Поговорим о наших чувствах, Люцифер?

Прошла неделя с поры нашей ссоры с моим любимым другом. Я стремилась не выходить из своей комнаты и пропускала почти все занятия, дабы не попадаться на глаза еще и взбунтовавшим учителям. Сейчас все были настроены против меня. Мими вечно терялась ночами, и мне приходилось иногда покидать свою комнату, и отправляться на поиски своей подруги. С того момента, с Ади мы столкнулись лишь раз, и он даже не соизволил извиниться, чего я так ждала. Представляла себе, как мы вновь заключим мир, все будет как раньше, и он признается, что был тогда слегка пьян. Но он лишь кидал усмешки, и обходил стороной. Люцифера в последний раз я видела в поместье его отца. Он будто пропал, ни разу не показался в школе, не давал о себе знать. Этой ночью Мими вновь пропала, и я дала себе клятву, что отправляюсь на ее поиски в последний раз. Мне вечно приходилось помогать ей добираться до комнаты, потому что каждый раз она напивалась вдребезги, и каждый раз я находила ее в разных потаенных местах. Мой язык уже устал объяснять ей, что пропадать ночами и тусоваться с кем попало нельзя, но она даже не пыталась выслушать меня. Беременность даже не ощущалась. Никакой тошноты, головокружений, будто ребенка и нет. Недавно я посетила кабинет Геральда и попросила рассказать про Тайное общество Высшего Завета Демонов. Свой рассказ он начал с далекого времени, когда Ангелы запретили Демонам распоряжаться в школе и вести какие либо личные дела. Демон, называющий себя «Белым черепом» сформировал круг дьяволов, куда могли попасть только себе подобные. Геральд недоумевал, откуда я нашла это место, ведь я еще не прошла распределение, и пока не являлась полноценным демоном, а лишь думала об этой стороне. После рассказа учителя, я вовсе перестала верить, что ангелы такие безгрешные, а демоны свирепые. Может, они и бывали немного наглыми, но это даже подчеркивало их натуру. Проснувшись с утра, я услышала напористый стук в мою дверь. Мими вновь не было в кровати и, обвернувшись шелковым халатом, я поплелась к дверной ручке. Прежде, чем повернуть ее, я решила удостовериться, кто за ней, но голос хранил молчание. Стуки стали усиливаться и казались уже более упорными. — Вики, открой. — послышался голос Сэми. — Нам нужно с тобой поговорить. Услышав голос этого малыша, я успокоилась, открыла дверь. Сэми запыхаясь, вторгнулся и сразу разлегся на моей кровати, тяжело дыша. — О чем серьёзном нам нужно поговорить, что ты врываешься ко мне в столь раннее утро? — Ади избили вчера вечером, и он… — не успел Сэми вымолвить нужную фразу, как я его перебила. — Извини, у меня столько дел. — я схватила его за рукав белоснежной рубашки и попыталась вышвырнуть со своей кровати. — Он хочет видеть тебя и кое-что обсудить. — объяснялся Сэми уже более спокойным тоном. — Что ты натворила опять? — Это я что натворила? Спроси у своего друга. — толкая за дверь, проорала я. Сэми ушел, отбросив где-то позади попытки вызволить меня и проведать своего бывшего друга. На душе все еще осталась та обида за все слова, что Ади мне наговорил в тот вечер. Мне хотелось увидеть Люцифера, прижаться к нему всем телом, чтобы он спрятал меня от этого злого мира, от токсичных демонов и ангелов. Мои мышления прервала Мими, вламывающаяся в нашу комнату без стука. — Ты хоть знаешь, что с Ади? — запыхаясь, наскочила она на меня с порога. Я ей не рассказывала о случившемся. Мои проблемы и ссоры не должны были касаться других, даже если душа разрывалась, и хотелось с кем-то поделиться своими переживаниями. Никто не знал о моей ссоре с Ади. — Мне плевать. — Да что между вами произошло? Чего ты строишь из себя недотрогу? На Ади напали… — она освободила меня из своей крепкой хватки и уже тихим тоном, потерявшим всякую надежду уговаривать меня пойти к Ади, продолжила: — … может он не доживет до вечера. Раны слишком глубокие. Сердце затрепыхалось быстрее, но даже после услышанной новости, я не могла просто взять и простить его. Мне хотелось бы поговорить с ним наедине, чтобы никто нас не слышал. Мими и Сэми будут только мешать нашему разговору. — Кто на него напал? — спокойным тоном поинтересовалась я. — Кто-то из ангелов, наверное… — она подняла