Попавший может не вернуться

       — Как же мне скучно, — ныла Алина, ходя по коридору поезда.

Неделю назад

Днем, во время послеполуденного чаепития, Сиэлю пришло письмо от Королевы. В нем говорилось о странных нападениях оборотней и таких же странных смертях, происходящих в Германии. Люди помирали. Это было неизвестно что. Эпидемия это или проклятье, предстоит выяснить Графу, когда тот поедет за границу. — А-А-А-А-А!!! — кричал до боли знакомый голос. — АЛИНА, Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! — Я ЖЕ НЕ ЗНАЛА, ЧТО ОНО ТАКОЕ БЫСТРОЕ! — Карина? — Себастьян повернул голову в сторону двери. Дворецкий побежал посмотреть, в чем причина такого ора при свете дня. Открыв дверь, мимо него тут же пролетела что-то кричащее. Это была Карина. Она сидела на сервировочном столике на колесиках и летела на нем неизвестно куда, крича разного рода проклятия. — Карина…ты куда летишь? — удивленно хлопая глазами, Михаэлис погнался за девочкой-летягой. Но не успел он и стартануть, как на него налетела другая сумасшедшая кареглазая идиотка. — Ох, будь проклят тот день, когда я вас увидел. — Ну извини. Сейчас Карину лучше лови, она же вот-вот врежется во что-нибудь! — От вас одни проблемы. Поднявшись, брюнет, как можно быстрее, побежал за телегой. Зеленоглазка уже летела по лестнице и вот-вот уже могла врезаться. В последнюю секунду дворецкий поймал ее, а тележка перевернулась и с громким бабахом упала на пол, отломив колесико. Сердце колотится, дыхание рваное. Такого адреналина Карина еще не получала. — Ты в порядке? — Н-нет… — Карина, прости меня. Я не думала, что эта телега такая скоростная, — подбежала к подруге Алина, хватая ее за руку. В ответ Карина ударила по голове подругу, послав злобный взгляд. — Я с тобой больше не дружу. Чтоб я еще раз согласилась на что-то подобное, да ни за что в жизни!!! Встав на ноги, Карина, гордо задрав голову, ушла во двор. Алина же стояла с грустной миной. Обидела друга, это печально. — И как ты, Алина, додумалась до такого? — стукнув себя по лицу, спросил демон. — Ты мне сейчас напомнила Сатклиффа, что так же летел и кричал, будто его убивают. В итоге, жнец облил всех чаем и сломал стол, который после в него и полетел. С моей помощью. — М-да, Себастьян, а ты жесткий тип. Видно, что садист. Поэтому я тебя и боюсь, зараза. — М, ты что-то сказала? — Не, ничего. Если есть задание, то иди и предупреди Карину, а я к Сиэлю пойду. Он снова своровал мой телефон. Покоя ему он не дает. Михаэлис хихикнул и пошел вслед за зеленоглазкой. У самого был грешок одалживать телефон Карины. Уж больно интересна ему техника их мира. Алина, как и говорила, пошла к Фантомхайву. Она открыла дверь в кабинет Графа и просто встала на месте, проронив лишь несколько слов: — Дурак, а ну быстро вернул… — она тут же заткнулась. Алина хотела начать жаловаться, но потеряла дар речи, ведь перед ней стоял полуголый одноглазый парнишка. Пиджак скинут на кресло, белоснежная рубашка почти стянута, а на ней было видно какое-то пятно, от напитка, похоже. Каких-то рельефных мышц у Сиэля не было, просто был симпатичен телом, но слюна у кареглазой потекла. — Ну и чего ты замерла? Не видишь, я тут занят, — отвлек чужой голос от пошлых мыслишек Алину. — А? Что? — Говорю, чтобы ты вышла. Зайди через пару минут. — Ну уж нет, я тут постою. Чего я там у парней не видала. Устраивай стриптиз дальше, а я с удовольствием погляжу, — ухмыльнулась Алина, присаживаясь на стульчик и ложа ногу на ногу. — И вообще, верни мой телефон. — Выйди, я не твой жених, чтобы ты на меня смотрела в таком виде! — он повернулся к ней спиной, чтобы подойди к шкафу за другой рубашкой. Даже в кабинете у него припрятана парочка вещей. Видно, что живет прямо тут. — А телефон я