Кабанчик моего сердца

«Ты лучше коробки конфет, Ты лучше картошечки с маслом И круче, чем весь Интернет – Я говорю без сарказма!» В кафе было немного душно, но кондиционер, худо-бедно, справлялся с ситуацией. Впрочем, Иноске, залившегося холодным потом, июльская жара мало волновала – напротив него сидела Аой, поджав губки и потягивая молочный коктейль из трубочки. Её тёмные глаза иногда посматривала на парня, но Хашибира боялся даже поднимать голову, пытаясь не выдавать смущения. Сегодня должно случиться знаменательное событие в его жизни – он собирался сделать Кандзаки предложение. Парень уже мысленно объявил девушку «кабанчиком своего сердца», когда она впервые согласилась пойти с ним в кино. Правда, на «Терминатора» и… Ей не понравилось. Но он спас положение походом в забегаловку фастфуда и девушка осталась довольна, даже согласилась с ним на повторное свидание. Что Иноске вынес из этой ситуации, так это то, что если что-то идёт не так, то своего мини-пига надо вкусно покормить и она успокоится. - Ты чего сегодня такой задумчивый? – Аой помешивала остатки коктейля трубочкой – Опять подрался и не хочешь рассказывать? За полгода отношений, Кандзаки всякое от него повидала. Бывало, он кого-то бил, а бывало, били его самого. Пару раз она сама избила его веником. Но всё равно, не могла не признать что влюблена в него. Он, конечно, балбес, но зато какой добрый и красивый балбес. Вот смотришь на него, и глаз радуется, что такой красивый парень тебя любит. Но это только до тех пор, пока он не начинает творить какую-то дичь. Иноске не отвечал на её вопрос, плотно сжав губы и держа под столом маленькую коробочку с колечком. Танджиро советовал дождаться нужного момента, так что Хашибира, через силу, выжидал. Сам Танджиро, в свои двадцать, умудрился жениться на Канао и уже готовился к пополнению в семье. У Иноске и Аой всё немного затянулось, но Хашибира хотел, чтобы в его семье всё было также, как у Камадо, ибо чем он хуже его? Аой недовольно вздохнула, и Иноске вдруг решил, что настало время сказать ей то, что он так давно вынашивал в своей голове и то, из-за чего его сердце колотилось чаще. Пару раз он даже думал, что у него проблемы с сердцем и обращался в больницу, хотя там ему сказали, что проблемы, скорее всего, с головой. Ну что ж, собрав всю свою решимость в кулак, Хашибира начал: - Аой… Кабаны живут не самую долгую жизнь… - начало уже «порадовало» - Как кабан, я бы очень хотел видеть… В общем, каждому кабану нужна кабаниха… - Так, если ты решил пересказать мне серию «В мире животных», то можешь не продолжать! –девушка фыркнула – Не люблю я твоих кабанов… - Да нет же! – Иноске начинал сердиться и его язык ещё сильнее заплетался – То есть… Кабан очень верный своей стае. Стая – это как семья. И как кабан, я хочу создать… - Ой всё, надоел ты мне со своими кабанами! Смени уже тему, честное слово!       Нужно сказать, что Хашибира уже психовал – ему с таким трудом давались все эти слова, а мини-пиг даже не хотела их слушать! Что ж, тогда придётся предпринять ещё одну попытку, и на этот раз, так и быть, без кабанов (хотя с кабанами звучит лучше): - Вы…выходи за… - он заикался как никогда, а Аой стало интересно, так что она не перебивала – Выходи за… - Ваш заказ!       Официант появился в самый неподходящий момент с едой, так что не удивительно, что Иноске с психу хватил его за грудки, поднос с заказом упал на пол, а Хашибира был уже в бешенстве: - Ты чё лезешь, когда тебя не просят?! Я тут предложение делаю, понял ты?! – он хорошо тряхнул бедного парнишку – Или тебе нравиться смотреть, как я тут распинаюсь?! А?! Я тебя спрашиваю!       Орал Хашибира так, что все в кафе невольно обернулись на эту сцену. Тут же кто-то вызвал охранника, и Иноске, под его вопли, стали выталкивать из заведения. Привыкшая к таким выходкам Аой, спокойно взяла с колен сумочку, вздохнула, оставила деньги за заказ на столе, и вышла на улицу за «горячо любимым» СВИНТУСОМ, КОТОРЫЙ ВРЯД ЛИ ДОЖИВЁТ ДО ВЕЧЕРА.       В общем, после того, как избила нерадивого мужика сумкой, девятнадцатилетняя девушка топнула ножкой и пошла домой. Стоило видеть, как удивлённо толпа зевак смотрела на то, как такая хрупкая Аой лупасит здорового двадцатилетнего парня посреди улицы, и он её боится, потому что старается удрать. У них были очень интересные отношения, прямо сказать… - Кабанчик! – Иноске поспешил за ней, потирая ушибленный лоб – Что ты злишься?! Пошли купим шаурму! Хочешь шаурму? - Нет! Я сыта! – Она вдруг резко остановилась и ткнула Иноске пальцем в грудь, чтобы держал дистанцию – Я по горло сыта твоими выходками! Мы даже в кафе с тобой нормально ни разу не сидели! И что тебе вообще нужно было от этого официанта?!       Тут заметим, что Кандзаки имела привычку никогда не вслушиваться в то, что говорит Иноске в приступе ярости, так что слова про предложение пропустила мимо ушей. После этого вопроса, стал злиться уже Хашибира: - Потому что он мешал мне! - он сунул руку в карман и вытащил оттуда маленькую, синюю коробочку – Аой, ты самая красивая кабаниха на свете! - Чего?!       Насилу, парень увернулся от пощёчины, а потом с трудом продолжил: - Я хочу, чтобы моя кабаниха всегда была со мной!       На этом моменте он неумелым движением (с четвёртой попытки) умудрился открыть коробочку, и перед Аой оказалось маленькое, милое колечко. Недорогое, конечно, но неплохое. Только сейчас до Кандзаки дошло, что всё это время Иноске старался сделать ей предложение. И теперь ей нужно было ответить ему. Но пока она тщательно всё взвешивала, Иноске сунул ей в руки коробочку и зашагал по улице, а когда ошарашенная таким поведением девушка не пошла за ним, обернулся: - Чего встала? Нам ещё в ЗАГС заявления подать нужно. Пошли, пока они не закрылись! - А как же ответ… - Аой всё ещё не приходила в себя – Ну, я же должна ответить… - Какой ещё ответ?! – Хашибира схватил её за талию, а потом закинул себе не плечо – Потом разберёмся!