Часть 1
6 апреля 2020 г., 23:42
Шёл третий курс обучения Драко Малфоя в Хогвартсе. У него были друзья, хорошие оценки, даже неофициальное звание Слизеринского принца — и то было. И недруг, конечно же, был. Врагом этого тупоголового очкарика, разумеется, не назовёшь, потому что ну у кого возьмутся настоящие враги в тринадцать лет. Он просто был противным шрамоголовым, и всё. Как и его друзья. Как же было весело над ним смеяться! Вот только в последнее время что-то было не так. Поттер всё так же язвил ему, но как-то вяло и так затравленно смотрел, что даже ледяное сердце Драко пропускало удар. Он знал, что Блэк на свободе — неужели это на него так влияет? Ай, да что он всё про Поттера!
— Действительно, — согласился Блейз с соседней кровати. — Что-то ты в последнее время заладил со своим Поттером. Ночи спать не даёшь.
Так это ещё и не первую ночь?!
— Заткнись, Блейз, — миролюбиво посоветовал Драко. — А не первую ночь — это сколько?
— Ах, ну, Драко… год так третий, — Драко в темноте не видел, но знал, что Блейз сейчас погано ухмыляется. Вот сволочь! — Никак не успокоишься, что он тебе руку не пожал?
— Больно надо! — обиделся Драко. — У меня и без него друзей хватает. Спи лучше, хоть вреда от тебя меньше.
Блейз пробурчал что-то и заворочался в кровати, видимо, правда укладываясь спать. А Драко долго лежал и думал, как бы всё-таки задеть этого шрамоголового до глубины души. Так, чтобы неповадно ему было! Но поздно вечером уставшему Драко мысли в голову как-то не шли, и он решил оставить этот вопрос до лучших времён. Например, до завтра.
На следующий день Драко уже не помнил, чего он там в полудрёме Блейзу наговорил и почему тот очень странно на него за завтраком смотрит, зато очень хорошо помнил, что хотел проучить Поттера. Против воли его взгляд забегал по залу, выискивая тёмную макушку среди всех прочих. Поттер сидел за своим гриффиндорским столом и ел, не замечая ничего вокруг, а лишь сосредоточенно прожигая взглядом тарелку. Что удивительно, ни рыжего Уизела, ни грязнокровки Грейнджер рядом не наблюдалось. Надо же. Один.
— Фу, — рядом с Драко, сидевшим себе спокойно около Блейза, Винса и Грега, упала на лавку Пэнс. — Все эти няшные рюшечки и сердечки у меня уже вот здесь, — она показала себе на горло. — А Валентинов День только завтра, между прочим!
Точно! Завтра же четырнадцатое февраля. Как он мог забыть? Драко чуть по лбу себя не хлопнул. Надо будет отправить валентинку Пэнс, хотя ничего более дружеских чувств он к ней не испытывает. И не будет испытывать. Да и всё равно ему, в общем-то, Пэнси всё правильно поймёт… не впервой ей. Драко неосознанно снова поднял глаза и увидел Поттера, уже о чём-то весело смеющегося со своими дружками. Которых он предпочёл ему, Драко Малфою. Ладно, да, Драко был немного обижен. Но не до сих пор же! И тут у него в голове родилась идея.
Оказывается, Поттера так легко можно проучить! Драко, идя на урок вместе с друзьями, чуть ли не прыгал от предвкушения. Он никого в свою затею посвящать не стал, решив, что раскроет все карты только тогда, когда Поттер опозорится. Драко почти ручки потирал, думая, как же над этим тупицей будет завтра смеяться вся школа. План был гениален и прост — послать Поттеру валентинку с пламенными признаниями в любви, подписав её именем какой-нибудь популярной девушки, желательно состоящей в отношениях. А потом наблюдать, как краснеющий придурок будет объясняться сначала перед ней, а потом перед всеми остальными, когда она его пошлёт на все четыре стороны. Да, план был определённо гениальным. Только вот надо придумать, от чьего имени Драко будет посылать открытку. А уж её содержание Драко и так сочинит.
— Драко? Драко! — Блейз пихнул его локтем в бок. — Чувак, ты чего это?