у тебя одолжил. Не переживай, скоро верну. — Жених, не жених, а я не стесняюсь пялиться на…погоди. Шатенка встала со стула и из полумрака комнаты подошла к Фантомхайву почти вплотную, прикасаясь к его спине. Но только она прикоснулась подушечками пальцев к его бледной, словно у вампира, коже, парня будто током прошибло, он аж отпрыгнул. — Когда ты успел сделать тату? — удивленно спросила девушка, не припоминая такого у него на спине. Она точно помнила печать, которую у его лопаток оставили сатанисты еще несколько лет назад, но вот эта… это было что-то совсем иное. — Я ее не делал. Она сама появилась, как только вы свалились на мою бедную голову. Вы — сущее проклятие, даже в честь этого меткой наградили. — Дай посмотреть. Но не успела кареглазая посмотреть, Сиэль закрыл спину рубашкой, застегнув пуговицы. Ну хоть их сам застегнуть может, еще бы шнурки научился завязывать, тогда было бы вообще супер. — Зараза, — показала язык Алина. А синеглазка увидал, что ему язык показывают и решил закрыть ей рот рукой. — ЭЙ! Совсем страх потерял??? — Ты извращенка. У меня невеста есть. — По любви себе девушку ищи, счастливее жизнь будет. — Я все ровно до этого не доживу. Если ты не забыла, у меня контракт с дьяволом. « — Да как такое забудешь?» Молчок. Если Сиэль реально умрет молодым, а он и умрет молодым, то правда свадьба тут не нужна будет. Но черт, умереть молодым — не лучшая перспектива. А ему, видимо, плевать на это. Приняв отчаянное решение, кареглазая обняла со спины мальчишку, уткнувшись носом ему в плечо. « — А у него приятный природный запах» — Т-ты…чего творишь? — вылупил Сиэль свои глаза, не понимая куда себя деть. Его ведь только Лиззи обнимает, но даже объятиями это не назовешь. Скорее она его душит, а сейчас обнимают. Тепло, прямо как на той спасательной шлюпке, посреди океана. — Обнимаю. Я люблю обнимашки. Подумала, может и тебе понравится и ты перестанешь так часто хмуриться. Я где-то читала, что ты любишь объятия. Решила испытать. Не знал он. Не душат, и на там спасибо. Просто тепло обнимают. Но можно предположить, что ему нравится, но немного. — Так можно я посмотрю на тату? Мне же интересно. — Ладно, я позволю тебе это сделать. Но только для того, чтобы ты наконец ушла. У тебя есть несколько секунд. — Dreh deinen Arsch zu mir (нем. «Поворачивай свой зад ко мне») — давно она хотела это сказать. Перевела как-то на уроке немецкого в школе и заело в голове. — И что это значит? — вопросительно он посмотрел на Алину, подняв бровь вверх. — Поворачивай свой зад ко мне. Сиэль покраснел. Он и одуматься не успел, как его схватила Алина за плечи и повернула к себе спиной, снимая рубашку через голову. Фантомхайв чувствовал теплые, но не горячие ладошки. Они щекотали ему спину, посылая легкие мурашки. — Красиво. — Раз уж мы заговорили о тату, позволь спросить, что у тебя изображено на бедре? — неожиданно поднял вопрос одноглазый, смотря куда-то в окно и покраснев еще гуще. Сколько она еще будет его щупать? Неловко. — Хер его знает. И месяца не прошло после нашего попадания сюда, как появилась эта чертовщина. Немного твою она напоминает, если не его копия. Я не рассматривала. Зудела жутко поначалу, да и сейчас иногда чешется. — Странно. Нужно будет попросить Себастьяна узнать что-нибудь об этом. В общем, у меня есть еще один вопрос. Если я возьму вас с собой за границу, вы будете вести себя прилично, а особенно ты? — Мы же едем в Германию? Ну раз так просит наш Господин, то и спрашивать не нужно. Да и к тому же, я хочу поехать с вами. Тут скучно, а там приключение обещает быть веселым. — Тогда иди и оповести остальных, а мне нужно с делами закончить. И…перестань меня щупать, мне щекотно. В ответ он получил шлепок по боку. Теперь было больно.

