Розыск

После разговора с Аароном Майкл сразу же уехал, запирая Сару на замок, приказывая оставаться на месте, без попыток выбраться. Девушка с все еще ослабленным телом провалилась в сон. Сара проснулась ближе к вечеру, так как свойство цветов дало о себе знать. Мышцы все также тянуло, но они уже не болели хотя бы. Медленно потягиваясь на кровати, где лежала одна, она стала осматривать домик, в котором находится. Обычный маленький деревянный двухэтажный дом, который ничем не отличался от обычных жилых домов в пригороде. Небольшой беспорядок по всему пространству, маленькая гостиная, где был лишь диван и небольшой телевизор перед ним, остальное место пустовало. Но по следам на паркете можно предположить, что здесь когда-то был комод или книжный стеллаж. Комната, где она спала, тоже не блистала роскошью. Только большая и удобная кровать, что расположена впритык к стене, заполняла большую часть комнаты. Внимание привлек большой шкаф, но и тот был закрыт на замок. Что он скрывает? Не желая проверять, девушка двинулась на кухню, попутно собирая волосы в небрежный пучок и поправляя футболку, в которой она спала. Кухня встретила ее большим пространством и такими же большими, да просто огромными, панорамными окнами, что открывали взор на водную гладь вблизи дома. Нежное солнышко, что уже спешило спрятаться за темным горизонтом и отдать смену подружке-луне. Красивый желто-красный свет ласкал стены, оставляя отпечатки на них. Комната выглядела самой чистой из всех. Большой деревянный стол и всего один стул. Кажется, Майкл живет один и не очень любит гостей на своей территории. На большой стене, что разделяла комнату и кухню, висели семейные фотографии. Майкл в бомбере со школьной, по всей видимости, эмблемой, рядом с ним молодой парень в очках. Они братья? Совершенно не похожи. Они отличались во всем: в телосложении, в росте, в чертах лица, формах губ и носа. Но даже глядя на черно-белые снимки, можно было уловить тонкую нить родства — это взгляд. Хищный и с прищуром. На следующих снимках были уже взрослые люди, скорее всего, мать и отец. Такие счастливые: мужчина приобнимает жену за талию, улыбаясь самой безупречной улыбкой. Красивые и счастливые. В углу красовались даты и года. Сара внимательно изучала каждую фотографию, желая узнать ближе Дракона, хотя бы через тонкую призму фотографий. Проводя тонкими пальчиками по рамке и стеклу, что хранили семейные тайны счастья, девушка отметила, что последняя дата общего фото август 1988 г. Два года назад. — Детка, ты очнулась? — девушка вздрогнула, не услышав как Тёрнер вошел в дом. — А, любуешься, — он горько ухмыльнулся, подходя ближе, — голодна? — Немного, как Вишня? — обнимая себя за плечи, Сара села на тот одинокий стул, наблюдая за каждым действием парня. — Не пускают к нему, да и мне не время появляться в участке, — парень достал молоко и яйца, попутно разогревая плиту, — и тебе, детка, не советую. Ты сама как? — Лучше, чем вчера, — она нелепо дернула уголками губ, но вспоминая прошлый вечер, тепло и удовлетворенность сами собой разлились по телу приятной истомой. — Таблетки пила? — парень отстранился от готовки, тело напряглось, мышцы, словно в нервном тике, задергались, а глаза буравили ее, внимая каждое телодвижение. — Нет, — краткий ответ, но столько значащий для него. Она встала на путь. Он улыбнулся и радостно продолжил готовку, осознавая всю радужность ситуации. — Тебе Адель передала вещи, я в комнате оставил, можешь посмотреть. Через три дня приезжают Сойки, точнее основной состав, так что пока будем здесь, а потом на собрание, — на тяжелой, чугунной сковороде зашипело масло, мелкими брызгами отлетая в сторону. Майкл говорил, даже не повернув головы, полностью наслаждаясь процессом готовки. Казалось, что он находится в своем мире, где нет места другим. Сара прошла в комнату и подошла к своей сумке с вещами, что передала подруга. Пара теплых вещей, штаны с юбкой, небольшая косметичка, а на самом дне лежала