— А? Что? — Драко рассеянно поднял голову. На Истории Магии было как никогда скучно, и Драко думал только о том, чем же будет заниматься вечером.
— Да ты выглядел так, как будто уснул, — интимным шёпотом на весь класс поделился Блейз. — А ещё ты на Поттера пялился.
— Да пошёл ты, — Драко только рукой махнул. Сейчас он ещё оправдываться перед ним будет!
— Ох, то есть ты уже даже не отрицаешь? — Блейз поднял брови. — Надо же.
— Отвяжись уже, — буркнул Драко, вдруг понимая, что он действительно всё это время пялился на очкарика. Его вдруг отчего-то пробрало до самого желудка. — Да что?! — вскинулся он.
Блейз выразительно промолчал, и Драко буквально почувствовал на себе внимательный взгляд чужих глаз. Поттер смотрел на него, видимо, уже достаточно долго, но, встретившись глазами с Драко, резко отвернулся и уставился к себе в тетрадь. Это было странно, но Драко решил не заострять на этом внимание и благополучно улёгся досыпать.
После уроков Драко, Блейз, Пэнси, Винс и Грег вернулись в гостиную. Пэнс тут же упорхнула в комнату девочек, таинственно сообщив, что её ждут некие дела, Блейз с Винсом подсели к Тео, читавшему какую-то книгу. А Драко взял перо, палочку, быстро наколдовал красивую большую валентинку, пестрящую всеми оттенками розового, и тут же скривился.
«Поттеру точно такая не понравится», — подумал Драко, снова взмахивая палочкой и делая сердце менее ярким, а скорее раскрашенным в слизеринском стиле. Почему валентинка была именно такая и откуда вообще эти мысли о том, что там Поттеру понравится, Драко от себя мигом отогнал.
Поэтому вдохновлённый Драко, с почти что нежностью посмотрев на достаточно симпатичное сердце, принялся сочинять послание на отдельном листке, перечёркивая и начиная заново. Наконец Драко остался доволен своей фантазией и начал переписывать готовое признание в саму валентинку, незаметно для себя проговаривая вслух текст.
— Дорогой Гарри, — бубнил Драко, каллиграфическим почерком выводя на открытке буквы. — Я посылаю тебе эту валентинку, потому что не могу так просто сознаться в том, что чувствую. Мне ужасно неловко тебе об этом говорить, но, кажется, ты мне нравишься. И уже не первый год. Как думаешь, у нас может что-то получиться с тобой? Мне было бы приятно, если бы ты согласился хотя бы попробовать всё это со мной, хоть я и не обещаю, что всё будет идеально. Ну вот, прекрасно, — добавил Драко уже громче, подписывая сердечко внизу именем Чжоу Чанг. Кажется, все знали, что ей нравится шестикурсник Диггори, вот будет смешно, когда ей, запинаясь и краснея, будет рассказывать про нелепое признание Поттер! Только вот как сделать так, чтобы валентинка к нему точно попала? Сам Драко в жизни к этому ящику не подойдёт, ещё чего не хватало. — Эй, Грег! — позвал он немного раздражённо.
— Да? — Грег поднял голову, разминая затёкшие от долгого сидения широкие плечи.
— Слушай сюда, — Драко подошёл и отдал ему валентинку. — Ты сейчас пойдёшь и бросишь это в ящик для валентинок. Только не вздумай её где-нибудь потерять! Это важно, — зачем-то добавил Драко, в последний раз смотря на симпатичное сердечко. Да, Драко находил его симпатичным. Чего уж там, оно же почти в слизеринской расцветке.
Грег согласно кивнул, взял открытку и, даже как-то не особо задумываясь над тем, кому она адресована, пошёл к ящику.
По пути туда Грегори начал долгий мыслительный процесс. Он был немного тугодумным, много что пропускал мимо ушей и вообще умом особо не блистал, но даже ему было понятно, что Драко очень хочет, чтобы эта открытка дошла до адресата. Зачем ему это надо, Грегори старался не задумываться, поэтому он просто направился в нужный коридор, чувствуя немного вялый интерес к тому, кому же всё-таки Драко строчил любовное послание.
