Брак по расчету

Чарли зашла в дом и услышала пение Аластора. Он сидел за фортепиано и пел. Его голос был восхитительный! Мужчина увидел Чарли запел: «Не знаю я, откуда эта нежность Приходит вновь, когда я вижу вас» У Магне немного поднялось настроение, и она улыбнулась. Аластор подошёл к ней и поцеловал в щёку: -Ты выглядишь грустно, Чарли, -вместо приветствия сказал Аластор, — Что случилось, любовь моя? -Я немного поругалась с Вегги, но, думаю всё уладится. Наверное…-ответила она грустно. -Ну-ка, моя дорогая, расскажите мне всё, — они сели на диван, и Чарли рассказала всё Аластору. Он был удивлен, однако не подал виду. И лишь нервно спросил: -Она ведь не пойдет в полицию, не так ли? -Она пообещала мне, что никуда не пойдёт. -Чарли, милая, тебе не стоит беспокоиться. Наверное она уже прыгнула кому-нибудь в постель. В объятиях какого-нибудь богатого папика. -Аластор! Не говори так про неё. Если она захочет, то пойдёт в полицию и всё расскажет. -Что её молодой человек наркоторговец и убийца? Или то, что он участвует в мафии? Ей следовало обращаться в полицию сразу же, как она с ним познакомилась. -Но она любила его. -Возможно, но уверена ли ты, что он любит её? Ожерелье, которое возможно украдено не показатель любви, — Шарлотта не ответила, потому что знала, он прав, только не хотела в этом признаваться. -И что же мне делать? Она ведь совсем одна! Я не хочу с ней ссориться… -Тебе стоит придти к ней домой и всё обсудить. Надеюсь, она не глупа и поймёт тебя. Ведь это я убил его, а не ты. -Да, ты прав! Я прямо сейчас пойду к ней. Спасибо, Аластор! -чмокнула Аластора в щёку и убежала. Тот же покраснел и ушёл в свой кабинет. «К нам счастье приходит И, как зарница, исчезает! Всю юность, полную печали, Если я жил, то лишь мгновенье…» Пела Чарли подпрыгивая, в такт песне. Вся отдавшись пению, Чарли бежала к подруге и пела своим ангельским голосом. Остатки грусти исчезли, как по волшебству. «…Ошибки, радости, печали Ушли, осталась лишь любовь…» Голос Чарли наполнился неведомыми ей ранее теплотой и лёгкостью. Люди проходящие мимо, зачарованно смотрели и слушали Чарли. В ней смешались и счастье, и волнение, но одно было ясно: ради любимого человека она готова петь ночь напролёт. Шарлотта думала о своём муже и неосознанно улыбалась. Добежав до дома подруги, Чарли постучала в старую дверь, но никто не открыл. Девушка постучалась ещё раз, однако также безрезультатно. Тогда она зашла внутрь сама. Дом Вегги был довольно старый и маленький. Здесь было неуютно и даже страшно, но Чарли уже привыкла к этому дому, поэтому не обращала внимания на обстановку. -Вегги, милая, ты где? Я хочу с тобой поговорить, — сказала Чарли проходя коридор, где и нашла Вегги. Она лежала неподвижно. -Вегги? Боже мой! Что с тобой, Вегги?! — кричала Магне. И без того белая кожа девушки, лежащей на полу, стала ещё белее. Это выглядело ужасно. Чарли подбежала к ней и встала на колени. Слёзы струились из глаз. -Вегги, не умирай, прошу! Ты мне нужна! — произнесла она, пытаясь нащупать пульс. Но пульса не было. Она не дышала. Руки Чарли затряслись и девушка начала плакать навзрыд. -Вегги… Вегги… Вегги!!! -кричала, надрывая горло Чарли. *** Шарлотта надела чёрное бархатное платье, с подчеркнутой талией и длинной узкой юбкой. Никаких оголённых плеч- высокий воротник закрывает шею. Магне выбрала чёрные туфельки на высоком каблуке. Она должна была пойти гордо, с высоко поднятой головой. Это требовало особенного наряда, поэтому она так оделась. Ведь сегодня похороны Вегги. Лучшей подруги, которую она сильно любила и дорожила. Которую всегда защищала и оберегала. Они были как сестры. Глаза Чарли воспалились, веки покраснели, от всей души веяло горем. Чарли накрасилась, чтобы выглядеть хоть чуточку красиво. Она вышла из своей комнаты и увидела Аластора. Он с грустью смотрел на неё. Шарлотта выглядела ещё прекрасней в трауре, но её лицо… От неё веяло горем и холодом. Ничего не сказав, она вышла на улицу вместе с Аластором. Он отвёз её на похороны, оставшись в машине. Ему ни к чему появляться там, а если и появится, то громко посмеётся. Людей было очень мало. Из её семьи пришла только бедная, убитая горем мать. Две незнакомые Чарли девушки. Видимо, они работали вместе у Вокса. А ещё Хаск. Магне удивилась когда увидела его, но не стала ничего спрашивать. И два незнакомца. Скорее всего, это близкие друзья семьи. Шел дождь, и одетые в чёрное мужчины и женщины держали над головами такого же цвета зонтики. Они опирались друг на друга, женщины рыдали, разделяя кров и горе. Чарли не делилась ни с кем ни своим зонтиком, ни горем. Порывы ветра задували холодные струи дождя под зонтик, на ее платье, но она этого не чувствовала. Она не чувствовала ничего, онемев от утраты. Шарлотта будет горевать позже, когда будет способна выдержать эту боль. Скарлетт не подпускала к себе свои чувства, раздумья и боль. «…Пепел к пеплу, пыль к пыли…» Голос священника проникал через заслон онемения, слова отпечатывались в её сознании. Нет! Вегги не могла умереть. Ещё недавно они пили вместе кофе. Ещё недавно она поздравляла её с днём рождения. Ужасный стук земли по дереву заставил Чарли сжать кулаки. Она хотела закрыть уши, завизжать, закричать — всё, что угодно, — лишь бы прекратить этот ужасный звук закрывающейся над Вегги могилы. Она больно прикусила губу. Она не закричит, нет. *** За всё время похорон Чарли не проронила ни слезинки. Аластор ехал по дороге и поглядывал на неё. «Бедная и несчастная Чарли. За это время ты многое пережила. Твой детский мир теперь разрушен. Теперь весь мир для тебя ад. Смогу ли я увидеть твою улыбку снова, моя дорогая?» — думал Аластор. Всю дорогу они ехали молча. Когда они приехали, Чарли вышла из машины и быстрым шагом направилась к дому. Она быстро сняла туфельки и поднялась в ванную. Там девушка включила воду и упала на колени. Она всхлипывала и плакала. Ей было плохо. Для неё это слишком большая утрата. Ведь у Чарли никогда не было много подруг. Все девушки сплетничали о ней и осуждали. А Вегги была единственной подругой Чарли. Самой лучшей подругой, которая всегда готова поддержать и защитить. Но теперь её нет. И даже Аластор осуждал Вегги, поэтому она не могла попросить у него помощи. Она рыдала и пыталась забыть всё. «Нет… Нет… Нет! Вегги!» Тихо говорила она, чтобы никто её не услышал. Но у Аластора хороший слух. Он шёл вверх по лестнице в свой кабинет, однако услышал всхлипы и шум воды. Он подошёл к двери в ванную и хотел было уже постучать, но опустил руку. «Ей нужно побыть одной. Разобраться в своих мыслях. Отдохнуть. Я всё равно не смогу ей ничем помочь. И она это сама понимает.» — подумал Аластор и направился в свой кабинет.