Прошу прощения

— Владимир, ты меня не так понял… — Онегин пытался оправдываться первый раз в своей жизни, и, надо сказать, пока у него ничего не получалось. — А как я могу понять человека, который танцует с моей невестой? — Ленский скрестил руки на груди. — И вообще, тебя не смущает, что сейчас пять утра? Онегин неловко переступил с ноги на ногу. Он не мог заснуть всю ночь, размышляя о своём поступке на именинах. Результатом этих размышлений стало то, что Евгений решил немедленно поехать к Ленскому и обо всём ему рассказать. — Понимаешь… — Онегин не мог подобрать подходящие слова. — Я очень разозлился на тебя… Ленский скептически на него посмотрел. — А я был очень счастлив, когда увидел вас с Ольгой! — Владимир поднял одну бровь. — Мазурку я ещё мог простить, но котильон — никогда! — Я понял, что поступил неправильно, но… — тут Онегин замялся. — Понимаешь… Ленский прислонился к стене, всем своим видом показывая, что ему всё равно. Евгения это очень раздражало и сбивало, но он не мог ничего сделать. — У меня нет никаких чувств к Ольге, но я… Отлично! Последняя фраза относилась к Ленскому, который ушёл в дом, однако дверь не закрыл. Поэт был в одном халате, поэтому успел замерзнуть, слушая невнятные объяснения приятеля. — Нет, это никуда не годится! Онегин зашел в дом и прошёл прямо в гостиную, где и нашёл Ленского. Он сидел в кресле и листал какую-то книгу. — Слушай, это что такое? — Евгений встал перед приятелем. — Я пришёл извинится, а ты даже не хочешь меня выслушать! — Я тебя внимательно слушаю, — пробормотал Ленский, всем своим видом показывая обратное. — Ну ладно… — Онегин сел в кресло напротив и постарался не обращать внимания на поведения Ленского. В конце концов, он имеет на это полное право. — Я хочу чтобы понял, почему я так поступил. Владимир спокойно отложил книгу в сторону, однако Онегин заметил, что его руки дрожали. Потом губы Ленского дрогнули и он выпалил: — А что я должен понять?! Ты прекрасно знал о моих чувствах к Ольге! — тут Владимир вскочил и начал ходить по комнате. — И вообще, не так давно ты заявлял, что Татьяна тебе нравится больше! Тогда зачем нужно было приставать к другой?! Тут Ленский снова сел в кресло и сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки. Онегин чувствовал себя крайне неловко.  — Татьяна… — Евгений запнулся. — Татьяна меня любит, а наш танец дал бы ей много ложных надежд… — И из всех женщин ты выбрал именно Ольгу! — Ленский ударил кулаком по подлокотнику. — Хороший друг, нечего сказать! Онегин покачал головой. Он не обратил внимания на слова Владимира, потому что вспомнил Татьяну и то письмо. — Послушай, у меня нет никаких чувств к Ольге, — продолжил Евгений. — А Татьяна написала мне письмо… Ленский от удивления выронил стакан, который взял, чтобы налить себе воды. Осколки разлетелись по полу, но поэт не обратил на это никакого внимания. Он смотрел на Онегина широко открытыми глазами и не мог поверить его словам. — Повтори, — наконец сказал Владимир. — Что сделала Татьяна? Онегин и сам не понял, почему рассказал Ленскому про письмо, это вырвалось у него совершенно случайно. — Написала мне письмо, — пожал плечами Евгений. — Но я никому про это не говорил… — Вот это да! — Ленский даже забыл о том, что ещё минуту назад был очень зол на приятеля. — И что ты ей ответил? Онегин вздохнул. Он не знал, как бы помягче об этом сказать, потому что получилось действительно не очень хорошо. — Я ей отказал. Тогда, перед танцами, — Евгений нахмурился, вспоминая прошлый вечер. — Она убежала от меня в сад, но я её нашёл. И, кажется, слегка расстроил. — Слегка?! — воскликнул Ленский. — Да она еле сдерживала слёзы! Неужели тебе нет никакого дела до её чувств? Онегин покачал головой. Живя в Петербурге, он часто добивался от девушек любви, выбирая самые разные методы. Евгений умудрялся влюблять в себя даже замужних женщин, причём их мужья так ни о чём и не догадались. Впрочем, едва только девушка отвечала ему взаимностью, Онегину тут же становилось скучно и он искал себе новую. Это было для него как хобби, наравне с бильярдом. — Татьяна привлекла меня своим необычным взглядом на мир, — Евгений побарабанил пальцами по столу. — Но, думаю, года через два это пройдёт, она станет самой обычной светской барышней, обсуждающей балы и наряды. Онегин встал и взял шляпу. Уже в дверях он обернулся, вспомнив о первоначальной цели своего визита. — А за Ольгу извини, — сказал Евгений. — С моей стороны это было подло. — Ты думаешь, что отделаешься одними извинениями? — Ленский тоже встал и подошёл к приятелю. — Ну уж нет. Завтра же едешь со мной к Лариным и извиняешься перед Татьяной. Иначе… — тут Владимир на секунду задумался. — Иначе я буду настаивать на дуэли. Онегин пожал плечами и подумал, что уж ещё одно извинение он выдержит. Всё лучше, чем дуэль.