Танцы на стёклах

— Доброе утро, девочка моя. — шепчет Джастин на ухо Мишель. А его ли она девочка? После того секса в новой студии прошло два дня, а Мишель до сих пор тошно от себя и от своих поступков. Она любит Джастина как человека, как друга, как родного человека. А разве с родными людьми занимаются сексом? В тот же день утром она целовала Брендона, и во время того поцелуя её пробирала дрожь и мурашки. Во время секса с Джастином она не ощущала ничего. И ей ужасно стыдно, но она не знает, что ей делать. Как оправдать себя и свое поведение, чтобы спокойно смотреть Джастину в глаза? Как сделать так, чтобы Брэндон больше не появлялся в её жизни? — Доброе. А где Молли? — Она уже в школе. — Мы стали редко видеться. Она уходит раньше меня, а я прихожу с работы очень поздно. — Можем выделить день, когда ты работаешь меньше, чем обычно и погулять всей семьёй. Семьёй... А где семья, Джастин? Хотелось бы ощущать себя семьёй, но к сожалению, этого нет. Мишель твердо решила для себя, что она заставит себя любить Джастина. Ужасно, да, но это был бы лучший вариант. Она целовала его чаще, чем обычно, обнимала его, перед сном заводила долгие разговоры ни о чем. Но толку было мало. Он становился ей всё роднее, но любви в этом не было. — Как там твои молодожены? Пара сидит на кухне и пьёт кофе, которым Мишель чуть не захлебнулась сейчас. — Да вот через час репетиция. Зачем ты про них спросил? Мишель была бы счастлива забыть и просто не приехать на репетицию. А потом бы эта противная Кристина отказалась от хореографа за такое поведение. Прекрасно же. — В новой студии? — Да, я за эти два дня предупредила все группы детей и взрослых о переезде. Спасибо тебе. — Ты грустишь? Да. Определённо, да. Мишель слишком ответственный человек. И как бы ей ни хотелось послать куда подальше и Брэндона и его невесту — она никогда этого не сделает. Она поставит этот чёртов танец и отправит их под венец. Супер. — Тебе кажется. Я поеду, молодожены ждать не будут. И она едет. Собирает все силы в кулак и едет. В голове только одна мысль: "не ведись на него, Мишель. Он бросил тебя, растоптал твои чувства. Уехал, даже ничего не объяснив. Держи себя в руках, Мишель." В будние дни у хореографа расписан весь танцевальный день. Начиная от совсем маленьких детей, которые могут заниматься утром, потому что ещё не ходят в школу, заканчивая взрослыми девушками, которые после работы приходят потанцевать для души. Ко всему этому расписанию добавились ещё и молодожены, которые, к слову, опаздывают. — Мишель! Доброе утро. Мы опоздали, прости нас, это всё из-за Брэндона, видите ли не мог он пойти на репетицию не позавтракав! Кристина ворвалась в зал как ураган, сходу начиная свой рассказ. И когда это они успели перейти на "ты"? — Ничего. Просто занятие будет на десять минут короче, у меня сразу после вас группа детей. Брэндон молча ушёл в раздевалку, только пару раз взглянув на Мишель и аккуратно кивнув ей в знак приветствия, когда Кристина решила только переобуться. — Боже, дети это так здорово! А у тебя есть детки? Какая к черту разница этой курице, есть ли у неё дети? Нет. Но она очень хочет. Но она не будет заводить детей с Джастином, пока она его не любит. — Нет, у меня нет детей. — сказала Мишель, когда Брэндон вышел из раздевалки. — Начнем репетицию? Он старательно делал вид, что между ними ничего не происходило. Ни пять лет назад, ни два дня назад. Ни одного колкого комментария, ни одной шуточки, ничего. Только тишина и глупые попытки строить из себя человека, который не умеет танцевать. Зачем? — Мишель, помоги! — зовёт Кристина, когда они пытаются встать в пару. — Стань ты, а я посмотрю, как нужно и стану так же. Издевательство какое-то. Мишель подходит и дрожащими от нервов руками становится в пару с Брэндоном. Её правая ладонь лежит в его ладони, он некрепко, но ощутимо сжимает её. Её левая рука лежит у него на плече, а он держит её за талию. Они снова не могут оторвать друг от друга взгляд, но она тихо произносит: — Рука должна быть не на талии, а под лопаткой. Подними, пожалуйста. И он осторожно поднимает руку, скользя пальцами по её спине, заставляя толпы мурашек бегать по месту прикосновения. И плевать им двоим, что рядом стоит его невеста. Они стояли бы так до утра и наслаждались глазами друг друга. Но нельзя. Мишель аккуратно отстранилась и хотела было ставить на своё место Кристину, как заметила её разговаривающую по телефону. У неё звонил телефон? Она серьёзно не слышала ничего вокруг, пока утопала в голубых глазах Брэндона. — Мне срочно нужно уехать, а вы танцуйте без меня, счастливо! — и Кристина быстро скрылась за дверью, не дав никому сказать и слова. — Если я попрошу уйти, ты ведь не уйдешь? — Мишель стояла, сложив руки на груди примерно в метре от Брэндона. — Нет. Его голос стальной и властный. И вообще он очень изменился за это время. По идее ему сейчас... тридцать? Он возмужал, стал ещё более подтянутым, раздался в плечах. На лице красуется ухоженная щетина, а волосы всё так же аккуратно уложены. Он, определённо, красив. — Ты очень изменилась за эти годы. — говорит Брэндон с