Ощущение

       Несколько сотен. На семь миллиардов человек это количество ничтожно. Шанс того, что именно ты будешь тем «счастливчиком» с меткой на руке равен почти ничему. Но, почему-то именно Александра настигла такая судьба. Чтобы на его руке, на его запястье красовалась темно-бирюзовая линия. В более темной обстановке больше напоминал болотный цвет. Но просто тот факт, что Нильсен является тем самым «соулмейтом» кому-то, очень пугало. Не знать человека в лицо и связать с ним всю свою жизнь. Не бред ли?        Александр узнал о том, что он «особенный» когда ему было семь лет. Его давно интересовало, что это за линия на его руке, но родители пытались скрыть. Конечно, мальчик пытался что-то с этим делать. Однажды он даже стоял двадцать минут в ванной, пытаясь оттереть эту полосу со своей руки. Хотя, когда рука Нильсена стала красной и начала немного печь, он понял, что идея была не из лучших.        Мама, конечно, долго ругала мальчика, но и понять его можно было. Он один из немногих, кто получает такую метку. И, Алекс сам об этом не думал, но его родители не понимали, как он будет искать родственную душу.        Нильсену исполняется шестнадцать. Но соула он так и не нашел. Даже хуже, в его городе всего три человека с такой линией: он и замужняя пара. Что он будет делать в такой ситуации — непонятно.        Еще со второго класса Алекс начал носить длинные рубашки, свитера и пиджаки. Закрывать эту полосу было тяжко, но он всегда поправлял рукав на левой руке и никто ничего не знал. Скорее всего его класс даже не думал что у Алекса что-то такое может быть. Точнее, кто-то. Но скрывать вечно бы не выходило. Однажды, когда он переодевался на урок физ-ры, приподнимая руки вверх, чтобы снять свитер, его одноклассники заметили что-то странное на руке Нильсена. В раздевалке было темно и парни думали это был браслет и какое-то время никто даже не обращал внимание. Но когда на руку парня упал дневной свет, все сразу стало понятно. Особенно для одноклассников Александра.        — Ой, а что это у нас? Мальчик Алекс у нас с меткой? — один из самых «крутых» парней класса схватил его за руку и начал ближе рассматривать полосу, — и впрямь, как татуха. Интересный цвет. Небось, сам рисовал? — мальчик отпустил руку Александра и толкнул его в грудь, из-за чего Нильсен чуть не потерял равновесие, — знаешь что, Нильсен? Не место тебе тут. Особенный он, слышь.        — Это просто метка. Она не делает меня другим. Я просто с кем-то связан, — когда одноклассники хотели выйти, Алекс, ответив парню, встал и начал надевать на себя толстовку, в которой обычно занимался на уроке.        — Заговорил, вы посмотрите, — тот самый мальчик, который держал его за руку подошел ближе к Алексу и заглянул в глаза, — именно из-за этой связи ты и другой. Даже потрахаться ни с кем не сможешь, ведь для тебя это — ничто. Просто заняться сексом. А что-то почувствовать ты сможешь только со своей этой душой. А вдруг это никогда не случится? Не думал, не? Как жизнь заводить. Из-за таких как вы, которые даже этого самого соула, — последнее слово он особенно выделил, — никогда не встретят, мир не может нормально идти дальше. Пошлите, парни, подальше от этого фрика, — его одноклассники ушли, а в раздевалке остался стоять один Нильсен, который с этого дня начал серьезно обдумывать свое положение в мире.        В начале 11 класса Александр решил меняться. Он захотел стать другим. Чтобы люди видели его не как «тихий парень», а как тот, кто может постоять за себя. Тот, кто может ответить и не жалеть. Наверное, именно в этом возрасте начал проявляться настоящий характер Алекса.        Первый его шаг к новому себе, это то, что он перестал носить длинные рукава. Полностью. В его гардеробе остались только пара рубашек, но у них он закатывал рукава. Просто новый Александр. И нет, ему совершенно все равно на метку. Она есть и все. Просто есть. Для него это не преграда. Нильсен хочет полностью уловить жизнь.        — Ну и что мне делать? Если у него есть судьба, то как быть, — Александр, краем уха услышав разговор подруг, подошел к ним. Он поставил руку около стены и навис над рыжей, той самой, которая говорила про него.        — Не думаю, что это будет проблема, — Нильсен аккуратно взял в свои руки ладонь девушки и поцеловал ее, как истинный джентльмен. — Приглашаю тебя в кино, сегодня вечером? Ладно? — Алекс, убрав прядь одноклассницы на ухо, отошел в сторону. Меняться, так полностью. Возможно ему все еще было боязно быть засмеянным, подвергнутым травле, но ему было все равно. Он такой сам по себе, и это ничем не отличает его от других.        Конец 12 класса, выпускной. За все эти два года Александр показал себя совершенно с другой стороны. Дерзкий, крутой, беззаботный. Таким его часто называли влюбленные девочки с более младших классов. Алекс и правда как будто снова начал жить. Без каких-либо забот по поводу соула, без загонов от того, что он его не найдет. Если надо — все будет. Сейчас же Нильсен, гуляя под руку со своей новой девушкой, спокойно целовал ее в щеку и говорил разные комплименты. Кейт, как звали девушку, знала про метку Алекса, но ничего не говорила. Была рада находиться с ним даже тут. Хотя, и Нильсен, и его девушка понимали, что долго это не продлится. Через несколько дней выпускной, а значит, что каждый идет своей дорогой в неизвестность.        Возможно, именно сейчас был момент, чтобы расстаться, но провести хоть немного времени вместе, до конца.        Хотя, Александр заметил одну вещь за собой. Он и вправду не мог полюбить по настоящему. Поцелуи не приносили ему какое-то наслаждение, прогулки под ручку были просто как самые обычные, с друзьями. Но Нильсен продолжал находить себе партнерш, продолжал показывать свою любовь, но не чувствовать что-то к ним. Просто как прогулки друзей. Ничего особенного.        Поэтому Алекс и пытался быть таким, какой он сейчас. Чтобы не показать лишний раз страх того, что он никогда не полюбит, никогда не почувствует, каково это.        Алексу 23 и он устраивается протеже к Фредерику Ларсену. Смог, значит уже хорошо. Если его взяли, то это еще лучше.        Со времен школы Александр не находил себе партнера. В какой-то момент парень даже начал замечать, что его интересуют не только девушки. В какой-то момент он даже думал, что вдруг его судьба — парень. Никто ведь не знает пол соулмейта, знают только то, что он существует. И Александра радовало то, что он или она еще жив. Все с ним хорошо.        Когда Алекс сидел у Фредерика, тот обратил внимание на его запястье. Даже узнал, какого это быть — таким? Но Нильсен отошел от темы, сказав, что особо не зацикливал внимание на этом.        — То есть хочешь сказать, что тебя никогда не интересовало все это? — Фредерик, записывая что-то в очередной график, поднял глаза на своего будущего протеже.        — В начальной школе только. В средней старался забыть об этом. А в старшей, вообще, полностью не обращал внимание и жил жизнью, — Нильсен, вспоминая школьные годы, тихо усмехнулся. Поставив локоть на боковую часть стула и облокотившись на нее, Алекс посмотрел на Ларсена, — а почему это вам так интересно?        — Никогда не видел таких, как ты. Интересно узнать, — мужчина посмотрел на Алекса, убрав ручку в сторону.        — Ну, можете поискать в интернете. От меня ничего не узнаете, — Александр, увидев, что Фредерик протягивает ему контракт, схватил ручку и подписал.        — Какой цвет?        — Темно-бирюзовый, — на автомате произнес Нильсен. Ему часто задавали этот вопрос, и он так же часто на него отвечал. Не каждый день видишь отмеченного. — До завтра, Фредерик, — имя мужчины Алекс как-то особенно протянул. Ухмыльнувшись, он открыл дверь и вышел из здания, направляясь домой.        25 и Александр едет в машине с Ларсеном. Как сказал Фредерик, они направляются к его близкой подруге — Аннет Харрис. Александр слышал про нее впервые. Хотя, парня не заботила личная жизнь мужчины. Они ехали в полной тишине, только звук колес иногда давал о себе знать. Нильсен такое не любил. Тишина, особенно такая нагнетающая. Думая над тем, как бы начать диалог, парень вспомнил разговор при их первом знакомстве.        — Фредерик, а помните, вы так интересовались моей меткой? — мужчина, кратко взглянув на парня, кивнул ему, — вам все еще интересно это? Я могу рассказать некоторые детали этого, — закидывая ногу на ногу, Нильсен каким-то странным взглядом смотрел на своего собеседника. Помолчав десяток секунд, Ларсен ответил:        — Что именно?        Тогда Александр начал. И первое, что было сказано — чувства. Парень давно хотел рассказать кому-то о том, как тяжело быть таким и совершенно не иметь чувств к другим, кроме соула. Было видно, что мужчине интересна данная тема, а парню хотелось уже просто говорить с кем-то насчет его метки.        — Александр, у Аннет и ее родственников есть дети твоего возраста. Вдруг, тебе повезет и… — не успел Ларсен закончить фразу, как Нильсен его прервал.        — Простите, что влез, но, Фредерик, я за 25 лет не смог найти никого, думаете, сейчас смогу? — Александр ухмыльнулся и повернул голову в сторону окна. Ларсен тоже молчал. Неловкая пауза, которая продолжалась до самой поездки.        Особняк. Большой, как и рассказывал Фредерик. Разместившись по комнатам, Александр предупредил мужчину, что пойдет гулять по окрестностям. Изучить данный город было интересно, поэтому, взяв телефон, Алекс собирался выходить, как его прервал голос той самой Аннет:        — Александр, на улице густой туман собрался. Будьте осторожнее, — Нильсен, кивнув женщине, вышел из особняка.        Гуляя по улице, Александр обращал внимание на строение домов, как они выглядели. Не каждый день в современном мире увидишь постройки в таком стиле. Заметив на противоположной стороне дороги небольшой парк, Александр, глянув по сторонам, побежал на другую сторону. Но Нильсен не учел одну деталь — туман слишком плотный.        Увидев фары, парень совершенно забыл, как ходить. Страх сковал. Но, услышав, как машина начала резко тормозить, его успокоило, так как удар будет менее болезненным. Бампер машины, который врезался в бок Нильсену, повалил его на землю.        — Вы в порядке? — Александр увидел, как из машины выходит приятной внешности девушка, на вид лет 25, как он сам. Она подошла ближе к парню и продолжила диалог, — Мне так жаль, простите, я только на секунду отвлеклась от дороги… — Александр, которого в данный момент очень напрягло отношение девушки к дороге в такую погоду, произнес:        — Девушка, вы с ума сошли — отвлекаться в такой туман! — потирая ушибленный бок, Алекс поднялся на ноги. Теперь, когда он был почти одного роста со своим собеседником, Нильсен мог лучше рассмотреть ее. А именно — запястье. Привычка, оставшаяся с начальной школы, когда Алекс надеялся на встречу. Но, как он и ожидал, ее запястье было пустым.        — Мне правда очень-очень жаль, — Нильсен, посмотрев на ее расстроенное лицо, он вздохнул и покачал головой.        — Забудьте, я тоже виноват. — Это было честно. Алекс правда не подумал, когда пытался что-то разглядеть в такую погоду, — Нечего было перебегать дорогу в такой туман, — немного отряхнув себя, Нильсен глянул на девушку напротив. В ее глазах все еще читалась паника, потому что она боялась, что будет что-то серьезное.        — Давайте я отвезу вас с больницу, — девушку, как будто с мольбой, смотрела на парня.        — Нет, не стоит, я в полном порядке. Вы же еле тащились, — Нильсен был прав. Она ехала не быстро, и к тому же она вовремя среагировала и начала тормозить. С ним ничего серьезного не случилось.        — Я настаиваю! — Александр рассмеялся и, помедлив, взял ладонь девушки и пожал ее. Та самая рука, где должна быть метка. Но ее нет. И, в данный момент, это правда огорчило Нильсена. Девушка была очень милой и красивой. Алексу хотелось бы провести с ней больше времени.        — Я принимаю ваши извинения. Мне трудно долго злиться на таких красавиц, — Нильсен, одарив девушку комплиментом, удалился обратно, в сторону особняка. Желание пойти в парк пропало. Зато, появилось желание узнать эту незнакомку получше.        