***

— Алина, ты обещала вести себя культурно. Поэтому сядь и сиди. Бери пример с Карины, а лучше иди к ней и мешайся там, — огрызнулся Граф, ведь девушка уже неоднократно мешала ему отдыхать и учить немецкий. — Не могу, она на меня обиделась и выкинула из комнаты. Теперь мне приходится торчать у вас, так как в коридоре болтаться просто так нельзя. Себастьян выдохнул, как и Сиэль, который уже привык к этому. Плевать стало. — Ладно, сиди тут, но возьми ты уже словарь и начни его учить. В будущем тебе это пригодится, — вручил Себастьян книжку в руки, а сам принялся за обучение Милорда, у которого произношение, по его мнению, было ужасно. Но для Алины нормально. Ну, демон лучше знает. — Langweilig dich (нем. «Скучные вы»)

***

Приехав в Германию, Себастьян и Сиэль пошли в сторону повозок, ведь нужно было арендовать средство передвижения. — Ухты, как здесь красиво. Правда, Карина? Карина молчит. Видимо, не простила еще. Жаль, а такая страна необычная. Вот ведь везет путешественникам, они разъезжают по странам и смотрят окрестности. Везуха. — Себастьян, что это за язык? — с каменным лицом спросил Сиэль, пытаясь поговорить с продавцом повозок и лошадей. Но тот, видимо, говорит на далеком немецком языке. — Это восточно-франконский. Диалект Южной Германии, — со смешком ответил Себастьян, зная, что Господин не понимает языка в этой части страны. Вот и хихикает. — ТЫ! ТЫ!!! Все, что я учил, здесь бесполезно!

POV Алина

— А, что? — отвлеклась я от своих мыслей, обращая внимание на Силю. — Тебе чего, Сиэль? — Переведи. Этот черт, — указал он на Михаэлиса пальцем, скрепя зубами, — ни на что не способен, — ха-ха, не думала я, что когда-нибудь услышу это от него. — А…ээм… Я ужасно знала немецкий. В своем классе я была самой худшей ученицей по этому предмету. Я только читать умею, да и то с ошибками и ужасным произношением. Но как же хорошо, когда память в некоторые моменты не подводит и помнит множество диалогов из любимых произведений. Подойдя к продавцу, я жестом показала на повозку и показала пальцами жест, означающий, что мы заплатим. Мужчина…надулся или же возмутился, хрен его знает. Скрестив руки на груди, он стал рассказывать на своем языке историю. Ничего не понятно, честно говоря, я чисто вспоминаю этот момент из манги. Хорошо, что я ее иногда перечитываю. — Что он говорит? — спросил меня Граф, видимо ничего не понимая из выше сказанного. — Точного перевода сказать не могу, но если кратко, то речь идет о том, что он не собирается помирать от ведьминых проклятий или что-то в этом роде… А что дальше… — Ох, ты иногда такая бесполезная. Ух, падла, еще и обзывается. За такое я взяла из моего рюкзачка конфету. Я знаю, что он не любит горчицу да и острое тоже, поэтому я сделала конфетки. Перемолола печенье, добавила молока, сахара и главные продукты: горчицу и острую приправу. Я ему как в рот это засунула. Ах-ха-ха-ха, его лицо стало таким… даже не передать словами. Оно сморщилось, скривилось. Он как выплюнул эту конфету. Ха-ха, вспоминаю, как на первое апреля так же разыграла подругу, она потом всю прогулку выплевывала остатки печенья с горчицей, что у нее в зубах застряли. Ой-ой, на меня смотрит недовольный, злобный синий глазик. Мне пора бежать. — А НУ СТОЙ! — я влипла, но это даже весело. — ДОГОНЯЙ МЕНЯ, ОДНОГЛАЗЫЙ ПРИДУРОК. Себастьян лишь недовольно начал массажировать переносицу. Я прямо издалека вижу его недовольную моську. М-да, испортила я его Господина. Ну что поделать, я многих меняю, а потом они уходят от меня. Надеюсь, Сиэль меня не покинет, с ним весело. Хотя мне со всеми было весело. Эх, ностальгия. Со своими мыслями о прошлом я не заметила как стала бежать медленнее. Это и дало парню возможность меня догнать. И только он хотел меня схватить, как споткнулся о камень и упал на меня, повалив тем самым на пыльную землю. — О блять, я прям вижу, как это смотрится со стороны, — ой, я что, это вслух сказала? Сука. Сиэль покраснел, а мне пофиг. Ладно бы еще поцелуи, а прижать это ничего. Я же не девка из какого-нибудь гарема, которая краснеет, стоит лишь парням на нее посмотреть. Но мне нравится быть прижатой. Конечно, быть прижатой, когда у твоего одноклассника зажигалка, (автор: и не только зажигалка) это не круто. Но сейчас довольно приятно, только «слегка» пыльно. — И? Мне, конечно, приятно вот так лежать под тобой, но пыль очень не вкусная, и я хочу пить, поэтому отпусти. Его глаза как-то странно сверкнули, а улыбка расползалась в ухмылке. Что он задумал? — Теперь твоя очередь. Этот скот стянул шнурок с моего платья, встал и побежал куда-то в сторону к нашим. Ну какого лешего я надела это платье со шнурком? А, да, оно самое удобное и без корсета. И вот теперь верх моей одежды расползается и меня можно фоткать для обложки журнала для извращенцев. — ТЫ…ТЫ ЕБАНУТЫЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ, ФАНТОМХАЙВ. ВОТ ДОГОНЮ! И ТЕБЕ ПИЗДА! Он остановился в метрах 20 от меня, помахал ручкой и дальше побежал. Вот блин. Придерживая платье руками, я побежала к своим. Шнурка у меня запасного не было, но у Карины, вроде как, были нитки. Это на первое время сойдет. Добежав, я оглянулась. Этой скотины не было рядом, ему же лучше. Подруга моя подошла ко мне и начала хохотать. Сегодня что, первое апреля? Чего все смеются надо мной? — Себастьян, иногда мне кажется, что Сиэль еще больший демон, чем ты. Сиэль снял с меня шнурок и теперь грудь всем на показ. Мне, конечно, почти нечего показывать, но все ровно неприятно. Ух, найду я его и как ебну по одному месту, — злобно улыбнулась я и схватила сумку подруги, начиная рыться и искать нитки. — Эй! — Я нитки ищу, отстань. Этот извращенец тут мимо не пробегал? — Господин пробегал. Давно я не видел, чтобы он так бегал. Видно марафон решил устроить, от тебя, — и Себастьян хихикает. Ох уж эти мужики. — Но мне он ничего не сказал. Сейчас мы сядем в повозку, и я пойду его искать. Вы садитесь, отдохните. Пока Вы бегали, мы с Кариной уже купили повозки. — Ну, молодцы. Я взяла нитки, а Карина показала мне на повозку, где уже сидели слуги. Она была большой. Сев, я начала завязывать себе платье. Ну, придурок Сиэль. Лето на дворе, а в длинных платьях в принципе жарко, и хозяин не при каких условиях не разрешил носить эти наши джинсы, как он выразился. Хотя и в них очень жарко, поэтому решились надеть слегка короткие платья. Сначала Карина упиралась, но потом поняв, что лучше это, чем длинное платье, согласилась. — Алина, что между тобой и Господином приключилось? И что с твоим платьем? — спросила меня Мей, поправляя свои очки и думая, что ей все померещилось. — Ничего, просто наш Господин-извращенец. — Ты уверенна? Никогда за ним ничего такого не замечал, — задумался теперь Бард, делая соответствующий вид. — Может да, а может и нет. Не знаю, мне предстоит многое о нем узнать.

