Золотце

Насколько хорошо там, где мы никогда не бывали и не сможем побывать? Мы видим только преимущества к сожалению, идеализируя, хотя случались и реалисты, которые не особо завышают собственные ожидания. Конечно, прекрасно понимать то, что где-то действительно лучше, даже рассвет там отличается от этой среды. И мешки с костями отличаются, все совершенно иное. В подобного рода вещи проще верить, чем съездить и проверить. Иногда попусту нет возможности, иль это является очередной отговоркой, нежелание смириться с реальностью, и принять тот факт, что в том царстве чудес также отвратительно, как и в этом граде серых красок. Окружённый сказками, никогда не сможет до конца принять реалии, отрицая и находясь в радужных очках, что обстрагируют все вокруг происходящее на лад того мирка, четырёх стен по сути, что ограничивают полноценное виденье и смотрят лишь субъективно. Такие личности никогда не смогут добиться полноценной роли в обществе. Они очередная ячейка социума, что отправлена в далёкий угол. О ней благополучно умалчивают. Стараются забыть и создают видимость, что подобного слоя населения нет. Кто-то со временем расширяет свою среду и уже может носить право, глаголить о объективной точке зрения. И все же... Каждый грезит побывать где-то там, за пределами своих мечтаний, узреть невиданный огненный закат, коих на родине не было отнюдь. Это лишь мечты, несбыточные желания, что канут в лету разом с их владельцем. Конец, это когда гвозди сверху забивают, а не потери кого-либо, не психический срыв... Это не конец, а может служить только началом главы жизни, или же вторым томом, зависит снова таки от личности. Зависит от того, полезет ли в петлю или же продолжит путь не оглядываясь. А повлиять на все может даже не это а банальный эффект бабочки. Российская Империя бывал везде где только можно. Оставалось лишь одно самое тайное, и признаться честно, манящее путешествие, прямо в Преисподнюю. Никто не знает, есть ли она иль просто выдумка для доверчивого народа, чтобы было ещё проще им манипулировать. Жажда смерти у старика была велика, его век уже минул, так зачем же он продолжает существовать? Хотя ему дали отличную возможность посмотреть на будущие поколения. Смехотворно. Сын, которого он взращивал как можно грубее, для того, чтобы в последствии Союз его убил, но все пошло по-иному раскладу. Совершенный провал. Тот, кто казался великим реформатором и революционером, не смог прикончить родную кровь. Не подумайте, он пытался, да только вот тщетно. Бессмертие имеет свои минусы. Для Империи место, которое идеально, там где он никогда не будет, это за гранью смерти. Сын всегда нарушал его планы, и всегда шёл против него. Только вот как оказалось, что режим правления стал до коликов смешон. Тоталитаризм. Культ личности. Не сильно ли много привилегий для одной особы? Имперец открыто смеялся, что избегающий судьбы правителя и наследника отца, в итоге стал таким же в неких аспектах. Только в сыне не было и капли того изыска, который имел бывший правитель. И нескольких лет не прошло, как в доме шумел детский галас. РИ был велик, и даже мог называть себя идеальным, но дети не были его прироготивой, он еле переносил возгласы в его поместье, да, это по-прежнему его дом и строения. Маленькие бесы, а именно так окличал их старший, все время не давали продыху слугам. Если раньше их можно было уложить в люльку, то сейчас, в пик гиперактивности, имперец жалел, что не выпустил себе весь барабан патронов прямо в черепушку. Одним из самых противных и строптивых, был как раз таки любимчик СССР... Ох, да это маленькое отродье повсюду следовало за императором, а он был особым любителем личного пространства. Уж слишком много вопросов вызывал величавый старик, что так и продолжал ходить по дворцу с высоко поднятой головой, наблюдая за всем свысока. Для мальчишки, собственный дед, выглядел скорее как иностранный шпион, которых отец наказывал сторониться. Социалист – обычный работяга, мужчина, который все возводит потом и кровью, во всех смыслах. А в это же время дедушка был совсем иным. Если бы посмотреть на него со стороны, вряд ли можно и мысль допустить, что тот брался за грязную работу. Но это ведь так, просто мелочи. Голубоглазый мальчик пошел в аристократов и это все гласили, уж больно тонкий для колхозника, а как ему идут кружевные ночнушки, изготовленные прямо из отборного шелка. На этом настаивал бывший правитель. Дитё должно взращиваться не только в строгих правилах, но и знать изыск. Так и выходило, что именно Российская Империя, уже прямо отбирал подростка из рук отца. Привязанность, но не любовь. Попробуй не обращать внимание на ребенка, который из года в год продолжает ходить хвостиком, чем старше – настырнее, упрямее и в целом такой, какой и должен быть правитель. Достигать своего. Вот только манипулировать