Поцелуй может спасти мир!

Взволнованно выглядевшая декан потрясла Гарри и Гермиону, приводя в себя. — Вы двое в порядке? – спросила у них МакГонагалл. Переглянувшись, ребята кивнули, не доверяя собственным голосам. — Ладно, подождите меня в моем классе, пока не выясним, что произошло, там вы будете в безопасности, – профессор поспешила удалиться по коридору с палочкой в руке. Войдя в кабинет Трансфигурации, Гермиона закрыла дверь и наложила запирающее и заглушающее заклинания, прежде чем повернуться к Гарри и броситься в его раскрытые объятия. Когда они обнялись, Гарри подумал: «Я никогда не захочу ее отпускать». А Гермиона ему ответила: — Не волнуйся, Гарри, теперь ты мой, и я никогда тебя не отпущу. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что он, вообще-то, ничего не говорил. Девушка снова ему ответила: — Но я слышала это громко и ясно… О, Гарри, боюсь, что это ненормально. — Ну, а когда моя жизнь была нормальной? – фыркнул он. – Всего один поцелуй — и мы просыпаемся на полу коридора от того, что нас будит МакГонагалл. Гермиона не могла не улыбнуться при воспоминании об этом чудесном поцелуе. А Гарри продолжил: — Я только хотел бы знать, что там произошло, и безопасно ли снова тебя целовать, потому что я планирую делать это очень часто. Говоря это, он приближал свои губы к её, и вот-вот готов был случиться его второй в жизни поцелуй, но тут раздались два громких хлопка, и перед ними появилась пара домовиков. — Мой Лорд, моя Леди, чем мы можем быть вам полезны? Гарри и Гермионе пришлось приглядеться, чтобы понять, что весьма формально их приветствующими эльфами являлись Добби и Винки. — Добби, какие ещё Лорд и Леди? Я думал, мы договорились, что меня зовут Гарри. Кстати, как ты себя сейчас чувствуешь, Винки? — Я чувствую себя намного лучше, мой Лорд, спасибо, что спросили. Парень начал злиться: — Может, хватит уже называть меня «Лорд», зачем эти формальности? — Мы обязаны обращаться формально для запроса, который мы хотим сделать, мой Лорд, – ответил эльф. Тот факт, что Добби находился в присутствии Гарри и не подпрыгивал, как возбужденный малыш, вызвал у Гермионы тревогу: — И что это за запрос? — Теперь, когда вы связаны и должны заботиться обо всех своих домах, мы бы хотели быть связанными с благородными Лордом и Леди Гриффиндор, - с надеждой отозвался Добби. — ЧТО?! Гарри подвёл Гермиону к стулу прежде, чем сесть самому, но, как только его подруга поняла, что они больше не касаются друг друга, то сразу же сменила положение так, чтобы сесть парню на колено, положив руку ему на плечо. Это вызвало понимающую улыбку на лицах обоих эльфов, в то время как подростки молчали, обдумывая свои дальнейшие действия. Именно Гарри начал говорить, хотя откуда-то точно знал, что именно хотела спросить его подруга: — Так, ладно, подойдите сюда, сядьте и расскажите нам, что, черт возьми, происходит. Обычно это привело бы к слезам радости и большому прославлению того, каким великим волшебником является Гарри, но когда оба эльфа спокойно подошли и сели лицом к ним, Гермиона забеспокоилась не на шутку. В этот момент Добби взял и перевернул весь их мир вверх тормашками: — Когда вы поцеловались, между вами сформировалась связь душ, которая в магическом мире считается юридически