Аватар: Легенда о Язаве

      Ранее в истории: Многие вещи можно было бы предотвратить, если бы люди умели читать мысли других…       Воздух… Как интересная и незримая стихия. Как кажется, в ней мало силы, но как же ощутимо чувствуется она, как только она сталкивается с другими элементами в виде преград…       Неужто вы думали, что с проста ветер в горах сильнее дует? А он злится, как только сталкивается с такой большой преградой. Ему не постижимо хочется сдвинуть эту горку камней. Он мечется. Рвёт! Колышет вершины, сталкивает камни сверху, у подножия он обязательно поднимает путников, подгоняя или сдувая их, словно зная, что с ними будет заранее…       Это та самая стихия, которую мы не видим. Именно благодаря неё – мы дышим. Именно она – разносит запахи. Только этот элемент разгоняет по себе звук. Именно с этой стихией мы живём каждый день и порой так не ценим её. Так всепоглощающе относимся, не отдавая себе отчёт что делать будем, если не окажется и глотка воздуха для вздоха. Будь то быть под водой, скованной пучинами вод… Или же поглощенными грудой земли или тех же камней… Оказавшись под рёвом огненной стихии… Или же в открытом космосе… Каждый! Думает о глотке воздуха!       И что же он? Ветерок, что так нежно и легко играет по траве летом? О, как же он трепетно и мягко щеголяет с каждой травинкой, каждым животным, или же духом. Ему приятно и с людьми поиграть…       Вот это он и растрепал волосы девушке, а она, уже игриво поправляя прическу перед интересным ей мужчиной поправляет их. В её глазах уже играет искра. Заигрывает с ним. А тот уже влюблен даже в эту игру! Любовь с первого взгляда? Возможно. Просто никто так и не заметил этого третьего участника, кто так ласково помог этой парочке.       Или… Это тоже он убаюкал маленького ребенка в люльке. Да-да! Пока малыш плакал, ветер заботливо подхватил листок с дерева, раздувая его, кружа прямо в воздухе, что маленький завороженно засмотрелся. Его внимание теперь сфокусировалось на этой магии. Он не знает, что это ветер играет с ним. Ещё пройдется по этим щечкам, слегка щипнув. И вот уже улыбка блещет в устах ребенка.       Как он же всклокочет по улицам города, раздуваясь, что опять ему понаставили преград! Как же ему не резвиться между переулками? Почему ему бы не пролететь между ларьками? А как ему нравится невидимой пеленой скатиться по этим крышам домов! С какой радостью он раздувает все эти исписанные листы рукописи писателя.       Ветер с такой игривостью сносит шапки и шапочки людей! Поднимает юбки девушкам. Разносит и кружит запахи и лепестки цветов! Бьются с бешенным стуком железные баки от покачивания ветром.       А с какой он радостью встречается всем тем, кто мчится на скоростях… хотя бы на том же двухколесном велосипеде, а может даже и воздушном самокате…       Он встречает потоком воздуха, в своих объятьях всех, кто носится! Взъерошивает волосы, раздувает щеки, бьёт ответным встречным воздухом всех, кто проходит сквозь него.       Он быстрый, он медленный, он мягкий, теплый или холодный, легкий, или носит брызг воды от бриза… Ему… подвластно и быть торнадо…       Среди облаков встречаются два таких ветра… Их встреча подобно битве или танцу. Их невидимые тела никто не видит, пока они не подходят друг к другу. Только истинные маги Воздуха сразу замечают, когда природа сама создаёт бушующую силу из воздуха. Они и ощущают, как сталкиваются холодный и теплые ветра на уровне облаков и…       Они кружат друг с другом…       Эти ветра становятся преградой друг другу. И никто из них не хочет другому уступить…       Они цепляются в друг друга в смертельной хватке. Они душат себе подобного. Им важно выйти победителем… И только теперь воздух приобретает черты опасности… Ветер гуляет везде, но теперь же этот появившейся торнадо, он же ураган, он же смерч готов разнести всё на своём пути!       Он с легкостью поднимает всё что попадается на его пути. Вырывает с корнем деревья… Если эти потоки встретились в море, то вздымаются волны! Проходят водяные бури. В песках пустынных песчаные бури разверзают землю и закапывают путников, и так изможденных горячим солнцем. В горах это накатывает снежной бурей. А городах разносит жилые дома на куски, иной раз поднимая с фундаментом. Уносит людей, животных, духов. Кружа всё, он разбивает всё это, размажет по стенам, раскидает, что потом костей не соберешь…       И эта стихия подвластна лишь тому, кто способен подумать подобно ветру… Подобно потокам воздушным… Неистово свистит, задувая в щели… Неимоверно пробивая преграды… Мощно сдвигая всё на своём пути… И как капля точит камень, так и воздух своими упругими и в тоже время жесткими движениями придаёт форму всей природе…       Что мир людей, что мир духов, они пропитаны им… Он гуляет здесь и там… Он даёт жизнь. Он же способен её и погубить, не предав значения собственной силе.       Воздух настолько пропитан величественностью, безмерностью своих границ, что не каждый может ощутить ту самую тонкую грань, когда человек обладающий этой магией способен и летать, отпустив свои земные привязанности, а ещё и оставив свою душу на земле. Ему ведь так близки по духу небесные просторы, холодный разряженный воздух, полная душевная возвышенность над миром, что этот маг уже не чувствует собственное тело. Но ему же подвластно парить меж облаков, духом своим почувствовать легкость, сняв все оковы земные.       О, этот сладостный миг полёта!       О, как же воздух сам по себе притягателен, пока его незримая черта, что так с легкостью проходит по окромке сферы планеты держится у её поверхности. И как безграничен простор, открываемый тому, кто решил пробиться сквозь оплот досягаемого только остальными… Воздух перестаёт существовать и открываются блики, просторы и вид космоса… - Нет, ну, ты только послушай это!       Надоедливый голос опять насвистел в ухо, как вечно жужжащая муха. Стоило только отвернуться, как эта настойчивая рекомендация снова прозвучала. - А как он только фальшивит! Ой-ё-ё… Я прям уже не могу, Ёкодзуна! У меня уже кровь из ушей сейчас пойдет!       В это время на весь кабинет были слышны только эти глухие удары по натянутой плотной ткани…       БУМ! БАМ! БУМ! БУМ! - Не, ну, кто так бьёт? Разве так можно не в такт играть по нотам? Ёкодзун! Чува-а-ак! Чел? Ну!       Юноша толкнул прямо в бок друга, что тот неожиданно подпрыгнул на месте. В воздухе у него замаячил карандаш, что он так ловко стал ловить между обеими руками, пока тот старательно падал вниз под парту. Но чтоб всё-таки не нарушить идиллию, при которой играл на барабанах их одноклассник, а учитель проверял как тот выучил свой отрывок.       Ёкодзун словил карандаш у самого пола. А вот как раз его друг тут же схватил листок, на котором тот так старательно выводил весь урок что-то. - Красиво-о-о! - Отдай, Юнхуа! Я его ещё не докончил! - Так уже классно получилось! Что-то тут ещё черкать? - Юнхуа! Я и так вижу, что нужно. Отдай!       Но его друг всё никак не хотел отдавать этот рисунок. На простом листке, где они обычно прописывали ноты красовался, настоящий потрет девушки. Этот юный художник уловил все черты своей музы и легко передал её настроение…       Девушка на рисунке нежно обнимала себя за плечо, поправляя лямку майки. Её каштановые локоны спадали на лицо и второе плечо. Её нежная улыбка. Игривость в глазах. То, как её корпус был слегка повернут. Эту мимику и движения художник воспроизвел в своей памяти, практически с каждой её встречи с подружками. Эти веселые хохотушки ни на минуту не расставались. И она была с ними. Также весело и звонко смеялась. Иногда Ёкодзуна не знал и задавался вопросом что первое ему понравилось в Джингуа? Может всё-таки голос? Или её милое личико? Быть может то, как она двигается? Или… как крепко и по-настоящему волшебно она играет на эрху?       