Проклятье убийц драконов

— Нацу, м-мне нужно с тобой кое о чем п-поговорить, — неуверенно начала Люси, в мыслях перебирая возможные варианты того, как лучше всего, а главное аккуратно приподнести своему возлюбленному эту шокирующую новость. Девушка начала шагами мерить комнату, решив, что именно таким способом её нервозность утихнет, но с каждым шагом розоволосого, что приближался к кухне, где, собственно, и ожидала его девушка, становилось только хуже. Этот ребёнок уже стал для неё большой неожиданностью, но теперь самым большим страхом для неё стало то, как на это отреагирует отец будущего ребёнка. Вдруг он не обрадуется? Скажет ему не нужны дети и заставит делать аборт. От одной лишь мысли об этом девушку всю передернуло. Она встряхнула голову, дабы выкинуть оттуда все дурные мысли. Сейчас ей нужно думать о ребенке. Да, это большая ответственность, но это будет на их совести. — Что случилось? — Странно, но почему-то Нацу решил, что если заклинательница хочет с ним о чем-то поговорить, то обязательно должно что-то случиться. Хотя, именно в этом случае действительно кое-что произошло. Осталось только решить — хорошее или же плохое. — У тебя газы? — сморозил он. — Э… Что, прости? — Хартфилия тут же остановилась и позабыла о своих переживаниях, так как теперь она пыталась понять — послышалось ей или же нет. — Ну-у, — замялся огненный маг, — сегодня мне Кана рассказывала, что когда у девушки газы, то она немного нервничает по этому поводу и ведёт себя необычно. — начал он уверенно, но, заметив пристальный хмурый взгляд своей девушки, под конец его стало еле слышно. — Прости, — поспешно извинился тот. — о чем ты хотела поговорить? — Ах, да. О чем я хотела поговорить, — Златовласка снова занервничала и начала ходить из одной стороны в другую. — Эм… В общем… Тут такое дело… М-м… Как бы сказать… — она начала что-то невнятно мямлить, при этом вызвав со стороны мага непонимающий взгляд. Люси глубоко вздохнула. — Н-Нацу, я… беременна. Долгое молчание последовало после признания девушки. Юноша пару раз моргнул, перевёл свой взгляд с обеспокоенного лица девушки на её живот, затем обратно, повторил это несколько раз. — То есть… Т-ты хочешь сказать, что… — Нацу медленно подошёл к своей возлюбленной и дрожащей рукой прикоснулся к её животу, где, предположительно, находился плод. — у нас б-будет ребёнок? — На его лице было удивление, но, тем не менее, это не помешало нарисоваться глупой улыбке. Люси неуверенно кивнула, все ещё боясь смотреть в глаза своего любимого. — Т-ты… рад? — тихо и неуверенно подала голос девушка, разглядывая свои ноги, но за её словами вновь последовало молчание. — Нацу? Ты… — хотела было златовласка повторить свой вопрос, но, подняв глаза на мага, она вдруг замолчала. Теперь её была очередь удивляться. Нацу, что некоторое время назад замер в удивление, уже стоял и весь светился от счастья, в глазах стояли слезы радости, он неотрывно смотрел на живот Люси, а в голове уже всплывали представления счастливой семьи, где в главной роли были Нацу, Люси и их малыш. — Рад? — тихо спросил Драгнил, удивляясь словам возлюбленной. — Да я просто счастлив! — воскликнул он и, на эмоциях подхватив Люси, начал её кружить по комнате. — У нас будет семья! Большая и дружная семья! Так, для начала нужно пожениться! — радостно воскликнул розоволосый, поставив юную волшебницу на ноги. — Люси, ты выйдешь за меня? Хотя у тебя уже выбора нет, ты в любом случае выйдешь за меня, — Заклинательница не успела и рта раскрыть, как Нацу сам ответил на свой вопрос. — И придётся нам найти жилье побольше, иначе здесь нам втроём будет тесно. Я хочу, чтобы у нашего ребёнка была своя комната! Так, надо будет купить коляску, кроватку, э-э, что ещё? Что ещё? Да много чего ещё! — Нацу не