глаза к потолку, состроила заинтересованное лицо и процедила. — Возле места бойни нашли белые перья. Они точно принадлежат ангелу. — Когда лазарет закрывается? — Вроде в девять, но ты должна пойти прямо сейчас, потому что Ади при смерти. — Мими разозлилась и, швыряя одежду из шкафа, кинула мне в лицо пару шмоток на выбор. — Переодевайся быстрее, я тебя буду ждать. — Извини, нет. Я не могу пойти к нему. — разъяснила я, поправляя раскиданную одежду и запихивая обратно в огромный шкаф. Мими скрестила руки на груди и попросила объяснить причину, почему я не хочу видеть своего лучшего друга, почему я не хожу на занятия и ничего не хочу делать. Отмахнувшись тем, что мы легонько повздорили, я принялась листать ленту в Димаунчате*, не обращая никакого внимания на присутствие Мими. — Нет. Это не просто обычная ссора, это что-то серьезное! — Слушай, я не хочу это обсуждать. — отчеканила я, зарывая в уши наушники. Последующие слова Мими я уже не слышала, громкая музыка оглушила мои уши, и я ушла в себя. *** — Вики, я прошу, не убивай меня. — послышался голос Дино, сгорбившегося над моим взором и умоляющего не причинять ему зла. — Вики, за что ты так со мной? — голос Ади доносился с края пропасти. — Зачем ты нас убиваешь? — Это не я! — я билась в истерике, пав на землю и, кулаками стуча по ней. — Я никогда не любил тебя. — раздалось с уст Люцифера, прижимающего к себе Ости и жадно впиваясь в ее губы. — Ты отбила мою любовь. — Мими держала в руке окровавленный нож. — М-а-а-ам Маленький, беззащитный мальчик стоял перед моими опухшими, от слез, глазами, и теребил левой рукой свой глаз, немного шмыгая, а в другой удерживая плюшевого мишку. — Алион, покажем маме твою истинную сущность? — Сатана предстал в том облике, в котором я когда-то его запомнила. Теперь мальчик не казался таким любезным и беззащитным. Его глаза загорелись, точно пламя Ада в них виднелось, из спины выросло одно огромное бордовое крыло, не похожее не на одни из тех, что я когда-либо видела. Сгорбившись, он прокричал имя Люцифера. Прикрыв глаза и уши, я заплакала еще сильнее, позволяя эмоциям овладеть мной. Крик прекратился. Передо мной виднелся молодой, солидный парень с одним, мать его, крылом. Глаза были разного цвета, будто он страдал гетерохронией… редкое явление, но столь завораживающее… один глаз огненно красный, явно от Люцифера, а другой чисто голубой, словно морская пена, уж точно от меня. Парень продолжал сверлить меня надменным взглядом, будто заставляя меня подчиниться ему. — У погибели твоей — один глаз красный, другой голубой… — раздалось из уст статуи Немезиды, прячущейся где-то за деревом. Боль. Ужасная, пронзающая все сердце, боль. Кровь разлилась по только что скошенной зеленой траве, окрашивая ее в алый. Из груди торчит острое лезвие, которым меня только что проткнули. — Мам, будь умницей. — ехидно улыбнулся мой сын. *** Мими шуршала твердой бумагой у меня над ухом, вынуждая меня проснуться. Вскочив с кровати, я первым делом схватилась за область груди, вдыхая как можно больше воздуха. — Кошмар? — Мими помогла успокоиться, присаживаясь рядом. — Что тебе приснилось? — Сколько сейчас времени? — задыхаясь, но уже приходя в себя, поинтересовалась моя персона. — Два ночи. Резко приподнимаясь с кровати, ощущая под ногами холодный пол, я поплелась в сторону двери. «Мне нужно поговорить с Ади…» Идя по мрачному коридору, впитанного какой-то чрезмерно лютой атмосферой, совсем не привычной для нашей школы, я думала только об Ади. Мне было его… жаль? Я в буквальном смысле мчалась в лазарет, не обращая внимания ни на часы, ни на запрет покидать комнаты в столь позднее время. Блуждая, я услышала голос Люцифера. — Ты чего тут делаешь? — он развернул меня к себе и легонько притиснул к стене, чтобы я не могла выскользнуть, пока не доложу ему все свои замыслы. — Мне нужно торопиться… — я ухватилась за рукав его черной, как смоль, рубашки, и попыталась отодвинуть от себя подальше, но он уяснил мои попытки и прижал сильнее. — Я должна поговорить с Ади. — О чем таком важном ты должна с ним поговорить в два часа ночи? Жопа зачесалась? — он просверлил меня своим взглядом, наполненным бешенством. Просто хотел припугнуть меня. Я