Comfort and Home

      Первым делом, Какаши, зайдя в дом, направился в спальню, отчаянно ища место, в котором он может побыть наедине, окруженный лишь прохладной, безмолвной темнотой. По прошествии стольких лет, приняв узы, связывающие его с другими, он стал более общительным и компанейским, но всё же, порой, мужчину настигали дни, когда он чувствовал себя абсолютно опустошенным из-за этого всего. Сегодня был один из таких дней.       Какаши правда обожал свою истинную, но сейчас был крайне рад тому, что по возвращению домой её здесь не оказалось, поскольку без чьего-либо ещё присутствия он мог дышать, постепенно избавляясь от цепких пут окрепшей за долгое время клаустрофобии. Когда мужчина закрылся в спальне, то ни на мгновение не побеспокоился об освещении, минуя ковер и останавливаясь у полоски света, пробивающуюся сквозь открытую оконную занавеску. Их одеяла были идеально заправлены и сложены, но Хатаке без всяких угрызений совести сбросил их на пол в несуразную кучу.       Ушло довольно много времени, прежде чем он соорудил приемлемое уютное местечко. Сначала Какаши обустроил место лишь для себя одного, но стоило ему туда заползти, как мужчина понял, что это никуда не годится. Он перемещал подушки и одеяла внутри до тех пор, пока места не оказалось достаточно для двоих. Закончив, мужчина едва не нырнул внутрь, обвиваясь руками и ногами вокруг подушки-обнимашки, которая так сильно пахла его любимым человеком.       Он вообще не шевелился до тех пор, пока Сакура не обнаружила мужчину, осторожно садясь у края своеобразного гнёздышка, и пробегаясь пальцами по его волосам.       — Тяжелый день? — спросила она.       — Даже чересчур, — сказал мужчина. — Гай потащил меня выпить в бар, и это здорово вымотало меня.       — Что ж, так не пойдет. Могу я прилечь рядом?       Какаши быстро кивнул. К счастью, у него было достаточно времени, чтобы собрать себя в кучу, и ему это было действительно необходимо, но всё, чего он хотел сейчас — оказаться в руках его альфы так, чтобы ничего больше не могло его касаться. Он будто наконец ощутил себя целостным, когда Сакура легла за спину, притянув Какаши к своей груди. Она целовала его волосы, шею и плечи, пока он жалостливо скулил, старалась окружить мужчину всей своей любовью и вниманием, что только у неё были.       — Мы можем лежать так пока тебе не станет легче, — сказала ему Сакура, на что Какаши слабо улыбнулся.       — Мне уже, — признался он. — Мне всегда лучше, когда ты рядом.       В благодарность она коснулась губами чувствительного местечка на его шее.       — Так мило с твоей стороны, сказать что-то подобное.       Довольный от осознания, что порадовал её, Какаши откинулся ещё немного назад и начал урчать. Сегодняшний день, на поверку, оказался не таким уж плохим, ведь его настроение довольно легко было изменить, и нахождение его альфы рядом всегда был хорошим способом сделать это. Ничто и никогда не заставляло его чувствовать себя настолько правильно, кроме тела Сакуры, что накрывало его так, будто они два кусочка пазла, складывающиеся воедино. Так оно и было. Сакура вписалась в жизнь Какаши так же легко, как её руки крепко обвивались вокруг его талии.       — Не хочешь приготовить вместе ужин, когда мы встанем? — спрашивает она.       — Звучит здорово.       — Хорошо. Тогда просто дай мне знать, когда захочешь встать, я хочу отнести тебя на кухню.       — Маа, это тоже звучит здорово, — хихикнул Какаши. — Но чуть позже. Я бы хотел остаться вот так ещё ненадолго.       Он почувствовал шеей кивок Сакуры, и следующий за ним поцелуй , настолько нежный, будто она полагала, что мужчина был сделан из хрупкого хрусталя.       — Мы можем лежать так долго, как только тебе захочется, мой прекрасный истинный. Я не отпущу тебя ни на мгновение.       Какаши заурчал ещё громче и закрыл глаза.