Через несколько людей опять послышалось, как та самая пятёрка подружек тихо хихикали. И она вместе с ними. - Девушки, тише! – Рявкнула учительница по музыке. – Продолжай, Бжинг! Вот лучше ещё раз повтори прежнюю часть. - Но я уже… - Ученик уже сам устал играть. - Меня сбили с ритма! Класс, спокойно! Дайте вашему однокласснику доиграть!       Юнхуа повернулся к другу. - Ему ещё учиться и учиться! Дружище, ну, когда ты уже сознаешься ей в своих чувствах? - Потом! Верни лист!       Два друга вцепились в один лист. Пока один тянул себе, второй пытался вырвать. - Вот не зря говорят, что талантливый человек, талантлив во всём! - Юнхуа крепкой хваткой держал лист одной рукой, а второй выписывал щелбаны лучшему другу, чтоб тот уступил картину. - Можно подумать, что играть на цунги большой талант нужен. Моему отцу это втолкуй! Отдай рисунок! Ай!       У друзей только кавардак случился. Их шуточная баталия перешла на то, что в итоге они оба свалились посреди класса, опрокинув свои места, включая соседние. - Мальчишки! Ёкодзуна! Юнхуа! Что за драку устроили?       Им пришлось тут же встать. Виноватыми лицами смотрели в пол, пока учительница Дандан отчитывала их. - И это на уроке искусства! Безобразие! После уроков к директору!       Вместо угрызения совести у Юнхуа вырвался тихий смешок. - Ты чё? – Очень тихо спросил Ёкодзуна. - Вспомнил как соседскому псу в прошедшие выходные подложили в миску пургена. Я только сейчас осознал, что его хозяевам пришлось убирать за ним… Везде…       Тут подавил смешок и Ёкодзун. Это больше походило на прерывистый взрыв хрюканья. - Что смешного молодой человек? - Ничего… Я это… Гхе-гхе! В горле запершило. Гхе!       Конечно, пока эти два веселых друга пытались сдержать свои накатывающие эмоции, никто из них и не заметил, как тот самый рисунок при общем падении пролетел к ногам одной из подруг Джингуа. Она поняла, что нужно немедленно показать другим, в частности и самой музе.       Девчонки заулыбались, захихикали, а Джингуа раскраснелась, понимая, что для кое-кого послужила поводом для рисунка.       В это время тот самый художник сдерживал губы, дабы подавить нахлынувшие эмоции. У друга от воспоминаний уже текли слёзы по углам глаз. Стоял весь красный. А учительница ругала и ругала, что они ей урок сорвали. Но стоило и Ёкодзуну увидеть, как перешептываются и улыбаются одноклассницы, а особенно Джингуа, как он потерял контроль.       Заразительный смех друга и большая впечатлительность парня перешло резко в громкий хохот, что казалось всё вокруг сотрясается и трясётся. Теперь зашумел весь класс. Кто-то тоже покатился со смеху на пол!       Преподаватель была вне себя от ярости. Схватила обоих учеников за уши и повела в директорский кабинет. - Ну, вы представляете себе такое?! Я их отчитываю, а они ржут! - Госпожа Дандан, так дело молодое. Не плакать же им на уроке! - Да, пусть свои эмоции где угодно, но не в классе проявляют! Я не запрещаю. Но урок дело святое! Если бы они не были лучшими на цунги и барабане, то уже давно выгнала бы из школьного оркестра!       Два друга ещё оттирали красные уши. Уж очень горели. Было ощущение, что слуховые аппараты им реально хотели оторвать. - Поняли? Если бы не ваши заслуги перед школой, то… Уже прогнали бы. Убирайте свои смешочки и учитесь дальше! – Директор опустил глаза в пергамент после того, как отчитал нерадивых хулиганов.       Мальчишки закивали. - Господин директор, и это всё? Может накажем их? – Не унималась тощая учительница в очках. Она и сейчас не отпускала из рук дирижерскую палочку. - Да, перестаньте махать этим! В кого-нибудь сами им ткнёте! За что наказывать? За то что дети посмеялись? - Они мне урок сорвали! На кону концерт! Будут важные лица… Выступать от всего города. Возможно будет даже сам Лорд Огня! Президент!       Директор Сяомин хлопнул кулаком по столу. - Вот, Дандан! Вы вечно преувеличиваете и драматизируете! Хватит! Концерт в честь духа Хей Бая, это ежегодная традиция. Наконец-то он пройдет через пару месяцев… Да, мы наконец-то участвуем. Да, благодаря нынешнему составу учеников. Я помню, как вы про это говорили… Но вы слишком переживаете! Сосредоточьтесь на программе, в конце концов! К примеру сегодня, что учили? - Я пыталась найти кто может быть дублёром некоторых учеников. Вдруг заболеют. - Бжинг ужасно играет! – Вставил свои пять копеек Юнхуа. - Хоть где-то с тобой согласна. Ему бы что попроще дать… - Ну вот же! Вам есть чем заняться, госпожа Дандан! Всё! Только перестаньте волноваться. - Между прочим… - Поправила свои очки преподаватель по музыке. – У меня есть повод для волнения. Ёкодзуна единственный, кто так умеет играть на цунги. У мальчика дар играть на этом духовом инструменте. Я не могу найти ему дублёра. - Или найдете… Или он не заболеет… Дайте ему витаминов, поите чаем лично, да ежедневно… Что угодно! У меня скоро проверка будет в школе. А вы всё никак не можете наладить порядок в классе. Идите уже к себе!       После урока музыки друзья пошли по коридору. У Юнхуа забурчал живот, нужно было срочно перекусить. Но перед входом как на зло Ёкодзун встал как вкопанный. - Пошли! Я ещё есть захотел, когда у директора Сяомин сидели. Он хотя бы не долго нас держал. Ёкодзун?       До этого у ученика тоже немного уже стало сосать под ложечкой, но только одно чувство могло его так остановить на месте. Точнее он стоял и не мог налюбоваться кое-кем. - Чел? - Юнхуа уже встал перед ним, ожидая, что друг очухается. Следом он сам пристально посмотрел в сторону куда так уставился его одноклассник.       Это опять пять весёлых подружек о чем-то смеялись, перешептывались. Смех Джингуа среди всей прочей толпы он слышал более четко и сразу мог отличить среди прочих голосов. Её голос звучал намного более звонким чем у других. Тон этого голоса был слаще любых мелодий, сравнимый только с пением птиц, и то это щебетание было несравнимо с ней. - А мне её подружка Мейронг нравится! Эх… – Вздохнул Юнхуа. – Она когда смеётся, то прихрюкивает. Так прикольно! - Ага… Вот бы нам ещё троих друзей найти, чтоб на каждую другую её подругу закадрил. Тогда можно было бы и всей командой к ним пойти. - И не говори! Всё понять не могу, почему все девчонки ходят группами? Почему нельзя по одной ходить? Ну, или максимум вдвоём? Как нам к ним подкатить?       Ответ парням стал ясен буквально меньше, чем через минуту… В коридоре резко стало тише. Смех и гам прекратились. Все младшие ученики замерли на месте. Каждый из учеников, кто стоял в коридоре рассеялись влево и вправо вдоль стен… Из больших школьных дверей, выходящих на местный стадион, вышла команда старшеклассников спортсменов. Гроза школы…       Местные бунтари и хулиганы! Вот из-за кого больше всех жаловались преподаватели… Точнее пробовали. Тут только директор мог усмирить этих силачей. В школе все знали, что господин Сяомин мастер в магии Огня, и умеет направлять молнии. Редко, кто удосуживался попасться ему в такую разгневанную руку. Но случаи были… И про это написали в своё время в местной стенгазете. Опубликовали рядом с полученными кубками школы в куайбол, Пай-шо, и за второе место в «Силовом диске». Но все первые места в куайболе были именно за нынешним составом. Те, самые, кто теперь не давал покоя ученикам. Дерзил учителям. И вечно подстрекали на драку школьного садовника.       