уже освоила его тактику, сперва выпучит глаза, словно он самый злой демон в округе, а в мыслях у него лишь только запугать, чтобы все его слушались и опасались. Я ухмыльнулась его детской выходке и попыталась чмокнуть в щечку, но он легко отмахнулся, придерживая мой рот своей рукой. — Не сейчас, нас могут увидеть. — Пожалуйста, дай мне полчаса и мы с тобой обязательно поговорим. — я промедлила каждое слово с задержкой, чтобы он уловил суть и позволил мне сбегать к своему бывшему, но такому родному другу. Люцифер горько вздохнул. Я почуяла его растерянную энергию, он не хотел пускать меня к нему. — Я еле выскочил из Ада. Четвертый круг невыносим, даже для такого высоко почтенного, как я… Я усмехнулась с его самовлюбленности, и легонько отпрянула от него. К счастью, Люцифер обессилил свою хватку, позволяя мне стать в удобную, для меня, позу. — Знаешь, ради кого я приперся в эту дыру? Ради тебя, чтобы провести с тобой пару гребанных минут, что я сумел выбраться из этого Ада. Никогда не думал, что буду говорить такое о своем родном месторождении, но там невыносимо. Только мысль о том, что ты тут одна, без чьей либо помощи, разрывает мою душу, и я хочу быть рядом. — он не на шутку был сердит, и говорил все это с некой яростью в своем топорном голосе. — И ты хочешь провести это время с каким-то жалким демоном? — Ади и твой друг тоже. Ты не слышал, что с ним произошло? — Слышал. И еще я знаю, что вы в ссоре. — Откуда? — Да Ади всем трезвонит об этом, что ты обиженная ходишь, дуешься на правду. — он стукнул кулаком по стене, заставляя меня вздрогнуть. Сейчас мне нужно было вновь выбирать между другом, с которым мне есть что обсудить, и я обязана была с ним помириться и возможно, объединить силы, ведь ангелы могут вновь посягнуть на него, либо выбрать любимого, которого я не видела неделю, и ужасно соскучилась по нему. Но если я не выберу Ади, то он может умереть, или уже… нет, я не должна думать о плохом, но Мими говорила, что он при смерти. А если я не выберу Люцифера, то через некоторое время он отправится вновь в Ад отбывать наказание. Это из-за меня Люцифер сейчас проходит все девять кругов. Первые три круга: Лимб, Сладострастие и Чревоугодие были для него лишь пустышкой… он дошел до четвертого круга… Жадности. Судя по его измученному виду, его там хорошо потрепали. — Я понял тебя. — Люцифер выпрямился, нервно развернулся в другую сторону и принялся отдаляться. — Люцифер прошу, мне нужно навестить его. — я погналась за ним. Один его шаг равнялся моим двум, и я носилась за ним, но он ускорялся. — Люций, я умоляю, пойми меня. Он не оборачивался, а лишь стремился идти быстрее, дабы покинуть это помещение, и отделаться от меня. — Люцифер! — я в буквальном смысле слова прорычала его имя, на что он обернулся и раскрыл рот от удивления. Мои крылья принялись превращаться в прах, испаряясь в воздухе. Из спины начало выскакивать что-то иное, совсем не родное, но затем вновь затаилось внутри. Серые крылья мигом исчезли. Теперь я казалась обычной девушкой, не ангелом, не демоном, и даже Непризнанной назвать меня было сложно. Я приобняла себя за плечи, давая волю слезам. Люцифер, заметив все мое состояние и то, что сейчас я лишилась крыльев, подошел ко мне, и постарался успокоить. — Твои крылья… — он продолжал рассматривать мою спину, изучая, куда они делись. — Что теперь будет? — кровь потекла из спины, пачкая заднюю часть верхней одежды, что была на мне. — Я не знаю. Боль в груди. В том самом месте, где во сне мой сын пронзил меня острым лезвием. Раздался тот самый ехидный, наглый голос, что причинил мне боль и заставил страдать. Люцифер стоял передо мной в недоумении, не зная, как помочь. Секунда. Темнота. Я ничего не слышу и не вижу. Чувствую только сильные руки мужчины, удерживающие меня, чтобы я не плюхнулась на пол. *** Я очнулась в холодном поту. «Вновь сон?». Нет, я в лазарете. Немного отдышавшись, я еле просверлила взглядом рядом лежащих демонов и ангелов, получивших травмы во время крылоборства. «Что со мной произошло? Где Люцифер? Нужно найти Ади». Боль в области спины не позволила мне даже приподняться, и я продолжила лежать, сверля опухшими глазами потолок. — Ты как? — родная, до