переставал метаться из комнаты в комнату, вслух рассуждая дальнейшие действия. — Это же нужны пелёнки. Много пелёнок. И много игрушек. Я сделаю все возможное, чтобы у нашего ребёнка было счастливое детство! А для этого нужно много работать. Люси, я на задание, а ты отдыхай и береги ребёнка, — Нацу начал быстро собираться, перед выходом поцеловав свою девушку в щёчку и её живот. — Люблю вас! — после этих слов от розоволосого и след простыл. Люси ещё некоторое время неподвижно стояла на месте, ошарашенная реакцией юноши. Она несколько раз моргнула, пытаясь понять все ли это сейчас происходит на самом деле. — Ох, Нацу, суета ходячая, — закатив глаза, недовольно проговорила она, но, снова и снова прокручивая в голове воспоминания последних минут, вскоре на её лице возникла счастливая улыбка, а на глазах слезы счастья, понимая, как же ей все-таки повезло с любимым. Но радоваться было некогда, так как блондинка снова почувствовала дикую сонливость. Она попыталась дойти до кровати, но не успела и снова уснула на полу. Неделя пятая — Люсь, а как Нацу отреагировал на твою беременность? — с нескрываемым интересом спросила Макгарден, что сидела рядом с заклинателтницей и держала в руках очередную книжку. — Ам… — Вспоминая этот незабываемый момент в её жизни, Хартфилия машинально улыбнулась такой искренней и счастливой улыбкой, что тут и без слов все было понятно. — Ну, естественно он сначала не поверил. Но потом… Я никогда не видела его таким счастливым. Я боялась, что он будет разочарован и против этого ребёнка, но… Это невозможно передать словами. Было ощущение будто он весь светился от переизбытка эндорфина. Он сразу начал все продумывать наперёд: что нужно покупать к рождению ребёнка, нужно ли менять квартиру. Но для всего этого нужны деньги, а от меня сейчас мало толку — либо без остановки извергаю все что только что съела, либо сплю без задних ног — поэтому как только Нацу это понял от него и след простыл. Теперь я его вижу крайне редко. — Улыбка сменилась грустью от понимания, что ничего не может сделать для своей семьи. Слушая рассказ подруги, девчонки сначала умилялись и счастливо улыбались, радуясь за счастье этой парочки, но под конец, когда голос Люси стал уже не таким радостным, как изначально, из-за частого отсутствия своего возлюбленного, девушки тоже немного поникли, понимая, что разговор зашёл в другое русло. — Люси, как ты себя чувствуешь? — с искренней заботой в голосе спросила стоявшая за барной стойкой пепельноволосая девушка, что пыталась сменить тему разговора. — Токсикоз меня доконает, — устало произнесла Хартфилия, попивая воду из стакана, что Мира так любезно дала златовласке. — Всё же тебе стоит обратиться к Полюшке, — обеспокоенно смотря на подругу, начала Венди. — сонливость и токсикоз — это, конечно, нормально при беременности, но не в таких количествах. А самое странное то, что у тебя проявляется магия Нацу. — Может это и не его магия, — со всей серьёзностью произнесла заклинательница духов. Лицо её было бледное от неважного состояния и, судя по её щекам, которые немного осунулись, в весе она поубавила и виной всему сильный токсикоз. Все присутствующие непонимающе посмотрели на Хартфилию. — Люсь, о чем это ты? — приподняв вопросительно одну бровь, спросила Леви. — С чего мы решили, что эта магия Нацу? Да, она очень похожа на его, но… что-то в ней не так. Она другая, — Люси задумчиво водила уже пустым стаканом по столу. — Поэтому я предположила, что этот огонь не Нацу и уж точно не мой. — Что? Но тогда чей? — Волшебница воды все никак не поймёт к чему клонит её подруга. — Неужели… Постой, Люси. Хочешь сказать, что эта магия вашего ребёнка? — Мира ошарашенно уставилась на блондинку, прижав свои руки к груди. Та в ответ лишь неуверенно кивнула. — Но