Конец Алина

Тут к ним прилетел мячик. Ребятня играла в мяч и случайно пнула в сторону слуг. — Hey, kannst du uns einen Ball geben? (нем.«Эй, вы бы не могли подать нам мячик?») — крикнул маленький мальчик на немецком, обращаясь к Финни, ибо к его ноге прилетел мячик. — Ja, jetzt (нем. «Да, сейчас.») — весело проговорил Финниан. Как пнул ребятишкам мяч, те аж ахуели, раскрыв рты. — Простите, простите. — «Ты умеешь говорить по-немецки?»-спрашивает Дан. — Да…немного, — скромно ответил блондинчик, почесав голову. Видно, что ему неловко. — Блин Финни, тебе везет, я этот язык почти не знаю. Даже поприветствовать не могу. Не учила его в школе, а Карине в принципе не нравится этот язык. — Все потому, что немецкий очень грубый язык. Да и к тому же сложный, — скрестила русоволосая руки на груди, отвернувшись от всех. — Ох, ты как обычно.

***

— Господин! Господин, пора выдвигаться. Нам нужно успеть до заката солнца, иначе совсем стемнеет. — Я здесь, — отозвался синеглазка, стоя где-то на площади. Себастьян подошел и, схватив за руку Господина, собирался покинуть площадь. Сиэль задал вопрос: — Себастьян, тебе не кажется странным и загадочным, что у меня, у тебя, Карины и Алины примерно одновременно появились эти странные метки-татуировки? — Господин, я сам по себе загадочный, и вы еще этому удивляетесь? — улыбнулся дворецкий, отпустив руку Милорда. — Да я не удивлен. Просто откуда они появились и почему одновременно или почти одновременно? И почему я чувствую некую…привязанность… — А, вы об Алине? Ох, и почему именно к ней. Полный показ плохого поведения. Ну, хоть не глупа. Вот леди Карина совсем другое дело. Спокойная, общительная. С ней можно всю ночь напролет разговаривать. Не всегда, конечно, удается. Люди-создания слабые, им нужен сон, — выдохнул брюнет и только сейчас понял, что наговорил. — Ну… Давайте позже вместе сядем и обговорим все это. Или же по отдельности. Но я не думаю, что это подходящее место для такого важного разговора. — Да, идем к повозке. Вернувшись к повозкам, они сели в ту, что для Господина и главного слуги. — Карин, о чем вы беседовали с тем мужчиной, пока меня с Алиной не было? — обернулся Граф, смотря на информатора. — Он рассказал, что люди, которые посещали тот лес, возвращались опухшие, а после умирали. Но один все же смог выжить. Правда, его психика пострадала, а сам он только и делал, что кричал: «Оборотни близко, оборотни наступают!». Короче нам крышка, мягко говоря. — Оборотни? Ха, бессмыслица какая-то. Кто в эту чушь поверит? — хихикнул Фантом, махнув рукой. Он, похоже, вообще в мистику не верит, хотя у него в слугах настоящий дьявол есть. — Ну уж точно не ты, — сказала шатенка, вытирая платье от пыли тряпочкой. Пыльная, будто по земле прокатилась, хотя почти оно так и есть, — Какая я из-за тебя чумазая, «Господин», — с сарказмом сказала она, протирая подол платья. Приехав в лес, слуги начали дрожать от страха. Алена же с Кариной вообще не парились и просто спали друг на друге. — Юный Господин, немного далее уже виднеются какие-то строения, — указал Михаэлис на деревню, что была буквально от них недалеко. Подъехав к этой деревушке, все вышли из повозок и прошли туда. — Ого, никогда не была в деревнях, особенно такого построения. — Значит, здесь и правда была деревня? — осматривался Фантомхайв, ища хоть какие-то признаки, указывающие на проживание здесь людей. — Она заброшена? — Нет. За домами ухаживают, а это значит, что тут есть люди. И вот сюрприз гостям. Женщины, даже куча женщин, схватили факелы, вилы, грабли, топоры, садовые принадлежности и окружили наших героев. — Fremde! (нем. «Чужаки») — кричали все женщины, чуть ли не тыкая своими орудием труда в непрошенных гостей. — Нихуя себе приветствие, да, Карин? — посмотрела Алина на подругу, но та до сих пор дулась и в ответ показала средний палец.

