дошла? А что уж говорить о Саше, она уже раз десятый туда бегает курить. Видимо сложный денек или хочет в край убить свои легкие. Была бы моя воля, выпорола бы давно, может бросила бы курить. По крайней мере эту порашу.       За своими мыслями, я и не заметила как группа подростков разошлась. Но я продолжила стоять возле открытого окна. С него дуло свежим прохладным воздухом, то что нужно этому душному кабинету. Но тут раздался с тук в дверь и в кабинет заходит девчонка. —Видите что-то интересное? —Прерывает мои мысли Саша. Я медленно поворачиваюсь к ней. —Да, тут отличный вид на вашу курилку.—Указываю на гаражи и ловлю на себе панический взгляд девчонки. —Сегодня, за те пять часов, что была в школе, ты успела скурить пол пачки. Трудный денек? —Очень.—Нервно усмехнулась она. —Тогда, Я думаю, курить "Яву" бесполезно. —Тянусь за сумкой и достаю от туда пачку "Парламента".—Будешь? Они неплохо успокаивают. —Она положительно кивнула и подошла ко мне почти в плотную. Я элегантно протягиваю ей сигарету и зажигалку. Следом закуриваю сама, выдыхая этот едкий дым в окно. —И часто курите? —Я ловлю её заинтересованный взгляд на своём лице. —В отличие от тебя, нет. Только после тяжёлой работы. —Стряхиваю пепел. —Работы по типу секса? —Сказала очередную глупость Саша и начала громко смеяться. Ну что за дитё? Вроде вся такая серьезная, но порой как скажет, хоть стой, хоть падай. От своих мыслей, я даже улыбнулась. —И этого тоже. —Затушила окурок и плавно села в кресло, закидывая ногу на ногу. —Так зачем пришла? —Нам выставили годовые. —Я видела. —Обойдя стол, девчонка встала напротив меня. —Там одни пятерки. Помните про спор?—Она облокотилась руками о стол, и её лицо поравнялось с моим. —Конечно помню. Так и какую награду ты хочешь? —Поцелуй.—Я тут же опешила. А она лишь наклонилась ближе, так что я смогла почувствовать её дыхание.—Один короткий поцелуй. Без чего-либо. Просто поцелуй. —Уже шепчет она. Чуть помедлив, я все же сама прильнула к её губам. "Мягкие"–тут же пронеслось у меня в мозгу. Мягкие и теплые. А послевкусие отдавали табаком. Не могу сказать, что поцелуй мне не понравился. Он правда был хорош, даже слишком. Когда девчонка отстранилась, я видела, что она прям таки хочет уйти, но я остановила её. Мне хотелось, чтобы она была рядом. Я не знаю почему. Но ничего лучше я не придумала, чем сказать это. —Я думаю делать ремонт и надо вынести все вещи. Поможешь? —Конечно Саша не откажет, она просто сейчас не в состоянии. Поэтому девчонка резво начала переносить вещи. Тем временем, я продолжила сидеть в кресле и работать на компьютере, изредка поглядывая на Сашу. Я даже не заметила, как с работы переключилась на разглядывание стройного, спортивного тела девчонки. Когда она переносила тяжёлые ящики, на её руках проступали довольно крупные мышцы. А из-под футболки вырисовывался рельеф накачанной спины. Так стоп, Я что-то слишком долго на неё смотрю. Надо вернуться к работе, а не то ещё подумает Саша, что-нибудь не то, к примеру, что разглядываю её. А мне этого не надо. Так что я решила заполнить таблицу по расходам. А попутно было скурено пару сигарет. И после очередного перекура, я решила отпустить девочку домой. А то она уже была никакая, еле как волочила эти коробки и перебирала бумажки. Услышав эту новость, Сашу как ветром вынесло с моего кабинета и только запах её одеколона говорил о её прошедшем присутствие здесь.