записка. Девушка взяла вдвое сложенную бумагу и прижав к груди, вдохнула легкий аромат, свойственный только рыжеволосой подруге. Легкий аромат клубники, что смешался с терпким запахом жасмина и так приятно ласкал кожу внутри носа. Сара выглянула из комнаты, натянув джинсы, футболку снимать не стала, хоть и слегка замёрзла. Открытые руки покрылись мурашками, холодный воздух ласкал плечи, не давая и шанса согреться. Майкл все еще был занят готовкой и Сара юрко нырнула в ванную, запираясь на засов, и стала раскрывать письмо. «Привет, малышка, я уже наслышана о твоих деяниях и связалась с Катрин. Через пару дней она будет в этом захолустье, и мы приступим к нашему главному пункту. Если честно, ты молодец, но могла лучше, похвалы особой не получишь, так как с твоей стороны нарушен договор. Это уже настораживает, выставляя не в лучшем свете перед Драконами. Нас ждет серьезный разговор. Тем не менее, Холл и Люк восхищены твой работой, ведь 75% товара ты отдала, это сыграет нам на руку. Тёрнер, кажется, тоже за тебя, но, пожалуйста, не забудь о пункте 8.9. Я тебя прошу! До встречи в среду, целую. P.S. В боковом кармане лежат новые транквилизаторы, на всякий случай, сладкая.» После вкусного позднего завтрака, сопровождающегося разговорами ни о чем и легким стуком дождевых осенних капель по стеклу, Сара ушла в комнату. Сев на край не заправленной кровати, она прокручивала маленькую упаковку фольгированных таблеток, что подложила Адель. Она должна сделать выбор. Какое противное слово «выбор». Пробуя каждую буковку, понимаешь, что это слово ставит тебя на кон дальнейшей жизни, словно русская рулетка. Да. Или. Нет. — Детка, ты решила куда поступать? — за тихим семейным ужином без отца поинтересовалась мать. Семьей являлись только мать и дочь. Отец же служил лишь спермобаком, что дал жизнь юной О’Нил. Ничего больше он не привносил в эту жизнь, кроме разочарований и новых синяков от побоев во время пьяного угара. И те два продольных шрама являлись его заслугой, когда в один ужасный и страшный зимний вечер, он увидел не свою пятнадцатилетнюю малышку, а демона с огромными крыльями за спиной. Крики и истерика, визги девочки не влияли на его решение. Нож с фамильной гравировкой, что нынче Сара носит с собой, пронзил ее юную кожу, отрывая крылья, что служили не отродьем дьявола, а лишь ее окрыленностью жизни. — Нет, мам, еще не решила, — закидывая в рот кусочек только что отрезанного и хорошо прожаренного стейка, пролепетала девушка. — Пора сделать выбор, малышка, время поджимает, а так и мест не останется. Хочу, чтобы ты уехала отсюда, тебе здесь не место, — сухо проговорила старшая О’Нил, проглатывая крепко застрявший ком в горле. Воспоминания ударяют в голову, разливаясь дикой болью по всему телу, пробуждая чувство ненависти к этому миру и жизни. Он забрал ее. Забрал самое ценное, что было у нее. Он забрал мать. Ладошки вспотели, покрываясь неприятной и липкой влагой. Все еще прокручивая пластинку с «лекарством», Сара взвешивает все за и против. Если перестанет, то она полностью потеряет самообладание. Ее чистую кровь зальет жажда похоти, злости и смерти, что так неистово приятно ударяют в голову лучше любого наркотика. Майкл приоткрывает дверь, он только из душа. Его рельефное тело покрыто каплями воды, что так медленно стекают по его торсу, разбиваясь о салатовое полотенце, завязанное на бедрах. Нелепо взъерошив непослушные волосы, он устало смотрит на девушку, медленно переводя глаза на руки. Он подходит, опускаясь к ней на корточки, заглядывает в ее глаза, что находятся в смятении. — Детка, что ты решила? — он наклоняется к рукам, оставляя невесомые поцелуи на пальцах, жадно впивающихся в пластинку. — Я не знаю, — подняв свой взгляд от рук, она грустно ухмыльнулась, — мне тяжело. — Я знаю, но просто попробуй, — под успокаивающе слова он медленно забрал упаковку, и сел рядом с ней, прижимая к своей широкой и мокрой от воды груди. Первая любовь, она такая чистая