Они задиры… Им не особо нравится учиться. Зато урок физкультуры для них в приоритете. И быстро сообразив, где эти парни могут использовать свою физическую силу, прогонять тестостерон, и неуёмные гормоны. Так что по крайней мере второй человек в школе был их явным авторитетом… Тренер Цзяньпин. Бывший бравый военный в народе Огня. То, что он служил говорили его многочисленные шрамы на теле и несколько на лице. Вечно недовольная ухмылка. Но больше всего красовался его ожог на левой руке от локтя и до самого предплечья. За годы войны мужчина обрёл седину и его подкосившееся здоровье заставило ходить с палочкой. Его временами мучала подагра, поэтому иногда ученики его возили на коляске. Но тот старался это делать меньше всего.       Расступились все… Кроме девочек старшеклассниц. Именно к ним и подошла целая школьная команда. - Ну, привет, красотка! – Довольно ухмылялся капитан команды «Бешеных львов-кабанов». Дэшэн был их лидером все годы и с первого же учебного года он постоянно унижал других учеников. С младшеклассников он тряс деньги. От ботаников он требовал сделать за него домашку. Преподаватели… просто его боялись. С каждым годом его наглость росла. Но ещё ни разу он не выиграл в другой битве… Завоевать любовь у Джингуа. Именно она из всех девчонок в школе была ему интересна. И как бы неказисты были его подкаты, но он всё упорно и настойчиво пытался доказать ей свою любовь… В своём понимании. - Ты это кому? – Спокойно обратилась Джингуа. Она слегка встала на цыпочки, чтоб показать, что даже не собирается показывать ему, что может быть подвластна его попыткам. - К тебе, конечно! Ты идешь со мной на танцы, сегодня вечером. – Подмигнул ей. - Хм… Как интересно. А моё согласие ты спросил? - Ха! Ты ведь хочешь пойти со мной? - Нет!       Этот спортсмен побагровел, но сдержал эмоции. Он стиснул губы. Его янтарные глаза пылали внутреннем огнём. Сжал кулак, который походу загорелся пламенем… И ударил им по ближайшему шкафчику какого-то ученика. Девчонки вздрогнули от стука, но Джингуа нет. Она уверенно стояла и смотрела весьма спокойно. - Теперь тебе придётся ещё за порчу имущества школы платить! - Ты-ы-ы… Будешь моей! Запомни это! Я добьюсь того, что в один прекрасный день ты сама приползёшь ко мне и будешь ластиться ко мне! - Скорее Аватар Аанг восстанет из могилы и сотрет тебя в порошок! - Так это… - Рядом с Дэшэн звучно проблеял один из друзей спортсмена. – Сейчас эпоха Аватара Шинору. Земля, а не воздух! - Заткнись, Чжиган! Тебя ни один Аватар не спасёт от моей любви детка. Запомни это! Только я и ты! - Я скорее проглочу яд, чем буду встречаться с тобой! - Ты такая миленькая, когда злишься. – Этот задира хотел прикоснуться к её лицу. К этой нежной коже, румяным щечкам. Розовым алым губкам.       Но в ответ дерзкая и своевольная девушка лишь клацнула зубами. - Злючка! Ты мне и такой нравишься. Я позвоню тебе. – На прощанье он подмигнул ей.       Хорошо, что её подруги стояли вместе с ней. Только они и ощущали, как подруга на самом деле дрожит, когда он приходит. Поэтому они не на секунду от неё не отходили. Знали какой мандраж брал её. Как бешено колотилось её сердце. Внутри она его боялась, но не из-за его грозного вида…       Однажды в Кальдере орудовала банда хулиганов, которые воровали деньги с игровых автоматов. А её старший брат поймал этих горе-грабителей. Вот среди них был как раз тот самый главный задира её школы. И брат рассказал ей каков её одноклассник на самом деле. Она и до этого его не воспринимала за потенциального ухажера, а после рассказов от Юйлуна стала больше того изгибать. Возможно, парня это даже задело эмоционально. Теперь он мечтал добиться её, в качестве личного трофея. - Я думаю надо проверить как она. - Чего? Ёкодзун, ты совсем что ли? Да после этих здоровяков я даже не дышу пять минут! Давай в столовку!       Но юноша решительно пошёл в сторону своей пассии. Только стоило ему не дойти ещё нескольких шагов, как его привычный стресс вернулся. Опять ноги стали ватными, хотя вот сейчас шёл уверено. Ему очень хотелось обнять девушку, спрятать от угроз амбала спортсмена, но теперь и ему самому требовалась моральная поддержка. В горле стало сухо. Он опять стоял как статуя на одном месте. - Да ты не волнуйся так! – Разговаривали между собой девушки. - Во-во! Мейронг дело говорит! Ты всё правильно ему сказала! - У тебя холодный пот выступил? Сейчас дам тебе салфетку, Джингуа.       Подруга полезла в свою сумочку за тем, что озвучила… Ох, ух эти женские сумочки! Чего там только нет и что только не встретишь! Лан стала перебирать всё что было у неё там. Так пока помимо салфетки из сумки не вылетел какой-то листочек, что так мягко упал на землю лицом вверх. В буквально смысле этого слова… Это был рисунок Ёкодзуна! - Вот где мой рисунок! – Он тут же подхватился и хотел забрать. Но тут и девушки его услышали. Все разом повернулись к нему. - Это ты меня нарисовал? – Джингуа, кажется, в первые посмотрела на него за всё время учёбы. Ему стало неловко от такого взгляда. Но она не смотрела на него как зверь, скорее мягко. И была очень удивлена. - Э-э-э… Нет! Это моего друга… знакомого… Я не знаю, кто это нарисовал.       Он боялся того, как она на самом деле отреагирует на истинного автора дивного портрета на листке. Вдруг будет ругаться. Скажет, что он влез в личное пространство девушки. Как он смел о ней думать.       А она же мило улыбнулась в ответ. - Мне очень понравилось… как нарисовал твой друг… знакомый. - А хочешь я нарисую ещё? В смысле тот самый друг нарисует? - Можно. – Немного стесняясь произнесла она. – Передай своему другу, что он очень талантливый.       Девушка залилась румянцем. Глаза опустила в пол, показывая свою застенчивость. А в груди Ёкодзуна всё пылало. Он был на седьмом небе от счастья, что девочка, которая ему так нравится оценила его художество. Парень почувствовал себя окрыленным. Готовым свернуть всё что угодно ради неё. Хоть сто её портретов нарисовать. Посвятить ей музыку… Она его муза, а он её тайный воздыхатель.       К нему подошёл друг и очень довольно заулыбался другой девушке. Той самой Мейронг. Она же скромно заулыбалась ему в ответ. - Ну, мы это… в столовку… Хотите с нами? – Стал предлагать Юнхуа. У него на время поборолась робость. Тоже окреп духом. – А то этот бугай всем аппетит испортил. - Да-а… И своими потными руками размахался тут. Рослый детина… У него обе ноги левые!       Парни хотели поднять настроение девчонкам. И сначала было неплохо, но как-то резко их небольшая женская аудитория сменилась в мимике. У них стали большие глаза и смотрели куда-то повыше их самих. - А ничего, что этот рослый детина забыл здесь свои перчатки и стоит сейчас за твоей спиной вместе с потными руками?       Этот голос заставил их остановить свой местный стенд-ап. Оцепенеть на месте. Дэшэн реально стоял за их спинами и угрожающе дышал им в спины. Мальчишки обернулись.       Всё что помнил после этого Ёкодзун как повернулся, это стоячего возле него задиру и как тот с размаха нанёс ему удар. После чего юноша ничего не помнил. Всё помутнело в его разуме.       