разве такое возможно? — Эльза, как и другие девчонки, не могла в это поверить. В мире волшебства если ребёнок и рождается уже с магическими силами, то эта сила в основном начинает проявляться после трех лет. До этого момента никто точно не может определить какие у него способности и есть ли они у него вообще. Если же ребёнок родился без магических способностей, то у него есть шанс этому научиться. В настоящее время существует множество различных магических школ, где детям рассказывают основы магии, как правильно и в каких целях её нужно использовать. Люси взволнованно посмотрела на Эльзу, одним лишь своим взглядом давая ей понять, что не знает ответа на её вопрос. Затем блондинка опустила глаза вниз на свой живот, за который так нежно держалась обеими руками, будто говоря своему малышу, что все в порядке и она не даст его в обиду. Она только что узнала, что беременна и уже появляются поводы для беспокойства. Да, пусть эта новость стала для неё и Нацу неожиданностью, пусть они оба до сих пор не могут в это поверить, но они уже любят этого ребёнка и с нетерпением ждут его появления на этот свет. — Хм… Значит, ты говоришь повышенная сонливость, постоянный голод, тошнота, рвота и, плюс ко всему, возможно проявление магии Нацу? — розоволосая лекарь задумчивым взглядом глянула на обеспокоенную пару влюблённых, которые уверенно кивнули на её слова. — Люси, когда у тебя были месячные в последний раз? — Полюшка нахмурилась, будто чего-то боясь, и отвела свой взгляд куда-то в сторону. — Эм… В прошлом месяце. Задержка около трех недель. — Судя по вашим счастливым лицам, смею предположить, что вы уже осведомлены о беременности, — так грозно и весьма безрадостно заявила Полюшка, неотрывно смотря в глаза ребят. — И, если я правильно понимаю, Люси, отец твоего ребёнка — это Нацу, верно? — Целительница взглядом указала на сидящего рядом розоволосого. — Э… К-конечно, Нацу. А что? Что-то не так? — Заклинательница духов напряглась, всем телом предчувствуя что-то неладное. Она машинально схватилась за живот. — Нацу, ты — убийца драконов — когда-нибудь встречал других убийц драконов, у которых были полноценные семьи? — Розоволосая женщина встала с насиженного места и не спеша стала ходить по комнате. Парочка обменялись настороженными взглядами, все ещё не вникая, к чему клонит эта особа. — Нет, но при чем тут другие убийцы драконов? Какое они имеют отношение к моему ребёнку? — Нацу, чувствуя что-то неладное, взял пример с целительницы и вскочил с места, но отходить от любимой не стал, а автоматически прикрыл её своим телом. Но блондинка не собиралась тихо отсиживаться в углу, поэтому, не дожидаясь очередного странного и неуместного вопроса розоволосой, неуверенно поднялась на ноги. — Я бы на вашем месте не спешила радоваться, — от такого сурового вида и безрадостного тона пожилой женщины парочка тут же напряглась, понимая, что в этой сложившейся ситуации не все так просто. Казалось бы, что может пойти не так — выносить ребёнка, родить и жить долго и счастливо уже втроём, как и другие семьи, — вам предстоит сделать непростой выбор: оставить этого ребёнка или же убить его. Хартфилия охнула от последних слов целительницы, из-за чего её ноги тут же подкосились. Нацу тут же сориентировался, подхватил свою девушку под руку и посадил её на стоящий неподалёку стул. Да, пусть для неё этот ребёнок уже стал неожиданностью и они в принципе его не планировали, но от одной мысли убийства ещё даже неродившегося человечка бросает в дрожь. Чем он хуже других? Он ничего и никому не сделал. Он тоже заслуживает шанса на жизнь. — Да о чем ты вообще говоришь? Конечно же, мы его оставим! — Нацу, естественно, не понравились слова лекаря, благодаря чему он сразу нахмурился. Для него такое заявление