Посмотри на меня!

      Прошла неделя. За это время Юля втянулась в рабочий ритм, а все негативные мысли отошли на задний план. Безусловно, время девушке скрашивал и Пётр, который поняв, что место её ухажёра свободно, начал проявлять активные действия по завоеванию сердца молодой учительницы. Юлия то отвечала ему взаимностью, то внезапно холодела. Её всё ещё мучили терзания по поводу собственной жизни: девушке казалось, что она не сможет ни с кем ужиться и создать хороший союз, боялась, что Пётр совсем не тот человек, который был ей нужен. Однако, сопротивляться настойчивости Петра становилось всё труднее и труднее.       Также Юля отметила изменения в своих учениках, а именно в Глебе, Стеше и Стёпе. Первые стали активно показывать, что находятся в отношениях. Юля не раз замечала их парочку в коридорах, однако, когда проходила мимо, Глеб резко увеличивал дистанцию со своей пассией и делал вид, что между ним и Степанидой, ничего кроме дружбы и нет. Скорее всего, он так шугался из-за того, что она педагог, поэтому сама Юля находила это забавным. Если быть совсем откровенными, то молодая учительница считала пару Стеши и Глеба не самой лучшей, в памяти всё ещё были свежи моменты, когда Стеша наговорила всякой ерунды про одноклассника, да и Глеб с такой девочкой… Ну не вязались они вместе. Однако, Юлия им не Афродита, чтобы решать, кто кому подходит, а кто нет, хотя сама она неплохо бы смотрелась с этим Глебом, ну чисто визуально… Боже, что за мысли порой были в её бедной голове. И смех и грех.       За Стёпой же Юля отметила какую-то опустошённость, он будто делал всё на автомате и его широкая добродушная улыбка появлялась всё реже. Может причиной тому увлечённость его друга, а может, и у самого парня были проблемы с сердечными делами. Эх, а всё-таки жаль, что Юлька не Амур, ведь это так здорово: сеять повсюду любовь.

***

      Глеб откровенно страдал. Стешка своей болтовнёй буквально изводила его. Масла в огонь подлило возвращение Юлии Александровны. Он, конечно, был рад её выздоровлению и тому, что возобновились уроки, но отчего-то не хотелось, чтобы она знала о его отношениях. Ещё было максимально неприятно наблюдать за её флиртом с географом. Судя по его наблюдениям, парой они не были, но вполне могли стать. На самом деле Глеб даже не допускал мысли о собственной близости с Юлией, однако какую-то симпатию, безусловно начал испытывать. Парень списывал это на подколы Макса, и более ранние глупые мысли «по приколу» побегать за молодой учительницей.       Степа всю неделю ходил сам на себя не похожий, вечно какой-то задумчивый, но Глеб не отмечал этого, занятый своими мыслями и переживаниями. Нет, он осознавал состояние друга и хотел с ним поговорить, но диалог как-то совсем не клеился и Глеб только больше времени проводил в собственных мыслях. Сегодня же Степы вообще не было в школе из-за какой-то районной олимпиады, поэтому Глеб почти всё время проводил в одиночестве, исключая моменты, когда прилипала Стешка.