— Ой, прости! — в грузного Грегори врезалась какая-то второкурсница. У неё в руках была целая охапка валентинок, которые тут же разлетелись по полу, стоило ей запнуться о мантию Грегори. Естественно, он тоже неудачно поставил ногу, толкнул девочку, пытаясь сохранить равновесие, и только чудом не упал. Зато валентинка Драко вылетела у него из рук, подгоняемая взявшимся из ниоткуда сквозняком. — Я не хотела… Грегори Гойл? Да? — девчонка смотрела с явным любопытством.
— Ну и вот что ты сделала? — пробурчал он. — Ищи теперь её сама!
— Ты хотел отправить валентинку? — догадалась девочка. — Как это мило! Но мы её, боюсь, не найдём уже, — стушевавшись под грозным взглядом Грегори, девчонка поспешно продолжила. — Но мы всегда можем наколдовать новую! Давай я помогу.
Грегори, не имевший понятия, что за заклинание надо было использовать, тупо кивнул головой. Девчонка, видимо, была рада кому-то помочь и бросила все свои открытки прямо на пол.
— Итак, — улыбнулась она, взмахнув пару раз палочкой и создавая вполне сносную зелёно-синюю открытку. — Кому пишем?
Грегори впал в ступор. Лучшим вариантом было бросить сейчас всё и идти признаваться в своей оплошности Драко, но, представив грозное лицо того, он решил такого не делать и вместо этого напряг мозги. Тут у него в памяти стали всплывать обрывки странного, но милого текста, который надиктовывал себе под нос Драко — наверное, это оно и есть.
— Поттеру, — наконец выдал он. — Гарри Поттеру. Только это не от меня, — поспешно добавил он. — От Драко Малфоя.
— Хорошо, — девчонка кивнула и принялась что-то выводить палочкой. — Ещё что-то написать? — спросила она участливо.
— Да, э… — и Грегори, как помнил, рассказал текст валентинки Драко. Он надеялся, что ничего не перепутал, иначе Драко его действительно может убить. — …что всё будет идеально, — закончил Грегори. — Вот.
— Какое прекрасное признание в любви, — проворковала девочка. — Это же от… от кого ещё раз?
— От Драко Малфоя, — покорно повторил Грегори, смотря, как девочка заканчивает работу.
— Вот, держи, — она протянула ему валентинку. — Не грусти больше. Эти двое обязательно найдут друг друга, — и упорхнула. А Грегори, растерянный и хмурый, остался стоять посреди коридора. До него медленно, очень медленно начало доходить, кому именно Драко так усердно строчил любовное послание. Не то чтобы это его касалось, конечно, но Грегори находил это странным. Но ему какая разница? В конце концов, даже они с Винсом видели какую-то странную химию между этими двумя.
С чувством исполненного долга радостный Грегори вернулся в гостиную Слизерина, кивнув уставившемуся на него Драко и заваливаясь на диван. Хватит с него, пожалуй, приключений на сегодня.