POV Карина

Я на нее обижена, даже разговаривать не хочу. — Wer du bist? (нем. «Кто вы такие?») — спросила нас женщина с большой вилкой. Я, вроде, поняла, что она спросила. Посмотрев на Себастьяна с Сиэлем, я поняла, что они решают это недопонимание. Себастьян что-то говорил им, но я ничего не поняла и диалога из манги тоже не помнила. Это уже у Алины надо спрашивать, я лишь в общих чартах знаю сюжет. Но, посмотрев на подругу, я увидела, как она лишь закатывала глаза. Видимо, поняла о чем речь идет, но что-то сказать не может. Если мне не изменяет память, они говорили о владельце этих земель. И, видимо, я была все-таки права. Женщины еще громче меня начали кричать и уже хотели нас поджарить. Хотя сжигали ведьм, а я не ведьма. — Worum geht es bei all dem Lärm? (нем. «Из-за чего весь этот шум?») — о, хоть что-то перевела. Все обернулись, и мы увидели Зиглинду. Это девочка подросткового возрасте. У нее черные волосы, зеленые глаза черно-зеленое платье. Она немного старше, чем в манге, как я заметила. Хотя тут все какого-то черта на год-два старше. Сиэлю же 15, значит ей где-то 13. Но она все та же милашка, что не может ходить из-за тупой китайской традиции бинтования ног. Вольфрам такой же красавец, как и в манге. — Ich heiße Sieglinde Sullivan. Ich bin der Besitzer dieses Waldes. (нем. «Меня зову Зиглинде Салливан. Я владелица этого леса.») К нам подошел Вольфрам, являющийся слугой владелицы этих земель. Он так яростно и скривившись посмотрел на Себастьяна, что теперь мне эта рожа будет в кошмарах сниться. — Woher kommen deine Freaks? (нем.«Ну и откуда вы, уродцы, взялись?») — эй! Мы не уродцы!!! Себастьян так точно нет. Зиглинде за такое обращение к нам дала своему слуге по лицу. Умничка девочка. Дальше они говорили то, что я лишь через слово могу перевести. Но если говорить по-простому, Вольфрам и эти женщины пытались нас убить или выгнать (этого я не поняла), но хозяйке мы, видимо, понравились, и поэтому она явна против нашей казни. Спасибо ей за это. — Думаю, будет лучше, если мы вернемся и обдумаем план. — плохая идея, Сиэль, плохая. Нам нужно остаться. — STILL STEHEH (нем. «СТОЙТЕ!») — закричал женский голос маленькой девочки, — Bleibe (нем. «Останьтесь.») — это единственное, что я перевела. Они все слишком быстро говорят, я не успеваю понять слова, да и еще и к тому же много кто говорит одновременно. Они сбивают своими диалогами. Попробуй понять это все, когда ты не ходящий переводчик. — Себастьян, что они говорят? — спросила зеленоглазка одновременно с Сиэлем. Ха, забавно. — Похоже нам позволят остаться на ночь в поместье владельца этих земель. Поместье, что принадлежит Юной леди, находится там, — указал Себастьян на огромный темный особняк на горе. — Folge mir (нем. «Следуйте за мной.»), — сказал слуга Зиглинде, Вольфрам, что тащит ее на ручках. Это очень мило. Все пошли к особняку. Мне жутко, очень жутко... Везде находятся деревья, что в темноте ночи своими фигурами пугают редко проходящих по этому лесу прохожих. Мрак и могильная тишина этого места испугает любого глупца, что осмелится пойти туда. Тебе приходиться постоянно находиться в напряжении и полной концентрации, дабы не запнуться о многочисленные корни деревьев, что находятся буквально на каждом шагу и кажутся в темноте кровожадными змеями. Не то, чтобы я слишком боязлива, но это место... Оно пугало до мозга костей. Построения были ничуть не лучше. Кажется, даже в замке самого Графа Дракулы и то посимпатичнее. Единственное, что меня успокаивало - так это тот факт, что Себастьян и все остальные находились рядом. Слуги прижались друг к дружке, а Алина прижалась к мне.

