«Будь то дом, звезда или пустыня — самое прекрасное в них то, чего не увидишь глазами.»
Маленький принц.
Тем милым и тёплым утром Чимину было очень неловко. Открыв глаза, он наткнулся на мирно спящего Юнги. В зале стояла тьма, ведь окна завешаны плотными шторами. Осознав, что все его конечности, как и он сам, находятся на тёплом теле, щёки налились краской. Пошевелиться он тоже не может, ведь Юнги крепко обнимает его руками. Но попытаться выбраться стоит.
– Ты куда собрался? – хриплым от сна голосом интересуется Юнги.
– Тебе не тяжело? – ведь Чимин полностью лежит на старшем.
– Ты сейчас серьёзно? – усмехнулся Мин, – Не отвечай, я знаю, что серьёзно. Давай ещё полежим.
– Да, только надо маме написать, – Чимин взялся за телефон и удивился, что уже полдень, а мама ему ещё не писала. Чим отписал, что у него всё хорошо и он сегодня погуляет с друзьями. Мама ответила сразу. Она снова похвалила сына и написала очередной список дел.
Парни так пролежали час. Говорили они сново ни о чём, в промежутках сладко целовались, а Юнги никак не решался задать тот самый вопрос.
– Сходим в душ? – Мин не планировал затащить Чимина в постель. Как никак ему только шестнадцать, да и за этот маленький промежуток времени Пак стал чем-то родным.
– В...вместе?
– Если ты не хочешь, то не страшно, – успокаивает напрягшегося Пака Юнги.
– Ты не подумай, я не каждому так открываюсь, – голос предательски дрожит, а сердце бешено стучит. – Просто, вдруг ты подумаешь, что я легкомысленный и отдамся любому.
– Я так не подумаю, Чимин. Я полностью открыт перед тобой, можешь спрашивать и делать что угодно. Поэтому, откройся мне.
– Хорошо, – выдохнул младший и прижался щекой к груди Мина.
Парни встали и направились в душ на втором этаже. Юнги смело зашёл и закрыл за собой дверь. Просторная ванная комната, выполненная в тёмных тонах, с стеклянной душевой кабиной.
Стянув с себя футболку, Мин заметил смущающегося Чимина.
– Малыш, – Юнги подошёл в плотную и взялся за край Паковой футболки, – всё хорошо, расслабься, – после этих слов, Мин стягивает футболку с младшего.
Чимин готов открыться перед Юнги, но руки и порезы одно. А вот ноги, которые все в гематомах и синяках, обьяснить будет тяжелее.
Юнги прикасается губами ко лбу Чимина. Худые и длинные пальцы Мина подобрались к резинке пижамных штанов младшего.
Чимину явно стало тяжелее дышать, когда Юнги опустил штаны до колен и резко остановился. Пак сглотнул ком в горле, и зажмурил глаза. Ведь на его бёдрах красовались следы от ремня и больные страшные гематомы. Такое может и оттолкнуть.
– Чимин, я не могу больше терпеть, – начал юнги, и снял до конца пижамные штаны Пака. Юнги прижал Чимина к себе. Они впервые так близко, ведь ни слоя ткани сверху.
– Малыш, расскажи мне пожалуйста...
Мин почувствовал как горячие слёзы коснулись его груди. Чимина начал трястись, а из глаз ещё больше полились слёзы.
Чимин заплакал не от страха. А потому, что Юнги не оттолкнул его. Он впервые почувствовал настоящую любовь.
Юнги понял, что так Пак точно ничего не расскажет, поэтому на время отстранился, от этих мыслей.
Сняв с себя домашние шорты вместе с боксерами, он потянулся к Чиминовым. Получив одобрительный кивок, Юнги стянул их и с младшего.
Мин завёл Пака в душ и включил воду. Горячие струи обволакивали тела. Чимин вплотную прижался к телу Юнги. Сейчас он дал полную волю слезам, ведь под каплями воды их не увидеть.
Старший дотянулся до геля для душа. Взяв мочалку и налив гель, Юнги принялся тереть хрупкое тельце. Только сейчас он заметил на одном из боков явный след от пряжки ремня, но он был уже пожелтевший. Он водил по спине почти не касаясь. Ему было страшно сделать больно своему малышу.
Мин провёл мочалкой по ягодицам Чимина, где была синя-фиолетовая гематома. Пак всё так же прижимался к нему.
– Тебе не больно? – обеспокоено спрашивает Юнги.
– Всё хорошо.
Простояв под тёплыми струями воды ещё минут двадцать, парни вышли из душа.
– Юнги, – совсем тихо произнёс Чимин, пока старший обтирал его полотенцем.
– Да, малыш.
– Я хочу, чтобы ты переспал со мной.
Такое заявление очень шокировало Юнги. Он хотел бы этого, но не так рано.
Выйдя из ступора, он продолжил вытирать младшего полотенцем.
– Чимина, куда ты спешишь?
– Я правда хочу этого, – не унимается Пак.
– Нет, – это
не правильно. Пытается вразумить себя Юнги.
– Пожалуйста, – голос явно дрожит, но Чимин обдумал это хорошо. Ведь он пожалеет если не сделает этого сейчас.
После этого «
пожалуйста», у Юнги явно сносит крышу. Он подхватываете лёгкого Чимина на руки и уносит в свою спальню.
