Драмиона

Глава 5

Долорес Амбридж

Наступило утро. Первые лучи солнца уже пробивались сквозь шторы, а из окна доносилось привычное уханье сов. Гермиона открыла глаза и села на кровати. Вспоминая события вчерашнего дня, девушка невольно краснела. Она почувствовала знакомый запах мужского парфюма и спохватилась – на ней все еще была рубашка Драко. Раздался усмехающийся голос Джинни: - Я думала, что у вас до этого еще не скоро дойдет. Не жалеешь? - Нет,- улыбнулась Гермиона. - А у вас что? Что-то было?!- воскликнула Лаванда (она была еще одной соседкой Гермионы по комнате). - До тебя всегда так долго доходит?- засмеялась Уизли. - А если учителя узнают…- испуганно произнесла Браун. - Я тебя умоляю,- закатила глаза Джинни. Грейнджер принялась стягивать с себя рубашку Малфоя и надевать школьную форму. - Ого!- удивленно воскликнула Уизли, внимательно изучая тело Гермионы. - Что?...- спросила Грейнджер.– Мы вроде каждый день в одной комнате переодеваемся. - Да я не об этом,- Джинни вскочила с кровати и принялась что-то старательно искать в гардеробе. Через полминуты она бросила Гермионе свой кардиган. - Это еще зачем?- еще больше удивилась Грейнджер. - Вы, видимо, очень бурно провели вчерашний вечер,- она склонила голову на бок, продолжая рассматривать Гермиону,- и следы вашей страсти отпечатались у тебя на шее и еще здесь, здесь,- Джинни тыкала в места с засосами на теле Грейнджер. Гермиона посмотрела в зеркало, находящееся в середине их комнаты. Уизли оказалась права. - Ладно, теперь я поняла, зачем кардиган,- вздохнула девушка. Вскоре все три девушки оделись и вышли из комнаты в гостиную, где уже сидели Поттер с Уизли. Гарри с Джинни обменялись короткими взглядами и сестра Рона поспешила покинуть помещение, прихватив с собой Лаванду. - Хорошо, что они ушли вместе, нам сейчас лишние уши не нужны,- пробубнил Рон. Гермиона села на диван рядом с друзьями: - Так, а теперь рассказывайте, что произошло вчера, когда я ушла из Большого зала. Поттер и Уизли кратко пересказали ей события прошлого вечера. По окончанию рассказа, Грейнджер какое-то время молчала, а потом медленно и осуждающе произнесла: - Гарри, о чем ты вообще тогда думал? Он пожал плечами: - Я не знаю, наверное, просто поддался чувствам. - Ты поцеловал мою сестру…- удрученно заметил Уизли. - Я знаю, Рон,- раздраженно ответил Гарри. Гермиона вздохнула: - Ладно, все поправимо. Ты сделал то, что считал нужным, дальше дело за Джинни. Странно, что она мне с утра ничего не сказала… - Так это еще не самые плохие новости,- продолжал рассказ Уизли,- МакГонагалл сказала, что будут введены какие-то, как она выразилась: методы вычисления и принятия определенных исправительных мер для тех, кто решил, что в школе отношения важнее учебы. Грейнджер усмехнулась: - Они нам встречаться запретят? - Нет, Гермиона,- грустно заметил Гарри,- они будут вычислять тех, кто зашел в отношениях дальше поцелуев. - И ты, к сожалению, попадаешь под это определение,- продолжил за Поттера Уизли. - Как по-твоему они это узнают?- спросила Грейнджер грубее, чем ей того хотелось. - Я не знаю, но боюсь, что письмо родителям и отчисление тем, кто попадется, обеспечено. – будничным тоном ответил Рон. Из спальни для мальчиков вышел счастливый Невилл Долгопупс. Нет, не подумайте, это был уже не полный мальчик с выпирающими зубами и стрижкой под горшок. После прошедшей битвы за Хогвартс и оставшейся части лета - он изменился больше всех, превратившись из пухлого ребенка в симпатичного подростка. Рон не удержался и сказал: - Невилл, я вот смотрю на тебя и понимаю: как выглядит позднее половое созревание. Гарри и Гермиона прыснули. Невилл улыбнулся: - Ладно Уизли, я это запомню. - Как поживает Полумна? – спросил Долгопупса Поттер. Невилл просиял: - Думаю, после нашей совместной ночи- прекрасно. Гарри, Рон и Гермиона обреченно вздохнули, почти слово в слово сказав: - Еще один под раздачу попался. И принялись объяснять парню, что к чему. По окончанию рассказа, Грейнджер взглянула на часы и спохватилась: - Осталось всего сорок минут до начала первого урока, а мы еще даже не спустились в большой зал. - Ты же наверняка не за большой зал переживаешь,- заметил Невилл. - Да, не только,- согласилась Гермиона.