Конец Карина

— Что за пиздец? Почему тут всякие пытки? — «Кого они тут убивают?»-спросил Уайльд. — Жуть. — Это использовали для убийств ведьм, — спокойно ответил на эти вопросы Себастьян, явно зная в этом толк. И не удивительно, ведь этот период был буквально пару веков назад. Кто-то до сих пор так убивает ведьм, но это редкость. — Здесь точно что-то не так, — осматривался Фантомхайв, морщась от видочка на все эти инструменты для убийства. Не любит он это, навевает воспоминания. Всю остальную дорогу Зиглинде сверлила Сиэля, Карину и Алину взглядом. Ей явно они были интересны, ведь они ровесники. — Zu ihr du (нем. «Эй вы»), — обратилась черноволосая к подросткам. — Was ist Ihr Name? (нем. «Как вас зовут?») — Она спросила как вас и наших юных слуг зовут, — перевел слова девушки Себастьян. — Меня зовут Сиэль Фантомхайв. — Я Алина. — А я Карина. — Und wie alt sind Sie? (нем. «А сколько вам лет?») — Der junge Herr ist 15 Jahre alt, ebenso wie die Mädchen. (нем. «Молодому господину 15 лет, как и девушкам.») Надув задумчиво губки, она продолжила на них смотреть, но больше вопросов не задавала. И вроде бы тихая прогулка, даже странно. Парни удивились, но наслаждались тишиной. Ага, как бы не так. Алина, схватив Карину под ручку, потащила к пыткам, которыми убивали так называемых «ведьм». — Сиэль, Сиэль, смотри. Какая острая штука. — Я конечно знал, что вы ведьмы, но не в прямом же смысле. Это может быть опасно, отойдите. — Ой, как мило, ты обо мне волнуешься. Граф и дворецкий схватили дам за руки и увели от этих острых штук подальше. Они еще не поговорили с ними. — Финни, не трогай цветы, они ядовиты. — А, да…хорошо, спасибо.