Сквозь шум в голове, на перебой со звучными барабанными перепонками были как-то отдалено слышны какие-то визги, крики, ощущение, что его кто-то поднимает. У лица появилось что-то холодное. Ноги у него не держались, но чётко чувствовал, что его волокли.       Открывая глаза парень увидел, что вокруг него улица и как он вроде приближается к своему дому. - О! Очнулся, наконец-то! Я тебя еле дотащил после драки! – Конечно, это был его друг. У того красовались ссадины на лице. - Что случилось? – Еле выдавил из себя Ёкодзун. - Да этот утырок Дэшэн побил нас. Он тебе поставил фингал, а я тоже огрёб как видишь. Но тебе досталось больше. Поэтому у меня есть силы доставить тебя до дома, потом сам пойду. - О-о-о… - Простонал парень. – Теперь ясно чего голова так болит. – Надо быстро прошмыгнуть в мою комнату, чтоб дома никто не увидел. - Особенно твой папа! - Ага…       Дома, как всегда, было шумно, переполнено звуками, пахло одновременно стиркой, готовой едой, горшками, глаженным бельём, мылом и ещё какими-то запахами. Парни заторопились, но тут мимо пробегала одна из младших сестёр Ёкодзуна. - Папа! Мама! А у Ёкодзуна фингал под глазом! Большущий! - Цыц! Киу! Тихо! Юнхуа, пошли уже.       Но не тут-то было! Послышались хлопки и мужской голос, который, судя по всему, ликовал от услышанного: - Ну, наконец-то, в этом доме вырос ещё один мужчина! Сына! Подойди сюда! Дай полюбуюсь! - Не надо, я лучше прилягу… - Я сказал, сюда подошёл! – Голос у Чуньшена был очень властным. Сразу слышалась вся служивая выправка, волевой характер и его профессия, которая из его головы не выходила даже дома.       Друзья поплелись в гостиную на звук голоса папы Ёкодзуна. - Мама! – Всё ещё орала Киу. – У Ёкодзуна фингал! - О, духи! – Послышалось из кухни. Беременная женщина тут же вышла, держа одной рукой годовалого ребёнка на руках. В замызганном халате, взъерошенными волосами и с усталыми глазами. Потому что не высыпалась… - Ты же мой бедненький! Сейчас дам льда! - Да не надо… Хотя, да! Спасибо! - И действительно! Не надо! – Поднял голос папа большого семейства. – Пусть само рассосётся! Шрамы для мужчины — это его украшения. Ну! Давай рассказывай! - Что? – Не понимал сын суть вопроса. - Как? В смысле? Как подрался? Сколько их было? Кому из них втащил?       Парни переглянулись. Ёкодзуну не очень хотелось сознаваться своему папе, что противник был один и он ему ничем не ответил. Даже не помнил, как всё прошло. Но видимо его друг думал по-другому. И из лучших побуждений стал рассказывать за него: - Их было пятеро! - Во! А вас двое, да? - Нет! То есть да… Ну, это было в школьном коридоре. Сами понимаете, господин Чуньшен, что людей полно, поэтому… мы вдвоём вообще были против них… - Ага! Ну, начало мне нравится. Продолжай! - Они это… Это у вас чё? А мы такие… А это вас не касается…       Отец понимающе кивал. Его улыбка с каждым словом друга сына возрастала до ушей. Глаза больше блестели. Было заметно, что он только радовался такой истории. - Угу… - Ну и они нас толкнули плечом. Мы им… Это вы чё нас задеваете… Даже кулаком по одному шкафчику ударили, что вмятина осталась… - Во, силища! Ха-ха-ха! Мать, слыхала? Я знал! Знал, что всё-таки мои гены в нём проснуться рано или поздно! А ты всё музыка, музыка! Боец вырос! Всё! Армия Огня ждёт тебя… Сейчас мы это отметим…       Чуньшен уже полез было за рюмкой. Откуда-то появилась бутылка рисовой водки. Тут уже появилась и мама. - Это что такое? Чуньшен! Ты мне что обещал? Я сколько раз говорила при детях не пить! Чему ты их учишь? - Да тут такой повод! Сын у нас драться стал наконец-то! А то, что ты мне понарожала десять девочек и одного сына? - Что-о-о? Ах, ты не благодарный! Я из декрета, который год не выхожу! Сейчас двенадцатым беременна, а ты всё угомонится не можешь! - Потому что сына мне надо! Продолжение фамилии! - Как тебе только не стыдно?! – Заорала Лилинг. – Я ведь больше не работаю из-за всех этих пелёнок-распашонок! Забросила свою мечту! - Быть телеведущей? А я, между прочим, мечтаю пополнить ряды армии Огня! Мы родились и живём в такой прекрасной стране, а ты… - Ты меня забрал из Царства Земли! Из Ю Дао! - Ладно, блин! Не в этом суть… Во, смотри! Ликин, доченька ты кем хочешь стать? Ты же у нас маг Огня. Будешь как папа в стражах Кальдера служить? - Нет! Я хочу быть принцессой! – Сказала семилетняя девочка. И побежала по своим делам. Видимо в куклы играть. - В этом доме вообще есть хоть кто-то, кто хочет быть мужиком? Полезным своей стране?       Два друга чувствовали себя не уютно от этой ситуации. Ощущение неловкости видимо было только у них. - Вот поэтому я и хочу выпить! Повод хороший… - Пап! Папа! Я не дрался ни с кем! - Чего? - Я не дрался. – Выдохнул Ёкодзуна. Он знал, что папе лучше не пить, ведь он начинает пуще прежнего орать, когда пьяный. - А как же… Юнхуа рассказал… - Он видимо больше меня помнит, что было, когда тот пацан меня вырубил… - За что?       Сын молчал. Отец ещё более грозно посмотрел на него. Ещё немного и он взорвется. - Я нарисовал его девушку! Ну, она не его вроде… Или как там у них… - Художник, значит? – Пауза от папы. – Тьфу! Лилинг! Можешь быть спокойна, пить мне сегодня нет причины! Или может разрешишь сто грамм?       За что получил от жены тряпкой по голове. Видимо она против.       Юнхуа дотащил Ёкодзуна до его комнаты. Попутно ещё другие его семь сестёр пробегали мимо, похоже они играли в догонялки, и подстебали старшего брата, что тот подрался с кем-то. - Ох, уж эти девчонки! И как ты с ними всеми под одной крышей живешь? - Да, хотя бы Мейли как самая старшая полгода съехала от нас. И считаю правильно сделала! Этот год доучусь и пойду работать, если не сразу в Республиканский город отправлюсь! - А как же я, Ёкодзун? - Ну, хочешь и ты со мной езжай. Но я тебе давно говорил, что не хочу дальше тут находиться.       Парень с большой радостью растянулся на кровати, прикладывая мёрзлый кусок мяса из холодильника. Друзья собиралась спорить о разных приоритетах в жизни, как в дверь постучали. Юнхуа дернулся, чтоб проверить кто это. - Если это опять одна из моих сестёр, дабы поржать надо мной, то вали отсюда! – Громко прикрикнул единственный брат, чтобы его было слышно по другую сторону двери. - А родного деда-то впустишь? - Драсти, деда Вэйдун! - И тебе не хворать! Ёкодзун! Дай поглядеть на твою красоту… - А-а-а-а! Да почему мой фингал в этой семье прям такая большая достопримечательность? Деда, да я не дрался… Этот хулиган… - Да, я не про это! – Дед подсел рядом к внуку. – Я ведь правильно расслышал, что из-за девочки?       