Кто такая Джерен Карачай?

– Мне, врёшь, да? – шепчет Недим, обнимая меня. – Врунишка! – говорит, оставляя поцелуй на шее, который жарким пламенем проходится по всему телу, и отходит назад. – Спасибо за ужин. Спокойной ночи. Я стою, застыв у порога и ничего не понимая. Сегодня был очень волнующий вечер. Надо было, чтобы Недим понял, что я замужем и перестал строить планы. Планы, которые бы обязательно привели в Стамбул, а я так усердно пыталась всё это оставить в том злосчастным особняке. Но что-то пошло не так. Он никак не отреагировал на Бурака. Как будто это его никак не задевало. Самое странное было то, как он обнял Онура. Это было долго и как будто он по нему соскучился, даже не считая тот факт, что увидел его в первый раз. Остальное время он разговаривал только с детьми, иногда задавая вопросы про свадьбу, о семейной жизни и так далее. Вроде бы, ничего такого не было. Но его взгляд изменился. Стал насмешливым, а иногда даже становился наглым. Я не поняла, что зацепило его внимание, но его обычные нежные, страстные объятия изменились, стали тёплыми, надёжными и пламенными. Он меня обнял так только один раз. В тот день, когда он злился из-за того, что психиатр меня до дома довёз. Тогда я поняла, что от него не уйти, да он и не дал. Тогда был особенный день. День, когда я осознала, насколько моё тело хотело Недима. Насколько оно нуждалось в его объятьях. Но те дни давно прошли. Те дни были, как прекрасный сон, который быстро исчез под давлением реальных трудностей нового дня. А сейчас всё вернулось. За три часа Недим стал тем парнем, которого я болезненно спрятала вглубь разбитого сердца. «Ты мне больше не навредишь, Недим. Я не позволю. С мечтами покончено». Говорю и не на грамм не верю. Тело своё, ты, Джерен, не обманешь. Стоит ему коснуться, и я плыву. Плыву медленно по экстазу из бурных чувств. Плыву и не хочу, чтобы это закончилось. Не хочу, чтобы он останавливался. Если он захочет большего, я не смогу отказать. Не ему. Даже если понимаю, что это до добра не доведёт. Шум в доме приводит в чувства. Смотрю в последний раз на парковку, на которой уже давно нет машины Недима, произнося шепотом: «Сам ты врёшь», и обиженно захожу в дом. На кухне встречаюсь с разъярённым Бураком. – Кто это? – Я же говорила тебе. Он брат мужа моей сестры. – Он очень странный. Между вами что-то было? Смотрю на него с недоумением и отвечаю: – Даже если бы было. Тебе-то что? Мы с тобой друзья, и только. Он приближается достаточно близко, взяв меня одной рукой за подбородок и крепко сжимая. – Мы с тобой шесть лет вместе. Ни разу не расставались. Я всегда знал, что ты будешь моей, и отдавать никому не собираюсь, – он сжимает пальцы сильнее. – Слышишь? Никому не отдам, – я киваю, соглашаясь, и он отпускает меня. И что мне с тобой делать? Бурак, Бурак. Живёшь со мной, но не знаешь больше одного процента моей истории. Да и не узнаешь. В понедельник я просыпаюсь рано. Надо успеть отвести Аслы в садик. Больно сильно они обнаглели в последние дни. За что я вообще плачу такие бешеные деньги? Чтобы ребёнок возвращался в слезах каждый день? Вроде, боятся меня, но я остаюсь женщиной, слабым полом. Бурака не могу в садик заставить сходить, у него дела с утра до вечера. Но не беда. Сама справлюсь. Не маленькая. Иду вниз и начинаю готовить завтрак. Бурака нет, так что могу смело готовить что-то вкусненькое, хоть и не очень полезное, для детей. Они это обожают. Дети как-никак. В семь часов поднимаюсь наверх, чтобы разбудить сладко спящих детей. Захожу и наслаждаюсь тишиной, и только нежный звук их дыхания глухо слышится в комнате. Они такие милые. Даже не верю, что они так быстро выросли. После потери первого ребёнка этот двойной подарок вернул меня к жизни. Дал смысл моей никчёмной одинокой жизни. Когда они появились, всё изменилось. Появились мама Ёзге и папа Эмир. Они дали тепло, которое мне так было нужно. Когда папа Эмир принёс документы на удочерение, я сразу согласилась. Я знала, что никто из Стамбула меня не ищет. Что мои ошибки всегда будут важнее, чем тот факт, что мы семья. «Важнее…» Да, Джерен. Важнее. С новой обширной семьёй я стала счастливой. Меня полюбили. Ни о чём не спрашивая. Просто слушая мою историю и обнимая. Им не нужна была идеальная дочь. Им нужна была именно я. Я и мои