***
Четырнадцатое февраля было воскресенье, а значит, день не учебный. Гарри с удовольствием нежился в кровати, отчаянно не желая выползать из постели и сталкиваться с толпами поклонниц. Рон уже, кажется, встал, потому что его в спальне не было. Посмотрев в окно, Гарри с ужасом понял, что вообще-то уже день и надо бы всё-таки вставать. Наскоро приняв душ, он оделся и спустился в гостиную, где его уже ждали друзья. — Скоро придёт раздача валентинок, — сообщил Невилл непонятно кому — воздуху, наверное. — О, Гарри, с добрым утром. — И тебе утра, — зевнул Гарри, падая на диван рядом с Роном, который с несчастным видом пялился в учебник под надзором Гермионы. — Как вы думаете, сколько мне придётся их выкинуть на этот раз? — Не будь таким занудой, — укорил его Дин. — Тебе даже не интересно, что они там пишут? — Поверь мне, нет, — Гарри откинулся на спинку дивана. — Совсем ни капли. А мы на завтрак-то идём? — Сейчас только дождёмся и уйдём, — пообещал Дин. Шеймус, Невилл и Рон — предатель! — согласно кивнули. — Валентинки! Валентинки! — прозвучал звонкий голосок из-за портрета. — Впустите меня? — Да, конечно, — первым подорвался Дин и открыл дверь. В коридоре стояла девочка, нерешительно переминающаяся с ноги на ногу и держащая в руках целую горку разноцветных сердечек. — Привет, — неловко поздоровалась она. — Привет, — улыбнулся ей Гарри. Ему девочка понравилась, она была милая со смешными светленькими кудряшками на голове. И началось… У Гарри к концу распределения уже задёргался глаз. У него было пятнадцать чёртовых открыток! Ну как так можно?! Рон немного завистливо на него смотрел, а Гарри только бросал печальные взгляды на отвратительную розовую кучу. И хоть бы одна открытка от него… Так нет же. — И последняя, — девочка вынула из корзинки оставшуюся там валентинку. — Гарри Поттеру. — Опять? — Гарри потянулся за открыткой и невольно уставился на неё, принимая сердечко из тонких пальчиков. Валентинка была сделана почти со вкусом, она не блестела и ничем не переливалась. Это была какая-то дикая смесь нежно-розового, серебристого и зелёного, но это было так красиво, что Гарри скинул с себя все остальные открытки и решил всё-таки посмотреть, что же там написано. «Дорогой Гарри, — начал читать про себя Гарри. — Я посылаю тебе валентинку, потому что не могу сознаться в том, что чувствую. Мне очень неловко тебе об этом говорить, но ты мне нравишься уже третий год подряд. Как думаешь, у нас может что-то получиться с тобой? Мне было бы приятно, если бы ты согласился попробовать всё это со мной, хоть я и не обещаю, что всё будет идеально.» «Красиво, вот только кто это написал?» — это было не просто красиво, признался Гарри сам себе. От этих слов веяло настоящими чувствами, а не просто какой-то мишурой. Гарри очень надеялся, что имя, которое он никак не может найти на валентинке, не окажется принадлежащим какой-нибудь незнакомой девчонке. Он был бы разочарован. Да что уж там, Гарри в принципе будет всё равно разочарован. Потому что он бы хотел увидеть одно-единственное имя, а его там точно не будет. Эх, а жаль… Гарри перевернул открытку ещё раз, безуспешно пытаясь найти имя. Оно должно быть! Иначе зачем писать между строк про желание обсудить всё с ним? Это нелогично! И тут Гарри приметил всего два слова, выведенные чёрными чернилами маленькими буковками внизу валентинки. «Драко Малфой» Гарри обмер. Он пытался поверить в то, что видит, ещё пару раз перечитал текст валентинки, протёр очки, проморгался, чтобы убедиться, что глаза его не обманывают. Нет… не обманывают. Валентинка действительно от него. От Драко… от Драко Малфоя. — Ну что, мы идём на завтрак? — задумавшегося Гарри растормошил Рон. — Или так и будешь несчастный здесь сидеть? — Пошли, — согласился Гарри. Быть может, на завтраке будет Драко, и он сможет с ним поговорить. Уже на входе в Большой Зал они столкнулись. Ну, кто бы сомневался. Гарри всю дорогу размышлял, что же он скажет Драко, но так ничего и не