Внук кивнул. - Хорошенькая? - Ну, деда! – Простонал от стеснения Ёкодзун. - Она реально самая красивая в школе! Хотя как по мне, её подруга Мейронг больше нравится. - Видимо девчули очень красивые. – Растянулся в улыбке старичок. - Ага! - Юнхуа решил всё как есть выложить единственному взрослому в семье друга, которому стопроцентно доверял. – По ней все пацаны сохнут! И спортсмены, и ботаники, и все из школьного оркестра… - Юнхуа! Вот зачем ты так про неё? Она… Она же не со всей школой встречается! - А она с кем-то ходит за ручку из них? – Уточнил дед. - Ну… нет… Я такого не видел… Юнхуа ты видел, чтоб она с кем-то ходила за ручку? - Неа! - Но ей, наверное, портфель носят, подносят что она просит как-то видно, что стараются ухаживать? – Не унимался Вэйдун. - Есть такое… Да. - Значит она ещё выбирает. Тебе не к чему ревновать. - Да, я и не ревную! С чего ты взял? - Потому что иначе бы ты не заступился. Мне ты внучок можешь всё рассказать. Папке я ничего не расскажу. - Ага! А маме? - Дочка моя, и так вся в хлопотах! Она только рада будет, если сам повзрослеешь… - Как Мейли? - Да… Как Мейли... - Дедушка Вэйдун! А как понять, что девушка уже перестала выбирать? Или как сделать, чтоб… всё-таки она меня выбрала? - Тебе же её подруга нравится, верно? Но я тебе на примере этой популярной на всю школу девушки объясню… Вот у неё поклонники. Это хороший признак! Я знаю о чем говорю! За твоей бабушкой, Ёкодзун, ой прям толпа бегала! Вся такая не преступная, гордая, дерзкая. Ух, вертихвостка! Но я её сердце завоевал… Видишь, что у неё полно ухажеров, а ты присмотрись к ним для начала. Что они делают? Как себя ведут с ней? Может они что-то ей дарят? Будь внимателен! И попробуй в этом переплюнуть их! Этот какой-то ухажер ей цветочек, а ты ей букетик… Кто-то подарил книжку, а ты… Альбом! А лучше украшения, девушки их, ой, как любят! - Украшения — это дорого! – Застонал Юнхуа. – Может что попроще? Почему с девушками нельзя, чтоб они ничего не просили и не получали подарки? - Потому что ты так показываешь, что ей можешь дать! По этому принципу они себе мужиков и выбирают! - Как всё сложно… Найду себе какую-нибудь тогда попроще девушку… - Друг мечтательно посмотрел в окно, потом на висячий постер рок-группы, где в том числе была участницей девушка. - Если выберешь себе девушку попроще, то и легко расстанешься с ней! Запомните, молодые! Чем проще девушка, если она согласна на меньшее, тем быстрее с ней станет скучно! Она быстро вам надоест! Лучше хулиганистую, да хоть оторву, но с ней скучно не будет… - Ага-а! Чтоб как ты в старости лет от бабушки огребал? Ой! Прости, дедушка! - Да, ничего… - Пожилой мужчина вздохнул, слегка потупив глаза в пол. – Мне её, конечно, не хватает… Но каждый прожитый год с моей любимой Лули был как сказке. Хорошо, что пару лет назад твои родители сами меня забрали к вам. Тогда я точно не знаю, как пережил бы горе… Эх! – В комнате воцарилась тишина. Дед грустил, но в этот раз уже без слёз, а юношам стало стыдно. – Ладно! Хорош грустить! Я чего пришёл… - Он как-то интересно улыбнулся внуку. В его глазах читалась какая-то искорка веселья. – Девчонки любят подарки… Подари ей это… И сразу переплюнешь всех своих конкурентов.       Дедушка Вэйдун выложил из кармана камень с размеров с мужскую ладонь. Он переливался в разные цвета радуги. Его ровная округлая поверхность искрилась словно просторы космоса со звездами. - Вау! Это что? - Этот камушек я подарил твоей бабушке, как только мы с тобой и твоей мамой вернулись из Республиканского города через несколько дней после твоего рождения. Я его относил там к местным ювелирам и магам Земли, но никто из них не определил, что это… Только один повелитель Земли сказал, что это не естественный камень, а какая-то смесь. Просил оставить у него на опознание, но я не стал! Ух, жук! - А где ты его взял? - Вот это самое странное! Он почему-то был в стене одного из высоких домов… Пока Лилинг лежала на сохранении, чтоб ты родился. Я места себе не находил. В итоге решил проветриться… Стал гулять по городу. Так засмотрелся в тот вечер, как всё там светиться, искрит, просвечивается прожекторами, как вдруг… Смотрю, что в одном таком небоскребе на… Ну, не очень прям высоком, но и не на низком этаже что-то отсвечивает, когда прожектор попадает туда. Я долго не думая забрался по лестнице, что для пожарного выхода служат и нашёл его… Возможно его кто-то там оставил. Этаж может был… двадцать восьмой… Он точно был зачем-то спрятан от людских глаз. Но я и тогда смотрел на него как завороженный. Вот и скомуниздил его. Хе-хе! - А вдруг есть люди, которые его ищут? - А если кто и ищет этот камушек, то зря его там оставил! Никто не догадается, что он теперь в Кальдере! Главное, что твоей бабушке такой подарок был по душе. - Разве тебе он не напоминает о ней?       Старик задумался. Но по его улыбке было заметно, что камень в качестве подарка он передаёт искренне и с чистой душой. - Как знать, может теперь он будет в твоей будущей семье напоминать о любви.       От этих слов даже ощущение фингала у Ёкодзуна на время прошло. На следующий день ещё оставался оттек. Но теперь он был не такого сине-фиолетового цвета. В этот раз он впервые послушался папу и ходил с этим «шрамом» не прикрываясь. Хотя Чуньшен сказал носить гордо, но никакой гордости юноша не испытывал.       В коридоре опять виднелись высоченные спортсмены, но друзья их старательно обошли. Больше всего не хотелось попадаться им на глаза, но при этом наконец добраться до Джингуа и её подруг. Только в этот раз вокруг них крутились и другие старшеклассники. Девушка была со всеми ними мила и добра, кроме Дэшэна, тот получал лишь укоризненный тон и вообще полную холодную дистанцию. Но если бы его это могло оттолкнуть… Ох, если бы!       Так прошёл один, второй день… Третий…       Терпение у Ёкодзуна стало пропадать. Его уже не смущало наличие подруг у его музы, но все эти конкуренты… Были как назойливые мухи-короеды. Им что ли там намазано чем-то сладким и вкусным?       Прошло возможно этак с неделю, как он увидел свободное пространство рядом с Джингуа. Та, как всегда, хихикала с подругами и что-то обсуждали. При виде одноклассника-художника она даже как-то переменилась в лице. - Привет, Ёкодзун! Как твои дела?       О, духи! Этот голос… У него всё в душе запело на радостях, что он заулыбался как дурак. - Чего молчишь? – Мягко спросила она и вновь мило улыбнулась. - Я… это… Привет! Хотел… принес тебе… Гхем! Джингуа! У меня есть кое-что для тебя… Хотел подарить… Вдруг тебе такое понравиться… - Вау! Джингуа принесли подарок? Круто! Дари скорее! - Мейронг! Перестань! Так это правда, у тебя есть подарок для меня? - Да… Только можно я тебе его подарю наедине? - Ёкодзун, меньше, чем через полторы минуты будет урок. Дари сейчас! – Запротестовала вторая подруга. - Да, тише девочки! Хотя, они правы Ёкодзун. Не томи! Я вся в нетерпении. - Ладно…       Он пошарил в кармане и из салфетки вытащил камень неописуемой красоты. Его переливчатый радужный окрас казалось ещё больше пестрил красками, нежели до этого в комнате от искусственного света. Его гладкая форма блестела. Он, казалось, сверкал. Эти блики отражений в нём сверкали подобно звёздам. - Вау-у-у! – Заохали все девчонки, включая и тех, кто в этот момент мимо проходил. Все замерли от такой красоты. - Он такой замечательный! - Джингуа была в восторге. – Это правда мне? Какой чудесный подарок, Ёкодзун!       Девушка вот-вот должна была его взять, как мгновенно этот прекрасный камень выхватила грубая мужская рука. - Так, так! Какой у тебя чудесный подарок, Ёкодзун! – Передразнил главный задира школы. – Спасибо. Это очень щедро с твоей стороны. - Это не тебе! Это мой подарок для Джингуа! - А что такое, я, по-твоему, не достоин такого приятного презента? Недостаточно хорош для тебя? Пха-ха-ха-ха! Пацаны, ну, вы слышали? Он подарок для девочки принёс! Аха-ха-ха-ха!       Весь коридор разразился хохотом мужских басов. На перекор к ним прозвучал звонок. Но учитывая, что так называемые уважаемые спортсмены не уходили в свой кабинет, а у них как раз были теоретические занятия, никто не шёл на урок. Преподаватели повылазили из своих кабинетов и тихо зазывали учеников. Но никто не шёл, понимая, что назревает опять какое-то интересное зрелище. - Ну, что Ёкодзун? Давай сделаем как в прошлый раз? Это будет быстро.       