Мой учитель литературы

~ 20 ~ В его привычки курение не входило. Он вообще считал, что сигареты один из наивысших вредов, которые только смог придумать человек. Да и родители всю жизнь учили его, что это плохо; Том даже никогда и не пробовал курить по юности: ни с друзьями, ни со знакомыми. Сейчас же он явно пристрастился к этому делу, особенно, когда сильно нервничал. Но не на постоянной основе, а так, иногда покуривал одну сигаретку, чтобы снять стресс, утихомирить страх, набраться смелости. И каждый раз, входя в общественное место, мужчина ощущал какую-то боязнь внутри живота, которая заставляла все его внутренности переворачивается сверху вниз. Том стоял, оперевшись одной ногой о скамейку и держа на колене руку, спокойно дымил прямо у входа в школу. Шли уроки и он как-то не беспокоился о том, что ему скажут, кто как придирется к его поведению. Главное он пришел в назначенное время, а остальное неважно. Литератор был все так же в своем небрежном состоянии, но было плевать на внешний вид. Одни его за это презирали, другие же восхищались. - Черт. - злобно сказал Том себе, когда, задумавшись, случайно уронил пепел от сигареты себе на майку. Грубо он начал отряхивать одежду, и неожиданно стал ощущать на себе пристальный взгляд, который вскоре начал раздражать. - Черт! - снова повторил он и оглянулся вокруг. Из окна на него смотрели несколько учеников, не отрывая своих взглядов. Мужчина начал смотреть в ответ, но вдруг резко развернулся и спрятался за дерево, которое стояло рядом. Но через несколько секунд прозвенел звонок и Том спокойно подошел к школе. Глубоко вздохнув, он открыл дверь и вошел в здание. - Уф, пол работы сделано. - шепнул он себе. - Добрый день, мистер Уолкер. - улыбаясь, сказал охранник. - А? - пугливо обернулся мужчина на приветствие и улыбнулся в ответ. - добрый, добрый. Везде были люди. Люди в раздевалке. Люди в кабинетах. Люди в коридорах. Становилось не по себе. Лёгкая дрожь прошла по рукам. Но он пошел дальше аккуратными, маленькими и медленными шажками. Литератор как-то сильно отвык от общественности за эти два месяца и от любого шума, среди людей, буквально дёргался. - Мистер Уолкер! - вдруг кто-то окликнул его. - Мистер Уолкер! Мужчина заметно дрогнул и остановился на месте. Он даже не повернулся к человеку, окликнувшему его, в надежде, что от него отстанут, и игнорировал все услышанное. - Этот вкус - вдохновение! Этот привкус любви! - снова послышался этот же голос с некой нотой надежды. - Он не то, что везение - Он как нота струны. - в изумлении сказал себе Том. - Он как солнце сияет, - подхватил кто-то другой. - И блистает в душе, Будто ветер стреляет Прямо в сердце мне... - Он блистает ланитом, - продолжил кто-то ещё. - И горячим огнем. Он сжигает все чувства, Оставляя лишь дом... - Неужели... - Шепнул он снова себе и развернулся на голоса. - Мистер Уолкер! - крикнула ученица старших классов. Она тут же подбежала к нему и крепко обняла. Мужчина стоял в изумлении и лишь наблюдал как ученики все за одним подходят к нему и начинают также обнимать, окружая его со всех сторон. Это был его любимый класс, любимые ученики и, осознавая это снова и снова, Том просто не смог удержать улыбки и обнял учеников в ответ. - Как мы по вам скучали, мистер Уолкер! - вскрикнула одна девушка. - Школа без вас совсем опустела! - Я тоже рад вас всех видеть, мои маленькие гномы. - радостно ответил учитель. - Вы, конечно, должны меня извинить, но такое количество людей, прижимающихся ко мне, очень сильно возбуждают мое нездоровое сознание, а воображение тем более. Дети тут же засмеялись, но быстро отпрянули от мистера Уолкера. - Скажите, а вы скоро вернётесь в школу? - Ох, не