Странный, но не для меня

Пасмурно. Погода в этом месте редко радовала, почему? А этого никто не знает, может расположение особняка плохое, а может сама атмосфера и аура этого места влияла на это. Жизнь в особняке Олетус кипела, как и всегда. Кто-то бежал на предстоящий матч, кто-то просто весело разговаривал в сторонке, а кто-то пытался понять что вообще происходит. Вся эта суета, беготня и разговоры раздражали Эзопа. Парень обычно не вылезал из своей комнаты, а появлялся он в коридорах только тогда, когда нужно было идти на матч. Выжившие, жившие в особняке, всегда считали того странным, чудным и закрытым, и именно по этой причине Эзоп не нашёл, так сказать, друзей, да они ему были и не особо нужны. Для него существовали лишь его косметичка, гроб и куклы, которых он старательно оберегал. Ещё до жизни в этом поместье он был не особо счастлив. Учился у убийцы, сам же желал смерти своего учителя и вернулся сюда лишь для того, чтобы увести души выживших в иной мир с такой же красотой, с какой те были ещё при жизни. Лёгкие и быстрые движения кисти, нежные пастельные цвета, куча времени и превосходный мастер, кропотливо работающий над куклой. И так проходил каждый вечер юноши, но везде есть свои подножки. Утро 8:30 Эзоп уже сидит в главном зале и ждёт остальных участников матча. Насколько понял бальзамировщик, сегодня будут пророк, танцовщица и наёмник. Из всех них он разговаривал лишь с Наибом, наёмником, но это особо не скрашивало картину. "Если сегодня будет Джек или того похуже, то могу считать, что утро я точно начал не с той ноги" - думал о том, кто сегодня может быть и вдруг его размышления прервал чей-то спокойный и немного сонный голос. -Доброе утро, Эзоп Карл. - сказал пророк, зевая и прикрывая рукой рот. Ещё секунды три Эзоп пытался прийти в себя, а всё из-за того, что с ним очень редко кто здоровался, да и вообще обращал внимание на него. -Доброе утро. - немного неуверенно, но твёрдо сказал бальзамировщик. Тем временем пророк уже сел на место рядом с Эзопом Карлом и продолжал зевать - тот явно ночью не спал, либо не выспался. Карл немного вопросительно поглядывал на Илая, думая о том, заговорить или нет. Но всё-таки решил начать разговор. -Не спалось? - немного настороженно и тихо спросил парень, ожидая, что, возможно, его просто проигнорируют, но, к его удивлению, тот с лёгкостью ему ответил, даже не задумываясь. -Кошмары достали, какой день выспаться не могу. - снова зевнул, при этом немного нахмурившись. И правда, кошмары тут многим снятся и, порой, часто и Эзопа это не обходит стороной, но тот уже привык и может заснуть после них, хоть и научился этому недавно. -А ты пытался просто игнорировать свои мысли после кошмара? - до сих пор смотрит на пророка с изучающих взглядом, при этом постукивая пальцами по косметичке. Илай особо не обращал на это внимание, но даже несмотря на своё сонное состояние тот охотно отвечал бальзамировщику. - Пытался, но тут уже не мысли мешают, а бодрое состояние после этого всего. А тебя, я смотрю, кошмары не особо мучают. - Глянул на того, хоть глаза и скрывала маска но можно было заметить то, что тот действительно интересуется тем, как Эзоп спит, и неужели его совсем не мучают кошмары. -Мне каждый день что-нибудь отвратное снится, я просто уже привык к этому. - пожал плечами и посмотрел на приближающихся спутников. Утро 9:30, Матч И как бы Эзоп не проклинал небеса, ему всё равно не повезло, а тут дело, конечно же, в охотнике - по его душу или нервы пришёл фотограф. "Уж лучше бы Джек, хоть убейте, лучше бы он" - с такими мыслями он искал место для гроба, обходя камеры назойливого охотника. И вот, даже минуты не прошло, а кто-то уже сидел на стуле, кто-то отчаянно его спасал, а фотограф лишь с довольной улыбкой отправлял