***

Зайдя в особняк, хозяйка предложила поужинать, а своему слуге приказала показать комнаты новым гостям. — Сиэль, нам остаться тут или помочь остальным? — спросили девушки, стоя позади Господина своего. — Если вы закончили с багажом, то останьтесь. Мы не у себя дома, чтобы я мог распоряжаться чужим поместьем. Вы должны понимать, что мы только гости. — Хорошо, поговорим с иностранной личностью. Стол был длинным, поэтому места хватило всем. Сиэль сел рядом с Зиглинде, а слуги немного дальше. Все же они ниже по титулу. Ну, а Себа позади Фантомхайва. Молчание было очень неловким и долгим. Тогда Карина кое-что придумала. Раз они не могут понять язык друг друга, так попытаются общаться не словами, а рисунками. В ее сумке было много-много бумаги, карандашей обычных и цветных, даже небольшой ножик, чтобы точить карандаши. Она же художница, поэтому носит все с собой. Бур-бур, урчание в животе девочки означает, что она хочет кушать. — Mein Bauch sagt, es ist Zeit zu essen (нем. «Мой животик говорит, что время принять пищу»), — погладила Салливан себя по животику. — Kann ich Ihnen helfen? (нем. «Может я могу помочь?») — спросил Михаэлис. Хозяйка поместья дала разрешение. — Я скоро вернусь, а вы, дамы, присмотрите за Господином и Юной леди. Хорошо? — Да, хорошо. — Сиэль, у Карины есть идея, как общаться с Зиглиндой без слов. Давайте общаться с помощью рисунков? — Странная, но неплохая идея. Он посмотрел на брюнетку и подал ей несколько листков бумаги и карандаш. Та вопросительно на них всех посмотрела. Вместо того, чтобы рассказать смысл идеи, они сами начали необычный «диалог». Зиглинде не глупая, поэтому поймет, что нужно будет делать дальше. Сиэль начал первым. Он не стал расспрашивать ее о ногах или почему здесь одни женщины, ведь это очень не культурно спрашивать такое в лоб. Начал он с обычного возраста. Нарисовал палку, палку, огуречик и сверху написал цифру "15", потом он нарисовал еще троих человечков, только с волосами. Над двумя из них он также написал цифру "15" и подал листочек девушке, как бы показывая, сколько им лет. Последним человечком была Зиглинде. Она должна была цифрами написать, сколько ей лет. Брюнетка поняла и со смешком взяла карандаш и написала цифру «13», как бы отвечая ему. — Забавный ты придумала способ. Видимо, он ей понравился, — ухмыльнулся одноглазый, смотря как Зиглинде вошла во вкус и сама уже что-то рисует. На сей раз она выбрала довольно грустную тему. Разделив лист карандашом на четыре толстых полосы, брюнетка нарисовала человечков, как на предыдущем рисунке-вопросе, ведь так проще и быстре и вроде как понятно. На трех полосках были маленькие человечки с волосами, на последней был обычный, мальчик. А так же в каждой полоске были нарисованы высокие человечки, один без волос, другая с волосами. Это она пыталась нарисовать родителей. И напоследок написала вопросительный знак. Спрашивая, где их родители. Рисунок немного с загадкой, но в принципе понятен. Сначала ответил на этот вопрос Сиэль, он нарисовал пламя, что окружало его родителей, и два гробика с крестом и стрелочку, указывающее, что родители умерли в пожаре. Дальше шли Карина с Алиной. Они решили немного приврать и нарисовали карету, а над ним написали на немецком «мама» и «папа». Слева были человечки с ножами, а справа лес и двое человечков с волосами, над которыми они написали свои имена. Так они рассказали историю, что рассказывали Сиэлю в начале. На карету с родителями напали, а они сбежали. Зиглинде даже как-то загрустила. Свою же строку она нарисовала подобным образом: человечек пожимал плечами. Она не знала своих родителей, слуги заменяли ей семью. Такая вот история. — На какой-то грустной ноте мы остановились. Давайте что-нибудь повеселее спросим? — Да, я согласен. На каждом вопросе они рисовали человечков, показывая кому был задан вопрос. Так они и общались. Узнали любимые цвета друг друга, рисуя цветной кружочек у своего человечка, рассказали немного о других слугах, написав над человечками их имена и должности. У Финни они нарисовали куст и ножницы, у Мейлин метлу, а у Барда кастрюлю. — Кстати, Алина, Карина, вы что-нибудь знаете об этом проклятье? Я же знаю, что знаете. Выкладывайте. — Сиэль, все не так просто. Если сейчас мы все расскажем, боюсь, это изменит ход истории. Могу только одно посоветовать, не ходите на улицу ночью, это очень при очень опасно для тебя. Поэтому обещай не идти. — Она верно говорит. Сиэль, послушайся своих информаторов, — подперла русоволосая щеку рукой. — Ладно-ладно, только не смотри на меня такими глазами. На собаку похожа, а мне одного пса хватает. — Это был комплимент или оскорбление? Зиглинде смотрела на новых знакомых и не понимала их. Покачав головой, она нарисовала клеточки и сделала там крестик, суя листок им в руки. Кто-то хочет поиграть в крестики-нолики. Спорить никто не стал, и они начали игру. К приходу Себастьяна и