придумал, решив поломать голову за завтраком. Но вот он, стоит, и такого шанса в этот день может больше не представиться. — Смотри, куда прёшь, шрамоголовый, — прошипел Драко. — Да что тебе от меня надо? — несчастным голосом спросил Гарри. — А, Малфой? — он едва терпел все его издёвки. Драко ведь ему нравится, а его отношение полностью добивает Гарри. И заходящееся в бешеном ритме сердце радости тоже не прибавляет, если честно. — Так, самую малость, — Драко ухмыльнулся. — А что такое? Что-то не так? — почти участливо спросил он. — Представь себе, да, не так! — обиженно выдал Гарри. — Сегодня утром… ай, да что тебе говорить, — видя, как равнодушно поднимает бровь Драко, Гарри совсем расхотелось что-либо объяснять. — А ты попробуй, скажи, — подначивал Драко. — Что, валентинка пришла какая-то? — Вообще-то, пришла! — насупился Гарри, вдруг отмечая какую-то горечь у Драко в глазах. Такого раньше сроду не было! Интересно, он пошутил в той валентинке? Это было бы вполне в его духе. Но эти едва скользнувшие во взгляде эмоции выдавали Драко с головой. Он волновался. — Не хочешь поговорить об этом? — Не очень, — Драко небрежно повёл плечом, умело скрывая всё ту же горечь во взгляде. Могло ли это… Нет, оборвал себя Гарри, он же сам себя по дороге убеждал, что это может быть шуткой. Самой обычной шуткой, а он тут нюни развозит. Но… но. То, как выглядел Драко, подсказывало Гарри, что шутками там и не пахло. — Ну, что встал? Проходи давай! — Уж подождёте ещё секунду, Ваше Высочество, — буркнул Гарри. Ему не хотелось ругаться. Но вот они, опять вернулись к прежнему их стилю общения. Гарри, уже сидя за столом, вяло ковырял еду. Он всё думал о валентинке, которую бережно положил себе в карман, и нет-нет, да смотрел на слизеринский стол, выискивая там белую макушку. И серые глаза всё время смотрели почему-то на него. Только вот никаких эмоций Гарри прочитать в них не мог. — Гарри, — тихо позвала его Гермиона. — Всё хорошо? — Да, Герм, — он кивнул. Ему не хотелось просвещать своих друзей в его влюблённость, но и не ответить он тоже не мог. — Ну, мне пришла валентинка… — Прямо так и валентинка, — усмехнулся Рон. — Там целая охапка же была! — Рон, — Гарри жалобно на него посмотрел, да так, что тот мигом замолчал. — Мне пришла валентинка от… девочки, которая мне нравится. — Оу, — Рон явно пытался переварить информацию. — Так это ж отлично! — Ты не понимаешь, — продолжил Гарри, кидая совсем уж грустные взгляды на Драко. — Я думаю, что она пошутила. — Почему ты так думаешь? — осторожно спросила Гермиона. — Она так ко мне относится, — пространно начал Гарри. — Постоянно ко мне цепляется. Задирает без причины. Любит зло подшучивать. И мне кажется… — А ты не думаешь, что она так оказывает тебе знаки внимания? — подняла бровь Гермиона. — Я думаю, она нашего возраста. И в тринадцать что девочки, что мальчики просто не умеют иначе. Сам-то ты, — она усмехнулась. — Давно ли за ней ухаживал, как джентльмен? — А я думаю, что Гарри хорошо будет ухаживать, — Рон поднял вилку с сосиской на ней вверх. — Просто ему это пока не нужно. — А я думаю, что Гарри после завтрака пойдёт и напишет своей девочке ответную валентинку, — строго сказала Гермиона. — Ты же напишешь? Гарри сначала хотел отмахнуться, но потом задумался — а что он теряет? В самом деле, если Драко пошутил, то всё можно будет свести к шутке, а если нет, это может стать самым важным поступком в его жизни. После завтрака Рон и Гермиона на полном серьёзе потащили Гарри в гостиную и посадили за стол сочинять ответное послание. Гарри долго думал, что же написать, но слова полились как-то сами собой, и, дописав в конце, что хочет встретиться в десять вечера на третьем этаже в правом крыле, решительно схватил валентинку и отправился в коридор, не подумав, как будет её отправлять. Но по дороге встретилась та самая девочка, которая сегодня утром раздавала валентинки. — Ой, привет, Гарри, да? — улыбнулась она. — Да, привет, — он склонил