и невинная, также было и с малышкой Сарой. Все та же пятнадцатилетняя девочка, что стала встречаться с мальчиком из параллельного класса. Он красивый, на него ведутся многие девушки, и Сара, окрыленная первым порывом чувств, была уверена, что именно она та самая, ради которой можно забыть о своих похождениях. Серая мышка школы, что была известна лишь благодаря известному издательству ее ненавистного отца, наконец чувствовала себя счастливой. Кажется, этот парень был первым, кто обратил на нее внимание, ловко приударяя за ней, а на деле еще за тремя девушками. Популярный баскетболист, высокий, статный и совсем юный Маркел. После первой и единственной их близости, что была наполнена лишь болью и слезами, ведь он даже не пытался доставить Саре удовольствие и какой-то комфортный первый секс, она прижималась к его груди, что была покрыта испариной. Тихие слезы стекали по щекам девушки, но парень не желал ее утешать. — Маркел, я люблю тебя, — сквозь боль и горькие слезы, что юная девушка, ничего не знающая о половой жизни, считала нормальной реакцией, прошептала она. —Воу, О’Нил, не нужно таких слов, ты же не подумала, что мне нужна такая тихая замухрышка? — он отстранился и заглядывая в ее непонимающие ничего глазки, лишь рассмеялся. Противное чувство использованной игрушки разлилось в сознании, оставляя клеймо. Тело Маркела Флетчерра было найдено расчлененным недалеко от собственного дома. Его лицо и остатки тела были изуродованы ужасающими шрамами, особенно в районе сердца, что было вырвано и вывернуто наружу сквозь сломанные ребра.

***

Все оставшиеся длинные дни, что равносильны вечности, взаперти, Сара провела ни разу не задумываясь о таблетках, отвлекаясь на раздумья о ближайшей встрече и разговоры с Майклом, который каждый диалог не упускал возможности рассказать о каком-либо убийстве, пробуждая ее внутреннего демона. До выхода оставалось около четырех часов. Сара, стоя перед зеркалом в одном кружевном белье черного цвета, поправляла свои непослушные волосы. Изрядно намучившись с прической, она взглянула на себя — что-то в ней явно изменилось, то ли набрала пару килограммов, то ли дело в лице и взгляде. Майкл медленно подошел сзади, обвивая ее тонкую талию большими и теплыми руками, смыкая их в замок на животе. Подбородком он уперся в ее плечо и смотрел в зеркало прямо в глаза. — Детка, ты такая красивая, — он провел носом по ее шее, обжигая кожу горячим дыханием, — нет, я, конечно, тоже ничего, — он засмеялся, поднимаясь к щеке. — Майкл, — девушка закинула голову ему на плечо, прерывисто дыша, и чувствуя возбуждение Тёрнера, что упиралось в ее ягодицы, — нам выходить скоро. — Тогда я просто порадую тебя, — парень, медленно спускаясь по плоскому животику, запустил руку в трусики девушки, что изрядно намокли от одних лишь прикосновений. Примыкая горячими губам к шее, Майкл оставлял влажные следы, вызывая тихие стоны. Пальцами он умело массировал клитор, то и дело надавливая на него, вызывая еще больший потоп приятных ощущений, что скрутились внизу живота. Девушка выгнулась, все больше вжимаясь в пах, потираясь бедрами, плавно виляя ими. Парень раздвинул половые губы, проводя средним пальцем вдоль, распределяя сок. Не отстраняясь от шеи девушки, что уже была покрыта не только желтыми гематомами, но теперь и багровыми отметинами, он проник в нее, быстро набирая темп. Второй рукой Тёрнер припал к груди, сжав ее, прокручивал соски сквозь тонкое белье. Потеряв свой разум окончательно, Сара лишь извивалась в его руках, все также стоя уже на ватных ногах. Парень то и дело поглядывал на ее шикарное отражение в зеркале, пока она так изящно таяла в его руках. Краткими поцелуями он подобрался к ее пухлым губам, сминая их, кусая, а затем сразу же зализывая небольшие ранки. Языки сплетались в один вихрь страсти, сопровождаясь тихими стонами девушки. Проникая языком глубже, а пальцами двигаясь усерднее, Майкл почувствовал, как Сара совсем обмякла, сокрушаясь в