законным браком, из-за чего вы оба сразу же стали считаться взрослыми, получив, тем самым, своё наследие. Теперь вы — Лорд и Леди Гриффиндор, владельцы Хогвартса и всей земли на многие мили вокруг него, включая деревню Хогсмид. Подростки были слишком ошеломлены, чтобы отреагировать, даже когда Винки добавила: — Это ещё не считая наследства Поттеров и их владений, из-за чего вам нужны домовые эльфы, и, поскольку мы ни с кем не связаны, для нас было бы честью служить таким замечательным людям, как вы. Гермиона сидела на коленях своего парня, нет, мужа, и пыталась переварить полученную информацию, но всё, что она смогла понять в тот момент, было «миссис Гермиона Поттер», от чего улыбка сразу осветила ее лицо – её заветная мечта, похоже, осуществилась. Девушка ощутила исходящее от Гарри опасение. «Он не хочет быть на мне женатым?» – мелькнула у нее мысль. Гермиона обернулась и увидела беспокойство в его глазах. В то же самое время в её голове внезапно возникли слова: «Её отец меня убьёт. Однозначно», – поэтому она сделала первое, что смогла придумать, чтобы успокоить парня – поцеловала его. Через несколько минут значительно успокоившийся Гарри заговорил с эльфами: — Знаете, никто из нас не разделяет идеи рабства эльфов, но, поскольку мы очень любим вас двоих, то предлагаем вам объединиться узами дружбы, а не рабства. Если это вас устроит, то мы можем проработать другие детали в процессе, поскольку вы, очевидно, знаете о сложившейся ситуации больше, чем мы. Добби и Винки, только переглянувшись, хором ответили: — Мы согласны! Поднявшись со стула, Гарри и Гермиона, все ещё жаждущие прикосновений друг к другу, держась за руки, подошли к своим маленьким друзьям, и каждый положил свободную руку на голову одного из эльфов. Не успели они это сделать, как золотое свечение окутало образовавшуюся четвёрку, словно магия перетекала в домовиков. Рассеявшееся свечение открыло сильно преобразившихся Добби и Винки. Оба были теперь, по крайней мере, на четыре дюйма выше, у Добби, похоже, изрядно прибавилось мышц, а Винки стала заметно женственней, но самые самым серьезным изменениям подверглись их лица. Их мультяшные черты преобразились, и эффект был поразительным. Исчезла карикатурно крупная круглая голова, приобретя более овальную форму, глаза, которые когда-то были размером с теннисные мячики, уменьшились, а уши, хоть и остались заострёнными, но уменьшились, по меньшей мере, вдвое. Прежде, чем кто-либо успел заговорить, Добби взял руководство на себя: —Мой Лорд, Леди, здесь небезопасно. Мы отведём вас туда, где никто не сможет нас найти. Нам еще многое нужно объяснить и ответить на множество вопросов. Пожалуйста, пойдёмте с нами. Не дав возможности это обдумать, Добби схватил Гарри, а Винки взяла Гермиону, и все четверо беззвучно исчезли лишь за несколько секунд до того, как в комнату ворвались Дамблдор и МакГонагалл. Обнаружив, что класс пуст, и зная, что запирающие заклинания, которые он только что снял, были наложены изнутри комнаты, Дамблдор в сильном волнении посмотрел на свою заместительницу: — Ты уверена, что они были здесь? — спросил он, только чтобы услышать сердитое: — ДА! — от нахмурившейся МакГонагалл. – И самое время тебе рассказать мне, что тут всё-таки происходит!

