Настало время флаги сменить

Северус не помнил себя от ярости, когда вбил пьянющего Забини в стену. Стоя в одних спальных штанах, он сжимал горло своего ученика одной рукой, кинув Гермионе короткое «В комнату, живо!». Почувствовав дыхание алкоголя из уст задыхающегося студента, Снейп разозлился еще больше. С диким рыком он кинул его в свои апартаменты, одним мощным пинком загнал катящееся тело в ванную и захлопнул дверь. Слизеринка тряслась, обнимая себя руками. Все пуговицы её блузки были сорваны, юбка смята, один чулок сполз, а волосы превратились в настоящее гнездо. Из ванной доносились мычащие звуки, а потом, судя по всему, полилась вода. Все еще не в силах пошевелиться, она никак не отреагировала на внезапное появление профессора МакГонагалл, чьи комнаты были ближе всего к апартаментам декана Слизерина.  — Что за шум? — изумлённо шептала она, забегая во все еще открытую, из-за брошенной на пороге сумки, дверь. — Мисс Грейнджер! — выдохнула она, подбегая к ученице, но та резко отскочила назад, все еще плача.  — Что случилось? — раздался сонный голос декана Рейвенкло. — О, Мерлин! — мужчина закрыл глаза ладонью. Из ванной комнаты снова доносились звуки. На этот раз ударов. — Минерва, сообщите Альбусу, — быстро бросил он, достав палочку, и побежал в комнату, где велся бой. Профессор трансфигурации взяла с кресла брошенную черную мантию и накинула её на девушку, не прикасаясь к той руками. Взмахнув палочкой, она подключила камин к сети.  — Альбус, — тревожно пробормотала профессор, когда увидела седую голову зевающего директора. — Срочно. Одно слово, и спустя несколько секунд из камина уже вышел Дамблдор в голубой пижаме в синий горошек, поверх которой была наброшена стального цвета мантия. Всего секундой позже, когда старик уже оценил взглядом пространство, из ванной вышел профессор Флитвик, над которым в воздухе парил мокрый от контрастного душа слизеринец с разбитым в кровь лицом. Прямо позади шел разъяренный декан Слизерина.  — Филиус, я сам разберусь! — рявкнул он.  — Северус, ну ради всего святого! Как Вы вообще умудрились так изувечить бедного студента одной рукой? — изумился низкий мужчина, собираясь аккуратно положить Блейза на ковер.  — Этот. Бедный. Студент. Чуть не изнасиловал мою студентку! — заорал раскрасневшийся Снейп, и Филиус уронил парня прямо лицом в пол, отчего тот жалобно застонал. Благо декан Гриффиндора была достаточно благоразумна, чтобы заранее наложить заглушающие чары, и весь Хогвартс не слышал этого. — Уж, простите! Левой рукой мне неудобно пользоваться палочкой. Пришлось по старинке, — съязвил он, и только сейчас развернулся, поняв, что его личные комнаты в жизни не вмещали такое количество гостей.  — Северус, это ужасно, но нужно разобраться в первопричинах, — подошел к нему пожилой колдун и, когда зельевар снова открыл рот, опередил его. — Я уже второй раз за год взываю к твоему разуму. Не ты ли всегда говорил, что разум превыше эмоций? Так прояви благоразумие. Если ты так просто обвинишь своего студента, твой факультет не только будет уже дважды опорочен, но и потеряет баллы, за которые ты так…  — Да плевать мне на баллы, Альбус! — рычал мужчина, сжав кулаки. — Плевать на статус факультета! В данную секунду меня беспокоит только… И тут он, наконец, на неё посмотрел. Словно маленькая птичка, загнанная в клетку, она вся сжалась и тихо вздрагивала, укутавшись в его мантию. Профессор МакГонагалл наколдовала чашку чая и протянула её девушке, но та лишь сделала еще один шаг в сторону. Снейп застыл. Переведя дух, он кивнул Флитвику, закрывающему собой почти недвижимое тело студента.  — Что у него со зрачками и языком? — прохрипел он, и маленький усатый волшебник перевернул избитое тело, внимательно разглядывая лицо его обладателя.  — Про язык ничего не могу сказать. Он в крови, ты ведь выбил мистеру Забини зубы, — взметнув брови вверх, протянул он и посветил палочкой в глаза студенту. — А зрачки остаются сильно расширенными, даже при ярком свете…  — Пусть Слагхорн проверит его на наличие каких-нибудь одурманивающих зелий, — нехотя выдавил мужчина из себя, и директор улыбнулся.  — Теперь ты говоришь, как декан своего факультета, — мягко пробормотал он, но Северус уже не слышал. Он подошел к слизеринке, которую Минерва безрезультатно попыталась приобнять, и, к неожиданности своих коллег, встал перед ней на колени.  — Гермиона, — тихо обратился он к ней, и пожилая колдунья переглянулась с директором.  — Профессор, — шмыгнула она носом, пока последние слезы катились по её щекам. Зельевар спокойно прикоснулся ладонью к её лицу и вытер влажные дорожки. — Можно я сегодня в общежитие не пойду? — просипела она, наконец подняв глаза и со стыдом оглядев преподавателей, засвидетельствовавших эту позорную ситуацию. В глаза Северусу она смотреть не могла.  — Конечно, — мягко пробормотал он, снова встав и проведя рукой по плечу волшебницы.  — Она могла бы остаться у меня… — вставила декан Гриффиндора.  — Минерва, — обратился к ней директор. — Я думаю, мисс Грейнджер будет комфортно себя чувствовать… Тут Гермиона, всем нутром своим нуждавшаяся, наконец, в поддержке, скинув с себя мантию, обняла зельевара. С силой к нему прижавшись, она почти сразу же почувствовала его руки на своей спине, и услышала коллективный выдох МакГонагалл и Флитвика. Не потому, что она проявила неожиданный прилив нежности. Это было вполне объяснимо, особенно в сложившейся ситуации. А потому, что Северус Снейп, положительный эмоциональный потенциал которого, по мнению окружающих, немногим опережал камень, ответил на этот порыв… по-человечески.  — …здесь, — закончил свою мысль Дамблдор.

***

Она вышла из ванной, облачившись в белую мужскую рубашку, которую дал ей учитель. Он стоял у камина, повернувшись лицом к входной двери, в которую сегодня вошло и вышло слишком много незваных личностей. Его взгляд был расфокусирован, брови нахмурены, а руки скрещены на груди. Услышав её тихие шаги, преподаватель повернулся. Волшебница все еще не смотрела ему в глаза.  — Гермиона, — прошептал он, подойдя ближе. — Взгляни на меня, — Она покрутила головой из стороны в сторону. Профессор тяжело вздохнул, поднял её на руки, почувствовав, как девушка сильнее жмется к нему, и пошел в свою спальню. Сев на кровать и вытянув ноги, он так и удерживал её в своих объятьях. Они сидели в темноте, освещаемой лишь звездами за окном. Зельевар прижался губами к её виску. — Будем спать? — она кивнула. Волшебница легла на бок, прижавшись спиной к его груди. Он обнял её перебинтованной рукой, положив подбородок ей на макушку. Спустя пару секунд его уже практически сросшиеся пальцы накрыла теплая ладонь, и зельевар тяжело выдохнул.  — Скажи мне что-нибудь, — пробормотала она. — Что угодно.  — Ты была превосходна на поле, — прошептал он, спустя минуту тишины.  — Спасибо, — слабо улыбнулась ведьма. — Хотя ты мне и запрещал.  — На то была причина, — участилось его сердцебиение. — Я…  — Что? — спросила она, но он все равно молчал. Тогда девушка провела пальцами по всей его руке, мягко её поглаживая. — Скажи мне.  — Я… Боялся, — выдавил преподаватель. — За тебя. Что ты снова окажешься в беде, а я ничем не смогу помочь. Не успею… Но судьба, видимо, решила поиздеваться надо мной, послав в эту ночь Забини, — слизеринка развернулась, и впервые за вечер посмотрела ему в глаза, отчетливо различая их в темноте и видя, сколько в них неприкрытого гнева и сожаления.  — Почему ты не сказал мне?  — А ты бы отказалась от игры, если бы узнала? — с иронией протянул он.  — Да, — просто ответила она. — Очень бы расстроилась, но… Ты ведь важнее. Ты, а не твой профессорский статус, — выдохнула студентка, глядя на то, как поднялись вверх его брови. Она провела ладонью по его скуле, и мужчина нервно сглотнул. — Что с рукой? — с интересом спросила она, переведя тему.  — В состоянии ускорения встретилась с твердой плоской поверхностью.  — Ты… Злился? — неуверенно прошептала ведьма, едва заметно улыбнувшись.  — Угу, — раздался его низкий хрип. — Увидел, как ты обнимаешься в коридоре с… виновником сегодняшнего мордобоя, — с обидой проговорил он. — Не знал, куда деть энергию.  — Ну, — снова печально опустила она глаза. — Сегодня, полагаю, ты её выплеснул… Хоть что-то положительное.  — Гермиона, таких дней, как сегодня, не должно быть никогда. Во-первых, если бы не Филиус, меня бы уже уводили в Азкабан за убийство или нанесение особо тяжелых увечий ученику, — холодно отчеканил Снейп без капли иронии в голосе. — А во-вторых, — смягчил он тон, подняв за подбородок её лицо и заглядывая в глаза девушке. — Я лучше запру тебя в какой-нибудь высокой башне, и ты будешь ненавидеть меня всю оставшуюся жизнь, чем позволю и тебе, и себе снова пережить нечто… Подобное, — закончив, учитель едва касаясь, оставил на её губах легкий поцелуй, решив, что на сегодня с неё достаточно было «ласк». Красная отметина на шее это подтверждала.  — Тогда я стану самой настоящей принцессой, и Малфой просто захлебнется от распирающего его самодовольства, — усмехнулась она и, быстро чмокнув его в щеку, снова развернулась, удобно устраиваясь в сильных теплых объятиях…

***

Гораций обнаружил, что мистеру Забини подмешали любовный напиток в огневиски, по всей видимости, пытаясь приворожить бесстрастного ко всем и вся парня, но не предусмотрев, что в сочетании с алкоголем зелья часто дают непредсказуемый эффект. Так, то, что должно было приманить Блейза к одной колдунье, повело его к первой, попавшейся на пути после начала действия зелья. Альбус Дамблдор и Филиус Флитвик стояли над кушеткой слизеринца, глядя, как колдомедик обрабатывает его изрядно опухшее лицо.  — Мадам Помфри, — прозвучал низкий баритон, и слизеринец дернулся, в ужасе глядя единственным смотрящим глазом на своего декана.  — Профессор Снейп, — улыбнулась пожилая женщина, откладывая банку с мазью. — Пришли снять повязку с правой руки? Хотя, как я погляжу, вы и левой со всем справляетесь. Кхм… Прошу прощения, — хихикнула она, подойдя к преподавателю с палочкой.  — Северус, Вас с мисс Грейнджер не было на завтраке… У девочки все хорошо? — подал голос декан Рейвенкло, пока с его коллеги снимали бинты. Побитый студент отвернул голову, позорно накрывшись одеялом.  — Я освободил её от сегодняшних занятий, — властно сказал учитель. — А еще, — тише и менее уверенно добавил он, повернувшись к двум преподавателям. — Проспал.  — Ну вот и все, профессор, — довольно оглядела его кисть колдомедик. — Рука, как новенькая. А теперь… — она махнула профессуре, чтобы они отошли от койки и не мешали ей работать.  — Никогда за тобой такого не замечал. А… Мисс Грейнджер тоже проспала? — хитро блеснули глаза директора.  — Нет, — мягко пробормотал мужчина, погрузившийся в утренние воспоминания. — Когда я встал, она сидела за моим столом и проверяла работы первого курса, — усмехнулся он, на миг забыв с кем и о чем разговаривает. Его почти всегда недовольное лицо разгладилось, вслед за чем усы преподавателя чар насмешливо дернулись. — Мне осталось лишь выставить оценки, — откашливаясь закончил он.  — Интересно… Девушка сейчас в общежитии? — протянул Дамблдор.  — Нет, — вновь вернул он голосу ледяные ноты. — Шла за мной в Больничное крыло. Для осмотра. Её задержала мисс Уизли, — фыркнул волшебник. Как раз в этот момент в помещение быстро зашла Гермиона. Не рискнув подойти к мадам Помфри, занимающейся больным слизеринцем, ведьма поспешила к знакомой черной мантии.  — Мисс Грейнджер, мы как раз говорим о Вас, — улыбнулся пожилой волшебник. — Профессор Снейп сообщил, что Вы помогли ему сегодня с бумажной работой, — она неловко кивнула, бросив быстрый взгляд на декана. — Возможно, когда-нибудь и Вы станете профессором…  — О да! — весело воскликнул низкий маг. — У Вас есть для этого все задатки, моя дорогая.  — Я… — слизеринка хотела ответить что-нибудь любезное, но её отвлекла колдомедик, подошедшая и, под тяжелым взглядом зельевара, уведшая её в отдельную комнату. Альбус и Филиус вместе ушли, так как последний хотел обсудить с директором что-то с глазу на глаз, а Северус медленно прошествовал к кровати своего студента и чинно опустился на стул, стоящий рядом. Не подбитый глаз парня расширился, и он часто задышал, попытавшись приподняться на локтях.  — Лежать, — рявкнул преподаватель, испепеляя ученика взглядом, и тот мгновенно подчинился. — Не волнуйтесь, мистер Забини. У мадам Помфри золотые руки. Как я погляжу, она уже и зубы Вам вставила. Надеюсь, Вы не против, что некоторые я оставил у себя. Ну так, на память. Храню среди ингредиентов, мало ли, — довольно съязвил мужчина, видя в каком ужасе находится его студент. А значит, он все помнит. — У меня к Вам маленькая просьба. Я ведь могу на Вас рассчитывать? — елейным голосом протянул он.  — В-в-все, ч-что угодно, с-с-сэр, — заикаясь произнес обычно всегда уверенный в себе маг.  — Вы же знаете Хогвартс. В этой школе совершенно невозможно хранить что-то в тайне. Вот и сейчас, я слышу перешептывания о том, что Вы, якобы, пытались обесчестить мисс Грейнджер. Какая мерзость. Но мы-то с Вами понимаем, что это лишь мерзкие слухи… Понимаем, мистер Забини? — притворно ласково спросил преподаватель, наклонив голову в бок.  — К-конечно, п-п-профессор… Ничего не было!  — Подождите, — протянул он и пересел на кровать. — Не так быстро, — только что вставленные зубы слизеринца застучали, ведь мужчина, еще вчера прокативший его лицом по всем плоским поверхностям ванной, наклонился совсем близко и теперь шептал. — Сегодня же приступишь к занятиям, Забини. Сразу после обеда. И продемонстрируешь всем свое преобразившееся лицо. Я хочу, чтобы каждая поганая крыса в этом замке знала, что вчера ты, еще не успев и пальцем тронуть Гермиону… И пальцем, ты понял, Забини? — парень активно закивал. — Получил соответствующую расплату от её декана, которому сегодня, так кстати, сняли бинты и со второй руки, — ученик нервно сглотнул, когда эта самая рука опустилась ему на шею. — Донеси мысль в пустые головы каждого, что любой, рискнувший обидеть мою студентку, может не оказаться таким же удачливым, как ты…  — Ну вот и все, мисс Грейнджер! И следа не осталось. Вам повезло отделаться парой синяков на руках и кровоподтеком, — послышались приближающиеся шаги колдомедика, и зельевар резко встал, вскинув бровь в ожидании реакции Блейза. Тот кивал, как болванчик, неотрывно глядя на своего декана и отвернувшись лишь, когда подошла Гермиона. Последнее, что он успел заметить, это как она почти незаметно протянула руку профессору, а он легонько сжал её пальцы. От внезапно озарившей парня мысли, на душе у него окончательно похолодело, и он возблагодарил Мерлина и профессора Флитвика за дарованную ему вторую жизнь. Ухмылка его декана подтвердила эту мысль.