просто напросто неприемлемо. Никто не смеет угрожать его семье. — Не торопись с выводами, мальчик, — она все также спокойна, а лицо все также выражает враждебность. — Какой я тебе мальчик, бабуля?! — розоволосый срывается на крик, не понимая по какой такой причине эти двое решатся на такой грех. — Кто мы, по-твоему, такие? Мы похожи на тех, кто способен пойти на такое? За кого ты нас.?! Не успевает огненный маг договорить, как розоволосая женщина его перебивает: — Мать умрёт прежде, чем плод появится на свет! — взорвалась Полюшка, кинув на Драгнила свой злобный взгляд, благодаря чему на его лице застыла гримасса ужаса. Что до Люси, сказать, что она была удивлена, значит, ничего не сказать. Не каждый день тебе говорят, что если оставишь ребёнка, то обязательно умрёшь. Полюшка тяжело вздохнула и снова продолжила: — Есть большая вероятность того, что Люси умрёт, не успев даже родить своего ребёнка. А если и выживет, то умрёт сразу после его рождения, — по её дрожащему голосу было понятно, что ей тяжело об этом говорить. Люси стеклянными глазами уставилась в пустоту, лицо её стало бледнее смерти. Казалось, будто на мгновение она перестала дышать. — Что.? — тихо, почти шёпотом спросил Драгнил. — Что ты несёшь? — Это… это что-то вроде проклятья убийц драконов. Они рождаются, взрослеют, влюбляются, заводят семью и, естественно, заводят детей, не подозревая, что их возлюбленных ждёт страшная смерть, — Розоволосой было тяжело об этом говорить, ведь она понимает, что они сами ещё дети и по сути ещё толком жизни не видели, но им уже пришлось столкнуться с неизбежными сложностями. Парочка, все ещё пребывающая в шоке, внимательно слушали женщину. Та глубоко вздохнула и снова продолжила: — Люси, ты сказала, что у тебя проявляется магия Нацу, но ты не в состоянии её контролировать, верно? — Хартфилия в ответ еле заметно кивнула. — Эта магия вашего ребёнка. Нацу отшагнул назад, стараясь не свалиться с ног, ведь информации так много и весьма безрадостной, что все это просто в голове не укладывается. Люси, всего на миг оторвав взгляд от Полюшки, беззвучно губами проговорила «Я так и знала», все ещё ожидая самого страшного. — Именно так своей магией ребёнок убивает мать изнутри. В вашем случае сжигает заживо. Это начнёт происходить как только ребёнок сможет использовать магию не с помощью своего носителя, а уже с помощью своего сформировавшегося организма, — От последних слов Люси неожиданно ахнула и закрыла рот руками, а Нацу и вовсе боялся пошевелиться, на его лице выступил холодный пот. — В таких случаях обычно мать может дожить лишь до седьмого месяца беременности из девяти. Максимум до восьмого. В комнате воцарилась гробовая тишина. Каждый с головой погрузился в свои мысли, боясь и звука издать. Судя по всему каждый уже во всех красках попытался представить эту ужасную картину. Нацу дрожал, дыхание его было прерывистым. Он пытался прийти в себя, собраться с мыслями, но эти жуткие мысли не дают ему покоя. Люси же просто молча сидела, безжизненным взглядом уставившись в пустоту. Она представляла, что родится прелестный малыш, который обязательно будет похож на Нацу — по крайней мере, ей очень этого хотелось — но с её карими глазами. Мечтала о том, как они будут вместе гулять, воспитывать ребёнка, играть с ним, просыпаться каждое утро под детские возгласы, как Нацу каждый раз, когда младший начнёт плакать, всячески будет пытаться его успокоить, а Люси, наблюдая за всем этим со стороны и умиляясь, просто даст ему соску и тот сразу успокоится, на что Нацу разочарованно уставится на неё. — Н-нет… — тихо подал голос розоволосый маг, нарушив тишину. — Это все неправда. Это просто не может быть правдой! Должен быть какой-то выход! — с каждым словом Драгнил повышал свой голос, постепенно