Только бугай не учёл одного момента… Всё-таки после решительных долгих разговоров деда с папой, второй согласился дать сыну уроки самообороны против местных хулиганов. Как до этого надеялся Чуньшен что сын сам научиться драться не увенчалось успехом. За один вечер он его не особо натаскал, но кое-чему научил. - Только попробуй! И сам от меня получишь! – Вырвалось решительно из уст молодого музыканта. - У-у-у! А птенец-то у нас пытается научиться летать! – Язвил Дэшэн. – Вы только посмотрите на него. Да ты ещё шавка! Низенький и ни фига не удаленький! - Отдай мой подарок для Джингуа! - Иначе что? Побьёшь?       Спортсмены разразились хохотом. - Ёкодзун, прошу тебя, не надо! Он того не стоит. Дэшэн специально задирает тебя. Ну, другой камень подаришь. Не страшно! Не надо драться мальчики! - Ну, нет! Это дело принципа! – Настаивал не маг. – Этот камень мой дед подарил моей бабушке. Это уже семейная реликвия! Отдай!       Девушка была удивлена этому изречению. Ведь теперь выходило, что он и ей не с проста хотел подарить такой красивый камень. Это тоже понял конкурент, который забрал его. - То есть… Один старпер подарил это какой-то тупой старой бабке? - Не смей их так называть!       От таких слов Ёкодзун реально обозлился. Весь стал красным. Сжал кулаки и первым набросился на обидчика…       Но их размеры были разными… Их весовые категории были разными! Ёкодзун был высоким для своего возраста, но спортсмен… Уже был в два метра ростом. Широк в плечах, с банками на руках и ногах. Из-под футболки на спине красовался какой-то рисунок… А ведь в школах запрещали носить татуировки…       И хоть парень был достаточно зол, чтоб напасть, но все его попытки нанести удары задире были тщетны. Дэшэн просто выставил руку вперёд, в то время как Ёкодзун упёрся в неё и размахивал кулаками по пустому воздуху, зря затрачивая собственные силы. Заметив, что его простые махи руками не помогают делу, он просто укусил того за палец.       Ор был поднят неимоверный. - Эта падла кусается! Да я тебя… - Но тут спортсмен решил не бить его. Во второй руке всё ещё был камушек. Он попробовал его раздавить.       Мало того, что никто не знал, что это за драгоценный камень… Так никто не знал его свойства. На большое удивление. Хулиган не смог раздавить его ни одной рукой, ни даже двумя. Он даже напрягся. Втискивал его между своих рук. Было заметно как он старательно вминал его, но тот даже не треснул. - Это что за хрень такая? – Я даже золотые слитки сломать могу! Это что за камень такой?       Голос опять подал один из его дружков. - Хы-ы… А я в книжке читал, что прочными могут быть природные минералы. Наверное, это один из них. - Заткнись, Чжиган! – Он кинул в него тот самый минерал. Но этот вроде как начитанный качок не смог его поймать. Блестящий камень отпрыгивал от его рук. Зато тот ловко его отбил от себя локтем.       В след красивый и прочный минерал стал летать из рук в руки между спортсменами. Они стали играть с ним, как если бы это был мячик. - Отдайте! Это моё! Верните!       А это раззадорило их только больше. Чем более жалостливее Ёкодзун просил и прыгал, а к нему присоединился его друг, тем больше эта картина веселила задир. Для них это весело. Им смешно. У них новое развлечение. - А что будет если этот камушек поджарить? – Радостно объявил Дэшэн.       Так называемый мяч до него ещё не долетел, но он уже зажёг пламя в своей руке и ждал, когда ему передадут пас. Ёкодзун не на шутку перепугался. Особенно когда увидел, что задира не шутит на счёт поджога камня. А вдруг и в правду расплавиться??       От его громкого «нет» произошло что-то… Что никто до сих пор и по сей день не смог объяснить…       Стоило юноше закричать, как по всему коридору школы пронесся ветер. Такой сильный и мощный, что он разнес всех в разные стороны. Сбил с ног. Все не закрытые шкафчики, окна и двери, как пришибленные с грохотом захлопнулись. Все ученики пригвоздились к стенам. Огонь в руке Дэшэн не только был потушен… Его тоже сдуло в сторону. Часть окон всё-таки разбились от какого-то немерено сильного хлопка воздуха. Ветра… Но самое странное, что в эпицентре этого воздушного удара по всему стоял целый и невредимый Ёкодзун… Как будто он и был источником произошедшего.       Парень стоял сам в шоке. Он не знал, что и думать о произошедшем. Он дико испугался и озирался по сторонам. Что в итоге произошло вокруг.       Его сердце бешено колотилось. Внутри себя юноша осознал, что это он сделал.       Камень уже лежал на полу, его никто не швырял.       Он схватил его и выбежал прочь из школы.       Все оставались на месте. Но через несколько секунд всё-таки Джингуа очнулась и поняла, что ей нужно поговорить с парнем. - Ёкодзун! Ёкодзу-у-ун! Стой! Подожди меня!       Только того, как ветром сдуло, что не просто его пятки сверкали, а за ним поднялся шлейф песка и пыли.       Он бежал со всех ног. Он переживал за собственную репутацию. Был напуган. Что на всех порах примчался домой не оглядываясь назад. Ему хотелось отдышаться и разобраться, что всё-таки случилось. Сердце бешено колотилось и ужасно горели ноги. Как будто он всё расстояние от школы и до дома парень пробежал сотню раз.       Еле отдышался. Выпил два если не три или четыре литра воды. В горле ужасно пересохло. Только после того, как он подставил голову под кран на кухне его мысли в голове, стали приходить в порядок. - Сынок, у тебя всё в порядке?       Единственный сын посмотрел на маму. Ему дико хотелось сознаться в том, что только недавно произошло, но тут же перевел взгляд на живот. Ей нельзя волноваться, будучи в положении. А поделиться страшно хотелось. Нужен был кто-то из взрослых, кто поверил бы его словам. - Нет… Это я… С физкультуры такой весь потный. Всё хорошо.       Он был уже дернулся в сторону папы, но того не было дома. В кармане всё ещё теплился так и не подаренный камень. - Деда… - Прошептал про себя и поднялся к тому в комнату. – Нам нужно поговорить! - Привет, внучок! Ты сегодня рано так… Почему у тебя такой грязный вид?       Только сейчас оглядел себя. Он реально был весь в пыли, по коленки у него была уже засохшая грязь. Но он не помнил, как провалился в нечто подобное. А голова была всё ещё мокрая.       Парень сбивчиво рассказал, как у него не получилось подарить камень. Как хулиганы отобрали его. Как стали кидать того между собой. И как… Тут он больше прежнего стал несвязанного объяснять. - Ничего не пойму! Что произошло? – Дед поправил очки. - Да я же говорю… Всех мигом раздуло ветром! Все такие налево и направо полетели… - Почему? - Не знаю! Я… я закричал… И… Порыв ветра… - Ёкодзун, я никак не пойму, про что ты говоришь. Может тебе привиделось чего? - Да какое привиделось? Там столько народа было… было… И этот камень! Он лежал уже на полу, как всё утихло… - Так может кто-то широко открыл двери? Ну, был сильный порыв ветра. Бывает. - Не-е… Это же произошло прямо внутри помещения. Источник был там… - Что же было источником?       Юноша задумался… - Ну-у-у…. Я остался на месте, в то время как все отлетели. Даже стекло повыбивало… Камень…       Он ещё раз вытащил его за этот день. Посмотрел на красивый переливающейся камень. Тот, как завороженный осмотрел его. Только на этот раз с опаской. - Этот камень волшебный! – Изрек свои догадки юноша. - Что? - Деда! Этот камень волшебный! Этот ветер… он был от меня… Но я не маг! А он сделал так, что я раздул всех. - Похоже ты переутомился. - Нет же! Я тебе правду говорю! - Раз ты так утверждаешь, что ж… Продемонстрируй!       