Красавец и (не)чудовище

      Вороной конь быстро и стремительно пересекал густой лес, все больше набирая скорость. Рывок, и Феликс перепрыгнул через поваленное дерево, помчавшись еще быстрее. Перед глазами у Драко все расплывалось и бешено вертелось, ветер громко завывал в ушах, но юноша не обращал на это никакого внимания, преследуя свою главную цель — убежать как можно дальше, чтобы у отца не было и шанса его найти. Он мчался сквозь деревья, не видя дороги и лишь надеясь, что не заблудится в лесу.       Где-то вдали, сквозь верхушки высоких темных деревьев, ввысь стремились шпили какого-то замка. Драко заметил их лишь краем глаза, а затем дернул за поводья и направился именно в ту сторону. В такой глуши шансов найти его в ночи будет немного, тем более что следующим же утром он продолжит свой путь. Но сейчас силы Феликса уже на исходе, да и самому Малфою требовалось хоть немного отдохнуть.       Добравшись до замка из последних сил и приблизившись к старым потемневшим воротам, искусные кованые узоры которых обвивала дикая лоза, Драко остановил Феликса и обвел взглядом открывшийся вид. Что в глубине этого леса делает такой огромный замок? И почему он выглядит таким… заброшенным?       — О нет… — простонал Драко, зарываясь тонкими пальцами в растрепавшиеся волосы.       Замок абсолютно точно был давно заброшен. И если у Малфоя и были хоть какие-то надежды на то, что этой ночью он получит кров и еду, то сейчас они рассыпались осколками битого зеркала.       — Делать нечего, Фели, — Драко ласково провел по могучей шее своего товарища, успокаивая уставшего коня, — в любом случае, это лучше, чем спать в лесу, — он умолк, а потом обреченно добавил. — Правда ведь?       Малфой ловко спрыгнул со своего скакуна на землю, хватаясь за поводья и вплотную подходя к воротам. Замка не было. С трудом распахнув тяжелые створки, Драко направился к неприветливым дверям по потерявшей свои очертания каменной тропинке. Оглядываясь по сторонам, Малфой приметил огромную конюшню, где можно было оставить Феликса. Но для начала надо было проверить обстановку в доме. Привязав коня к перилам за поводья, Драко неуверенно приблизился к огромной двери и взялся за молоток в виде извивающихся змей. На долю секунды юноше даже показалось, что те угрожающе зашипели, но он сразу же помотал головой, отгоняя такие мысли. Он устал и чертовски напуган погоней, его чувства с большой вероятностью могут сейчас подвести. Сделав глубокий вздох, Малфой настойчиво постучал. Даже спустя пару минут ответа не последовало, и Драко без всяких сомнений распахнул незапертые двери.       Обстановка внутри была не лучше, чем снаружи: через грязные окна свет почти не проникал в дом, некоторая мебель была разломана на куски, другая просто валялась перевернутой, а в воздухе витал запах затхлости, и было трудно дышать. Оставив дверь открытой, чтобы суметь разглядеть хоть что-то, Малфой двинулся вперед, огибая обломки ножек кресел и столов.       — Здесь есть хоть кто-то? — крикнул в темноту коридора Драко, уже не надеясь на ответ. — Вот черт, один в каком-то отвратительном сарае….       — Вы бы так не выражались, молодой человек, — приглушенный голос раздался откуда-то из-за угла, и Малфой вздрогнул, когда услышал его.       Юноша схватился левой рукой за рукоять даги, готовый в любой момент защищаться. Его глаза уже немного привыкли к темноте, но своего таинственного собеседника он так и не увидел.       — Покажитесь немедленно! — еще раз крикнул Драко, осторожно пятясь назад.       И вновь из-за угла послышались какие-то скрипящие звуки, а затем какой-то настойчивый стук, словно бы кто-то стучал чем-то деревянным по полу. Прищурившись, Малфой опустил глаза вниз и….       — А-а-а!       Юноша резко отскочил, обнажая оружие и во все глаза уставившись на вышедшие говорящие часы, которые резко вращали стрелками, словно бы выражая свое недовольство. Маленькие глазки на циферблате в упор смотрели на Драко, а одна из стрелок остановилась, указывая ровно на двенадцать часов.       — И чего вы раскричались? — проворчали часы тихим голосом. — Вы что, впервые часы видите? Я уже не говорю о том, что вы бесцеремонно ворвались в чужой дом, не представились, а теперь еще и угрожаете одному из обитателей поместья холодным оружием. Что за воспитание? Где это…       Наверное, эти часы так и продолжили бы бурчать проклятья и упреки, если бы этот своеобразный монолог не прервал еще один голос.       — Северус, друг мой, неужели кто-то спустя столько времени посесил поместье? — Драко развернулся, и тут же увидел на столе золотой, но уже потускневший от времени канделябр, на который до этого не обратил внимания. Тот игриво поиграл «рожками», увенчанными незажженными свечами. — Неужели это тот, кого мы так долго ждали?       — Уж не думаю, Дамблдор, что этот юноша справится с какой-либо одухотворенной миссией, — сказав это, часы презрительно хмыкнули и медленно пошагали в сторону стола, очевидно, чтобы запрыгнуть туда.       Все это время Малфой стоял со странным выражением лица, глядя на которое все же можно было понять, что тот в полном замешательстве. Он впервые сталкивался с таким проявлением магии, когда неодушевленные ранее предметы оживали. Конечно, как наследник древнего аристократического рода, Драко знал, что какие-то искры магии пронизывают весь их мир, но никто уже давно не встречал сильного волшебства, считая, что то бесповоротно покинуло землю.       — Простите меня, — собравшись с силами, выдавил из себя Малфой, нервно передергивая плечами и убирая дагу обратно за пояс, — я так и не представился. Драко Люциус Малфой, наследник семьи Малфой. Случайно оказавшись так глубоко в лесу, — на этих словах он запнулся, видя скептичный циферблат Северуса, — я увидел ваш славный… замок. И подумал, что хозяева смогут дать мне переночевать здесь. Конечно, не просто так. У меня есть с собой золото…       — Нам не нужно ваше золото, мой мальчик! — воскликнул канделябр, даже подпрыгивая. — У семьи нашего хозяина целые горы блестящего и звенящего золота, и, к сожалению, это не то, что может помочь молодому наследнику. Но вы можете оказать нам некоторую услугу в качестве благодарности за вкусный ужин и теплую мягкую кровать, — тут же предложил он.       — Если вы будете так любезны, впустив меня в свой дом… То, конечно, я постараюсь исполнить вашу просьбу. Любую, что будет в моих силах, — согласно кивнул Драко.       — Не думаю, что это хорошая идея, Дамблдор, — тут же принялись говорить часы, отвернувшись от ждущего Малфоя.       — Почему же, Северус? Впервые за долгие годы поместье впустило кого-то внутрь. И, возможно, что это наш единственный шанс помочь Гарри… — огорченно рассуждал подсвечник, потускнев, кажется, еще больше.       — Простите, но вы говорите о каком-то Гарри? — встрял Драко, надеясь, что в доме найдется хоть один человек, с которым он и сможет поговорить. — Это и есть ваш хозяин? Он человек? Могу я увидеть его?       — Слишком много вопросов, несносный мальчишка! — Северус на секунду повернулся к Драко, а затем снова вернулся к разговору с Дамблдором. — Он сказал, что он Малфой. Все мы прекрасно знаем семью этих высокомерных снобов, ставящих превыше всего власть и деньги! В их семье веками не произносилось слово «любовь», они ищут супругов по происхождению, чтобы получить достойный выводок таких же породистых щенят, а не детей. И на этого человека вы хотите положиться?       Малфой тут же почувствовал бурлящую в нем ярость. Да, его семья не была самой искренней и открытой, но вот так обсуждать при нем его же предков, словно бы Драко тут и вовсе нет! Тем более, что юноша никогда не позволял оскорблять его и его семью даже высокопоставленным людям, а тут… Он слышит такие гадости от простых часов! Неодушевленного предмета, даже не человека.       — Вам следует подбирать слова, когда вы говорите о моей семье, — процедил юноша, привычно вздергивая подбородок.       — Делайте, как посчитаете нужным, но я не собираюсь участвовать в этом фарсе! Малфой — явно не тот, кто нам нужен.       Произнеся это и проигнорировав реплику блондина, часы спрыгнули на пол и вперевалку прошли мимо Драко прямо в мрачный коридор, откуда и появились. Малфой проводил его злобным взглядом, обещая себе, что при повторной встрече он кинет эти часы в стену. Может, еще и потопчется по обломкам, вдавливая стеклянную крошку в ковер.       — Не переживайте, Драко, — канделябр сразу же захватил все внимание Малфоя, ласково глядя на него своими блестящими глазками и отвлекая от планов мести, — Северус — человек строгого и порою тяжелого характера, любящий судить по обложке и, в нашем случае, по фамилии. Но я уверен, что Вы сможете нам помочь.       — Вы сказали человек? — удивленно переспросил юноша, заинтересовавшись этой оговоркой. А оговоркой ли?       — Видите ли, мальчик мой, — Дамблдор тоже спрыгнул со стола, прыжками направляясь вперед в темный коридор и показывая одним разветвлением со свечей, чтобы Драко следовал за ним, — все обитатели поместья раньше были обычными людьми, а само поместье… Нет слов, чтобы описать его величие и красоту! Хозяева любили проводить здесь летом время, наслаждаясь свежим воздухом и свободой от всех обязанностей в городе. Здесь их ждало спокойствие и уют. Целая сотня слуг хлопотала по дому, ухаживая за огромным садом и такими же огромными конюшнями, а вечерами десяток талантливых поваров готовили ужины для хозяев и их гостей. После ужинов все собирались в бальной зале и коротали время за танцами, общаясь и веселясь. Я помню, сколько звуков наполняло этот дом… То были славные времена, Драко, — по мере того, как они продвигались по пустым коридорам, везде на стенах вспыхивали ажурные подсвечники, освещая путь. Малфой смотрел на это все раскрытыми от шока глазами, завороженный этим нехитрым волшебством. Он так и норовил остановиться посреди коридора, разглядывая очередную картину, изображающую улыбающихся людей. Дамблдор лишь снисходительно поглядывал на него, — и, конечно, всегда найдутся люди, желающие разрушить чье-то счастье. Так случилось и тогда.       Идя все дальше и дальше, Драко понял, что полотна постепенно теряют свои краски. Какие-то картины были даже частично разорваны, но лица, пусть и с трудом, можно было рассмотреть. Но чем глубже они заходили…       — Семья хозяина была очень влиятельной. И один из тех, кто жутко желал власти, но не желал искать долгий путь к ней, обманом проник в хорошо защищенное поместье, чтобы избавиться от преград на политической арене, — канделябр медленно остановился возле огромного полотна, печально разглядывая лица изображенной на нем семьи, при этом его глаза подернуло пеленой ностальгии. Драко застыл при виде маленького зеленоглазого мальчика, приветливо улыбающегося и держащегося за руки родителей, которые смеялись, прислонившись друг к другу. Дамблдор кинул на него нечитаемый взгляд, а затем словно очнулся ото сна, степенно продолжая путь. — В тот вечер все голоса смолкли. Кроме одного… Но и юного наследника не пожалели, а наказали участью страшнее смерти. Есть только один способ избавить его от древнего проклятья.       — Проклятья? Неужели тот человек был настоящим волшебником?       — К сожалению, магия действительно наделила своим подарком далеко не самого достойного. Да, тот человек был волшебником, но творил он не чудеса, мой мальчик.       — Так что стало с наследником? — заинтересованно спросил Малфой, ожидая продолжения истории.       — А это Вам сейчас предстоит увидеть, Драко.       