голову. — Как тебя зовут? — Луна. Луна Лавгуд, — представилась она. — Ты что-то хочешь? — догадалась Луна. — Да, я, — Гарри замялся и немного покраснел. — В общем, вот эта валентинка. Драко Малфою. Слизерин… — зачем-то сообщил он. — Только можешь… как-нибудь так отдать, чтобы никто не видел, — взмолился Гарри. — Ты поздновато, — улыбнулась Луна снова. — Там уже всё раздали. Но ради тебя схожу, — она погладила Гарри по плечу. — Всё будет хорошо. Драко сидел на улице и не находил себе места. Поттер всё утро смотрел на него как-то странно и всё никак не бежал признаваться в неземной любви Чанг. Могло ли случиться так, что до него не дошло послание?.. Нет, Грег же всё сделал, как надо. Да ну, тряхнул головой Драко, что за бред. Дошло, конечно. Поттер, наверное, смелости набирается. — Драко! — пискнул кто-то. Драко обернулся и увидел перед собой мелкую девчонку. Грег, стоявший рядом, улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ. Они что, знакомы? — Драко, мне сказали тебе отдать это, — девчонка замялась. — Держи. Привет, Грегори! — и убежала. — Это ещё что за новости? — подняв бровь, обратился Драко к другу. — Вы знакомы? — на странную валентинку, сделанную будто наскоро, Драко старался не смотреть. — Вчера познакомились, она помогла мне с валентинкой, — сообщил Грег, даже не стесняясь. Бровь Драко ползла всё выше и выше. — Ну, ладно, — он пожал плечами и всё-таки опустил глаза на открытку, далеко не единственную за этот день, но почему-то привлекающую внимание. Пробежался глазами по обложке. Увидев адресанта, почувствовал, как сердце останавливается и становится пусто в голове — Оставьте меня! Грег и Винс послушно ушли, а Драко, стряхнув снег с открытки, решился открыть её. Ему всё-таки было интересно… «Драко, — писал Поттер своими корявыми буквами. — Я получил твою валентинку и очень ей удивился. Но ты, ну, в общем, ты знаешь. Ты мне тоже очень нравишься. Ты очень красивый, умный, весь из себя идеальный. Я знаю, что совсем не такой. Но мне кажется, что у нас всё может получиться. Если хочешь поговорить об этом, встретимся в десять вечера на третьем этаже в правом крыле. Гарри» Драко с недоумением уставился на строки. Какая ещё валентинка? Он ничего Поттеру не отправлял! Но… Драко встал и тут же резко сел обратно, постепенно начиная осознавать, что только что произошло. Поттер решил, что Драко признался ему в любви, и написал ответное признание. А что, если это такая шутка? Драко окаменел, сам не осмеливаясь себе признаться, почему так этого боится. Да нет, одёрнул он себя, это не в духе Поттера. И вообще… Драко вдруг вспомнил позавчерашний разговор с Блейзом, который вчера утром благополучно забыл. Блейз сказал, что… что Драко только о Поттере и говорит все вечера? Да быть такого не может! Щёки предательски заалели, и Драко попытался спрятаться за воротником куртки. Он внезапно начал понимать, почему уже третий год достаёт одного и того же человека, почему так сильно ненавидит его друзей, почему думает о нём постоянно — Драко банально пытался привлечь к себе его внимание, но не знал, как. Внутренний голос нашёптывал ему, что пора бы перестать бегать хотя бы от самого себя и признаться хоть сейчас уже наконец. — Ладно, ладно, — прошипел Драко, скривив нос. — Допустим, Поттер мне небезразличен. Ну, и что дальше? Смысла я в этом особого не вижу. Он встал, кинул валентинку на снег и попытался уйти, но что-то не дало ему сделать и двадцати шагов. Драко не выдержал и вернулся за чёртовой открыткой, вот только возле лавочки стоял Поттер и отчаянно краснел, пытаясь сдержать слёзы. — Поттер, — сказал он обычным тоном, пытаясь ничем себя не выдать. — Малфой, — сухо ответил Гарри. — Что такое? — Ничего, — пробурчал Драко. — Отвали. — С радостью, — Гарри швырнул в него чем-то скомканным и выкрикнул. — Да подавись ты своими признаниями! — и начал уходить, запуская руку себе в волосы и наверняка сжимая кожу на лбу. — Поттер, постой, — начал было Драко, но тот его