второго в нокаут. Атмосфера действительно была напряжённой, да и карта была отвратной, по мнению Эзопа. Он уже включил вторую машинку и совсем не заметил, что уже двух выживших нет, а рядом давно находится Джозеф. Сердце парня начинает колотится как бешеное, по всему телу расползаются мурашки, со лба начинают катиться капельки пота, и это все значило одно - фотограф рядом, и он пришел по его душу. Эзоп резко начал бежать, а сзади послышался смех Джозефа. -Да ладно тебе, ты же знаешь, что я тебя не трону, Эзоп, но ты всё равно от меня убегаешь - с насмешливой грустью произнёс охотник и продолжил стремительно гнаться за юношей. Но вдруг над головой Карла начала летать сова, а после и вовсе стала клевать беловолосую макушку фотографа и тот раздражённо начал отмахиваться от надоедливого существа. -Чёртова птица, сгинь - через минуту всего этого он всё-таки смог ударить птицу, и та полетела в стену, врезавшись о неё с глухим стуком, но Эзоп этого уже не видел и не слышал. Он убежал на другой конец карты, ища последнюю машинку и, к его везению, пророк уже включал её, а тому оставалось лишь присоединиться и поблагодарить, что тот послал ему на помощь свою сову. -Ты в порядке? - спросил Илай, не отрываясь от декодинга. -Да, спасибо, благодаря твоей сове я смог убежать от него. - благодарным тоном произнёс бальзамировщик, и при этом на губах появилась улыбка, хоть ту и не было видно, это всё равно очень необычное явление для него. Подобное заставило на секунду задуматься, но это не отобразилось на включении машинки. -Не стоит благодарить. - слегка улыбнулся парень в капюшоне и почти закончил декодировать. - Ты мне не кажешься странным. - внезапно произнёс пророк от чего Карл чуть ли не ошибся в декодировании. -Ч-чего?! - удивлённо спросил Эзоп, посматривая на Илая ошарашенными глазами. -Многие говорят, что ты странный и чудоковатый. - закончил работу, но мысль продолжил. - А сейчас ты кажешься мне полной противоположностью их словам, иногда и правда нужно пообщаться с человеком, чтобы его действительно узнать. - закончил фразу и пошёл к воротам, жестом показывая Эзопу идти за ним. А тот секунд десять переваривал сказанное Илаем, и только после этого он понял, что надо торопиться, а то придётся снова бегать от Джозефа. Вечер 19:00 Бальзамировщик сидел на своей кровати и снова обдумывал слова пророка. Илай стал первым человеком здесь, кто назвал его нормальным. От понимания этого на душе парня становилось необычайно тепло и радостно, от чего тот неосознанно вздрагивал и пытался понять что с ним происходит. Вроде тот здоров, в матче его лишь раз ранили, но не сильно, а тут с ним происходит вот такое вот чудо. "Да я даже его толком не знаю, а тут радуюсь словам о том, что я нормальный. Я что, настолько свихнулся? Неужели одиночество даёт свои плоды... Радоваться тому, что ты нормальный, дожили" - с этими мыслями он встал с кровати, потирая лоб, думы обо всём этом начали давать надежду на то, что у Карла появится хоть один человек, с которым можно хотя бы просто спокойно поговорить. От этих мыслей становилось тепло на душе. Ночь 2 часа И снова кошмары, изъедающие изнутри страхом и отчаянием, пожирающие сознание ужасными образами и фразами. По коже бегут мурашки, хочется закутаться в одеяло от холода, которого вовсе нет, спрятаться и забыться - желание перестать видеть эти фрагменты растёт с каждой секундой. Всё это снова вернулось к Эзопу, он уже забыл это, а сейчас по его щекам бегут слёзы, а из горла так и хочет вырваться крик. И вот приглушённый крик, резкий скачок с подушки, мокрые от слёз щёки и частое-частое неровное дыхание. "Неужели снова началось," - с такими мыслями он встал с постели, вытирая покрасневшие глаза. "Схожу в главный зал, там Эмили вроде оставляла валерьянку."