- Мне нужно предупредить Драко. - Это мы уже поняли, могла не говорить,- сказал Рон. - Мы должны извиниться перед тобой,- обратился к Грейнджер Гарри; Рон согласно кивнул. Гермиона удивленно посмотрела на них: - За что…? - Я, наверное, здесь лишний,- улыбнулся Невилл и покинул гостиную. Как только дверь хлопнула, Рон продолжил за Гарри: - Послушай, мы уже много раз обещали не осуждать твой выбор – он вздохнул – но мы с Малфоем столько лет враждовали, что сейчас сложно воспринимать его как что-то светлое и позитивное. - Он по-прежнему остается для нас мудаком,- подытожил слова Рона Гарри. - Как откровенно,- заметила Гермиона и уже была готова уйти, но друзья удержали ее. - Постой, мы не договорили. Грейнджер села обратно. - Наше отношение к нему не означает то, что в нем нет хороших качеств,- неожиданно для Гермионы сказал Рон. Заметив удивленный взгляд подруги, он пояснил: - Вчера, когда мы говорили с ним… Грейнджер перебила Уизли: - Вы говорили с ним? Кто был инициатором разговора? - То, что мы с ним общались звучит странно, но это не важно. Дослушай Рона,- попросил подругу Гарри. - Так вот, когда мы вчера говорили с твоим блондинчиком,- продолжил Уизли,- он попросил, понимаешь, ПОПРОСИЛ нас перестать ненавидеть его, потому что тебя это задевает. - Он сказал нам, что ты дорога ему, причем говорил это совершенно искренне,- без тени цинизма заметил Поттер. - Из чего мы с Гарри, подискутировав, сделали вывод о том, что он не так плох, каким мы привыкли его воспринимать. - Поэтому прости нас, мы правда постараемся… Гермиона неожиданно обняла друзей. Отпустив их, сказала: - Я очень рада, что вы у меня есть. - Как камень с души упал,- облегченно выдохнул Рон. - Все, теперь иди к своему Малфою,- улыбнулся Гарри. Гермиона счастливо посмотрела на них и вышла из гостиной Гриффиндора. Девушка быстро преодолела лестницу, ведущую в Большой зал, сам Большой зал и, наконец, столкнулась в коридоре с Драко: - Что случилось?- тут же спросил он, заметив взволнованное лицо Гермионы. - Есть разговор,- сказала Грейнджер и принялась рассказывать Малфою то, о чем поведала с Гарри и Роном в гостиной Невиллу. Выслушав девушку, Драко заметно посерьезнел: - Мы не попадемся, все будет хорошо, не волнуйся. Гермиона несогласно мотнула головой: - Драко, у меня в комнате твоя рубашка, все уже не хорошо, если кто-нибудь из преподавателей узнает…- на глаза девушки непроизвольно навернулись слезы. Малфой бережно обнял Грейнджер, она уткнулась ему в плечо. - Гермиона, все правда будет хорошо, я обещаю. Девушка виновато произнесла: - Прости, просто накопилось. Драко улыбнулся: - При мне плачь сколько хочешь, мне нравится, как ты ко мне жмешься. Гермиона усмехнулась. Еще немного поговорив, они вместе направились на урок Северуса Снегга, однако, когда пара вошла в кабинет, за преподавательским столом восседала Долорес Амбридж. Предметы она у учеников не вела (после своих прошлогодних экзекуций), однако являлась смотрителем за школьным порядком. Со звонком Амбридж окинула учеников своим ядовитым взглядом и торжественно объявила: - Вместо урока, а может и нескольких уроков, я буду выявлять наших нарушителей школьного порядка. И делать я это буду "моими методами" до тех пор, пока не найду то, что ищу. Я в курсе всех отношений, которые между вами, кроме одного