***

Все четверо тихо появились в комнате, которая выглядела очень знакомо, так как по размерам, форме и цвету отделки она напоминала гостиную Гриффиндора, но на этом все сходство кончалось, поскольку мебель, светильники и другие украшения можно было назвать не иначе, как роскошными. Имелись полки, заполненные старинными фолиантами, а одна стена была почти полностью сделана из стекла и имела дверь, ведущую на большой балкон, с которого открывался потрясающий вид на Чёрное озеро, подтверждающий, что они все еще находятся в замке. Коридор в задней части комнаты вёл к главным апартаментам и трем другим очень большим спальням, но прежде, чем ребята смогли продолжить осмотр помещения, их внимание привлек великолепный камин или, скорее, на портрет над ним. На портрете был изображён рыцарь, но это был не сэр Кэдоган, нет, каждая черта этого рыцаря отражала благородство, а его длинные тёмные волосы и бородка добавляли в его образ толику грубости. Однако внимание Гарри привлек меч изображенного. Он знал этот меч, он им убивал. — Это же Годрик Гриффиндор – прошептал четверокурсник. Не успели эти слова сорваться с его губ, как картина ожила. — Ну, наконец-то! Добро пожаловать, наследники апартаментов Гриффиндора. Прошло так много времени с тех пор, как у меня была компания, присаживайтесь, и мы сможем поговорить. За последнее время Гарри и Гермиона получили так много потрясений, что восприняли тот факт, что один из Основателей хотел пообщаться с ними, как что-то обыденное. «Гарри говорил, что его жизнь никогда не бывает нормальной, возможно, именно такой и будет жизнь миссис Поттер», – подумала Гермиона. Она засмеялась и поняла, что не может остановиться, пока Гарри не подтолкнул её сесть рядом с ним на диван лицом к Годрику. Девушка уткнулась головой в грудь парня, и смех превратился в слезы. Гарри собирался спросить, что ее беспокоит, когда в его голову пришла пугающая мысль: «Она не хочет выходить за меня замуж, в чем я не могу ее обвинять, и теперь боится мне сказать». На это ответила тирада Гермионы: — Гарри Джеймс Поттер, прекрати это немедленно! Я много лет мечтала выйти за тебя замуж. Я даже выбрала платье, но никогда не думала, что ты захочешь жениться на заучке, книжном черве с… Остаток речи был заглушен, когда Гарри оказал ей ответную любезность, и они целовались, пока девушка не успокоилась. Когда они в следующий раз обратили внимание на свое окружение, на столе обнаружились чайник и две чашки, а также огромный выбор закусок и пирожных. Гарри взглянул на Добби и Винки и вопросительно вскинул бровь. Он продолжал сверлить эльфов взглядом, пока Добби не щелкнул пальцами, и рядом с другим диваном не появились ещё две чашки. Оба эльфа уселись, и все четверо, улыбаясь, вместе выпили чаю. Этот короткий перерыв на отдых оживил Гермиону, которая несколько мгновений назад страдала от информационной перегрузки и имела больше вопросов, чем когда-либо с момента выяснения существования магии. Внезапно ей показалось, что она снова обрела некоторый контроль, когда вытащила из сумки пергамент, перо и чернила. Гермиона пыталась обрести под ногами твердую почву: —Ладно, давайте запишем то, что нам уже известно, и будем добавлять в процессе получения ответов на наши вопросы, - властно заявила она. Это вызвало улыбки у всех, даже у портрета. — У нас с Гарри есть связь душ, что фактически означает, что мы женаты, — девушка подняла глаза на присутствующих в поисках подтверждения. Эльфы согласно кивнули, в то время как на лице Гарри появилась улыбка до ушей. Тем временем, Гермиона продолжила свои размышления: — Из-за этой связи мы теперь — юридически совершеннолетние. Оба эльфа снова кивнули, а Поттер внезапно осознал услышанное: — Больше никаких Дурслей! – с чувством воскликнул он. Выражение радости на его лице растопило сердце Гермионы, и она сделала себе мысленную пометку: «разобраться с Дурслями». Затем она подытожила известное: — Как итог, Гарри теперь — наследник Годрика Гриффиндора, поэтому мы теперь являемся Лордом и Леди Гриффиндор и владеем замком и Хогсмидом. На этом Годрик решил помочь прекрасной молодой гриффиндорской паре и добавил: — На самом деле, вопрос не просто в обладании замком. Хогвартс – это намного больше, чем просто здание. Когда мы строили этот удивительный замок, то хотели, чтобы он был разумным, поэтому каждый из основателей вложил в него часть своей души. Это не имеет ничего общего с теми мерзостями, которые называются крестражами, о которых мы поговорим позже, замок является, скорее, детищем любви. Хогвартс подчиняется директору, если он не отходит от Света, а наш нынешний сделал некоторые вещи, за которые должен сидеть в тюрьме. На Гарри и Гермиону нахлынуло воспоминание, вызвавшее несравнимый ни с чем ранее пережитым ими гнев. Подростки прошептали единственное слово: "Ублюдок!" Прежде чем что-либо еще было сказано, Годрик прервал: — Портреты и призраки только что сообщили, что Альбус собирается найти кого-то по имени Сириус, а затем семью по фамилии Грейнджер. По какой-то причине он отчаянно пытается помешать вам попасть в Гринготтс, и по опыту прошлого могу сказать, что он пойдет на все. — Мы должны что-то сделать, Гарри, мои родители понятия не имеют, что происходит. — Но у нас есть некоторые преимущества, - сказал Годрик. - У его феникса только что был день сгорания, и замок закрыл каминную систему, поэтому ему придется идти к краю аппарационного барьера, в то время как любой, касающийся наследника, может аппарировать из любого места в замке. Гарри, получив задание с четко определенными целями, приступил к действиям: — Гермиона и Винки, приготовьте для Сириуса комнату и посмотрите, сможете ли вы найти какую-нибудь одежду, которая ему бы подошла. Мы с Добби заберём его и вернемся, потом мы вчетвером заберём твоих родителей. Погнали, Добби. Домовик схватил Гарри за руку, и они исчезли раньше, чем кто-либо из женской половины смог возразить против плана.