- парень подходит к двери и с тихим скрипом открывает её, с целью добраться до зала не увиденным, а также тихим, что бы никого не разбудить. За окнами шёл проливной дождь, капли которого с глухим звуком били в стёкла окон, ветер протяжно завывал и шатал ветви деревьев, от чего те ударялись о крышу особняка. Это придавало жуткую и загадочную атмосферу, а скрип паркета дополнял её, но это всяко лучше кромешной тишины, хотя так возможно думал только он. И вот, спустя минут десять, парень дошёл до зала, открывая дверь, он совсем не ожидал кого-нибудь там встретить, но ожидать подвоха стоило. В кресле сидел Илай: он читал какую-то книгу под приглушённым тёплым светом лампы, на столике стояло горячее молоко, а рядом с молоком стоял мёд. А сам вид пророка был совсем необычным, так как Эзоп никогда не видел того без маски и капюшона. Тот сидел в синей спальной рубашке и в синих свободных штанах, волосы растрёпаны, а ярко голубые глаза были слегка призакрыты и устремлены в книгу, и весь этот вид заставил Эзопа покраснеть, и никто не знает почему. Сова, сидящая на плече у Илая, привлекла внимание хозяина на ночного гостя, который похоже тоже не хочет спать. Тот похоже тоже был удивлён увидеть Эзопа без маски, закрывающую его рот и нос, с распущенными потрёпанными волосами и белоснежной с серыми пуговицами, слегка помятой ночнушке. И оба так смотрели друг на друга с нескрываемым удивлением, но первым тишину прервал пророк: -Не ожидал тебя встретить, особенно в два часа ночи "Да ещё и в таком милом виде" - от своих же мыслей вздрогнул, но не подал виду, не хватало ещё спугнуть и так не особо любящего общественность человека. -А, д-да так, внезапно приснился кошмар с которым мне похоже не справиться. - с ноткой неуверенности и страха произнёс тот и тихонько закрыл дверь в зал, но сесть на диван или вообще приближаться к пророку не решался. -Вот оно как... - не закончил фразу, так как заметил нерешительность Эзопа и тот стоял и мялся у дверей. - Ты чего стоишь, присаживайся, я не кусаюсь, - Кларк дружелюбно улыбнулся бальзамировщику. -Что ж, ничего не поделаешь. - медленно, но уже увереннее зашагал к дивану. -Тёплое молоко с мёдом будешь? А то мне уже оно вряд ли понадобится, книги меня и без него успокаивают, отвлекают от ненужных мыслей. -Ну если ты не будешь, то пожалуй не вижу смысла отказываться. - Эзоп потянулся к чашке, как только та оказалась у него в руках, то тепло от неё начало разливаться по всему его телу и почему-то он стал задумываться о том, что у Илая возможно такие же тёплые руки...и у Эзопа появилось желание докоснуться до них, от этих мыслей у него снова побежали мурашки и он начал пить молоко, чтобы отогнать ненужные мысли, которые совсем не вовремя начали донимать его. А тем временем пророк наблюдал за милой картиной: Эзоп с растрёпанными волосами, мятой рубашкой и щеками, покрытыми лёгким румянцем, жадно пьёт тёплое молоко. Илай невольно улыбнулся от этой картины. "И как такого человека можно избегать" - думал пророк, не видя в Эзопе чего-то странного. Из мыслей Кларка вытащил вопросительный голос бальзамировщика, тот смотрел на него удивлённым взглядом. -Илай, очнись, с тобой всё нормально? - немного забеспокоился. Пророк же наоборот чуть книгу не выронил и покраснел. "Стыдно-то как" - подумал тот, но незамедлительно ответил: - Д-да со мной всё нормально, просто задумался чуток.