Ёкодзун потёр камень в руках. Размялся. Подвигал влево и вправо корпусом. Отложил камушек. Резко вытянул руки, как словно он маг Воздуха. - И где же твой ветер?       Спросил дедушка Вэйдун. Ничего не наблюдалось. - Он работал! Просто сейчас не хочет… Сейчас! Ки-я-я-я!       Ещё одна попытка сделать удар из магии Воздуха. Тщетно… Внук не сдавался и сделал вдобавок другие взмахи руками. Всё было в пустую. - Ёкодзун! Я понимаю, что папа давит на тебя… Из всей твоей семьи ты единственный родился не магом. Не только Мейли, но и все твои младшие сестры маги Огня или Земли, но это не повод придумывать, что ты не можешь. - Почему ты мне не веришь? А как же мои одноклассники? Вся школа видела, как я овладел с помощью камня магией Воздуха! - Тогда почему те же хулиганы не овладели им? Они ведь тоже его держали сегодня. - Потому что… Потому что… - Он стал придумывать причину, чтоб самому же поверить в это. Очень хотелось быть уверенным в том, что в первые за всю свою жизнь ему есть чем похвастаться перед семьей, где каждый маг того или иного элемента. - Вот видишь… - Потому что я держал его весь день у себя! Вот бабушка в своё время ведь тоже держала его у себя? - У твоей бабушки всю жизнь была магия Земли! И у меня… У твоей мамы… У всех твоих родственников с нашей стороны. Ты не маг, но ты очень талантливый. У тебя прекрасный музыкальный слух. Ты прекрасно рисуешь. Да ещё плавать умеешь хорошо и долго под водой. Тебе и не надо выделяться магией! Тебе Вселенная подарила самую лучшую драгоценную вещь… Ты созидатель! Любой листок, который ты видишь, ты уже превращаешь в нечто прекрасное. Мы тобой гордимся!       Но сколько бы дед не утешал внука, тот всё никак не мог принять его слова. Он стискивал кулаки, дулся, краснел от злости. Раздувал щеки…       Ему уже хотелось расплакаться, если бы были на то силы и умел… Зато было достаточно обидно. - Как ты можешь не верить мне? – Разорался обиженный школьник. – Почему? Да, папа очень требовательный! Он постоянно хочет, чтоб я был как мужчина. Но я и так мужчина! И достаточно взрослый, чтоб принять решения! Ладно мама вечно в декрете… Но ты… Ты всегда должен быть на моей стороне! Защищать меня! Быть моей опорой! Мне на кого больше положиться в этой семье! Меня даже родные сёстры шпыняют раз я один в семье без магии родился! - Ёкодзун… - Ты обязан мне верить!       Старик ничего не мог сказать на это. Большая грусть отобразилась в его глазах. Он поник духом от таких слов внука. В уголках глаз появились частички слёз. Тот снял очки, чтоб протереть. Он собирался с духом и пытался сообразить, что здесь можно сказать в ответ. И даже не в собственную защиту, а в поддержку мальчика. Ему так тяжело было на душе… И действительно дед был единственным взрослым, кто мог бы принять его боль и дать те самые успокаивающие слова… - Зачем ты иначе переехал к нам? – Орал внук, не осознавая, насколько сейчас больно сделал родному дедушке. Ответ он знал. Но собственная обида заглушала голос разума внутри… А тот и говорил, что тот и приехал к ним только потому, что в одиночестве и тоске, как стал вдовцом он сам бы поник как одинокий цветок без воды. Ему нужно было, чтоб кто-то был рядом. С кем можно было бы пообщаться, обнять и быть с кем-то рядом.       После такого дерзкого и своего рода ужасного вопроса дедушка Вэйдун был готов расплакаться. Не от того, что на него накричали, обидно стало… Нет… Он вспомнил похороны и как был счастлив со своей любимой, когда они были вместе. От этого его сердце вздрогнуло.       Вместо того, чтобы осознать, что причинил боль близкому Ёкодзун ещё больше разозлился, раз не получил слов одобрения, и где возможно ему хотелось плакать. Он убежал… Выбежал из дома.       После нескольких кварталов парень перестал бежать и уже пошёл размеренно и медленно. Он не знал куда шёл, но видимо собственные ноги что-то сами чувствовали и привели его… к дому Джингуа.       Уже вечерело. Солнце уходило за горизонт. Пока и вовсе не настали сумерки.       Вспомнился весь его день. И так захотелось, чтоб он начался заново, только чтоб прошло по-другому. Чтоб он не ругался с дедом… Чтоб он не почувствовал себя опозоренным… Чтоб хулиганы школы не лезли к нему с другом… Чтоб та самая милая девушка была с ним рядом…       «Если этот камень реально даёт возможность ощутить магию Воздуха, то пусть меня поднимет по воздуху к ней!». Юноша стиснул в руках камень и стал подпрыгивать на месте. Опять же ничего не выходило. - Ну же! Давай!       Только пыль поднимал вокруг себя, как прыгал каждый раз. - Ёкодзун, ты что делаешь?       От резкого неожиданного голоса парень прыгнул ещё выше, но уже более нервно. Его собственное тело дернулось даже в воздухе. Обернулся, а это была она… - Джингуа? Ты что тут делаешь? Не дома в смысле? - Я? Тебя после случившегося в школе никто не видел. Даже Юнхуа тебя дома не застал. Что произошло? - Я бы это тоже хотел бы знать… - Он потупил взгляд на свои ботинки. Чувствуя угрызения совести, он поковырялся ими в земле. - То есть ты не знаешь, что произошло в школе? - Не-а! - Все в школе только о тебе и говорят! Тебе бы ещё перед директором появится, да пояснить от своего лица. - Да что пояснять, если я сам не понял, что произошло? Это было… как наваждение какое-то… Я дома поговорил с дедом… Ой! – Тут он покраснел. Ведь вспомнил, что он не говорил, а кричал на пожилого человека. Высказал очень обидные слова. – Мне, пожалуй, лучше домой пойти… - Что-то случилось? - Да… Мне надо извиниться перед дедом. Это было не красиво такое ему… сказать… - Если ты считаешь, что ему стало больно от сказанного, то действительно стоит поговорить с ним. Я думаю, он тебя простит. Только вопрос, Ёкодзун! - Да? - Почему ты пришёл сюда? Ты хотел со мной встретиться?       От этих вопросов ему в очередной раз встало в этот день не по себе. Сейчас его обдало шквалом ветра внутри души. Он только сейчас обратил внимание, что общается с ней… С тот самой, в кого влюбился. Что сейчас она даже одна без подруг. Как легко ему с ней общаться. Как она мила и без того фона вечно хихикающих подружек. Она сама такая по себе. Возможно поэтому она его привлекала. И сейчас ему казалось, что между ними произошло что-то, что сняло барьер его постоянного страха подойти к ней и заговорить без заикания.       Парень раскраснелся. Сердце привело его к ней сюда. Он это сам осознал. Одновременно захотелось признаться в этом, в своих чувствах, и в тоже время постеснялся. - Да-а… Я же так и не подарил его тебе.       Он вновь протянул красивый камень. - Он очень красивый… А это правда, что твой дедушка подарил его бабушке? - Да.       Девушка раскраснелась. Ведь это означало, что этот подарок и служит тем самым признанием в любви.       Молодая парочка приблизились друг к дружке. Они смотрели друг другу прямо в глаза. Так хотелось обняться. Но большой поток волнения сдерживал их. Ещё один жест и… Всё будет по-другому… С завтрашнего дня, а может и этого вечера… Что может быть прекраснее, чем любовь?       