***

Большой черный пёс свернулся калачиком, пытаясь согреться в холодной пещере с видом на деревню Хогсмид. Он мечтал о горячей ванне, обильной еде и мягкой кровати, когда его усиленные чувства забили тревогу, осознав, что у него появилась незваная компания.

***

Альбус не мог вспомнить, чтобы у него в жизни был настолько плохой день: сначала Фоукс сгорел, когда был ему так нужен, потом вышла из строя каминная система, а теперь чертова лестница начала чудить. Если ее заколдовали близнецы Уизли, то Аргус Филч получит право на использование тисков для больших пальцев в качестве досрочного рождественского подарка. В конце концов, Дамблдор вышел во двор и поспешил к воротам, и, едва пройдя сквозь них и защитные щиты, сразу же аппарировал к пещере, в которой он разместил Сириуса.

***

— Сириус, это я! Тебе нужно превратиться. Пёс внезапно стал человеком со всеми очевидными признаками суровой жизни беглеца. — Какого черта ты здесь делаешь? Борода Мерлина, ты до смерти меня напугал! — Извини, но у нас нет времени на разглагольствования, ты должен сейчас же отправиться со мной. После этих слов пещера опустела.

***

Тем временем в апартаментах Гриффиндора, в ожидании возвращения своих мужчин, Гермиона нашла несколько рубашек и пару брюк, которые должны были подойти Сириусу, а Винки расставила на столе горячую еду. Гарри, Добби и Сириус аппарировали в квартиру, но, прежде чем Сириус смог выразить свой гнев из-за сложившейся ситуации, его поразила кудрявая ракета, нацеленная на его крестника, прыгнувшая на Гарри, обхватившая его и расцеловавшая. Сириус был невероятно поражен: что только что, черт возьми, произошло? Он прочистил горло, чтобы попытаться привлечь внимание молодой пары. Годрик прокомментировал: — Не думаю, что этого будет достаточно, вам придется попробовать что-нибудь погромче. Сириус согласно кивнул, сунул в рот два пальца и пронзительно свистнул. Гарри и Гермиона медленно отстранились друг от друга, хотя всё ещё продолжали обниматься. — О, привет, Сириус, рада снова тебя видеть, – сказала Гермиона, – на столе есть еда, а также для тебя имеется много горячей воды и чистая одежда. Нам сейчас нужно уйти, чтобы забрать моих родителей, но это ненадолго. — Да, нужно пойти и собрать родственников по браку, так что веди себя прилично, поскольку мы пытаемся произвести на них хорошее впечатление, — заявил Гарри. Обе пары взялись за руки, и оставили растерянного анимага гадать, что было не так с последним съеденным им червяком, потому что всё это не может быть на самом деле. Но, как только до него долетел запах пищи, все его сомнения мгновенно рассеялись, ибо у него наконец-то появилась возможность нормально поесть, впервые за последние четырнадцать лет своей непростой жизни.