единственного пункта. За все происходящее можете поблагодарить мистера Седрика Диггори, а также миссис Джинни Уизли. Как первым, о чьих «чрезвычайно близких» связях мы нечаянным образом узнали, им была сделана поблажка: мы лишь сообщили о произошедшем их родителям, без исключения из школы. Итак, я буду вызывать вас к себе по одному и задавать вопросы, пока не удостоверюсь, что вы не лжете… Мистер Поттер, прошу ко мне! - Почему всегда чуть что - она начинает с меня,- недовольно промямлил Гарри и, поднявшись со стула, побрел в кабинет Долорес. Дальше происходило что-то из ряда вон выходящее. Через каждые двадцать минут из кабинета Долорес выходили заплаканные девочки с дрожащими руками, а также мальчики с бледным, как лист бумаги лицами. На вопросы одноклассников о том, что с ними такого ужасного делала эта дамочка в розовом, что довела до состояния скрытой истерики, все отрицательно мотали головой, не произнося ни слова. Через полтора часа наступила очередь Драко: - Мистер Малфой!- раздался противный голос Амбридж. Драко встал из-за стола, рука Гермионы удержала его. Малфой улыбнулся и, не сдержавшись, пошутил: - Если я не вернусь… - Дурак,- констатировала Грейнджер. Девушка нехотя отпустила руку Драко. Малфой поднялся по лестнице к Долорес и скрылся за дверью ее кабинета. Минуты тянулись бесконечно долго. Гермиона нервно постукивала пальцами по столу. Вскоре к ней подсели Гарри с Роном: - Все с ним хорошо будет, она же его не убьет,- пытался ободрить подругу Поттер. - Гарри, я не могу перестать думать о том, что это я виновата,- сказала Гермиона. - В каком смысле?- спросил Рон. Немного помедлив, Грейнджер сказала: - Это я была инициатором случившегося. Он спрашивал, уверена ли я, что хочу этого. Если бы мы подождали несколько дней, то сейчас ни о чем не стоило бы волноваться. - Ты? Инициатором? Он спросил, уверена ли ты?- удивленно повторил за ней Рон.– Что ни день - узнаю о Малфое новое. - Если честно, никогда бы не подумал, что ты можешь быть инициатором секса,- рассудительно заметил Гарри. - Эй, Поттер, Уизли, нужно поговорить,- раздался с соседнего ряда голос Дина Томаса. - Идите, - пососветовала Гермиона. Гарри с Роном послушно направились в сторону, где сидел Дин. Тут из кабинета Амбридж вышел Драко. Не сказать, чтобы он был в полном изнеможении, но то, что он был явно бледнее, чем обычно – очевидно. Малфой молча сел к Грейнджер, оперся на стол локтем и уперся ладонью в лоб. - Боже, Драко…- прошептала Гермиона, увидев на руке Малфоя глубокие кровоточащие порезы с фразами, написанными много раз и в несколько рядов «я не нарушаю школьные правила» и «учеба важнее отношений». - Это не все,- выдавил слова Драко.– Она вколола сыворотку правды, сопротивление которой будто съедает изнутри… Я не сказал ей, не волнуйся,- он тяжело повернул голову на девушку. – Боже, если бы ты знала, как я не хочу, чтобы ты шла к Амбридж. - Мисс Грейнджер,- раздался голос из приторно розового кабинета. Гермиона молча притянула Малфоя к себе и оставила на его губах легкий поцелуй. Он не хотел отпускать ее, но она аккуратно убрала его руки и поднялась к Долорес, чувствуя на себе взволнованный взгляд парня. Девушка зашла в комнату, которая больше напоминала «Сладкое королевство» в Хогсмиде, нежели кабинет одной из управляющих школой. Из-за до ужаса противного розового цвета, окружавшего Гермиону, рябило в глазах, а из-за приторно-сладкого запаха благовонии, стоявшего в кабинете, сразу начала болеть голова. - Присаживайтесь, мисс Грейнджер,- ядовито улыбнулась Амбридж. Гермиона села и только сейчас поняла, на сколько сильна ее ненависть к Долорес. Девушке хотелось прикончить ее хотя бы за то, что она издевалась над Драко, выведывая то, что ей нужно. Грейнджер непроизвольно сжала кулаки. - Ну-с, думаю, мы можем начинать,- Амбридж встала из-за стола, подошла к Гермионе и наскоро ввела в ее руку прозрачную жидкость из шприца - сыворотку правды. - Я начну с простого, мисс Грейнджер, с того, что и так все знают,- профессор села обратно за стол и все также омерзительно улыбалась. – Вы состоите в отношениях с мистером Малфоем? - Да. - Вы любите его? - Какое это имеет…?