- неуверенно проговорил Илай. Эзоп ещё немного смотрел на лицо пророка, а потом слегка рассмеялся. -Да всё нормально, я не кусаюсь, - от этой фразы оба рассмеялись. Они ещё какое то время болтали, а после разошлись по комнатам и на этот раз быстро заснули, и уже без сновидений. Прошло 2 недели. После той ночи разговоров Илай и Эзоп стали чуть ли не каждый день общаться. Если в матче они вместе - то обязательно будут вытаскивать друг друга, благодаря Илаю, Эзоп втянулся в литературу и стал много читать: бывало что ночь проводили за разговорами либо у пророка в комнате, либо у бальзамировщика. Им обоим было комфортно общаться друг с другом, хоть и с остальными они попросту почти не общаются. Но с каждым разом появлялось что-то новое, что давало волю прекрасному чувству, что засело в них ещё с первого разговора. 4 часа дня Пророк сидел у себя в комнате на кровати и что-то увлечённо читал, так как сегодня у него матчей не было, и он спокойно мог себе это позволить, а вот у Эзопа с самого утра беспрерывно идут матчи - пророк ему мысленно сочувствовал и поддерживал, хотя бальзамировщику вряд-ли это поможет. И вот дверь в комнату открывается и заходит Эзоп, который поспешно снова закрывает дверь и сползает с неё вниз: вид был потрёпанный, вещи в крови, волосы торчат во все стороны.От такого вида Эзопа, Илай вздрогнул и быстро встал с кровати, подбегая к измотаному парню. -Ты как?!В порядке?! - присел на корточки убирая серые порядки волос с лица Эзопа. -Я очень, очень сильно устал- поднял на пророка усталый и измученный взгляд. -Ты бы хоть переоделся, а то весь в крови.Так, сейчас что нибудь тебе дам из своего шкафа. - после этого он встал и поспешно подошёл к своему шкафу, быстро роясь в нём. И через минуты две Илай достал одну из своих ночнушек, но на этот раз эта была белая, с синими полосами на рубашке. С этими вещами он подошёл к чуть ли не засыпающему Эзопу и подал тому руку что бы он смог встать. Бальзамировщику совсем не хотелось двигаться, но если не встанет сам, то его скорее всего поднимет сам пророк, либо его сова. После того как он встал, то сразу облокотился о стену недалеко от двери. -Сам переодеться сможешь или же мне помочь? - из-за последних слов у Кларка появился небольшой румянец на щеках, но ни тот ни другой этого не заметил. -Попробую сам, - и после бальзамировщик попытался снять свой пиджак, но с пуговицами в таком состоянии дело тщетно. -Давай с пуговицами хотя бы помогу, а то ты так полчаса ковыряться будешь -Илай слегка усмехнулся и начал растёгивать пуговицы на пиджаке Эзопа, пока тот их не вырвал. Вот спустя несколько быстрых движений пиджак был расстёгнут, дальше шла рубашка, и та тоже на пуговицах, и, конечно же, и её Илаю надо было расстегнуть, а то и она рискует быть порванной. Эзоп же стоял неподвижно, он не очень понимал происходящего, но когда заметил, что пророк расстёгивает его рубашку, то в миг покраснел хоть и знал, что он ему просто помогает, но сердце всё равно колотится, а щёки начинают гореть. Спустя секунд пятнадцать, рубашка была расстёгнута, Эзоп стоял весь красный, но пытался не выдать этого, а Илай понял всю ситуацию только когда отошёл от бальзамировщика и посмотрел на него, и тут же сам вспыхнул от своих же действий. -Н-ну дум-маю дальше ты сам справишься, - Илай сел на кровать, взяв книгу, но боковым зрением смотрел на Эзопа, чтобы тот случайно не упал, хотя может у него была и другая причина глядеть на раздетого парня, пытающегося надеть штаны. Только минут через десять, Эзоп надел ночнушку: рубашку натягивал не расстёгивая пуговиц, так как она ему была немного великовата, а также парень кое-как доплёлся до кровати Илая и сел на неё, положив свою голову тому на плечо, хвост он распустил и поэтому серые локоны немного щекотали шею пророка, а тот тем временем оторвался от книги и посмотрел на лицо уставшего труженика. -Может ляжешь на кровать, я думаю она удобнее будет. Но на эти слова Эзоп слегка покачал головой, но Илай решил поступить по-другому, он сел подальше от бальзамировщика, а после жестом указал ложится к нему на колени, Эзоп думать особо не стал и лёг как его и