***

Зайдя в пещеру, Дамблдор обнаружил, что она пуста. Однако, зная, что Сириус не может быть далеко, уселся на валун, решив десять минут подождать его появления.

***

В это время в стоматологической клинике Грейнджеров в Кенсингтоне оба доктора пили кофе, заполняли бумаги и с нетерпением ждали возможности отправиться домой на выходные. Вдруг они услышали очень знакомый голос, которого тут определённо не должно было быть. — Мама, папа, вы ещё здесь? — Мы в кабинете, дорогая, — отозвалась Эмма. Дверь распахнулась, и Гермиона бросилась обнимать своих родителей, в то время как Гарри и эльфы вошли и остановились возле входа. Дэн Грейнджер обнимал свою дочь и пытался понять причину её визита. Он заметил, что Гермиона и пришедший с ней мальчик были облачены в хогвартскую униформу, про других же посетителей он вообще ничего не знает. А учитывая скорость, с какой девочка подбежала к ним, и силу объятий, с его прилежной дочерью что-то случилось. — Дорогая, ты могла бы сначала представить всех присутствующих, а потом объяснить что случилось? – сказала взволнованная Эмма Грейнджер, которая была столь же умна, как и ее муж, и пришла к тому же самому заключению о серьезности происходящего. — Ой, прости, я так разволновалась, что позабыла о манерах. Мам, пап, знакомьтесь, это - Гарри Поттер. — Значит, мы, наконец-то, можем познакомиться с тем молодым человеком, про которого наша дочь писала в каждом письме и говорила без умолку, - сказала Эмма, протягивая руку смутившемуся Гарри. — Я тоже рад с вами встретиться, – ответил он, пожимая руки своим ещё того не подозревающим родственникам. — А это Винки и Добби, они домовые эльфы, – представила Гермиона поклонившуюся пару, чтобы отвлечь внимание родителей от Гарри. Она знала, что им необходимо побыстрее отсюда убраться, так что все объяснения подождут до более безопасного места. Девушка глубоко вздохнула, взмолившись, чтобы ей быстро удалось убедить родителей покинуть клинику. — Мама, папа, сегодня случилось то, что изменит нашу жизнь, но у нас пока нет всей информации. Единственное, что мы знаем наверняка, – мы будем в большой опасности, если останемся здесь. Мне нужно, чтобы вы оба мне поверили и отправились с нами в безопасное место, где мы, надеюсь, сможем ответить на все ваши вопросы. Пожалуйста, поверьте, нам надо уходить отсюда ПРЯМО СЕЙЧАС! Настойчивость в ее голосе и умоляющие взгляды убедили Дэна и Эмму пойти за ними. В конце концов, они знали, что плохо разбираются в реалиях волшебного мира, поэтому им пришлось поверить, что Гермиона и вправду знает, что делает. — Хорошо, только захватим пальто, – сказала Эмма, направляясь к шкафу и раздевалке в коридоре. – Правда, сомневаюсь, что мы вшестером поместимся в нашей машине. Гермиона почувствовала облегчение, когда Гарри наконец-то смог более-менее спокойно выдохнуть. — Не волнуйся, мам, машина нам не понадобится, - улыбнулась девушка.

***

Альбусу уже осточертело ждать Блэка в продуваемой холодными шотландскими ветрами пещере. Дамблдор не ожидал никого не застать, и его всерьез бесили люди, не следующие его указаниям. Сказано же было Блэку: «Сиди в пещере, и тебя в жизни никто не найдёт», но нет, его уже и след простыл. Дамблдору было трудно, но он сидел и ждал Сириуса. А этот идиот, скорее всего, шляется где-то возле Хогсмида вместо подчинения его приказам. Директор решил, что прождал достаточно долго, пора отправляться дальше. И вскоре на заднем дворе дома Грейнджеров появился старик с невероятно длинной бородой и в причудливой фиолетовой мантии со звёздами. К несчастью для него, этот дом тоже пустовал. Так что, присев на садовый стул и наложив на себя согревающие чары, Альбус снова принялся ждать.

