Dissolving in the light of a neon moon

Каждый новый музыкальный ритм отдавался где-то внутри черепной коробки. Уровень громкости зашкаливал так, что казалось странным, как ещё не полопались стёкла и остаются на месте стены. Но танцующих в такт (словно единый организм) пар это не волновало: доза алкоголя в их крови была уже изрядно превышена. От яркости софитов рябило в глазах, а сигаретный дым, наполняя не привыкшие к никотину лёгкие, заставлял девушку поминутно кашлять, выдыхая маленькие серые кольца. Вероника понятия не имела, куда подевались Арчи и Бетти, которые и уговорили Лодж пойти с ними на эту вечеринку. В любой другой раз Вероника - та ещё любительница шумных компаний, алкоголя и возможности как следует развлечься - после очередного бокала "Маргариты" отправилась бы прямиком на середину танцпола, пробираясь сквозь лес уж слишком плотно прижатых друг к другу пьяных тел, не без привычной кошачьей грации. Но сегодня был не тот день, не то место и не та Вероника. Именно сегодня ей больше всего хотелось спрятаться от посторонних глаз, снять с себя за последнее время хорошо прилипшую к лицу маску безразличия и разреветься в подушку, оставляя на белой шёлковой ткани чёрно-вишнёвые разводы. Но вместо всего этого она сидела за стойкой в душном клубе и курила (она уже и не помнила, как к ней подошёл какой-то парень в капюшоне и предложил купить у него несколько пачек, на что Вероника молча протянула ему несколько купюр, а тот в придачу отдал ей металлическую зажигалку с выгравированным изображением змеи), потягивая через трубочку безалкогольный мохито. - С каких пор ты куришь? - Вероника повернула голову в сторону голоса. Рядом с ней за стойку уселся Джагхед. Черноволосой было достаточно одного взгляда, чтобы понять - он пьян, причём довольно сильно. Шапка-корона съехала набок, обнажая растрёпанные графитовые пряди, на остром подбородке виднелся алый отпечаток губ. - С каких пор тебя это интересует? Джонс с минуту неотрывно смотрел на неё. Веронике показалось, что внутри его практически чёрных от расширения зрачков глаз плещутся какие-то странные огоньки, но потом она поняла, что это всего лишь отражения света софитов. Парень вынул её сигарету и затушил о деревянную столешницу. - Пойдём. Джагхед встал и схватив Веронику за руку, повёл в сторону танцующих. Она была удивлена такому повороту событий настолько, что не могла сопротивляться. Наконец, когда они остановились, Джонс, как и прежде не проронив ни слова, положил её левую руку (за которую он держал девушку все это время) на своё плечо, а свою правую расположил на её талии. Джагхед танцевал довольно неплохо, для асоциального фрика, который в нормальном своём состоянии вряд ли бы осмелился хотя бы подойти к девушке, отметит про себя Вероника, затем вспоминая этот вечер. На последних аккордах в голову парню ещё сильнее ударяет алкоголь (именно так затем объяснит себе Вероника его последующие действия), он кружит её, и наклоняет так, что лишь его рука на её талии спасает Лодж от позорного падения. Они оба тяжело дышат, парень смотрит ей прямо в глаза, взглядом прожигающим насквозь, словно желая узнать, что таится за чёрными зеркалами Вероники Лодж и от этого взгляда её тело словно каменеет, не в состоянии прервать зрительного контакта. Но Джонс делает всё сам: его взгляд проходит вдоль идеальных бровей, ощупывает скулы и мимолётно касается тёмно-вишневых губ, затем он, наконец, возвращает Лодж в вертикальное положение и отстраняется. Не проронив ни слова Вероника наблюдает, как в поредевшей толпе направляется к выходу совершенно новый для неё Джагхед Джонс, растворяясь в свете неоновой луны.