перебил. — Ну что постой, Малфой? Ещё недостаточно посмеялся? — выдохнул он тем своим несчастным тоном. — Я же тебе всё сказал. Всё! А это была просто шутка. Иди-ка ты подальше! Драко остался стоять под падающим снегом. Он поднял с земли то, что бросил в него Гарри, и очень удивился, узнав в бумажке ту самую валентинку, что дал Грегу. Которая была адресована Поттеру, но от имени Чанг. Драко перевернул открытку и с ужасом увидел, как внизу его почерком было написано его имя. Вот как, значит… ну что ж, Грегори у него потом обязательно отхватит. Но к шутке всё даже при желании свести уже не получится, потому что Поттер почти рыдает. Потому что, чёрт, он нравится Поттеру, и, кажется, тот ему тоже. И что с этим всем делать, Драко не знал.***
С того несчастного дня прошло две недели. Драко перестал цепляться к Поттеру, а тот к нему. Они друг друга не замечали, по крайней мере, делали вид. На самом же деле Драко ловил на себе пронзительные взгляды зелёных глаз дни напролёт, да и сам не отставал. Как только они встречались взглядами, Гарри неминуемо краснел, а Драко чувствовал, как его живот скручивается в тугой узел. Как всегда в его присутствии. Только теперь Драко знал, что это значит. Драко все эти две недели ходил гордый, сам к Поттеру отказывался подходить. Перед друзьями он успешно делал вид, что всё нормально, даже Грегу разнос за валентинку не устроил, хотя следовало бы. Поттер же ходил как в воду опущенный, вяло ел, вяло занимался, всё делал вяло. Драко его понимал — самому хотелось свернуться в клубок и шипеть на всех, кто подойдёт, но гордость не позволяла. И вот, в этот роковой день хвалёная малфоевская выдержка дала слабину. Стоял холодный зимний вечер, один из последних дней февраля. Было уже поздно, около десяти. Драко не мог никак найти себе места и поэтому решил сходить прогуляться. Ноги сами принесли его в правое крыло третьего этажа — как раз туда, куда звал его Поттер. — Малфой? Драко? — раздался неуверенный голос сбоку. Драко резко развернулся, но никого не увидел. Он покрутился на месте, и вдруг перед ним возник Поттер словно из ниоткуда. — Поттер? — Драко стоило очень многого не показать своего удивления. — Ты что здесь… — Неважно, — Драко заметил, как Поттер убирает какую-то ткань и бумажку в карман толстовки. — А ты что здесь? — передразнил он Драко. — Гуляю, — бросил он. — Слушай. Я должен тебе сказать. — Я слушаю, — холодно бросил Поттер. Значит, ещё обижается. Драко прикусил изнутри щёку. — Я не должен был комкать твою валентинку, — сообщил он. — И это всё? — Поттер поднял брови. — Даже не извинишься? — А я тебе ничего плохого не сделал, — парировал Драко. — Это ты, вообще-то, заварил эту кашу. Со своими встречами. — А ты первый отправил валентинку, — Поттер пожал плечами. — Мы квиты. И кстати, ты пришёл точно в то место и время, как я тебя звал. — Поттер, — чуть не простонал Драко. — Заткнись, а? Что вот мне с этим делать теперь? — Жить, — Поттер неуверенно сделал к нему шаг. — Как и мне. Между нами же ничего не изменится, — он грустно опустил голову. — А ты мне, вообще-то… Драко улыбнулся. Кажется, впервые за эти две недели. Может, даже за этот год. — А знаешь, что? — начал вдруг он. — Я пишу скоро письмо отцу. — Да? — Поттер ощутимо напрягся. — Да, — весело подтвердил Драко. — И я не думаю, что ему стоит знать об этом, — он помахал рукой в воздухе. — Или об этом, — он осторожно взялся за запястье Поттера, которое оказалось неожиданно тонким и хрупким. — А об этом? — Поттер внезапно подался вперёд и обхватил Драко обеими руками. Драко сначала напрягся, но потом расслабился в приятных руках, отвечая на объятие. — И об этом тоже, — согласился Драко. Они ещё долго так простояли, наверное, полночи, обнимаясь и разговаривая обо всём и ни о чём. И когда уже под утро Гарри — уже не Поттер — неуверенно касался губ Драко своими в первый раз, Драко почему-то почувствовал, что всё у них будет. Может быть, не идеально, но обязательно будет.