***

На верхней ступени возле входа в Гринготтс неожиданно для всех появилась группа из шести человек, что заставило многих к ним повернуться. Если учесть, что она состояла из двух магглов, двух студентов Хогвартса с гриффиндорскими галстуками и двух необычно выглядящих эльфов, идущих рядом со своими хозяевами с высоко поднятыми головами, то совершенно неудивительно, что группа привлекла внимание. Пока старшие Грейнджеры приходили в себя после перемещения, Гермиона провела всех внутрь банка. — Ты можешь объяснить, почему в Косом переулке безопаснее, чем у нас в клинике? И почему все на нас глазеют? – поинтересовалась слегка позеленевшая Эмма. Её до сих пор подташнивало. — В сам Гринготтс невозможно аппарировать, поскольку это волшебный банк, мы появились настолько близко, насколько это возможно. А так как он управляется гоблинами, то по их законам волшебникам и ведьмам запрещено доставать там палочку, не то что колдовать ею. С гоблинами лучше не связываться. Гарри подошел к стойке, где его перехватил Крюкохват, предложив помощь. Через несколько минут всех провели в довольно шикарный кабинет с впечатляющим письменным столом, которому, судя по виду, было уже несколько столетий. Крюкохват устроился за столом и предложил гостям четыре стула. Родители Гермионы, уставшие после долгого рабочего дня и непредвиденной встречи с дочерью, с благодарностью заняли два из них, но подростки продолжили стоять и смотреть на обеспокоенного их поведением гоблина. Все его приказы шли сверху, а он, похоже, уже оскорбил Лорда и Леди Гриффиндор, но не знал, чем. Гарри на мгновение перевёл взгляд с банкира на стоящих рядом эльфов, и теперь вспотевший гоблин понял, что подростки не сядут, пока их эльфы будут стоять. Потрясенный этим фактом, Крюкохват быстро извинился, и перед ними появились ещё два стула. Да, это определённо весьма необычные маги. Придя в себя, гоблин взялся за дело: — Лорд и Леди Гриффиндор, от нашего банка и всей нации гоблинов, хочу поздравить вас с вашим соединением и поинтересоваться, чем мы можем быть вам полезны. Краем глаза Гермиона заметила, как её родители от шока едва не попадали со стульев. — Спасибо, Крюкохват, – ответил парень. – Называйте нас Гарри и Гермиона. Мне нужны список нашего имущества, завещание моих родителей, письменный отчёт о доходах и расходах со счёта и, по возможности, любая литература о связях душ. — Это займёт некоторое время, мой л… Гарри. Не желаете чего-нибудь перекусить, пока ждёте? — Было бы неплохо, но, мне кажется, родителям сейчас лучше чего-нибудь выпить, они в настоящем шоке от всего этого, – сказала Гермиона. Им представилась редкая возможность наблюдать хихикающего гоблина. Стоило тому взмахнуть рукой, как на столе появились разнообразные закуски. — Я скоро вернусь со всем запрошенным, – ответил он, покидая комнату. А старшие Грейнджеры впились в подростков взглядами. Гарри повернулся к ним: —Думаю, мы должны объяснить вам хоть что-то, но поймите, для нас это тоже в новинку. Дэн посмотрел на него взглядом «продолжай, или будет хуже». Собственно, парню не оставили выбора. — Сегодня после уроков я подошёл к Гермионе, пригласил её на бал и предложил встречаться. Она согласилась, мы поцеловались, и теперь мы женаты. Дэн немного помедлил с ответом, так как думал, что Гарри ещё не договорил. Но Поттер молчал, и он взорвался: — Вы сбежали из школы, вытащили нас из клиники в другую часть Лондона и теперь рассказываете нам эту чушь?! Вы серьезно?! Хихикая Гермиона пересела со стула на колени Гарри, прежде чем ответить: — Нет, папа, это его крестный отец[1], вы попозже с ним познакомитесь. Вид их веселящейся дочери, обычно