думаю, что мне вообще разрешат преподавать... - А мы знаем! - Мы знаем, кто на вас настучал! - нервно отрезали мальчики. - Думаю, уже совершенно неважно, кто на меня настучал в департамент образования. Это уже произошло и ничего не изменится. Главное, что происходит сейчас, а остальное теперь не имеет значения. - Том глупо улыбнулся, встряхнул волосы и повернул голову на бок. - Я бы, конечно, поболтал с вами, друзья, но у меня встреча с директором. Не скучайте! - они все ещё раз обнялись и разошлись по своим делал. Мужчина же зашёл в кабинет к другу, но тут же споткнулся и упал. - Хоть чего ожидал от тебя, но только не этого. - прокомментировал Шон и стал ждать, когда товарищ встанет, но он как-то даже не торопился. - Эй, ты там живой? - нагнулся через весь стол Шон и глянул на Тома. - Отстань от меня, я в печали. - буквально пропищал Том и продолжил лежать. Но он не смог стерпеть натиска тяжёлого взгляда директора и снова заговорил. - Ну чего тебе? Говори уже. - Может ты для начала встанешь? - Вечно ты против меня. - проворчал Том и медленно, будто специально, начал подниматься. Он уселся на стул перед столом и деловито положил на него руки, скрестив их в замок. - В общем-то, у меня хорошие новости, друг. Пришли документы из министерства. Да и так получилось, что мне даже лично позвонили и сообщили, что тебя не станут отстранять от твоей должности... - Ты это серьезно? - радостно вскрикнул мистер Уолкер и привстал с места. - Да, но есть одно условие. Полгода придется переждать, посидеть дома, подумать над своим поведением... - не успел ещё Шон договорить, как Том потянулся через весь стол и приблизился к другу. - Дай я тебя расцелую! - уже протянул он руки. - Отстань от меня, извращенец! - ударил Шон по рукам Тома. - Я точно сдам тебя в дурку! Уолкер всего лишь хитро удовлетворенно улыбнулся и довольный сел обратно на свое место. - Короче, с твоим приходом статистика образования в школе улучшилась, как я уже говорил однажды, и скорее всего это одна из тех причин, которая помогла сохранить твою работу. - Замечательно! Жизнь удалась! - крикнул Том. - Эхе-хе-е-ей!!! - крикнул он ещё громче и свалился со стула. - Ну и как тебе приземление? - спросил Шон, стоя над другом, который снова не хотел вставать. - Весьма удачное. - улыбнулся он. - Может тебе уже сказали, но нажаловался на тебя Фолл. - Говард Фолл? - удивился Уолкер. - Я думал мы друзья! - Уж больно наигранно отозвался он. - А то как же, вы прям не разлей вода! - друг подал другу руку и поднял его на ноги. - Ладно, больше мне сказать нечего, сейчас будет урок. Так что иди, в школе тебе пока нельзя появляться. - Хорошо, дорогой. - язвительно проговорил Том и ласково усмехнулся. - Буду ждать тебя вечером. - Ещё раз заикнешься о своих гейских шуточках и я тебя убью! - Не скучай, сладкий. - Махнул рукой литератор и скрылся за дверью. Радостной походкой он отправился через всю школу по пустым коридорам, немного пританцовывая и напевая разные песенки. Неожиданно он заметил мистера Фолла, который заходил в кабинет на урок и их глаза встретились. Мягко Том снова улыбнулся и пошевелил своими пальцами, будто здоровался с учителем. Тот лишь скорчил злую гримасу и хлопнул дверью, закрывая класс. Какой-то восторг не отпускал его до конца всего дня, а ночью он так же и не смог заснуть, что уже сильно сказалось на его здоровье: речь его становилась невнятной, он начинал путать порядок слов в построении предложений и просто путал слова, кожа приобрела нездоровый бледный оттенок, глаза сильно покраснели, а нервная система всем своим видом подавала знаки, что пора уже отдохнуть - лечь в кровать и спокойно выспаться. Он шарахался буквально от каждого