***

      Это была суббота, последний рабочий день, последняя перемена перед последним уроком. Какая-то часть класса уже стояла около кабинета литературы, а некоторые отставшие, например, Глеб, только выходили от математички.       Шатен уже шёл на следующий урок, когда случайно услышал диалог двух стоящих рядом парней. Они были из параллели, но так как особой общительностью Глеб не отличался, имена ребят ему оставались неизвестны.       — Новая русичка та хорошо устроилась, нашла папика, ну географа нашего, теперь кататься будет, — послышался дружный хохот, — а прикинь какие-то придурки хотели её в постель затащить, мамочку найти.       Опять гогот. Глебу стало противно от услышанного, его в прямом смысле затошнило. Во-первых, от замечания про географа, ему просто не хотелось даже думать, что между ним и учительницей что-то есть, ну и во-вторых, слова по факту про него, да ещё и исковерканные. Внутри всё закипело, вот так внезапно и стремительно. Отвращение сменилось на ярость, или смешалось с ней, разобрать он сейчас не мог, ибо слишком уж разные эмоции бурлили в нём. Было ясно одно, не выразить эти чувства он не сможет. Парень повернулся к говорящим и со словами: «базар фильтруй» и врезал самому языкастому, в скулу. Не то чтобы Глеб был особо драчливым, или имел проблемы с неконтролируемой агрессией, нет, просто из-за некоторых вещей, которые его сильно волновали, быстро выходил из себя. Никакой борьбой парень не увлекался, а потому бил, как душа велит. И в этом была его ошибка. Оказалось, что болтливая компания состояла только из заправских петухов, знавших, куда надо бить. Наверняка длинный язык и раньше доводил их до драк, а потому опыта в этом деле у них было много, чего нельзя сказать о Глебе. Проблемные вопросы он предпочитал решать диалогом, а не кулаками. Конечно, были случаи, когда он осознавал, что переубеждать человека бесполезно и уходил, но сейчас был не тот момент. Когда остальная компания увидела, что их «братана» бьют, то тоже стала надвигаться несмотря на то, что этот их «братан» и сам неплохо справлялся. Понятия справедливости и честности у них отсутствовали.       И это избиение младенца продолжалось, если бы из соседнего кабинета не вышел директор. Брови мужчины взметнулись вверх, а характер полез наружу.       — Вы что тут устроили?! А ну, разошлись по сторонам! Позорите школу! Да как вы вообще в десятый класс та прошли?! Хотите вылететь? Марш всё к своим кабинетам, а ты, — и мужчина средних лет указал на Глеба, — бегом в медпункт, и скажи какой класс?       — Десятый А, — с усмешкой выплюнул слова один из языкастых, он был явно доволен побитым видом шатена.       — Я спросил не тебя, бегом пропал с моих глаз! А ты не стой, иди! — и сам мужчина направился, к классу литературы, доложить о произошедшем Юлии Александровне.       Конечно же, Глеб не собирался идти ни к какому врачу, он благополучно прошёл дверь в её кабинет и отправился в единственный туалет, где находилось зеркало. Всё оказалось не так хорошо, как он думал. На лице собирались появиться два синяка, один на правой скуле, а второй тут же, но над бровью. Из носа шла кровь, но он вроде бы не был сильно повреждён. Парень быстро умыл лицо, но кровь не останавливалась. Плюнув на это, он протёр лицо салфеткой и вышел в коридор. Глеб чуть не сбил Юлию, проходящую мимо двери.       — О, Глеб, вот и ты, а я тебя ищу, как ты так, пойдём скорее в медпункт, — сначала речь учительницы была более энергичной, но чем больше она всматривалась в лицо парня, тем больше её брови съезжались к переносице и тем тише она говорила.       — Нет, можно я просто пойду домой? — скорее всего, директор доложил ей и велел проследить, но какая разница, шатен чувствовал себя униженным, а его самомнение уничтоженным.       — Нельзя, вдруг это что-то серьёзное. Давай сначала сходим, а потом я тебя отпущу. У тебя даже кровь не останавливается, — и не дожидаясь его ответа, Юлия схватила Глеба за запястье и потянула в медпункт.       Лицо парня удивлённо вытянулось, но протестовать он уже не собирался.       Учительница осталась ждать около входа, признавшись, что не очень жалует местных медработников, а Глебу ничего не оставалось, как зайти.       Юлия стояла в одиночестве недолго. Откуда ни возьмись к ней подлетела Стеша. Девчонка буквально источала молнии гнева и собиралась их обрушить именно на стоящую тут учительницу, или на своего неудачливого парня.       — Глеб там?       — Ммм, нет, уже ушёл, — Юля не понимала, зачем соврала, но почему-то знала, что так правильно.       — Ну и хорошо, тогда вам скажу, — и она вдохнула воздух полной грудью, — Вы… Вы…       — Что я?       — Вы просто ведьма! Без вас всё было просто потрясающе, я только добилась его внимания. Но когда вы идёте мимо, то он оборачивается и от меня отстраняется, будто мы незнакомы! А сегодня… Сегодня была точка невозврата, он же подрался из-за вас! — она чуть не тыкнула пальцем в учительницу.       — Деточка, ты несёшь какой-то бред, — шокировано произнесла Юля.       — Нет, не бред! Я там была и всё слышала, те парни про вас всякую чушь пороли, а он мимо пройти не смог и докопался до них! А он никогда так не делал! Никогда ни за кого в драку не лез! Вы ведьма! И вы украли его у меня, это был мой парень, я так ждала! Так старалась!       Казалось, девчонка сейчас расплачется. Юлии пришлось взять себя в руки, чтобы ответить.       — Степанида, твоё поведение отвратительно! Не унижайся, если тебе дали понять, что ты неинтересна, и не надумывай то, чего нет, чтобы уйти от своей проблемы. Лучше работай над собой, чем обвинять в своём провале других. Мне противно слушать твои слова, поэтому будь добра, покинь сегодня мой урок.       — Ладно! — и Стеша развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла прочь, всем своим видом, показывая свой гнев.       Конечно же, Глеб слышал весь диалог учительницы и теперь уже бывшей девушки. Ну и ладно, она ведь права, стоит признать, что Юлия Александровна в разы интереснее, да и повела она сейчас себя очень достойно. Но, несмотря на всё это, выходить и сталкиваться с ней не хотелось всё-таки она узнала причину драки. Неловко. Однако, медсестра долго держать не собиралась, всё было в норме, даже кровь из носа остановилась, а потому Глеб достаточно скоро вышел в коридор.       Юлия встретила его лёгкой улыбкой. Ей самой было неловко от услышанного, но внутри всё бурлило от благодарности. Хотелось как-то поблагодарить парня, всё-таки приятно, что за тебя заступаются, пусть кто-то и лепит на это слухи. От переизбытка чувств девушка подошла ближе и шепнула: «Ты мой герой, спасибо».       У Глеба всё смешалось внутри. Такое проявление эмоций у учителей было нормой, но оно воспринималось иначе или из-за внушительной разницы в возрасте, то ли из-за других качеств. Их он воспринимал больше как наставников, к Юлии же он относился как к равной, но с большим уважением. А потому просто не знал, как реагировать. От девушки пахло кофе. «Наверное, она им злоупотребляет» — это была последняя мысль, перед тем, как объятья распались.       — Вот теперь ты можешь идти, надеюсь чувствуешь ты себя лучше, и в понедельник я уже увижу тебя в наших рядах, пока, — и девушка, подмигнув, развернулась и отправилась в класс, который наверняка уже весь пропитался сплетнями.