лёгкой улыбкой. — Ты тоже. — Ты стала ещё красивее, Мишель. Не могу насмотреться. Потанцуем? — Что? От его комплимента она просто опешила и перестала дышать. Что он там говорил дальше? Она просто не слышала, всё ещё была в ступоре. — Вальс. Свадебный. Танцуем? — А, да-да, давай. Она включила музыку и медленно подошла к нему. За час занятия с Кристиной они смогли поставить только секунд двадцать танца. Вдвоём с Брэндоном они смогли бы придумать его на ходу с первого раза, стоило им только начать танцевать. И они начали. Двигались плавно, медленно, идеально подстраиваясь под музыку. Он наклонял её, придерживая за талию, они кружились и делали несколько поддержек. Но самое главное — они практически не разрывали зрительный контакт. Слишком интимно. Слишком красиво. Слишком близко, хоть и музыка уже закончилась. А на глазах снова проступили слёзы. Прошло слишком много времени, всё забыто и перечеркнуто. Она придет вечером домой в объятия Джастина, а Брэндона дома ждёт невеста, с которой он будет танцевать вот так, на свадьбе. А Мишель тоже хочет свадьбу. А ещё она хочет любить до потери пульса. И безумно хочет поцеловать Брэндона. Но нельзя, это за гранью любой морали. Это неправильно. Так не должно быть. Она сегодня же скажет Джастину о том, что совершила ошибку. О том, что вернулся Брэндон. Но и с Брэндоном она никогда не будет. Лучше уж одной, чем жить, обманывая себя и того человека, который тебя любит. — Мишель, всё в порядке? Ты странно смотришь. — Задумалась. — О чём? — Зачем ты приехал, Брэндон? За тобой, Мишель. Ты многого не знаешь. Я вынужден был уехать, у меня не было другого выбора. Я расскажу, если будет такая возможность, если ты подпустишь меня ближе, хоть немного. Но так сложились обстоятельства, и я стал их заложником. Я долго искал тебя, Мишель, очень долго. Среди такого количества людей найти тебя слишком сложно, учитывая то, что я не мог попросить помощи у кого-то из команды. А потом в мою строительную фирму, в один из филиалов, поступил заказ на ремонт помещения, заказ на твоё имя. Это не могло быть совпадением. Ты и танцы — одно целое. Я сразу переехал сюда. Здесь тебя стало найти немного проще. По крайней мере я знал, что ты преподаёшь здесь. Потом как в тумане всё. Я попросил свою сестру подыграть мне, сделать вид супружеской пары. Я просто не имел права заявиться сюда со своими чувствами. Мне важно знать, Мишель, что ты тоже ко мне что-то чувствуешь. В противном случае я отступлю и не буду мешать твоему счастью, даже если оно рядом с Джастином. Но я люблю тебя, Мишель. Тогда я сказал правду, ты стала единственной девушкой, которая смогла растопить мое ледное сердце. Зачем я приехал, Мишель? За тобой. — Я приехал сюда по работе, Мишель. Тут и остался. — Спасибо за правду. — Она грустно улыбнулась ему и мягко отстранилась. Слишком уж долго они не размыкали рук после танца. — Спасибо за репетицию, можешь идти. Через минуту придут мои дети. — Можно я останусь? — Зачем? — Посмотреть. Я очень скучаю за всей этой танцевальной атмосферой на самом деле. Если ты не против, конечно. — Как пожелаешь. Брэндон сел на лавку, чтобы никому не мешать, а детишки стали приходить и заполнять зал своим звонким смехом. Их было человек двадцать, четырех и пяти лет. И глядя на всю эту толпу маленьких попрыгунчиков перед репетицией, Брэндон представить себе не мог, как маленькая и хрупкая Мишель с ними справляется. Но как только она вошла в зал — дети стали по своим местам, улыбаясь преподавателю. Секрет Мишель был прост. Она очень любит свою работу и любит каждого этого ребёнка. Поэтому ей даже не приходилось на них повышать голос или объяснять что-то по нескольку раз. Когда есть любовь — всё понятно без слов. Конечно, Брэндон остался на репетицию не потому, что скучал за танцами. Он скучал по Мишель. И смотреть, как она работает, танцует и обращается с детьми — услада для глаз и ушей. Она идеальна. Но в какой-то момент что-то пошло не так. Маленькая девочка стала плакать, а мальчик, стоявший рядом посылал ей злые взгляды. Милейшая картина, на самом деле. — Мелисса, что случилось? — Мишель присела на корточки перед детками, пытаясь разобраться в проблеме. — Он меня обизает! — Плачет Мелисса, пальцем указывает на того злобного мальчишку. — Дёлгает за фостик, а мне бойна. — Питер, ты зачем обижаешь Мелиссу? Посмотри, она плачет. Разве можно так делать? — Я её не обизал! — грозный Питер стал серьезным, сложив на груди свои маленькие ручки. — Я ей говолил, что она класивая, а она на меня внимания не облащает! — И ты решил таким образом добиться её внимания? — Да! Сзади подошёл Брэндон и решил вмешаться в разговор, присаживаясь рядом с Мишель. — Но посмотри, теперь она плачет. Не обязательно делать больно тому, кого любишь, Питер. Лучше скажи ей ещё много раз, что она красивая, и тогда она услышит. Пойми это сейчас и запомни, что нельзя обижать любимого человека. Иначе можно обидеть так сильно, что прощения можешь никогда уже не выпросить. А потом плакать будешь уже ты. Он всё это время смотрел на Питера, но было абсолютно ясно, что говорил он эти слова Мишель...