Ёкодзун заволновался. На ум стали идти разные мысли. Джингуа же ждала от него хотя бы уже шага к ней и тогда она сама же обнимет его, прижмется к его груди. Это и будет началом для их будущего…       Тут в голову юноши пришёл его друг…. «А поиграй с ней в мяч!»       Это была первая мысль, которая пришла к нему в голову. По его глупой улыбке он действительно взял его в руку и положил камень неизвестного происхождения в ручку девушки. Отошел подальше. - Кидай его мне! - Чего? – Девушка удивилась. У них был такой милый момент, который испортился его странным поведением. - Не волнуйся! Всё хорошо. Просто кинь его мне! - Ёкодзуна! У нас был… как ты… - Будет интересно. Обещаю!       Ей хотелось возмутиться его поведению. А ещё лучше треснуть ему этим камнем хорошенько, чтоб в чувства привезти. Но раз он просил кинуть… - Обещаешь? - Да! - Хах! Тогда держи! - Джингуа с большим удовольствием замахнулась и кинула в юношу.       Тот с легкостью поймал и очень даже порадовался, что она сделала так как он её просил. Он его обратно кинул, и она поймала. Они стали перекидываться. - Ты даже не представляешь как им тебе стараюсь в голову попасть! - Ха-ха! А ты весёлая! Ты всем парням стараешься в голову попасть? - Нет! Только ты такой особенный! Ха-ха! - На самом деле, когда Дэшэн тогда долбанул по шкафчику, то я по звуку подумал, что это ты его стукнула. Я думал, что так звучит его пустая голова!       Им было весело. И в какой-то момент камень правда по ощущению стал как легкий и почти невесомый. Ребятам было смешно, весело и так радостно, что при очередной перекидке минерал не просто перелетел к другому, а сам взмыл в небо, засветился и в темном вечере отправил от себя прямую линию смешанных цветов. - Это ещё что такое?       Камень завис в воздухе. Сам по себе. Его относительно яркая линия светила куда-то очень далеко за горизонт. Освещая вокруг себя воздух и море, над которым этот свет проходил. - Куда он светит? – Испугалась девушка. - Тебя только это смущает? А как же факт того, что он сам по себе висит в воздухе? - Ёкодзун! Откуда у тебя этот камень? Я помню, что ты говорил, что от деда… А у него откуда?       Он вспомнил историю, рассказанную дедом. Что минерал был найден в Республиканском городе, практически в день его рождения. Но что он делал в стене, и кто его положил до сих пор оставалось загадкой. - А почему твоя мама беременной отправилась туда? - Она училась там в своё время… Точнее не успела доучиться, как забеременела моей старшей сестрой. У неё в общежитии оставались личные вещи. А когда почти через год я был у неё в животе, она решила, что нужно их сейчас же забрать, иначе с детьми на руках она не успеет это сделать. И… она оказалась права… У меня скоро родиться одиннадцатая сестра… Дед поехал с ней тогда, но этот камень… Он только сейчас стал так вести себя. - Как думаешь, почему он указывает за пределы моря? - Он указывает в сторону Республиканского города. - Уверен? Может… - Я более чем уверен в этом! Только я и Мейли родились там. Больше я этот город воочию не видел. Разве что по телевизору. Я часто сам туда смотрю, когда мне грустно. - Это так странно… Как, по-твоему, на что он указывает?       Прошло ещё несколько секунд и неизвестный камень перестал светить и плавно спустился прямо в руки Ёкодзуну. Парня обдала дрожь внутри. Столько лет этот, казалось бы, красивый камушек был в его семье… Наверное при бабушке его совсем никто не трогал. Тут он перешёл к нему как по наследству… Как начались странности и мистические явления! - Ладно, давай лучше по домам, держи…       Подарить опять не получилось - разноцветный камень прилип к его руке. Оторвать свободной рукой не получилось. - Что такое? - Да он прилип! Что происходит? Не могу понять…       То, что до этого минерал был просто камнем они уже забыли. Но его блики… в самом камне… сами заискрили и начали носиться по его поверхности. Загадочный минерал засветился и силой оторвал парня с ногами от земли и полетел в неизвестном направлении. Подруга побежала за ним. - Ты куда? - Сам не знаю! Это камень меня несёт…       Впереди летела рука с ярким камушком, а следом всё тело. И видимо странный минерал не особо разбирал дороги, что теперь парню приходилось периодически сталкиваться то со столбом, то с деревом, то с кустами, то мимо проходили коты. И так пока он хорошенько не врезался лбом в какую деревянную стенку, хотя вот минерал активно куда-то его волок в темном вечере. При столкновении насевшие на нём коты, которые и так истошно орали от полета с визгом и шипением отлетели от него.       Джингуа прибежала, как только смогла, но она видела, что тот летел по прямой траектории поэтому смогла его найти. - Ёкодзун, ты в порядке? Эй! Очнись!       Парень был весь исцарапан, побит, в синяках и ссадинах. После её легких ударов по щекам он очнулся. - Где я? - Ёкодзун, это я! Джингуа! Сколько пальцев видишь? - Двенадцать?       И это он на три пальца так ответил! Подруга схватилась за голову. - Твой камень… по-прежнему не отрывается от твоей руки… Но я попробую… Ых! - Это кто там шумит? – Послышался громкий незнакомый рык. Из-за стены вышел высокий седой мужчина, покуривший трубку. – Вы чего тут делаете? Хотя-я-я… Понимаю! Но здесь этому не место! Пусть дело молодое, но уединяйтесь в другом… более положенной для этого… локации. Гхем!       Парочка стала отнекиваться, что их неправильно поняли. А ведь девушка, на самом деле, сидела на парне. Всё-таки перед незнакомцем было неловко. И когда они уже огляделись куда минерал заставил их прибежать и прилететь… Пристань! Простая рыбацкая пристань! - Может хотел, чтоб мы море пересекли? - В Республиканский город? Ты с ума сошел? - Детки! Вы о чем там шепчетесь? Если не плавать собрались, то…       Тут Ёкодзун и Джингуа ответили хором, что именно за этим. - То поздно пришли! На сегодня лодки больше на прокат не сдаю! Приходите завтра! - Но нам сейчас надо! – Парень сам от себя такого, не ожидая не только так резко сказал, но и подошёл ближе к моряку, стараясь спрятать камень в кармане. - Ты смотри какой шустрый! Ты свои гормоны лучше усмири! Сейчас ему подавай! Постыдился бы перед своей девушкой! А ты что смотришь? Нашла себе горе-ухажера! - Что? Нет! Вы нас неправильно поняли!       Они пытались перебить друг друга, но моряк стоял на своём и решил, что не даст таким прытким возможность уединится на лодке. - Вот сами ещё дети, а рветесь таких же наделать! А, ну, цыц! Домой живо! Оба! Вот увижу ваших родителей и тоже им уши надеру!       Ребятам пришлось отойти от пристани. Но юноша шёл как-то странно. - Идём! Ёкодзун, ты можешь идти вперёд? - Нет! Камень опять тянет туда… Теперь хотя бы стараюсь его сдержать… Но он… зараза… ничего не могу поделать…       Он опять скользнул от неё по траве. Шлепнулся, ударился головой об землю. И на сей раз дотащился прямо в лодку. Но та была привязана и не плыла вместе с ним. Джингуа долго не думая отрезала верёвку от лодки огненным кинжалом и запрыгнула в неё. - Ты чего делаешь? - Тебя камень куда-то несёт! Мы должны разобраться с этим! - Ну, допустим, я да. А ты здесь при чем? - Ёкодзун! Я тебе сейчас вислом по голове дам! Без меня ты один не справишься… Ну… Справишься… Но без меня тебе будет сложнее! Всё! Мы команда! Решено!       У него аж в груди отлегло. Так приятно было, что его поддерживают. И как было вдвойне приятно, что его понимает и согласна с ним на любые приключения именно она! - Тогда вперёд! Но сейчас ночь… Как нам доплыть до Республиканского города?       Продолжение следует