шороха, который только мог услышать. Сколько он уже не прибывал во сне? Две ночи? Три? Нет, ладно он не спал по ночам, но и днём он тоже не мог заставить себя расслабиться. Лишь на двадцать минут мужчина осмеливался задремать в силу своей усталости, но как только он слышал малейший шум, то сразу же вставал. Луна ярко освещала его комнату, проникая своим светом через незакрытые шторами окна, и плавно озаряла его лицо тусклым холодом, заставляя приобнимать себя, чтобы не застыть. А может это не спутник, а одиночество не греет его душу? Может в нем вся проблема? А может это просто самовнушение и на самом деле он все это придумал от скуки. Такое часто бывает, но не сейчас. Нет, это не тот случай, когда главный лист жизни литератора оказывается плодом его воображения. Выдумка и ничего более; нет, это не так и он это знал. Потихоньку бытие стало налаживаться: его не уволили с работы, которая успела уже полюбиться ему, репутация начала восстанавливаться, хотя плевал он на нее, люди в нем не разочаровались, не отказались от него, чему учитель был очень рад. Но одно ему не давало покоя, не давало сосредоточиться, взять себя в руки, и он это понимал. Он задумывался об этом каждую минуту на протяжении огромного времени, что провел один. И это глушило, очень сильно. Чего он боится? Себя? Или может мнения окружающих? Как на него посмотрят люди? Но с каких пор его это волновало? Что за чепуха, кто это выдумал? Так не могло больше продолжаться. Он сам сделал для себя этот вывод. - Есть ещё одно дело. - Упав на кровать, шепнул себе Том и тут же погряз во снах. - Надо было одеться при параде. - Сказал он себе на следующий день, когда уже стоял у пункта назначения и чего-то ожидал. Лохматые волосы мужчина попытался расчесать, но они снова начали виться в обычное свое гнездо. С одеждой он решил не мудрить и не стал изменять свой стиль. Том сменил лишь свои широкие штаны на классические черные брюки, надел парадные туфли, а свои майку и длинную по колено рубашку, оставил. Вид был слишком небрежен, но его это не смущало. Он уже выглядел намного лучше, ежели вечера, ведь отлично поспал, пускай не так и много, но вся жизнь впереди - по крайней мере ближайшие шесть месяцев. С интересом учитель осматривал дерево, которое росло у дороги вот уже пятьдесят лет. Он все ждал и ждал, хотя это занятие порядком надоело и он мог просто уйти домой или прогуляться с Шоном, но он должен был ждать. Наконец из дома вышли люди и подошли к машине, которая вместе с Томом ожидала их. Отец отдернул дочь и указал на литератора, который как дурачок смотрел в небо. Он что-то сказал девушке и сел в машину. - Долго стоишь? - тут же спросила Джуди. Выглядела она как всегда замечательно. Может Шон обманывал друга, чтобы тот раскаялся в своем поступке. - Не то, чтобы много, но и не то, чтобы мало, чтобы обратить на это должное внимание. - зажмурился он от солнца. В голосе его чувствовалась серьезность, но она сопровождалась и нескончаемой тоской. Том все ещё был не уверен в подлинности своих чувств к Джуди и до сих пор сомневался: правильно ли поступает сейчас, что пришел к ней на этот разговор. Она же ещё совсем юна, а он взрослый состоявшийся мужчина. - Узнаю тебя. - ухмыльнулась девушка. - Не найдется минутка поговорить? - загадочнее обычного проговорил он и также, жмурившись, смотрел на нее. Девушка обернулась к машине, где ее ждал отец, и кивнула. Мужчина в свою очередь завел автомобиль и уехал. - Я тебя слушаю. - скрестила она руки на груди. - Ну-у, как тебе сказать то... - какая-то огромная неловкость прозвучала в его голосе и лениво он потер затылок, сохраняя свой серьезный вид. - Понимаешь, я не думал, что зайду так далеко, поэтому