Вольфрама девушки ушли в комнату, которую они делили с Мей, а Бард, Финни и Танака другую комнату делили. Себастьяну комнату не дали, возможно потому, что он сам попросил не давать, ибо не спит. А вещи хранит где-то в комнате у слуг, либо же ему выделили отдельную комнату и никому не сказали об этом. — Ух, я вся в карандаше. Я в последний раз чувствовала такое давление, когда наша училка по немецкому заболела и ее заменяла какая-то ахуенная училка, что считает Германию чуть ли не своим вторым домом. — упала на свою выделенную кровать Алина, убирая руки под голову. — Зато теперь мы знаем, как общаться в других странах с людьми. — Это да, но я устала. Чем бы заняться? Может пойдем по особняку прогуляемся? Хоть осмотрим его. — Пойдем. Подняв свои жопы, девочки направились к выходу. Сиэль, Себастьян и Зиглинде сейчас должны быть на улице, осматривать жертву оборотня. — Карина, а как думаешь, кроме демонов существуют еще потусторонние силы? — неожиданно спросила шатенка, держа перед собой телефон, на котором был включен фонарик. Сиэль тот еще воришка, постоянно забирает ее телефон. Что он там такого делает? Интернета ведь нет. — Ты меня спрашиваешь? Я-то откуда знаю, это у Себастьяна надо спрашивать, а не у меня. — Ну вот спросишь как-нибудь. И ничего вроде не предвещало беды. Гуляли они по дому и гуляли, пока по дороге им не встретилась хозяйка дома, Салливан. Девочки помахали ручкой, улыбнувшись и сразу же спрятав телефон. Та тоже широко улыбнулась и медленно подошла к подругам. Заметив, что брюнетка без слуги и его заменяют воздушные шарики, которые прикреплены к обручу на ее талии, дабы она могла хоть каким-то образом ходить, они стали рассматривать устройство. В реальности они выглядит еще круче, чем на картинке. Минуты через две, девочка-брюнетка схватила подруг за ручки и потащила за собой. Шли они не долго до какой-то закрытой комнаты. Зиглинде прислонила ухо и стала подслушивать. — Это явно комната Сиэля и Себастьяна. Давай тоже подслушаем? — давила кареглазая лыбу, на цыпочках подходя к двери, и сама стала подслушивать. — Оборотней же не существует, так кто тогда напал на ту женщину? — это был голос Сиэля, он был явно озабочен. — Жертвы оборотней... я и представить не мог. Немка не понимала, о чем они воркуют. Только по тону речи она могла понять какой разговор, теплый и душевный или злой и оскверненный. — Тише, Господин. Послышались шаги в их сторону. Алина отошла к подруге, которая даже подслушивать не стала. Зиглинде же продолжала стоять, и через секунд 7 дверь открылась и хозяйка залетела внутрь, в буквальном смысле. — Wen haben wir hier? Frau Sullivan (нем. «Кто же у нас тут? Госпожа Салливан.»), — послышался голос дворецкого. Девочки забежали в комнату, готовясь к самому интересному. — Леди непристойно стоять возле спальни мужчины. — Где ты тут мужчину увидел? Я лишь вижу мелкого извращенца и его извращенного учителя, — вошла в комнату шатенка, прыгая в кровать, где сидел Граф. — Здорова, Графыч, снова. — Опять ты разучилась разговаривать. Говори нормально, пожалуйста. — Привет говорю, дурак. И кстати, мне нужно тебе кое-что сказать, это очень важно, — но ее Граф не слушал, отвлекся на Зиглинду. — Lady Sieglinde, darf ich wissen, was Ihr Interesse ist? (нем. «Леди Зиглинда, могу ли я узнать, в чем состоит Ваш интерес?») — Себастьян поднял тему прибытия внезапной особы. Девочка посмотрела с вызовом на дворецкого и, убрав прядь за ухо, проговорила тоненьким голоском следующее: — Interesse? Es ist dein Interesse an mir, nicht wahr? Ich bin eine Hexe, ich sehe durch (нем. «Интерес? Это у вас ко мне интерес, разве нет? Я ведьма, я все вижу насквозь») — Так, Карин, где тут лучше ракурс? — посмотрела Алина на Карину, доставая телефон. — Ты ведь понимаешь, что я хочу снять? — шепнула она на ушко. — О, да. Отошли они подальше. Пусть этот момент обломает мечты всем любителям главных героев Темного Дворецкого, но эти барышни этот момент любили. Он был забавен. Съемка началась, и чтобы не напрягать руки и не уронить телефон, свои телефоны девочки поставили на тумбочку, а камерой направили на наших звезд экрана. Зиглинде поднялась при помощи своих шаров на ноги, и тут Карина увидела в окне, как что-то промелькнуло на долю секунды. — Алина, ты видела? Что-то промелькнуло за окном. — Да, будто тень какая-то. Выйдем? — посмотрела она в глаза русоволосой. — Куда вы выйти собрались? — отвлек их от мыслей Себастьян, придерживая Госпожу Салливан за талию, чтоб точно не упала вновь. — Эм…в дамскую комнату. Носик надо припудрить. И, схватив Алину, девочки пулей вылетели из комнаты. Шатенка напоследок прокричала: — НЕ ВЫХОДИТЕ НА УЛИЦУ, НЕ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ! — Почему? Проклятие? И вообще, с каких пор они используют пудру? — поднял одноглазый бровь вверх, а тем времен Зиглинда упала к нему на кровать. — КАКОГО ЧЕРТА? — Вы звали, Милорд?