оргазме, подрагивая всем телом и, тяжело дыша, свалилась в сильные объятия Тёрнера. Вытащив умелые пальчики, он демонстративно облизал их, проводя дорожку по длинному языку. — Вкусная девочка, — он развернул Сару к себе лицом, вновь впиваясь в ее припухшие от поцелуев губы. Доехали они достаточно быстро, стараясь не создавать лишний шум на тихих улочках. Подъехав к казино, Майкл галантно подал руку девушке, чтобы та не рухнула на своих каблуках, что надела на встречу. Идеальное черное платье, что обтягивало фигуру девушки, подчеркивая каждый изгиб, прикрытые руки, шею и ноги до колен. Волосы были собраны в высокий хвост, в ушах — красивые изумруды, что вторили цвету глаз ее искусителя. Майкл же был в не менее идеальном черном костюме и белой рубашке, что была расстегнута до третьей пуговки. Придерживая ее за талию, он подошел к нужной двери. Тихий стук и они входят в кабинет, вызывая удивленные взгляды. За большим столом с бокалом бурбона сидел мужчина лет двадцати семи с легкой небритостью и хорошо уложенными назад волосами. Красивого цвета, словно темный янтарь, глаза, острые черты лица. Ходячий секс, не иначе. В одной части кабинета стояли сильные мужчины, в темных кожаных куртках с золотым драконом, что был расположен на спине. Среди всех Сара заметила Джона, Люка и кажется Рича, парня, который предлагал поиграть в первого визита девушки в казино. Они кратко кивнули на их появление. В другой части помещения расположились девушки с такими же кожаными куртками, только вместо рисунка, была серебристая надпись «Jay», что в переводе означает Сойка. Сара узнала знакомые лица Адель, Катрин и Стефани, а также еще пара девушек. — А ты значит, та самая Сара, — мужчина за столом проводил взглядом девушку, что подошла к дивану, закурила, не спрашивая разрешения, и повернулась в сторону мужчины. — А ты значит, тот самый Аарон, — медленно выпуская клубы серого дыма, что полупрозрачной пеленой растворялись в воздухе, протянула словно тягучий мед девушка. — Давайте оставим дурацкие разговоры на потом, и займемся проблемами, — прервал их зрительную перепалку Майкл, что уже занял свое место рядом со столом Аарона, опираясь на стену спиной. — Ну да, проблемы-то у нас есть, — Хилл, не сводя свирепого взгляда с Сары, прошипел сквозь зубы, тем самым выражая свое недовольство, — Вишня в участке и к нему не пускают, пока не проведут еще два допроса. Поэтому Гризли уходят на второй план, ведь птичка не смогла соблюсти условие договора и не обеспечила безопасность своему партнеру. Один в участке, а второго ищут, только розысков нам не хватало. — Во-первых, Хилл, моим напарником на эту встречу являлся Майкл Тёрнер, разве нет? — О’Нил сделала еще одну затяжку и без труда и какой-то неловкости продолжила, — во-вторых, никто не предупредил меня, что будет два напарника, и, как видишь, один из них, он же основной, стоит здесь полностью здоровый и подлеченный мной, прошу заметить, после нелепого нападения Падших, как подозревает Люк Моринг, — вновь остановка на наполнение легких никотиновым наркотиком. Она чувствовала себя победительницей в этом нелепом разговоре, — и в-третьих, большая часть товара распространена, а к тому же, одна из Гризли мертва, упс, не вижу смысла продолжать разговор, в котором ты полный лузер, и приступить к операции «Сладкая Вишня», дабы вызволить вашу принцессу из сырой темницы, — Сара потушила окурок о дорогое покрытие дивана, оставляя прожигающий узор на нем, и положила ногу на ногу. —Аарон Хилл, не смей обвинять моих девочек, вшивый ты гад! — Катрин сорвалась с места и, опуская руки на стол, наклонилась лицом к главе и произнесла буквально в паре сантиметров от его лица. — Пусть держит свою пизду подальше от моих парней и не нарушает еще один пункт договора, а то будет тоже самое, что и с тобой, дорогая Катрин. Кстати, как шрам? Не болит? — не скрывая издевки он откинулся на спинку стула с упоением наблюдая за белеющими костяшками Сойки, что впилась в