никакого монолога не придумал. Джуди ярко и искренне улыбнулась от услышанного и на душе стало как-то тепло. - А что ты тогда придумал? - Ну, я прошу разговора, ты отказываешь и я начинаю упрашивать дать хотя бы минуту. - И с каждым словом его голос становился все растерянней и растерянней. Начали появляться какие-то нотки стыда, видимо, он стал сильно осознавать, что причинил огромную боль. Девушка улыбнулась. - Наверное ты хочешь попробовать все сначала? - тепло улыбнулась Джуди. Но он промолчал, обдумывая услышанное. Тяжёлый как всегда томный взгляд, в котором читалась необъяная боль. - Послушай, - подойдя к девушке, он нежно взялся за ее плечи и заглянул ей прямо в глаза. О, как им обоим этого не хватало, что аж дрожь пробежала по их телам, а сердца начали биться в унисон. - Мне кажется, что ты и сама понимала, что этих отношений я боюсь. Мне тридцать лет, а ты только закончила школу... И я...я... Черт, слов не нахожу. Мне тяжело даётся принять то, что было, пусть я дал тебе совсем немного, но я рисковал и боялся, и снова рисковал, и снова боялся. Все это давление вокруг меня с той самой аварии до сих пор не отпускает и отец... - Я понимаю, Том. - эту ноту расскаивания он точно не ожидал услышать. - Я долго думала над всем, что произошло. Том, я не должна была так давить на тебя все это время. Я виновата перед тобой. Смятение, какой-то ураган красок все обволакивал внутри, побуждая эйфорию - какое яркое, но в тоже время темное чувство неподвластное сознанию человека. - Я не могу обещать того, чего ты хочешь и не могу дать тебе этого. - начал спустя некоторой паузы он. - И вряд-ли смогу пересилить себя. Но давай остановимся на этом. Немного подождем: год - первый курс и тогда будем точно знать свои чувства. Давай сделаем паузу, поработаем над собой. Ты уедешь в институт, где будет много парней, которые не станут обделять тебя вниманием и, возможно, ты влюбишься в одного из них и будешь счастлива. А я... я буду только мешать... Давай избежим этого вместе, не причиняя вреда друг другу. - К-как? Не-ет, я... я не хочу... - Прозвучала нотка ужаса в ее голосе. Как было тяжело слышать эти слова. Девушка ожидала совершенно другого. Днями и ночами они тосковала и представляла картину их воссоединения, но вместо этого он говорит о расстовании. Дышать стало тяжело и девушка закрыла глаза. - Джуди, - нежно произнес он и как-то тепло стало на душе. - Пойми, все не так просто, как кажется. Тебе сейчас не легко, но подумай только какого будет мне, когда ты позвонишь или пришлешь СМС о том, что бросаешь меня, ибо полюбила другого. Что мне тогда делать. - Он сделал паузу и сжал плечи девушки сильнее. - Я благодарен тебе за каждую минуту, проведенную вместе, но пока нужно все приостановить. На время, всего лишь на год. Я не говорю тебе забыть меня, вычеркнуть из своей жизни, а только сделать небольшую паузу, которая поможет нам разобраться в себе и в своих чувствах. - Но я же люблю тебя... - неожиданно шепнула девушка своим дрожащим голосом со слезами, в своих хрустальных глазах, но после одобрительно кивнула, осознав, что в большей части Том всё-таки прав. Она взглянула на него, как в день своего признания ему в любви и печально улыбнулась. Вспомнила, как он поцеловал ее, как вместе готовили ужин у него дома, как смотрели фильмы, как смеялись и грустили. Воспоминания горячо обожгли душу и новая череда слез покатилась по щекам, оставляя за собой огненные следы. - Ты прав, я согласна. Теплое, нежное, но очень сильное и долгое объятие, которое не требовало совершенно никаких объяснений. Лёгкий ветерок плавно дунул навстречу судьбе, озаряя своим теплом, создавая музыку. Особенную музыку для этой жизни.