***

      Осень угнетала. Вокруг слякоть, всё серое, только приятный запах, который остаётся после дождя, радовал. Просто потрясающая атмосфера, чтобы начать рыться в себе.       Стёпа всегда был мальчиком весёлым и редко показывал то, что действительно переживал. Ему уже долгое время нравилась Рина, она даже отвечала ему на флирт, пусть и своеобразный. Однако, новость о том, что у Рины кто-то появился, задевала. Девушка знала о его чувствах, в этом Стёпа был уверен на сто процентов. Но видимо, его чувства были не взаимны, и она не хотела его обидеть, поэтому не рассказала сразу о новых отношениях. А он как дурак надеялся.       Подобные мысли сидели в голове всю неделю и парень уже не знал, как себя отвлечь, забыть, переключиться. Сейчас ему надо было вернуться в школу после олимпиады, чтобы занести какие-то документы классной руководительнице.       Когда Стёпа уже подходил к школе в него кто-то врезался. Этим кем-то оказалась заплаканная Стеша.       — Привет, что случилось? Тише, не плачь, пойдём, присядем, — парню стало жалко девушку, он помнил план Глеба, знал, что тот просто решил ею воспользоваться. Она хоть и тоже поступала не самым лучшим образом, но поступать с ней так…       Они сели на скамейку, прямо за воротами школы. Стёпа всё ещё пытался успокоить девушку, но выходило с трудом.       — Он просто… просто, почему так? Почему она, а не я, неужели я такая страшная?! — Стеша уже могла внятно говорить, но мысли её явно путались.       — Нет, ты очень красивая, просто не для него, поверь, ты правда, потрясающая девушка и наверняка понравишься тому, кто будет…       Договорить он не успел, Стеша пододвинулась к нему поближе и поцеловала. А парень, решив что-то для себя в этот момент, не отстранился, а напротив, приобнял девушку.