деревянное покрытие стола из темного дуба. —Аарон, не хочу показаться слабым, но Сара права, — подал голос Джон, получая одобрительный кивок Люка, что стоял возле сестры, — а этот пункт про неприкасаемость банд — глупый, на чем он основан? — Я всегда знал, что ты туповат, Холл, — прыснул Майкл, ловя заинтересованные взгляды своей банды, — личный опыт оказался неудачным, не так ли? — Тёрнер лишь улыбнулся, поймав неодобрительные взгляды главарей. Неловкое молчание и напряжение распространилось по комнате с неимоверной скоростью. Дикая и слишком долгая война все никак не хотела отпускать ситуацию. Примирение? А в него кто-то верит? В этой игре только один победитель. — Хорошо, вернемся к цели. Я могу вытащить ключи у дурака Никсона, а что дальше? — мелодичный голос Адель, что пытался разрядить напряженную атмосферу, сгребая все в округ в липкие лапы ненависти, отразился от стен, покрытых шикарными обоями. — Моринг младший обезвредит состав, а Стефани будет ждать вас на заднем дворе. Обезвредите Дерека и его напарницу. Под предлогом поимки преступников в лице О’Нил и Тёрнера проникнешь внутрь, дальше разберетесь, — предложила одна из Соек и, получив согласие всех присутствующих, Майкл подошел к Саре, протягивая свою руку, и помог встать. — О’Нил! Я с тобой не закончила, — прошипела Катрин, явно недовольная раскладом событий. Плавно виляя бедрами, девушка пропустила угрозы мимо ушей. Проходя по тихим улочкам города, что скрылись в ночной мгле, ловя слабое освещение из домиков, что так уютно ласкало дворы. Майкл прижал Сару к себе за талию, попутно закуривая одну сигарету на двоих. У него они были толстые и с ментолом, что приятно обжигали горло, а толстый фильтр придавал легкую горечь во вкусовых ощущениях. После ее затяжек на белоснежной палочке оставались красивые отпечатки красной помады, он без брезгливости продолжал затяжку. В этом была своя романтика. Их романтика. — Майки, куда мы идем? Машину ты оставил в другой стороне, — Сара с интересом взглянула в хитрый прищур безупречных глаз, переплетая их руки вместе, сжимая пальцы. — Хочу познакомить тебя с родителями, ты же не против, малышка? — Майкл не сбавляя шаг, свернул на маленькую улочку, что и вовсе была лишена света. Доверясь ему, Сара пошла за ним, а от его высказывания задергала пушистыми ресницами в смятении. — Майкл, я думаю они уже знают, кто я, и не очень-то рады будут мне, такая себе невестка получилась, — девушка сжала руку Дракона, а тот аккуратно провел пальцем по нежной коже. — О нет, они не смотрят телевизор, — парень рассмеялся, — можешь не переживать, они не осудят мой выбор, а будут только счастливы. Тихий гул ветра поднимал уже опавшие желтые листья, кружа их в танце. Парочка вышли на большое пространство, что хорошо освещалось не только ночным лунным светом, но и искусственным оттенком. Сара постоянно оглядывалась, не понимая, что они забыли на окраине города, и тут перед ней открылась картина. Повсюду могильные плиты, дорожки из мелкого щебня уводили куда-то к заброшенному фонтану и участкам. — Майкл, это кладбище? — Сара смутилась, останавливаясь, и стала осматриваться в округе. Старые деревянные кресты, что были воткнуты во влажную землю, перемешанную с глиной, так и прилипающую к подошве каблуков. Парень молчал, лишь грубо схватив за запястье, повел в сторону ограждений. Казалось, что каждый надгробный памятник проводит взглядом непрошеных гостей на их давно забытой всеми территории. Они остановились у трех небольших памятников, где на каждом была одна и та же фамилия: «Тёрнер», только имена разные. Навеки застывшие счастливые лица смотрели на сына и его девушку будто самым живым взглядом. Все три участочка были ухожены, ни одного сорняка, и недавно положенные цветы у надгробия парнишки. «Бобби Тёрнер». «Барбара Тёрнер». «Дэвид Тёрнер». Три имени, одна фамилия, одна дата смерти. 