Империей так как отцом, совершенно не выходило. Это даже давало стимул учиться большему, но видимо не судьба. РСФСР часто ходил в библиотеку и поскольку старик проводил там достаточно много времени в полнейшей тишине, приходилось брать книги и также усваивать новый материал. И все мешало так монохромно, так обыденно и даже привычно для младшего, что он даже удивился, когда дед решил с ним подискутировать, после одной из книг, с которой ознакомтлся Россия. Речь шла о том, насколько же действительно ценна человеческая жизнь и есть ли чему-либо ценность. Люди, не более чем просто туши с скелетом тонким мешком и мясом внутри, которое так или иначе периодически побаливает. Смысла нет, как и в этих бумажках, к которым все так стремятся. Да даже не в металлах ценность и не в утраченных эмоциях. Нигде нет смысла и объяснения никто не получит, лишь теории, которые доказать невозможно. Отвратительнее всего, что люди задаются нереалистичными рамками, чтобы все было шаблонно и однообразно, словно на заводе по конвейеру пустили. Особы сами себя наказывают за содеянные грехи, ведь многим знакомо понятие "чувство вины". Будь то разбитая мамина ваза, а может это была драка с лучшим другом, в любом случае, человек сожалеет и корит себя всю жизнь. Этим то они и отличались от воплощения стран. Есть множество отличий, разный уровень ответственности, различные обязанности, а и об этом разглашаться не стоит. Империя грезил о бессмертии, о вечности, но в итоге теперь он не может совершить ни единой попытки, поскольку всегда знает исход. Подобного рода беседы, а в частности продажность церквей и жадность человеческой натуры, поднималась в стенах старинной библиотеки далеко не единожды и была обожаема с обоих сторон. Разными представителями, совершенно иных поколений и владельцев взглядов. Хотя смотря каких... Сколь было много различий, были меж ними и схожести. Даже внешность не оставляла и сомнения, что оба родственники, и очень даже близкие. Как будто для двоих это хоть что-то значило, ничуть. Узы – бремя, твердили в один глас. И как же иронично, что оба ими связаны. К сожалению осознали это, лишь когда старик остался жить в славном Петрограде, а Союз забрал детей с собою в Кремль. Шел чрезвычайно частый контакт меж двумя русскими. То и дело, оба общались в письмах, а коли настрой у отче был добрый, то любимчик мог выпросить одну поездку в культурную столицу. Наконец в бессмысленном влачении существования старик обрёл хоть что-то, что могло заставить дух властный трепетать. Эта Пташка, юный принц, его нельзя кличать пролитарием, Россиюшка славный наследует корни деда и не может этим не радовать старика. Да вот только имперские аппетиты оказывается и не утихают вовсе. Точнее внук заставляет их пробуждаться и сосредотачиваться только на нем. Российская Империя не может позволить себе такую роскошь, как спешка. Да, этим он мучает себя, но более сильно страдает внук и от этого хочется закусывать губу. Подросток ведь, гормоны как бушуют и кто же стал предметом обожания, если не родной отец тятеньки. Эта тонкая особа всегда вызывала интригу, отец был прост как валенок, а дед же имел много тайн. Хотелось познать все и сразу, да только вот кто ему дозволит? Старик целуется грубо и словно совершенно находится не здесь, это и добавляет горечи и некого отвращения от младшего. Как эгоистичный подросток хочет все себе, но с самого младенчества стоило понятно, что подобной привилегии лишен. Можно подумать, что просто имперец не хотел порочить молодой плод, но тогда речь пойдёт о ком то другом, но не о славянине. Император просто ждёт нужный момент. Сын стал более часто отпускать Росса к нему и скоро должны были начаться каникулы у дитя, от этого во рту становилось сухо, а на губах была сырая ухмылка, уж лучше даже не обращать на это состояние внимание, иначе все станет ещё куда хуже. То, что планировалось торжество лишь для двоих, слуги осведомлены. Они покинут дом, как только наступит вечер третьего дня, как Россия приехал. Все это время у старшего была бессонница. Ещё один минус. Организм отказывается от сна из-за чего мешки под глазами все же имеют вес. И все же дорогой ребенок проводит с ним время, старается спать меньше и на протяжении дня клюёт носом постоянно. На третий день, тот просто вырубается сидя подле дедушки. Все прошло по плану, даже по времени не прогадал, значит хват все такой же крепкий. В обычной бы ситуации имперец подставил подушки и накрыл бы пледом Россию, однако, сегодня не тот день. Мальчишка ведь хотел познать плотские утехи, кто как не аристократ может ему все подробно продемонстрировать. Благодаря мятному чаю, который оба могли себе позволить редко из-за вероятных проблем с потенцией при частом употреблении. Республика ещё будет в отключке некоторое время, поскольку подобный отвар