- начала Гермиона и покачнулась, сыворотка мгновенно демонстрировала свое действие, заставляя говорить, всякий раз, когда девушка тому противилась. - Отвечайте на поставленный вопрос,- посоветовала Долорес. - Да, я люблю его. - Вы целовались с мистером Малфоем?- Амбридж продолжала зачитывать вопросы из пергамента, лежащего перед ней. - Боже,- подумала Гермиона, - только не с ней, только не о Драко. Так, нужно держаться спокойно. - Мисс Грейнджер. - Да. Да, мы целовались. - Вы спали с Драко? - Нет. И тут Гермиона убедилась, что Малфой ничуть не преувеличивал, говоря, что сопротивление сыворотке будто съедает тебя изнури. Тело девушки прострелила боль, она всеми силами старалась сохранить спокойное выражение лица, но чувствовала, что кровь отлила от него. - С вами все хорошо, мисс Грейнджер?- попыталась изобразить взволнованный голос Долорес, но у нее вышла скорее злобная усмешка. - Да. Снова боль. Ком подступил к горлу Гермионы. - Тогда продолжим. Возьмите перо,- улыбнулась Амбридж,- и пишите: я не нарушаю школьные правила и учеба важнее отношений. Грейнджер взяла перо: - Зачем вы это делаете? - Школа не места для такого варианта отношений. - Но здесь могут сидеть невиновные. - Я достаточно быстро вычисляю кто врет, а кто нет. Все что-то скрывают, но это может не касаться темы. Сыворотка заставляет людей рассказывать в первую очередь то, что они не хотят, так что бледнота не показатель лжи. А вот боль долго терпеть виновные не могут. - Странные и необоснованные у вас методы… - Пишите, мисс Грейнджер. Зато мои методы весьма эффективны – они помогли узнать о близких связях некоторых учеников. Рука Гермионы, которая выводила на пергаменте «я не нарушаю школьные правила», невольно напряглась и слова впечатались. - Например я выявила: Грегори Гойла и Милисенту Булстроуд, Винсента Крэбба и Пэнси Паркинсон, Седрика Диггори и Джинни Уизли, а также Седрика Диггори и Чжоу Чанг. Грейнджер облегченно выдохнула. Ни Драко, ни Невилла в списке профессора не было. - Последняя пара имен означает конец отношениям Чжоу и Гарри,- подумала девушка. - А еще, мисс Грейнджер, я проверяю "таким образом" только тех, чьи отношения больно уж теплые, так что можете гордиться, - ехидно улыбнулась Долорес. Но Гермионе было не до шуток профессора. С каждой секундой сыворотка действовала все сильнее, пытаясь вынудить Грейнджер говорить, а слова, которые впечатывались в руку начали болеть с новой силой. - Вы спали с мистером Малфоем, мисс Грейнджер?- повторила вопрос Амбридж. - Нет,- будничным тоном ответила Гермиона, ощутила новый приступ боли, но, похоже убедила Долорес, так как та произнесла: - Свободны, мисс Грейнджер. - Спасибо,- сказала Гермиона, вскочила со стула и поспешно вышла из кабинета Амбридж. Девушка представляла, как скажет Малфою, что они вне подозрений, и уже начала задумываться о том, что делать с информацией о Чжоу и Седрике, как вдруг почувствовала, будто ее тело проткнули чем-то невероятно острым. Не успев толком понять, что произошло – та же боль глухим ударом пронзила голову Грейнджер. Девушка пошатнулась, ее словно обволок туман, вновь приступ боли, не хватало воздуха, подкосились ноги. Она стремительно падала куда-то вниз, затем услышала чей-то взволнованный голос, кричавший ее имя. Гермиона теряла сознание, в ту же секунду чьи-то сильные руки подхватили ее и понесли в неизвестном направлении.