сладкие детишки. Потом вернулся Бурак, и мы… – Мам? – новый звук вернул меня в реальность, и я посмотрела на лохматые волосы Аслы. – Да, милая. – Ты будить нас вообще не собираешься? Уже двадцать минут так стоишь, – я улыбаюсь и обнимаю сонную дочь. Она тоже сильно меня обнимает и целует в щёку. – Просыпайся, мамина принцесса, – тихо говорю ей, подняв в воздух и кружась по комнате. – Мама-а-а-а… – радостно кричит она. Я ставлю её обратно. Целую в лоб и иду к соседней кровати. – Просыпайся, соня, – тихо говорю, гладя Онура по спине. – Не хочу, – говорит и оборачивается. – Не хочешь? Аслы, ты слышала? Не хочет, – мы смотрим на Онура с дьявольскими улыбками. – Не хочет он, – Аслы улыбается шире, и мы начинаем его щекотать. По всей комнате раздаётся смех детей. Это именно то, что мне надо было. То, о чём я мечтала. То, что так сильно греет мою душу. Когда уже все довольны и валяются на кроватях, я начинаю им говорить о расписании на сегодня. – Сегодня надо выйти пораньше. Я вас сама в садик отвезу. Вечером попытаюсь закончить пораньше, чтобы вас забрать. Если не успею, вы на школьном автобусе вернётесь. Сегодня вечером бабушка Ёзге придёт. Так что делаем домашнее задание до её прихода. Поняли? – Да, мам, – в унисон ответили дети. – А сейчас быстро в ванную – умываться и чистить зубки. Я вам завтрак сделала. Вкусненький. Дети быстро поднялись и побежали в сторону ванной. Я, тем временем, заправила их постели и спустилась на кухню. Все вместе мы радостно покушали и пошли готовиться выйти. Смотрю в гардероб. Альтернатив немного: стильные белые штаны, синяя блузка и пиджак. На улице становится всё теплее и теплее, и носить костюм тяжело. Ну, что поделать. Платья я уже не ношу. За два года научилась ходить в костюме, но летом это становится почти что невыносимо. «Терпи, Джерен». Терпи, и всё будет хорошо. Обязательно будет. Выходим все дружно из дома и направляемся в садик. Целую детей и направляюсь к воспитательнице. Там почти никого ещё нет, так что наше обсуждение недопониманий никто не услышит. Приезжаю на работу в хорошем настроении. Спорить с ней было одно удовольствие. Но в глубине души чувствую, что недолго это продолжится. Ой, как недолго. Вхожу в офис, и начальник сразу кидается на меня: – Джерен… У тебя новый заказчик. Ты должна сделать проект на высшем уровне. Ему нельзя отказать. Делаешь всё, как он захочет, – я ничего не понимаю и удивлённо смотрю на него. – Здравствуйте, господин начальник. Можно помедленнее, пожалуйста. – У тебя новый проект. – Но у меня и так на проект, больше, чем полагается. Если вы мне ещё один добавите, то я буду спать на работе. А у меня дети. – Ты же у нас самая лучшая. Ты всё сможешь. Я уверен. Ты и так через месяц два проекта заканчиваешь. – Но… – Никаких «но». Заказчик тебя уже ждёт в твоём кабинете. Ты должна сделать всё в лучшем виде. Он такие деньги за это готов платить! Если обидим, нам конец. А тебе – тем более, – громко выдыхаю и направляюсь в кабинет. Не хочу я новых проектов. И так голова болит из-за тех, которые сейчас у меня есть. То одно не нравится, то другое. То они лучше знают, как всё надо делать, то «я увидел что-то в том журнале, я передумал». Голова кругом. И почему другие работники этим не занимаются? Нам можно взять по два-три проекта, если они на разное время, от нескольких месяцев до года. А у меня уже четыре. И все важные и от влиятельных людей. И сегодня станет пять. Такими темпами я буду жить в офисе и ходить домой только чтобы детей покормить. Начальник знает, что я справлюсь на высшем уровне, но часто забывает, что у него есть и другие сотрудники, которые не хуже. А что поделать. Спорить с ним смысла никакого. Вхожу в кабинет с профессиональной улыбкой на лице и сразу же её убираю, и злость переполняет меня. – Недим! – он поворачивается и смотрит на меня с довольным видом. – Госпожа Джерен. – Что ты тут делаешь? Тебе играть в начальника надоело? За меня взялся? – Как вы разговариваете с заказчиком? – во мне всё кипит, и злит тот факт, что он со мной играет. – Недим! Хватит. Я работаю, а не в игрушки играю. – Я знаю, – говорит он серьёзно. – Я купил землю. Хочу дом построить. – В Бодруме? – удивлённо спрашиваю я, подходя к рабочему столу. – Мне здесь очень нравится. Свежий воздух. Море. Хочу здесь жить.