приходя в ярость. — Нет… Вы врете. Зачем вы это делаете? Зачем вы все это придумали?! Если бы весь этот бред, что вы несёте, был правдой, то и моя мать должна была умереть сразу после того, как родила меня, но этого не произошло! А значит вы все врете! — Он, будто готовясь к битве, встал в позу и сжал свои ладони в кулаки, да так сильно, что на них выступили вены. В помещении резко поднялась температура. — На сколько я знаю, ты родился обычным человеком и не мог колдовать. Магие убийц драконов тебя обучил Игнил — твой названный отец. Поэтому твоя мать и не погибла. У неё был бы шанс выжить, если бы магия проявилась после родов или хотя бы в конце беременности. Но ребёнок сразу начал использовать магию ещё до того, как сама Люси узнала о беременности, — Лекарь перешла в наступление и так же, как и огненный маг, повысила голос, при этом сделав злобное лицо, так как поведение этого парня начинало её слегка подбешивать. Но после она глубоко вздохнула, чтобы немного успокоиться, и уже спокойнее продолжила. — Прости, Нацу, но тебе придётся с этим смириться. Если только вы не решите избавиться от этого ребёнка, — Полюшка бросила в сторону парня предупреждающий взгляд. Тот вздрогнул. — Я… умру? — тихонько, почти шёпотом неуверенно спросила заклинательница духов, будто не обращая внимания на все то, что происходит вокруг нее. Судя по её вопросу, смерть ребёнка она даже не рассматривала как вариант. Казалось, она уже начала морально готовиться к неизбежному будущему. Единственное, что ее расстраивало больше, чем сама смерть и разлука с любимым, так это то, что она никогда не увидит своего собственного ребенка. Все её тело обдало холодным потом и бросило в дрожь. — К-какой у меня срок? — будто бы стараясь сменить тему разговора, вдруг спросила Люси. — Пять-шесть недель… — Аборт, — холодно и бездушно произнёс огненный маг. — Н-Нацу? Что ты… Что ты сказал? — Люси боялась спрашивать своего возлюбленного. Она искренне надеялась, что это смертоносное слово ей послышалось. — Ты думаешь я смогу с этим смириться? Думаешь я предпочту тебя ребёнку, которого ещё даже нет? — Нацу медленно развернулся к своей возлюбленной и суровым взглядом посмотрел ей прямо в глаза. — Что ты такое говоришь? Конечно же, он есть. Он здесь! Со мной! — блондинка испуганным взглядом уставилась на парня. Её голос начал дрожать, а на глазах наворачивались слезы от такого решения её возлюбленного. Он медленно, но уверенно стал к ней приближаться. Она руками схватилась за живот и попятилась назад, отворачиваясь в противоположную сторону от огненного мага. — Я сказал аборт и точка! В следующие секунды Нацу грубо с силой схватил заклинательницу духов за руку и хотел было её поднять на ноги и подвести к розоволосой женщине. — Нет! Люси громко воскликнула, зажмурилась, съежилась и приготовилась защищаться, но тут из её тела неосознанно вырвалась волна огненной силы, благодаря чему Нацу не удержался на ногах и отлетел в дальний угол комнаты, где, собственно, и стояла шокированная Полюшка. И снова тишина. Драгнил и лекарь ошарашенно уставились на златовласку, а та на них. Никто не осмеливался даже двинуться. — Ребёнок… Он защищает Люси? — Нацу первый нарушил тишину, все ещё пытаясь прийти в себя после случившегося. — Нет… Скорее, он защищает себя, — Розоволосая нахмурилась, но все ещё не отрывала взгляд от девушки. Что до Люси, так та перевела свой обеспокоенный взгляд на свой живот. — Не бойся. Все хорошо. Они тебя не тронут. Я не позволю, — волшебница нежно улыбнулась и со всей любовью начала поглаживать свой живот. — Спасибо вам, Полюшка. Блондинка встала с насиженного места и не спеша куда-то направилась, оставив своего возлюбленного и целительницу, что удивлённо смотрели ей вслед. Продолжение следует