Счастливые (и голодные)

Питер очень любит пиццу с ананасами. И чтобы выразить это «очень» в полной мере, нужно сказать, что Питер очень сильно любит чёртову Гавайскую пиццу, которая, по суждениям Тони, вообще не должна была появиться. Тони же выбирает классику. А под «классикой» он подразумевает нормальную пиццу без фруктов и сладких соусов. Питер только фыркает на это и называет Старка «старым консерватором», запивая свою странную пиццу соком. Тем не менее, они оба живут в мире, хотя иногда и ворчат друг на друга. И, как скажет всё тот же Тони Старк, Питер Паркер — ангел во плоти. Но не стоит забывать, где водятся черти. *** Тони никогда не простит себе несколько вещей: доверие Кэпу, пропитые студенческие годы (и последующее, до ужаса пьяное, время, которое до сих пор всплывает лишь отрывками) и игру в «Правду или Действие» с Питером. Настроившись на какие-то лёгкие и по-детски невинные задания, Старк пропустил тот момент, когда Питти-Пай начал играть по-чёрному. Розыгрыш Пеппер по телефону он ещё воспринял более менее хорошо (хотя завтра его ждёт серьёзный разговор, спасибо ребёнку), но съесть кусок этой отвратительной пиццы, которая вообще-то является ошибкой, Тони не смог бы простить никогда. — Питер, ты извращенец. Я не буду это есть, — негодовал мужчина. — Таковы правила, мистер Старк, — ехидно сверкал глазами Паркер. Подавляя рвотные рефлексы, Тони взял самый маленький кусочек, но не спешил откусывать от него. Молящим взглядом он смотрел на Питера, который потирал метафорические ладошки и хихикал. Уже и не надеясь на пощаду, Старк зажмурился и запихнул вышеупомянутый кусок дурацкой пиццы с ананасами в рот. Паркер совсем уж неприлично засмеялся, закрывая раскрасневшееся лицо руками. Тони, всё ещё не открывая глаз, с опаской жевал пиццу, которая почему-то показалась ему не такой уж и противной. Но мужчина, который повидал за свою жизнь многие дикие вещи, не мог понять, почему мальчишка прямо-таки обожает это кулинарное извращение. — Прекрати смеяться надо мной, маленький предатель, — пробубнил Тони с набитым ртом. — Простите, мистер Старк. Вам понравилась пицца? — вытирая скопившиеся в уголках глаз слёзы, сказал Питер — Могу дать ещё кусочек… — Ну уж нет, карапуз. Это был единичный случай, эксклюзивная акция, явление Христа народу — называй как хочешь. Но это больше не повториться — по крайней мере, до второго пришествия, — сказал Тони в своей привычной манере, будто бы и не было того минутного унижения с куском пиццы. — Хорошо-хорошо, я понял. Тогда, посмотрим фильм? — с надеждой спросил Питер. Тони бегло взглянул на часы и от возмущения чуть не стал глотать ртом воздух. — Отважным и коварным паучкам уже давно пора спать! Или их красивые тётушки убьют лучшего супергероя Земли. Ты этого хочешь? Паркер застонал от такого гиперопекающего и супер-зануды Тони (который, оказывается, бывает ужасно надоедливым), нехотя вставая с дивана. — Проследи, пожалуйста, чтобы лучший супергерой Земли не съел мою пиццу, — зевнул Питер, признавая поражение и отправляясь спать. — Маленький засранец, — крикнул ему вслед Тони и рассмеялся. *** — …нам нужно всерьёз заняться проблемой Соглашений, чтобы в дальнейшем… Тони, ты меня слушаешь? — М? А, да, конечно, Кэп, — заверил Стива Роджерса Старк, даже не пытаясь вспомнить, о чём шла беседа. Мстители сидели в конференц-зале, обсуждая Соковианский договор. Тони витал где-то в облаках, совершенно точно игнорируя несомненно, важную речь Стива, который как раз этим и был недоволен. Но что поделать — все мысли Старка были об одном непоседливом ребенке, который наверняка сейчас подслушивал их разговоры. Помимо вечных беспокойств за паучье дитя, Тони успевал ещё и молиться всем богам на то, чтобы Питер не натворил делов, ну, и на появление какой-нибудь