боли близкая ладонь коснулась моего ледяного лба, вынуждая улыбнуться. — Вики, я испереживался. — Ади, как же я рада, что ты в порядке. — я попробовала вновь привстать, но у меня это плохо удалось. Мой друг скомандовал мне не двигаться, просто лежать и отдыхать. — Я… ужасно скучала. Я не хочу тебя терять снова, Ади. — прикрывая глаза, я попыталась выговорить все более четко, но удавалось только мямлить. — Как ты? Мими сказала, что ты в ужасном состоянии. — В ужасном, да. Но я не мог проигнорировать твое прибытие в лазарет. Вики, твои крылья… мне жаль… ты лишилась их. Люцифер принес тебя сюда без сознания. — он скрепил свою ладонь с моей, удобнее усаживаясь на стуле возле койки. — Есть еще одна ужасная новость. — Что произошло? Что-то с Люцифером? — Нет, с ним все хорошо… он отправился в свою комнату — сквозь слезы процедил Ади, свободной рукой вытирая соленую каплю с глаз. — Сэми… он сегодня умер. «Не может быть. Этот малец буквально утром вынуждал меня проведать своего друга. Только недавно он был таким оживленным, жизнерадостным. Он не мог умереть, нет… никак не мог». Ади пустил приглушенный всхлип, сжимая мою ладонь ещё крепче. — Не может быть… что произошло? — на глаза навернулись слезы. Я думала, что все проблемы закончатся сегодня ночью, но они только начались. — Кто-то убил его, это из наших… Рядом с его бездыханном телом лежали черные перья. — Откуда ты узнал? — Его принесли сюда, исследовали, испытали все методы, чтобы заставить его сердце вновь забиться. Все думали, что он жив, просто упал в обморок. Он не приходил в себя четыре часа, и они… они огласили его смерть. — освободив мою ладонь, он прикрыл лицо руками, пытаясь не заплакать. На этот раз приподняться с твердой койки удалось более благополучно, и я обвила Ади в своих глубоких объятиях, стремясь утешить его. Он зарылся мне в грудь, немного посапывая. Через тонкую ткань моей верхней одежды я чувствовала, как она мало-помалу мочится от слез этого опечаленного демона. — Вики, но что с твоими крыльями? — Я сама не понимаю. Я… — понемногу пытаясь собрать фрагменты памяти, я выстраивала цепочку произошедшего, дабы понять, куда делись мои крылья, и что мне делать в дальнейшем. — Они просто исчезли, превратились в прах. Ади, я боюсь. — Я не брошу тебя в беде. Я просто не готов потерять еще одного друга… Вики, ты же не злишься на меня? — улыбаясь сквозь слезы, засмеялся мой друг. — Я был мудаком, дураком, самой последней тварью, называй как хочешь, но я не прекращу любить тебя, ни за что. — Обижаюсь, разве что чуть-чуть. — я показала это жестом пальцев, а после вновь обняла его. Мы пролежали с ним в обнимке до самого утра. Я ждала, когда Люцифер соизволит прийти, но быстро откинула эту мысль, вспоминая то, что он собирался оставить меня. Надеюсь, с ним все в порядке, я все равно переживаю… Ади сказал, что он в своей комнате, заметили ли его учителя? 5:57 Столько времени провела в лазарете… Я чувствовала себя уже более оживленной, могла спокойно передвигаться и уже подумывала, как сбежать отсюда. Мне еще предстояло выяснить у Ади, кто на него напал, но давить на этого беднягу на данный момент не хотелось. 6:00 Спина резко заныла от боли, и я упала на четвереньки, пытаясь вдохнуть воздух. Ади подлетел ко мне и начал вопить. Вопить от радости. — Вики, твои крылья! Я чувствовала, как из спины начало вырываться что-то. Внутреннее зло, сидящее где-то внутри, решило выскользнуть наружу. Слабый взмах. Я чувствую встряску своих новых приобретенных крыльев, как по спине пробегают наперегонки тысячи мурашек. Еще один неуверенный взмах. На этот раз мурашек нет, только чувство гордости и власти… откуда это у меня? Сильный взмах. Крылья раскрылись полностью, прикрывая почти все, что было за моей спиной и мой друг, наблюдающий за всей ситуацией, чуть не упал назад, увидев красоту моих новейших крыльев. Теперь они были преимущественней в два раза, приобрели неимоверно загадочный бордовый цвет, перья выглядели такими мягкими, словно сделаны из пушинок. Во мне зародилась некая гордость, злость, ярость. Надменно приподнявшись, я улыбнулась своему другу, интересуясь: — Как тебе идея, показать этим сраным ангелам, кто тут доминирующий?