зацикленной только на книгах, был для стоматологов настолько непривычен, что никто из них не упрекнул её за то, куда она села. — Сэр, я просто хочу заверить Вас и миссис Грейнджер, что не случилось ничего несоответствующего, и что я люблю вашу дочь всем сердцем. Мы были лучшими друзьями с одиннадцати лет, и, если бы всё шло нормально, у вас бы было несколько лет, чтобы узнать меня получше прежде, чем я сделал бы ей предложение. Но в момент, когда мы поцеловались, между нами возникла связь душ, которая является законным и нерушимым браком. — По какой-то причине это очень расстроило нашего директора, – продолжила Гермиона, – поэтому нам пришлось спасать свои семьи. Надеюсь, Гринготтс сможет дать нам ответы. Дэн Грейнджер оказался в довольно затруднительном положении. Его дочь сидела на коленях этого молодого человека, обхватив его шею руками, и улыбалась, не выглядя при этом смущённой. С одной стороны, хорошо, что его маленькая и одинокая девочка нашла того, кто, очевидно, думал и заботился о ней, но проблема была в том, что она все еще была его дочуркой. Он посмотрел на супругу, и они поняли, что должны это принять, а все руководства для родителей можно было выкинуть в мусорное ведро сразу, как только в их жизни появилась магия. Ведь чем они могут помочь, когда на их дочь нападает горный тролль в туалете для девочек или василиск в школьном коридоре? Они смотрели на Гермиону, и ни один из них никогда не видел её счастливее, чем сейчас, а это было для них обоих самым главным. Гермиона видела, как её родителям было сложно и попыталась им помочь: — Мама, папа, нам пока мало что известно, поэтому Гарри и попросил Крюкохвата принести любые книги о связях душ. В мире магглов такое просто можно было бы назвать браком, заключенным на небесах, а в волшебном можно узнать, что именно произошло, и почему всё сложилось так. Когда мы с Гарри поцеловались, и образовалась связь, случился настолько сильный выброс, что мы потеряли сознание. Этот комментарий вызвал смех у обоих эльфов. В ответ на недоуменные взгляды, Добби пояснил: — Извините, моя леди, но всё было сильнее, чем вы думали – вы разбили половину всех окон в замке, – после чего они снова рассмеялись, и теперь к ним присоединились все остальные. — Ну, мы платить за это точно не будем. И что означают эти Лорд и Леди? Теперь твоя мама должна кланяться, когда будет приносить тебе завтрак? – спросил улыбающийся Дэн, пытаясь поднять всем настроение. — На самом деле, папа, мы теперь владеем Хогвартсом, мое официальное имя – Леди Гермиона Джин Поттер-Гриффиндор, и я не думаю, что мама будет приносить нам с мужем завтрак – эльфы расстроятся. Она пыталась сдержаться, но, увидев лица родителей, просто залилась смехом, к которому все не смогли не присоединиться. Тем временем к смеющейся группе присоединился Крюкохват, нагруженный папками и свитками. Он начинал понимать восхищение директора Рагнока, ибо эта молодая пара, собиралась перевернуть волшебный мир с ног на голову. Их обращение с эльфами его очень удивило, но теперь он понял, что тех не считают рабами. Вся нация гоблинов была готова присоединиться к этой паре в надежде на то, что их будут считать равными волшебникам и всем другим магическим существам. Он разложил документы на столе, пока все успокаивались. — С чего бы вы хотели начать, Гарри? – спросил гоблин. — Думаю, мы должны просмотреть всё в хронологическом порядке, и, надеюсь, мы обнаружим закономерности, поскольку у нас имеются некоторые подозрения, но нет никаких доказательств, – ответила Гермиона, а Гарри согласно кивнул. Затем гоблин взял в руки завещание Джеймса и Лили Поттер и начал: — Я сообщу вам