Резные двери, к которым они успели подойти, распахнулись перед ними, и взору Малфоя открылась на удивление светлая столовая, в которой яркими всполохами красно-рыжего горел камин. Большая фигура, притаившаяся в углу комнаты, дернулась, поворачиваясь в сторону дверей, и Драко смог увидеть то, чего совершенно не ожидал. На него смотрели горящие зеленые глаза, совершенно точно человеческие, а вот все остальное тело принадлежало чудовищу. Огромные острые ногти, устрашающие зубы, которые при желании смогли бы перекусить блондину тонкую шею… И это не говоря о том, что монстр был весь покрыт шерстью! Чем-то он был похож на льва… Очень странного льва. Но Драко не был бы Малфоем, если бы позволил своим эмоциям выйти наружу. Пожалуй, впервые он был благодарен отцу за его порой жестокие уроки по выдержке.       — Здравствуйте. Меня зовут Драко Люциус Малфой, случай привел меня в Ваше поместье, а Ваши… — он остановился, подбирая нужные слова, которые из-за легкого волнения никак не приходили ему в голову, — друзья предложили мне помощь.       Чудовище внимательно смотрело на него, все также не двигаясь с места и даже убрав огромные лапы за спину. Блондину показалось это милым. Неужели эта громадина не хотела испугать его острыми когтями? Или он не умеет говорить?       — Я… — сипло начал монстр. Было видно, что ему уже давно не приходилось ни с кем разговаривать, потому что он растеряно бегал взглядом по комнате, даже не смотря на Драко, — Я Гарри. Мне приятно видеть Вас у нас в гостях.       — Я оставлю вас наедине. Прикажу подать ужин, — тут же вмешался канделябр, поспешив покинуть столовую.       Малфой сразу же вспомнил про Феликса, которого оставил на улице. Следовало попросить здешних обитателей заняться его другом, пока здесь есть хоть кто-то дружелюбно настроенный.       — Дамблдор, постойте! — остановил он Дамблдора, склонив голову к плечу. — Я оставил своего коня на улице, кто-нибудь может позаботиться о нем? Если нет, то я сам…       — Не говорите глупостей, мальчик мой, мы отведем вашего скакуна в конюшню и накормим. Даже не переживайте. Просто наслаждайтесь компанией и ужином, — доброжелательно пожелал он, загадочно улыбаясь.       Удивительно, насколько неуютной стала комната после ухода золотого канделябра. Драко совершенно не знал, о чем можно поговорить с чудовищем. Что уж говорить, если он даже не был уверен, что сам не станет чьим-то ужином! Наслаждайтесь компанией, ха. Вся симпатия к Дамблдору мгновенно испарилась.       Немного помявшись на месте, Малфой все же подошел неуверенно к длинному столу и, мимолетно проведя пальцами по его гладкой поверхности, присел на стул на противоположной к Гарри стороне. Тот присаживаться наоборот не спешил, лишь приглядываясь к Драко. Сам блондин сначала боялся слишком открыто рассматривать монстра, бросая взгляды лишь мельком, но спустя пару минут внешность Гарри уже не вызывала отторжения, да и сам монстр, кажется, был настроен не агрессивно. Если честно, то, кажется, сам Гарри боялся его даже больше.       — Вы не присядете? Я даже чувствую себя неловко, что хозяин дома стоит в углу, пока я так вальяжно расположился за столом, — попробовал завязать разговор Малфой.       Гарри сделал неуверенный шаг вперед, подбадриваемый легкой улыбкой Драко. После монстр застыл рядом со стулом, взявшись лапой за спинку. Теперь уже не отрывая взгляда от гостя, тот удивленно спросил:       — Ты не боишься меня? — это прозвучало недоверчиво.       — Я должен? — в ответ спросил Драко.       — Конечно нет! — поспешно заверило чудовище, плюхаясь на стул и клацая зубами. Он выглядел до неприличного счастливым, и Малфой улыбнулся еще шире. Как-то это все было довольно просто, а монстр совсем не вел себя как… как монстр. — Но я был уверен, что ты испугаешься моей внешности. В конце концов, я ведь чудовище.       Малфой не ответил, неловко сцепив ладони под столом и покусывая нижнюю губу. Он всегда знал, что следует сказать в той или иной ситуации, как подступиться к человеку, чтобы тот сделал то, чего ты хочешь. Малфои всегда умело подбирали слова, не обращая внимания на такие глупости, как совесть и чувства. Но сейчас Драко был вдали от семьи и всего того, что раньше формировало весь его мир, а Гарри вовсе не был еще одним политиком или наследником нужной для процветания бизнеса Малфоев семьи, льстить и врать ему не было смысла. И в то же время юноша никогда не смел говорить то, что действительно думал, так что и на этот раз сказать ему было нечего. К счастью, ситуацию взял в свои лапы именно Гарри.       — Так ты забрел в лес случайно? Или… или была какая-то причина убегать так далеко от города?       — Никакой причины, — слишком резко ответил Малфой. Поняв это, он поспешил исправиться. — Точнее, я не убегал из города. Я решил немного размяться, оседлать коня, а в пределах мэнора ездить не интересно, и я отправился в лес. Случайность, — Драко пожал плечами.       — Не нервничай так, я ведь не допрашиваю тебя, а так… интересуюсь. Если честно, то ты первый человек, который нашел поместье.       — То есть, ты тут всегда один? — удивленно спросил Драко, не веря своим ушам. — Даже никаких случайно забредших путников?       — Совершенно никого! — взмахнул он лапами. — За все десять лет я не встречал ни одного человека. Здесь только я, профессор Дамблдор и профессор Снейп, Ремус, Андромеда, Тедди и Гермиона. Еще есть старый слуга Кричер, но он почти не показывается из своей комнаты. В целом, все не так страшно, как кажется на первый взгляд. Мне почти не бывает одиноко, а если и бывает, то я просто прихожу к Гермионе, а она начинает столько всего рассказывать, что… В общем, она очень умная и умеет увлечь, — застенчиво закончил монстр, оборачиваясь на звук гремящей посуды.       К Драко подкатился маленький деревянный столик, и блюдо тут же перекочевало прямо к нему. Под изучающим взглядом Гарри он открыл крышку, вдыхая изумительный запах ростбифа и запеченных овощей. В бокал рядом с ним налилось алое вино. Малфой заметил, что Гарри подали то же самое, разве что ростбиф был более окровавленный. В целом, еда в Малфой-мэноре мало чем отличалась от здешней, так что Драко принялся за нее с удовольствием. Он даже и не думал, что настолько проголодался!       После сытного ужина, в столовую вкатился еще один столик, но на этот раз на нем стоял чайный сервиз и сладко пахнувший пирог. Драко хотел было уже потянуться к одной из симпатичных чашек, как та высоко подпрыгнула и раскрыла заинтересованные глазки.       — Ой!       Рука блондина дрогнула, чуть не задев рядом стоящий пухлый чайник, который сам собой отодвинулся подальше.       — Папа, а кто это? — детским голоском пропищала чашечка, задорно вертясь по кругу.       Очевидно, что отцом этой посудины и был чайник, потому что тот слабо улыбнулся Драко, словно подбадривающе, а потом носиком остановил непрерывно движущуюся чашку.       — Это наш гость. И тебе стоило бы представиться, а иначе ты покажешь себя очень невоспитанным, Тедди.       Чашка, названная Тедди, вдруг уставилась в гладкую поверхность столика, смутившись. А затем робко произнесла, меняя цвет каймы с голубой на красный:       — Здравствуйте, меня зовут Тедди Люпин! А Вас?       Растерявшись, Драко даже не сообразил сразу ответить. Лишь ждущий взгляд Гарри с другого конца стола заставил его собраться с мыслями.       — Меня зовут Драко. Рад познакомиться с тобой, Тедди, — он легким движением погладил чашечку по ее ручке, как бы здороваясь.       — Позвольте представиться и мне — Ремус Люпин. Мы рады, что кто-то посетил поместье спустя столько времени! — чайник говорил все это воодушевленным голосом, попутно наливая горячий чай в другую, неживую (слава Богу!) чашку. — Вы бы знали, как давно мы ждем гостей!       — Да я, в общем-то, ненадолго… Мне позволили остановится у вас на ночь, завтра утром я снова отправлюсь в путь, — как-то скомкано сказал Драко, почему-то сразу чувствуя себя виноватым.       После его слов в столовой воцарилась неловкая тишина. Напряжение было настолько ощутимым, что Малфой не почувствовал даже вкуса пирога, сосредоточенный на том, чтобы не смотреть на вмиг погрустневшего Гарри. Сервиз тоже умолк, а взгляд Ремуса выражал сильное разочарование. До чего же Драко докатился! В нем разочарован чайник. И чашка. Чайник и чашка, ну да.       — Спасибо за ужин, но я действительно уже устал, поэтому хотел бы отправиться спать, — Малфой, конечно, нагло врал, но выносить эту гнетущую атмосферу у него уже не было сил. Он встал из-за стола, оставляя недоеденный кусок пирога. — Какую комнату я могу занять? — обратился он к чудовищу.       — Я покажу! — Гарри резво поднялся с места, случайно опрокинув стул на пол. Он крепко зажмурился, стесняясь своей неловкости, а после попытался быстро вернуть стул в стоячее положение, задев при этом еще и стол. Драко прикрыл рот ладонью, скрывая улыбку.       — В общем, неважно, — спустя пару минут возни сказал монстр, поравнявшись с юношей. — Следуй за мной.       Пока они шли по однообразным мрачным коридорам, точь-в-точь как и те, по которым его вел Дамблдор, Драко мельком разглядывал чудовище вблизи. В целом, ничего особо страшного в нем не оказалось — он даже носил одежду! Простую рубашку и штаны, кажется, чудом подобранные по размеру. А вкупе со своей неловкостью и стеснительностью, монстра монстром назвать можно было лишь с натяжкой.       Остановившись у очередной двери, Гарри повернулся к Малфою, приглашая войти.       — Не знаю, кому раньше принадлежала эта комната, но мне она всегда казалась очень уютной. Надеюсь, что тебе здесь будет комфортно.       В целом, комната была обычной; единственное, что показалось блондину особенно привлекательным — это огромная кровать, выглядевшая до безумия мягкой, и изумрудный бархатный балдахин, весь расшитый необычными серебристыми узорами. Подойдя поближе и приглядевшись, Драко понял, что эти узоры — разные сцены каких-то историй. Гарри заметил его интерес и пояснил:       — Это сцены из одной легенды, точнее, сказки. Сказки о трех братья, — уточнил он. — Жили-были трое братьев…       — И вот однажды отправились они путешествовать. Шли они в сумерках дальней дорогой и пришли к реке, — завороженно продолжил Драко, проводя кончиками пальцев по узорам, изображающим трех братьев — Антиоха, Кадма и Игнотуса — у буйной реки. Затем он повернул голову к Гарри, белые прядки волос мазнули по его щеке, и монстр очарованно застыл. — Это любимая сказка моей тетушки. Она часто мне читала ее на ночь, когда гостила в мэноре.       — Это не совсем детская история, — аккуратно подметил монстр, незаметно рассматривая вьющиеся к кончикам волосы собеседника.       — Моя тетушка… — Малфой осекся, поняв, что чуть не сказал лишнего. — В общем, это просто история в ее стиле. И меня эта сказка никогда не удивляла, потому что мой отец довольно рано отучил меня верить во всякие глупости вроде волшебства, чудес и прочего. Он готовил меня к реальной жизни.       — Но ведь и в реальной жизни есть чудеса! — тут же возразил Гарри, проникновенно заглядывая Драко в глаза. — Они вокруг нас, во всем! Надо только верить и тогда…       Блондин хмыкнул, опуская руку от балдахина. Он обнял себя за плечи, облизывая пересохшие от волнения губы. Он всегда нервничал, когда ему приходилось говорить на такие личные и тяжелые для него вещи, особенно если он не мог привычно скрыться за своей маской равнодушия. С Гарри равнодушным быть почему-то не хотелось.       — Я в такие глупости не верю, — безразлично сказал он, собравшись. — Это все сказки для детей: любовь, дружба, доверие. Поверь кому-нибудь, и тебя тут же сожрут, вот, как это происходит на самом деле. Друзья предают, а любовь длится жалкие мгновения, оставляя после себя лишь боль. Чудес не бывает. А иначе сидел бы ты тут, в этом пустынном поместье, один? — спросил он.       Гарри отшатнулся от него, чуть не снеся своим массивным телом кресло. В его зеленых глазах плескалось столько невысказанной боли, но и этого для Драко хватило, чтобы отвести взгляд. О, уж он-то умел читать по глазам! И, к сожалению, сейчас ему это было не на руку.       — Я… — монстр напряженно застыл, а потом кинулся к двери. — Спокойной ночи.       Он даже не обернулся, сказав это. Может, так даже лучше, подумал Малфой.