Вдыхая дым

С того вечера подруга больше не осмеливалась звонить Алексу, а он был слишком занят, чтобы ее набрать или даже написать небольшое сообщение с кратким «Привет». За первую неделю этой новой истории он успел полностью сменить гардероб и его вещи немного смахивали на женские, но раз это история и о гействе, то почему бы и нет? Короткие шорты, иногда женские блузки, но мало кто обращал на это внимание. В школе он появлялся каждый день и учился все так же хорошо, а вот учителя больше не смотрели на него, как на «чудо-ребенка». Все жутко сомневались в его ориентации и пару раз за хамское отношение хотели снижать оценки, но не хотели терять отличника. Дома он вел себя, как обычно и родители практически не переживали. На второй неделе парень стал заводить себе друзей, не то, что раньше. Правда назвать этих людей близкими было сложно. Они лишь искали денег на новую бутылку, а тот обычно добавлял им, хотя сам не пил. Они собирались вечером, когда были сумерки. Их путь шел через старые заброшенные здания, смутные районы и наконец-то ночные магазины, где малолеткам продавали все. В мыслях мальчика было то, что было бы не плохо найти этот магазинчик, когда он под дождем искал себе пачку сигарет, но на самом деле тогда его трусость и на шаг не подпустила его к таким местам. В четырех обшарпанных стенах стоят деревянные столики, которые немного шатаются из-за плохой сборки. На них не лежит даже какой-то скатерти из-за чего дерево пропитано алкоголем, по большей части дешевым пивом. Так как пепельницы отсутствуют, то их заменяют пластиковые стаканчики. Из окурков ничего интересного – самокрутки или что-то не дороже полтинника. В углу стоял небольшой прилавок с жвачками, сигаретами, алкоголем и очень маленьким количеством закуси в виде сухариков. Парень был там сегодня не первый раз и заходил более уверенно, но все же он довольно побаивался этого места и иногда задумывался, что стоило бы сменить компанию или предложить им другие локации для прогулок, но вот только его там удерживал его новый образ. Он стал более раскрепощённым и уверенным в себе. Да, он практически не с кем там хорошо не общается, но все же ему там комфортно. Или он пытается так думать. На третьей неделе он впервые своими глазами увидел драку. Нет, не драку, а избиение. Один из самых спокойных ребят в этой компании пытался чем-то поделиться и показал свои изрезанные руки. Алекс не успел ничего сказать, как на того накинулись с кулаками. Оказалось, что эти люди ненавидят слабых людей и считают, что их нужно добивать. Самое ужасное было, что это была девушка. Хрупкая девушка, которая ничего не могла ответить лишь прикрывалась руками в порезах и ссадинах. Старк наблюдал около 20 секунд, а после старался отвлекать внимание на себя, что хорошо получилось, когда тот оскорбил их. За счет своей ловкости он смог схватить девушку за руку и пробежать с ней до ближайших дворов, где они смогли скрыться. Там не горели фонари и было настолько страшно, что по телу пошли мурашки. Они не успевали бросить взгляд в сторону, как им там мерещилась какая-то человеческая фигура и снова приходилось убегать. В глазах размывался свет из окон панельных домов, а лай бездомных собак вызывал звон в ушах. Иногда они слышали крики своей компании, которой пару раз удавалось наступать им на пятки, а после и вовсе зажать в углу. Парень уже успел зажмуриться и прятать за собой ту самую девочку, но вскоре он услышал, как открывается дверь в подъезд. Не прошло и пяти минут, как они оказались на крыше. Все то время, пока младшая тянула его наверх он думал о том, что за ними гонятся, но те не успели попасть в подъезд и плюнули на это дело. Алекс свалился как только они поднялись наверх, а девушка упала рядом и звонко смеялась. — спасибо, спасибо тебе!! – она так искренне радовалась и крепко обнимала его, что Алекс почувствовал себя героем, но на деле тело очень сильно болело и лучше бы он был не героем, а трупом. Они лежали на крыше среди печальных домов и грустных видов яркого города. Чуть дальше виднелся их поселок. Парень крепко прижимал её