просили. Пророк взял книжку и сначала читал вслух, а потом просто гладил того по шелковистым серым волосам, от чего Эзоп сквозь сон довольно улыбнулся. А пока парень спокойно и мирно спал то у пророка чуть ли сердце не выпрыгивало из груди, ведь от вида Эзопа в его ночнушке, с распущенными волосами, без маски и с милой улыбкой на губах у Илая горят щёки ало-красным оттенком, а сердце совсем не успокаивалось, он явно сегодня не будет спать, мысли об этом человеке уже заполнили голову, а образы заставляли краснеть и сильнее биться сердце раз за разом. Спустя два дня, утро, после матча. Все бурно обсуждали прошедший матч, кто-то даже подходил и хвалил Эзопа, мол, молодец, сбежал от этого старикашки. Такое внимание бальзамировщику не очень нравилось, потому что он к этому совсем не привык, а тем более со стороны людей которые считают его странным - у него были смешанные чувства по этому поводу. В этом матче он убежал не один, а как всегда с Илаем, а тот пострадал побольше, чем сам Эзоп, а народ окружили пророка восхищаясь тем, что кто-то смог убежать от такого сильного охотника. Такое внимание к Илаю Эзопу совсем не нравилось, парню так и хотелось забрать Илая и увести его от всех выживших, что его окружили со всех сторон. Но он не мог так поступить, поэтому просто стоял у стены и с раздражением смотрел на толпу. Минут через пять пророку так и удалось отыскать взглядом бальзамировщика и когда заметил, что тот скоро всю здешнюю толпу на кусочки порвёт, сложит по гробам, закопает и надгробие не поставит. Поэтому Илай сам начал выбираться из толпы. Спустя ещё две минуты он таки смог выбраться и быстро подбежал к Эзопу взяв того за руку. -Быстрее, бежим. - тихо произнёс пророк и побежал из зала, таща за собой не понимающего Эзопа, который пытался сравняться с Илаем, после чего Кларк завернул в какую то комнату, это оказалась библиотека, вот уж где явно никого не бывает кроме Эзопа и Илая. Пророк отпустил руки бальзамировщика и отдышался. -Ты от кого побегать решил? - спросил Эзоп, немного ошарашенный действиями Илая. -Если бы я этого не сделал, то боюсь ты бы их всех в гробы уложил.Так что теперь хотя бы будешь спокоен. - подошёл к Эзопу и слегка взъерошил и так лохматую макушку. -Не сделал бы я этого, делать мне нечего, - с ноткой раздражения проговорил, вспоминая ту толпу. -Верю, верю. - с этими словами он снял повязку с глаз и капюшон, а после приподнял голову Эзопа, осторожно снимая маску. Бальзамировщик с вопросительным взглядом смотрел на пророка, не понимая его действий. -Надеюсь, ты не против. - шёпотом произнёс Илай и накрыл губы Эзопа своими, даря тому нежный и сладкий поцелуй. От такого бальзамировщик чуть ли не подпрыгнул, сердце начало бешено стучать, щёки уже цвета помидора, приятные мурашки расползлись по всему телу. Все мысли в перемешку, что делать тот не знал, но всё таки решил поддаться приятной дрожи и сердцу, поэтому ответил на поцелуй пророка. Илай же был приятно удивлён ответу, но всё же пришлось оторваться от губ Эзопа, сам бальзамировщик стоял красный, как рак, а Илай от него не отличался, но смотрел на того с улыбкой и после снова взъерошил тому волосы. -Думаю и так всё ясно. - проговорил Илай и снова поцеловал, но на этот раз в щёку. После этого прошла ещё одна неделя. Эзоп позволял целовать себя где пророку будет угодно, а сам обожал сидеть у Илая на коленках в крепких объятиях, иногда целуя его шею. Они официально не признавались в любви, как в фильмах где девушка признаётся своему любимому, а тот признаётся в ответ, поцелуй, слёзы счастья и всего вот этого. Им хватало лишь одно слова "люблю" , перед сном и утром просыпаясь в объятьях друг друга, и в лучах солнца, пробивающихся сквозь шторы. Им не нужно ничего более, кроме любви друг друга.