успокаивает нервную систему и позволяет отоспаться. Второе не суждено испытать молодому наследника Союза, как бы того не жаждал. Бывший монарх прекрасно знал параметры своего любимого золотца. От этого у него был огромный арсенал различных нарядов, о которых ребёнку ещё предстоит узнать. Ведь сам Россия считал, что он является провокатором, что использует дедушку, а в итоге не рассчитал возможности обоих. Отец ведь говорил, почитай старших, это в первую очередь величина стажа, но кто же в моменты скандалов будет слушать нравоучения от СССР? Тело ребёнка лёгкое, словно тот вообще питается святым духом. Прекрасную фигуру отмечали не только старшие члены семьи, но и другие персоны это замечали. Импереолист знает, насколько сильно внук недолюбливает его повязку, когда они наедине, там были шрамы, которые даже ей не перекрыть, так смысл носить, но для Империи это была память о славных временах, когда все было намного проще и лишнего ничего не было. Кусок ткани кладут на журнальный столик и один вертикальный зрачок наблюдает, словно хищник за потерявший бдительность добычей. Своеобразная любовь... Особенно, когда он раздевает догола дитя, но и не думает прикасаться, все же, хотелось увидеть, насколько хорошо в "этом" младшему славянину. Под таким заманчивым понятием скрывалось далеко не то, что привык Россия носить дома и терпеть, точнее полностью отдаваться рукам во время домогательств, но из-за пышных юбок и того, что сам малыш был не готов, старик все время оттягивал. Ждал пока тот сорвётся к нему на долгий срок, быстро же все таки сдался. Для ребёнка платья были не в новизну, все детство в длинных начнушках летал, однако перед дорогим ведущей поломаться для виду стоило. Сейчас же, лёгкая полупрозрачная белая ткань начинает окутывать подростковое тело. Это был шёлковый пенюар с кружевом, который позволял увидеть все, но при этом оставляя место и для собственной фантазии. Пуговицы скрепляются на шее, также спину, на которой был огромный вырез скрывает из подобного же материала халат. Взглянув на эту прелесть, Империя поверил, что это нимфа снизошла к нему, веки слегка подрагивают как и губы у мальчишки. Благо в помещении нет сквозняка, нехватало простудиться ещё Россию. Но естественно это только первая стадия образа, а присутствует и вторая. Выбор был сложнейший... Все же падает на классику, красные веревки для японского искусства шибари удобно лежат в руке и так поддатливо создают узлы, ограничивая чужое тельце. Фиксирует мужчина это все так, как ему угодно. Одна из ладоней в перчатке прикасается к подбородку и поворачивает на себя сонного парнишку, который ещё в процессе связывания начал крутиться и ворчать, что он не голубцы, чтоб его связывать. И только когда большой палец заставляет приоткрыть ротик и старший впивается в младые губы, до России доходит, что он наконец получит то, что так желал, но проблема в том, что свободное перемещение ему запрещено, а значит он снова под властью этого старика. Вдыхая полные лёгкие после поцелуя, мутные после сна глаза смотрят на РИ, и испытывает радость, снял повязку, наконец-то сам. Все ведь должно быть наилучшим образом. У Республики перехватывает дыхание, когда он видит, что дедушка снимает перчатки, а это практически впервые за долгие годы общения. Рассматривать каждый мелкий шрам не хочется, они такие холодные, что ударной волной все тело содрогается. Каждое движение Империи навстречу, это так манит, это его погубит. Черт. Из обоих погубит. Один представляет собой будущее, которое ещё не обуздано, а второй же является бессмертным прошлым, что так и не иначе влияет на него. Когда клыки кончаются на открытые участки кожи, Россу сдаётся, что он ощущает совершенно неправильно, все эти действия, такие рваные, быстрые и грубые, отдаются тягучей негой внизу живота, приходится напрягаться, дабы сдержать эти порывы. И именует Россия деда тогда Господом, прося о большем. А разве может Бог отказать своему послушнику? Ни в коем разе. Бог весьма жесток ко всем, и даже к тем, в ком текут его гены. Но Россия является тем исключением для Господа, что тот не переходит грань, доставляет боль разом с удовольствием, зная, что мозг ничего не понимает. Ему нравятся стоны внука, нравится этот наряд. Императору нравится узость нутра, благодаря лубриканту и растяжке они обошлись без травм внутренних, оба знают, что от дедушки Россия обожает синяки и засосы, первый не скупится на метки, а все что может мальчишка подставляться и требовать больше, пока его не охватит судороги, глаза и до этого закатывались, а в уголках скопилось кристально чистые аристократические слезы, успешно слизанные одним стариком. Впервые эти двое действовали не в эгоистичных целях, а друг для друга... Любовь меж прошлым и будущим, является вечной и проверенной, ведь пока существует один, есть и другой.