Ярость в чистом виде

      Когда идёшь по длинному, тёмному коридору и не видишь его конца, кажется, что он никогда не закончится, пока в конце концов, когда ты уже потерял надежду, не увидишь заветное свечение солнца. Так же и в жизни. Ты идёшь с завязанными глазами по пути, который уготовила тебе судьба, не видя ничего во мраке, пока в твоей жизни не появляется человек, который излучает тот самый "солнечный" свет.       Он давно усвоил урок о доверии и о том, что им не стоит разбрасываться направо и налево. И именно этот жизненно важный урок сделал его тем, кем он есть сейчас — грубый, эгоистичный и жестокий человек, если такое вообще можно сказать про нормального человека...       Время близилось к рассвету, а он не сомкнул глаз ни на секунду, доделывая все отчёты. Стол был завален бумажками, а в голове просто кишили мысли о предстоящей утренней тренировке. Рядом на столе стояла кружка чёрного ароматного чая. Его любимого. В комнате не было слышно ни звука, лишь часы, стоящие на полке, отдавали чёткий такт, отмеряя секунды.       Чего ради он сидит за этими отчётами, будто от них зависит его жизнь? В какой-то степени так оно и есть... Но на самом деле, он просто хочет забыться, а работа помогает справиться с этим лучше всего. Выхватив из стопки бумаг один лист, он глазами пробежался по написанному. Поняв, что его горло окончательно пересохло, он взял в руки чашку и сделал небольшой глоток уже наполовину остывшего чая.       На часах было почти шесть утра, но даже это не помешало непрошенному гостю постучать в его кабинет.       — Какой же идиот не спит в шесть утра? — задал себе вопрос капитан, на который знал чёткий ответ. Он сам. Через силу он встал со стула и, поставив белоснежную чашку на деревянную поверхность стола, пошёл отпирать дверь. На пороге, к его удивлению, стояла никто иной, как сама Микаса Аккерман. — Не уж то сама решила ко мне зайти? Или спросонья не поняла, куда шагаешь?       Он разглядел в её глазах твёрдость и решительность, так что вариант с лунатизмом резко отпал. Капрал хмыкнул, возвращаясь на своё место. Его подчинённая сделала пару уверенных шагов вглубь кабинета, прикрывая за собой дверь. И вот, она уже стояла в паре метров от стола, находившись под пристальным взором своего командира. Она отдала честь, тем самым спрашивая разрешение говорить, на что получила утвердительный кивок.       — Я пришла попросить у вас прощения, сэр. — замялась Аккерман, наверное, из-за того, что приходилось переступить через себя и просить извинения. — За своё бестактное поведение.       — И для того, чтобы решиться сказать эти слова тебе потребовался месяц, Аккерман? — его забавляла данная ситуация, ведь она была готова на всё, лишь бы исправиться.       — Так точно, сэр. — машинально отвечала девушка, как неживая, хотя оно и было видно по синякам под её глазами.       — Ты меня поражаешь, Аккерман. — каким-то непривычным, безнадёжным тоном произнёс капитан, потеряв уже всякую надежду на то, что этот случай не повторится. — Сколько сейчас время, Микаса?       — Шесть утра, сэр. — голос девушки, лишённый остроты, так же напрягал, как её саму, так и её собеседника. — Но я не понимаю суть вашего вопроса...       — Представь, что бы с тобой было, если бы ты заявилась ко мне в это время, но при других обстоятельствах? — безотносительный голос капитана вернул свой прежний тон, чем немного успокоил Микасу. — Например, если бы я спал, а не сидел за отчётами?       — Не могу представить, сэр. — да всё она могла, просто вступать в словесную перепалки с ним с утра пораньше совершенно не было желания.       — Я бы надавал тебе подзатыльников и вышвырнул за дверь, в добавок прибавив наказание. — спокойно разъяснял всё Леви, потому что так же не испытывал особого желания портить настроение с самого утра кому-либо, и себе в том числе. — Какой здравомыслящий человек проснётся в шесть утра, а то и раньше, чтобы просто извиниться? Я бы точно не стал этого делать...       — Во-первых, не сравнивайте меня с собой, сэр. Мы с вами совершенно разные личности. Во-вторых, а кто сказал, что я вообще спала? — язвительно ответила Аккерман, за что уже успела десяток раз себя проклясть.       — Ты хочешь сказать, что всю ночь сидела и думала о том, как придёшь на заре в мой кабинет и попросишь прощения? — такой расклад дел немного обескуражил Леви, но он тут же вернул себе самообладание. — С каждым днём я узнаю о тебе всё больше и больше нового, Микаса. — Леви совершенно не смущало присутствие его подчинённой в кабинете, поэтому он просто слушал её и продолжал копаться в бумагах, которыми был завален весь стол.       — Никак нет, сэр. Я об этом думала уже давно, просто никак не решалась к вам подойти. — хладно отвечала Аккерман на вопросы своего командира, пристально наблюдая за его действиями.       А ведь только сейчас Микаса заметила, какой не свойственный капитану беспорядок царил в его кабинете. По столу были разбросаны бумаги, на диване и на полу валялись книги, а на полках было совсем плохо. Настолько плохо, что у Микасы не хватало слов описать этот хаос.       — Я приятно удивлён, Аккерман. Ты смогла переступить через себя и прийти ко мне с извинениями. — теперь уже пристальный холодный взгляд был направлен на саму азиатку, а не на лист бумаги. Глаза его явно были уже в полусонном состоянии, но даже это не мешало ему сохранять привычное спокойствие и холоднокровие. Он взял чашку с чаем и поднёс к губам, делая пару глатков. — Но в следующий раз, чтобы не получилась такая ситуация как сейчас, не надо накидываться на меня с ножом и грозится перерезать мне глотку.       — Я извлекла урок, сэр. — эта вежливость уже порядком поднадоела Аккерман, но нужно было держаться до конца. Да и ей показалось, что и самого командира уже достало слово «сэр».       — Надеюсь на это. — тактичность в голосе капитана была его особенностью. В любой ситуации, он здраво рассуждал и, так сказать, не терял такта. — Свободна. Если, конечно же, у тебя больше нет ко мне дел...       — Никак нет, сэр. — девушка ещё раз отдала честь, развернулась и направилась к выходу.       Наконец-то кошмар, который Армин называл извинениями закончился, и Аккерман смогла вдохнуть полной грудью. После этого разговора она поняла, что может и правда не стоило набрасываться на него. Хотя нет... Стоило. Армин её друг и она сделает всё что угодно, чтобы его защитить. Свернёт горы, пройдёт и огонь, и воду. И даже убьёт собственного командира, который не раз спасал её от необдуманных решений и поступков? М-да, над этим ещё нужно было подумать... Но не сейчас. Сейчас Микаса просто хотела прикрыть глаза на несколько минут. Она прекрасно понимала, что Леви будет вне себя, если та опоздает на тренировку, ну и пусть... Она не даст ему дожить век спокойно. Слишком много доброты он от неё сегодня получил. Пусть немного побесится. Она улыбнулась от собственных мыслей и зашла в комнату, которую уже столь ярко освещало солнце.