17 сентября 1988 г. Это же сегодня. — Мам, пап, это Сара, моя девушка, — Майкл присел на колени между могилами и стал рассказывать о первой встрече и знакомстве с Сарой, изредка отвлекаясь на шутки самим с собой. Девушка стояла в оцепенении, абсолютно вылетев из реального мира. Вспомнив могилу своей матери, что заросла сорняками, крупные капли слез сами покатились из блестящих глаз, — детка, знакомься, мои родители и братик, — Майкл улыбкой озарил третью могилу, — ну же не стесняйся, поговори, — парень притянул ее за руку, она быстро смахнула струйки соленой жидкости. — Здравствуйте, Мистер и Миссис Тернер, привет, Бобби, — неуверенно, с неким дискомфортом в груди, промычала О’Нил. — Ты им нравишься, — Майкл приобнял девушку за талию, поднимаясь с земли, — я их еще никого ни с кем не знакомил, — парень достал сигарету и уже был готов подкурить, как вдруг резко опешил, и закатив глаза убрал ее, — мам, я уже взрослый, Сара не против дыма! — Да, пап, я тоже считаю, что она лучшая, — парень чмокнул девушку в висок, продолжая свой монолог сумасшедшего. — Майкл, — тихо начала Сара, всматриваясь в счастливые зеленые глаза, — а что случилось? — Тише, детка, мама не любит эти разговоры, ну все, мам, не плачь, — парень подошел к памятнику и мягко провел рукой по выгравированной щеке женщины, — я зайду на днях, не скучайте. Взяв Сару за руку, переплетая их пальцы, он повел их к выходу и в сторону машины, дабы добраться до его дома. — Они погибли в аварии. В подстроенной отцовским партнером по бизнесу, аварии. В тот день я должен был ехать с ними, но у меня была тренировка по футболу и тренер из-за частых прогулов не отпустил меня, — холодный голос Майкла прорезал мертвую тишину города, он смотрел вперед, в пустоту, доставая пыльную книгу своей жизни из дебрей, и открывая ее на новой странице специально для Сары, — я до сих пор не знаю, кто это был. Знаю, что у него было свое издательство в Балтиморе, и мой отец должен был заключить договор, но в последний момент передумал. И этот, чертов день, стал последним для них. Для всех. Лишая меня кислорода и смысла жить дальше, я поклялся отомстить, но не сделал этого, — они подошли к машине и Майкл открыл дверь перед девушкой, помогая ей сесть в высокий автомобиль. В голове Сары словно едкими и липкими лапами притянулись воспоминания, что под действием таблеток постоянно пропадали. Но она не принимала их уже больше пяти дней, поэтому такие противные вспышки стали частыми, заставляя пережить все заново, порождая новую ненависть. Отец попросил принести документы для работы из его кабинета. Девушка не могла ослушаться, иначе была бы наказана не только она, но и мать. Пройдя в комнату, юная О’Нил подошла к столу, открывая ящики, заваленные ненужными и непонятными бумагами. И только одна из них привлекла внимание. Огромным красным крестом был перечеркнут весь лист. Тонкими пальчиками она достала яркий клочок бумаги, где была перечеркнута фамилия «Тёрнер» и весь договор. Девушка не поняла, что это и списала все на то, что это просто несостоявшаяся деловая встреча. Теперь, соединяя все в длинную смысловую цепь, она поняла — ее отец убил всю семью Майкла. Этот ублюдок испортил психику не только ей, но и ее будущему напарнику и недо-молодому человеку. Майкл пристегнул ремень с характерным щелчком и, заведя мотор, положил руки на руль. Сара накрыла его ладонь своей маленькой, а другой потянулась к его шее, пальчиками поглаживая татуировку. Парень посмотрел на нее, заглядывая в ее глаза, где плясали знакомые ему чертики. Девушка притянула его к себе, жадно впиваясь в его губы своими, проникая языком на знакомую территорию. Страсть, злость и некая любовь сочетались в этом поцелуе, вызывая огромный поток новых чувств и эмоций. Грубо сминая губы друг друга, они наслаждались поцелуем до потери воздуха. Нехотя отстраняясь, девушка убрала руки и глядя куда-то в даль лобового стекла прошептала. —Я уже отомстила за тебя, Майкл. —Что ты там щебечешь, маленькая? — Майкл повернулся к ней вполоборота. —Я принимаю твою сторону, Майкл Тёрнер.