веской причины на то, чтобы уйти с этого нудного (и бесполезного, но лучше об этом не говорить дедуле Роджерсу) собрания. Его мольбы были услышаны, но только отчасти. Причин уйти — всё так же, ноль. Зато Паркер не убежал геройствовать в своей красно-синей (и баснословно дорогой) пижаме из спандекса. Вместо этого он припёрся к ним в конференц-зал в лабораторном халате и с коробками пиццы. — Извини, сынок, но ты ошибся дверью, — мягко сказал ему Стив, пока остальные сидели в напряжении. Наташа сразу же стала внимательно осматривать ребенка, который немного смутился, и Тони, который ощетинился после почти по-отцовски ласкового «сынок» от Капитана. Роуди, который знал о Питере, тихонько хрюкал в ладонь где-то в углу. — Нет, сэр. Я пришел туда, куда надо. Я стажёр мистера Старка и мне поручили доставить ему пиццу, — Питер был немного растерян, но отыграл свою роль блестяще. — Да-да-да, спасибо большое. Поставь пиццу на стол, — спохватился Тони, не желая давать Роджерсу возможность сказать что-то ещё ребёнку. Паркер стал чувствовать себя увереннее, после того, как заговорил его наставник, и поставил коробки с ещё теплым фаст-фудом на стеклянный стол. Взяв верхнюю из коробок, он поставил её прямо перед Тони. — Эту попросили передать лично вам, — пробормотал Питер, пытаясь не засмеяться. Он удачно замаскировал своё веселье под смущение и быстро покинул помещение. Спустя пару секунд, когда со Мстителей спало оцепенение, все разобрали закуску и продолжили обсуждать что-то своё. Старк открыл свою коробку и усмехнулся. Этот ребёнок подложил ему свинью в виде Гавайской пиццы. Понимая, что карапуз сейчас смотрит за ним с камер Пятницы, Тони закатил глаза, но все же начал есть пиццу, с каждым кусочком понимая, что она не такая уж и странная. «Маленький засранец» — написал он на листе бумаги и расположил его так, чтобы Паркер точно смог увидеть. *** Тони и Питер сидят в гостиной и смотрят телевизор. Точнее, Питер практически спит, а Тони работает на своем Старкпаде и все это под звуки какого-нибудь сериала Пеппер. Они только что пришли с тренировки, измотанные и голодные. Старк уже заказал им поесть, не забыв добавить в заказ пиццу, и теперь оставалось только ждать. — Потерпи, малыш, еда скоро приедет. Пока можешь сходить в душ и немного поспать. Я разбужу тебя, — сказал Тони, несильно сжав плечо Питера, чтобы тот не уснул на диване. — Мгм, — пробормотал Паркер, вялой походкой направляясь в сторону своей комнаты. За ужином он заметил, что Тони ест пиццу с ананасами, которую меньше, чем три недели назад считал верхом гурманского извращения. Старк послал ребёнку взгляд, говорящий «только попробуй сказать что-нибудь». Питер улыбнулся, довольный плодами своих стараний и запихнул в себя ещё кусок пиццы. Тони закатил глаза, удивляясь, как он ещё не подавился, поедая пиццу с такой скоростью, и продолжил их странный (почти семейный) ужин. Не хватало только Роуди, ворчащего и смотрящего новости, и Пеппер, которая бы снова жаловалась на то, что Старк ничего не делает по работе в своей же компании, и пила бы свой любимый зелёный чай. Добродушный Роуди, ответственная Пеппер, самый гениальный Тони и очаровательный Питер — команда мечты, не иначе. И Старк уверен, этот ребёнок приучил бы их всех есть эту чёртову сладкую пиццу. Тони нравилось сидеть перед телевизором, забравшись на диван с ногами, и есть ананасы с тестом, сладким соусом и мясом, пока Питер сопит под боком.Старк с улыбкой посмотрел на своего подопечного и прижался губами к кудрявой макушке.  — Люблю тебя, маленький засранец, — тихо выдохнул Тони, поглаживая ребенка по спине. — И я тебя люблю, большой засранец, — полусонно ответил Питер, крепче прижимаясь к Тони, который улыбается, как самый счастливый засранец в мире. Ну, наверное, так оно и есть.