к себе, ей эти объятья сейчас были очень нужны. Он чувствовало, как она тяжело дышит ему в шею и казалось, что все еще ярко улыбается от того, что ей помогли и не оставили одну. — Я Элли. Ты, наверное, хочешь знать почему я режу руки? Я знаю, тебе интересно. Грустных людей никто не любит. А я и есть тот самый грустный человек. Ночами я плачу в подушку, потому что я немощна, а сейчас мы лежим на крыше среди печальных домов, в котором я никогда никому не была нужна. Грустные люди прыгают из печальных окон. И я могла прыгнуть из такого печального окна. И хочется сделать с собой страшные вещи, но боишься куда ты попадешь. И мне не с кем поделиться, а если кто и слушает, то им плевать. И я знала, что они накинутся на меня. Я хотела, чтобы я не могла остановить свою смерть. А для начала процесса нужно было только начать рассказ, - девушка уже сидела в его объятьях и утыкалась в теплую шею, - но ты помог мне. Рисковал собой и спал меня. А мы совершенно не знакомы. А это значит, что если совершенно незнакомый человек так рискнул, то я кому-то здесь нужна. Парень улыбнулся и поцеловал ее в макушку. Теперь лучше было быть героем для маленькой девочки, чем в ванной на полу без пульса. Он сделал что-то важное в своей жизни. Он спас незнакомого человека. Еще около получаса они просидели на крыше, а после осторожно шли к Алексу домой. Там они обработали друг другу раны и обсуждали какие-то мелочи. Теперь они точно не вернутся в тот прокуренный и гнилой магазин и все в такую же компанию. Прошел месяц, как Алекс начал новую историю. Они с Элли до сих пор оставались хорошими друзьями и проводили вместе максимально много времени. Но обоим не хватало чего-то. Возможно приключений на их задницу из-за чего они снова попали в какую-то компанию, но теперь это скорее были неформалы, которые были помешанные на наркоте, сексе и музыке. Там было немного комфортнее ведь принимали всех. Алекс помогал писать тексты к песням, а Элли оказалась не плохой вокалисткой. Его стихи превращались в красивые песни и звучали в метро, около торговых центров и парках. Сам он лишь присутствовал рядом ведь не настолько хорошо играл на гитаре. Он ходил рядом и переворачивал страницы с текстом и аккордами для Гоши, который и был гитаристом в этой шайке. Вскоре они стали выступать на каких-то сходках и даже получать за это немного денег, которые уходили лишь в копилку, чтобы когда-то выступить на сцене. У них у всех была одна мечта, одни увлечения, но только Алекс по мнению окружающих продолжал портиться. Он становился через чур раскрепощённым и легкомысленным. Казалось, что еще немного и от его одежды не останется и ниточки, а мат будет входить в каждое предложение, но насколько бы плохо это не смотрелось он всего лишь пытался полюбить свое тело и общаться боле развязано. Но это плохо подействовало на общественное мнение в компании и в один из вечеров, когда Алекс снова пришел на очередную репетицию Гоша отвел его в другую комнату. — Чувак, ты круто пишешь и очень нам помогаешь, но не всем с тобой комфортно. Ты становишься популярнее в школе за счет развратного поведения и это сильно бьет по нам. Да, мы принимаем всех, но мы благодаря тебе начали расти и не хотим благодаря тебе упасть. Тебе стоит подумать над своим стилем и вообще собой. Мы всегда готовы тебе помочь, все, но не можем держать в группе… Парень говорил еще много чего, но Алекс уже не сильно слушал. Закончил Гоша тем, что ему отдадут его часть денег, тексты и будут всегда ждать обратно, но тот оставил все там и вылетел из помещения. Он мог бы еще сказать кучу обидных слов, но считал их недостойными этого. Следом за ним пошел кто-то еще и аккуратно взял за руку. Тот готов был вспылить и выдернуть руку, но по тонким пальцам, нежной коже и маленькой ладошке понял, что это Элли. — Я пойду с тобой. Если они хотят, чтобы ты менялся, то я буду меняться с тобой, -- они крепко сжали руки в замок и шли дальше. Не только по дороге, но и в новый этап этой истории. Казалось, что они могут быть вместе и навсегда, но не стоит забывать, что это история о гействе.