Зайдя в комнату, Юнги опускает Чимина на чёрные атласные простыни. По телу младшего пробегают мурашки, когда сверху нависает Мин, а в глазах явное возбуждение. Да и в бёдра Чимина упирается внушительных размеров член парня. Пак возбуждается от одного вида накаченного тела. Его пальцы робко касаются пресса Юнги.
Мин нежно прикасается к губам младшего. Чимин послушно приоткрывает губы и язык юнги проникает внутрь. Пак подхватывает этот ритм их языки словно змеи, что пытаются задушить друг друга.
Отстранившись, Юнги оставляет порхающий поцелуй на носу.
– Я сейчас, – Юн оставляет Чимина, а сам направляется снова в ванную.
Возвращается он с баночкой смазки и презервативом.
Кинув их рядом на кровать, он снова возвращается к любимым губам. Он уже не держит себя и начинает покусывать их. После таких действий до его ушей долетает первый сладкий стон Чимина. Когда Пак начинает тяжело дышать от нехватки воздуха, Юнги переходит на шею и мокрыми поцелуями доходит до соска парня. Обхватив его губами, Мин нежно прикусывает розовую бусину зубами. Пак выгибается дугой, ему впервые так приятно. Дав своему малышу чуть отдохнуть, он опять возвращается к искусанным губам.
– Юнги, не дразни, – смело выдыхает Чимин прямо в губы.
Мин дотягивается до презерватива, выпрямившись он открывает его зубами, и раскатывает по всей длине. Следом идёт тюбик смазки. Обильно смазав пальцы, Юнги нависает над Чимином. Прикрыв глаза Пак, готовится к новым для него ощущениям.
Их одежда осталась в ванной, поэтому Юнги сразу принимается к растяжке. Первый палец туго проходит внутрь, от чего младший лишь морщиться, но Юнги делает всё, чтобы тот расслабился. Шепчет на ухо всякие нежности, кончиком языка проходится по шее.
Второй палец входит легче, а Чимину начинает уже нравится. Его руки сжимают тёмные простыни, а внутри всё горит.
Юнги принимается раздвигать пальцы на манер ножниц и слышит сдержанные стоны снизу. После нескольких минут растяжки, Мин вытаскивает пальцы. Чимин громко выдыхает и чувствует, как пульсирующая головка члена Юнги упирается в его задний проход.
Мин накрывает припухшие губы Пака, и медленно начинает входить. Чимин морщится от боли и тяжело дышит. После, одним толчком, Юнги полностью заполняет хрупкое тельце. От таких действий Чимин громко стонет от боли и сильно выгибается.
Юнги полностью ощущает, как Чимин сжимает его внутри. Он целует в плечо, проводит языком по острым ключицам, чтобы его малыш расслабился.
– Тише, тише... сейчас пройдёт, – шепчет Мин.
После нескольких минут, Пак расслабляется и закидывает руки на шею Юнги прижимая его ближе. Первые толчки всё ещё приносят дискомфорт, но это в какой-то мере приятно.
Спустя пять минут, по комнате разносятся шлепки тел, а на весь этаж слышатся громкие стоны Чимина. Прямо сейчас оба окончательно сошли с ума. Они вместе не понимали, почему так быстро их отношения вышли на такой уровень. Но сильно задумываться сейчас явно не хотелось.
Возбуждение Чимина упирается в пресс Юнги, обхватив его рукой, Мин проводит пару раз в такт своих плавных толчков. Этого достаточно, чтобы в скором времени Чимин кончил прямо в руку Юнги.
Не сбавляя темп, Мин вжимает Чимина в кровать. Глубоко проникая и задевая простату, Юнги снова и снова наслаждается стонами Пака.
Войдя до конца, Юнги кончает в презерватив, а из Пака выходят хриплые стоны, ведь горло он сорвал уже давно.
Аккуратно выйдя из размякшего тела, Юнги снимает презерватив и ложится рядом с Чимином. Укрывая их одеялом, Юнги прижимает младшего к себе.
– Всё в порядке? – Юнги страшно, что он сделал больно.
– Это было круто, – выдыхает Чимин в грудь Мина.
– Хорошо, – сильнее прижимая к себе Пака, улыбается Юн.
После долгой тишины, Чимин произносит:
– Мама
– Что? – не понимает Юнги.
– Это делает мама. Когда я не выполняю что-то, она меня наказывает.
Сейчас в голове у Юнги явно хаос. Ведь как родная мама может делать такое?
Представляя то, как его малыша бьют и он рыдает от боли, из глаз Юнги потекли слёзы. Заметив это, Чимин перекинул ногу и сел сверху. Обхватив ладошками лицо Мина, он поцеловал его в нос.
– Не плачь. Всё ведь хорошо, – с обычной улыбкой произнёс Пак.
– Не хорошо, Чимин. Это насилие! – повышает тон Юнги, ведь сейчас он готов порвать любого. – Твои руки, ноги... как ты это терпишь?
Чимин опустил голову и вспомнил про руки. То, как после очередного акта воспитания, он бился в истерике в ванной и принимался резать руки. Боль в руках глушила то, как горели участки кожи, где сейчас появлялись очередные синяки.
– Руки...я сам делаю это.
Видимо сейчас сложился весь пазл. Юнги не собирает спрашивать «
зачем». Он не хочет, чтобы Чимин сново вспоминал эти картины. Теперь он сделает всё, чтобы спасти своё счастье, которое он вновь обрёл.