главные сведения по основным пунктам всех документов, которые мы здесь рассмотрим. Как и ожидалось, ваши родители оставили все вам, но нас беспокоит ваше проживание у Дурслей, так как в завещании перечислено шесть различных вариантов вашего проживания, но определенно указано, что ни при каких условиях вы не останетесь со своей тетей. По сути, Дамблдор похитил вас и, поскольку вашего крестного отца без суда посадили, объявил себя вашим законным опекуном Воцарившаяся в комнате тишина была оглушительной. — Как ваш магический опекун, он имел доступ к части вашего счёта и заплатил Вернону Дурслю в общей сложности сто двадцать тысяч фунтов стерлингов за четырнадцатилетний период вашего нахождения у них. Параллельно он также оплачивал обучение в Хогвартсе для всех детей семьи Уизли. Казалось, хуже быть не может, но… — Помимо этого, Дамблдор также заключил брачный контракт на шестнадцатилетие Гарри с Джиневрой Молли Уизли. И тут Гермиона взорвалась: — Старый ублюдок! Я собираюсь надрать ему его старую задницу, и я не забуду клятых Уизли и Дурслей. Многие люди заплатят за то, что причинили боль моему Гарри. Магия, исходящая от Гермионы, буквально сотрясала банк, старшие Грейнджеры вместе с эльфами укрылись за тем, что только смогли найти, воздух потрескивал от энергии. Дверь распахнулась, и в кабинет попытался войти директор Рагнок с четырьмя охранниками, но их вышвырнуло вон. Гарри, который все еще обнимал Гермиону, громко сказал: — Я люблю тебя, миссис Поттер! Это отвлекло Гермиону на достаточное время, чтобы Гарри втянул ее в поцелуй, с каждой секундой сменяющий её гнев на страсть, когда всё иное переставало существовать. Когда поцелуй закончился, Гермиона вздохнула: — Спасибо, Гарри, это было мне необходимо. Ты же понимаешь, что если Джинни окажется к тебе ближе, чем в двадцати футах, я раздавлю ее, как жука? Гарри только кивнул и повернулся к гоблину. — Крюкохват, можете продолжать и постарайтесь объяснять всё помягче, потому что моя жена, оказывается, та ещё собственница. Будьте добры, расскажите, что мы можем сделать в этой ситуации, так как никоим образом этому... Как ты его назвала? ...старому ублюдку определенно не сойдет это с рук, – они смотрели друг другу в глаза, совершенно не замечая беспорядка в кабинете. — Это что, чёрт возьми, сейчас было?! – требовательно спросила их Эмма. — Это была неостановимая стихия природы, известная, как характер Гермионы Поттер, – сказал Гарри, выделяя фамилию, дабы показать, кого он любит. Дэн быстро раскусил его тактику и, увидев, что она работает, подошел к паре и обнял их обоих: — Может, и к лучшему, что ты забрал её у нас, – сказал он, глядя на пару. – Она ведь, и вправду, может дом взорвать. Эмма не осталась в стороне и тоже подошла обняться: — Добро пожаловать в нашу семью, Гарри. Нам, конечно придётся ещё долго к этому привыкать, но нам очень важно счастье нашей доченьки, и мы верим, что с тобой ей будет хорошо, - сказала она. После этого в кабинет вошёл директор банка, оправившийся от бурной реакции клиентов его подчинённого. — Лорд и леди Гриффиндор, позвольте представиться. Рагнок, директор банка Гринготтс, – сказал гоблин. Через пару секунд он еле заметно дёрнулся, будто вспомнив что-то, и повернулся к Дэну. – Мистер Грейнджер, я слышал о вашем увлечении гольфом, и, думаю, вам будет интересно узнать, что ваш зять владеет несколькими такими полями в Британии. — И где именно они находятся? – в глазах Дэна вспыхнул огонёк. — Поттеры являются одними из основателей R&A[2] и владеют всеми полями в Сент-Эндрюсе, - ответил Рагнок. — О да, он, определенно, владелец[3], - пошутила Эмма, тогда как Дэн потерял сознание.