Смерть Аннет Харрис. Не прошло и пары дней, как они были тут, а уже случилось это. За день, который Алекс пробыл здесь, он узнал много чего интересного. Самое было то, что та девушка, которая сбила его, оказалась племянницей Аннет. Звали ее Агата Харрис. И Александр успел познакомиться с ней более близко. Даже хотел поиздеваться утренней ситуацией, но решил, что это будет слишком.        Сейчас же, весь особняк сидел внизу, ожидая детектива. Никто не понимал, как произошла смерть и что случилось, но одно было ясно точно — Агата была на месте преступления. Но Алекс не верил в то, что она, такая любящая девушка, может убить кого-то. В данный момент она была самой сломленной из всех. Сидела, смотря на камин. Нильсен, встав с места, подошел к Харрис-младшей и сел рядом с ней.        — Александр, — Агата, оторвав взгляд от камина, направила его в сторону парня, — скажи, вот это, — указывая взглядом на запястье руки Алекса, Агата продолжила, — правда? Ты отмеченный? — Александр, который точно не хотел сейчас заводить эту тему, закинул ногу на ногу и посмотрел на руку так, будто видел впервые.        — Ну как видишь, да, метка есть, — в привычной манере ответил Алекс. Он, с какой-то усмешкой в глазах, посмотрел на Агату. Было видно, что она хотела задать что-то еще, но их разговор прервал Фредерик:        — Александр, подойди сюда, — Ларсен, подозвав к себе протеже, скрылся за дверью.        — Прости, милая, надо идти, — быстро поднявшись с места, он прошел за Фредериком и краем глаза увидел, как Чарльз открывает дверь детективу и его помощнику. «Вовремя ушел» — пронеслось в голове у Алекса, которого из раздумий вывел Фредерик своим разговором.        — Поцелуй меня! — находясь в тесной каморке, Алекс пристально смотрел на Агату, ожидая действий от девушки. Они случайно пересеклись наверху. Ну, не случайно. Нильсен следил за девушкой, ибо думал, что как-то причастна к убийству. Но, не успев закончить разговор, молодых ребят поймал помощник детектива Гудмана.        — Что?! — было видно, Харрис опешила, потому что она точно не ожидала такого действия со стороны парня. Но, она сама ничего не предпринимала, что достаточно быстро вывело Алекса из себя.        — Да черт тебя дери! — не дожидаясь возражений, он наклонил голову и властным движением впился в губы девушки напротив. Агата начала что-то мычать в поцелуй, но Нильсен ее не отпускал. В какой-то момент Агата все же поддалась парню, открывая рот, чтобы соединить из языки вместе. Алексу нравилась такая настойчивость, поэтому парень вжал ее в стену, углубляя поцелуй.        Услышав звук открывающейся занавески, за которой стоял помощник Гудмана, Александр отстранился от девушки, но голову в сторону парня не повернул.        — Оу. Я, эм, прошу прощения. Не ожидал… — Александр выждал пару секунд, а затем лениво повернулся, прикрывая Агату собой.        — Прошу прощения, — Нильсен встал перед полицейским, снова по привычке быстро направив взгляд на запястье. Рукава, не видно. Алекс ожидал какого-то ответа от парня напротив.        — Самюэль. Макото Самюэль, — полицейский, поправив свой рукав, продолжил смотреть на Александра, иногда наблюдая за Агатой позади него.        — Александр Нильсен, к вашим услугам. Самюэль. Вы не могли бы, оставить нас, наедине? — протянув ладонь для рукопожатия, дождался, когда его собеседник даст руку в ответ. Но Алекс точно не ожидал какого-то небольшого покалывания во время приветствия. Это было странно, но парень виду не подал.        — С удовольствием. Но сначала я попрошу вас не пользоваться этим коридором слишком… интенсивно, — обогнув место взглядом, помощник детектива продолжил, — мы не хотели бы лишиться улик, если они здесь есть, — в ответ на это Нильсен лишь улыбнулся и покорно кивнул, показывая, что полностью согласен с этим.        — Мы не станем мешать следствию. Уже уходим, — готовясь уходить, Александр повернул в сторону лестницы, как неожиданно чья-то рука легла на его плечо. Снова покалывание, снова странное ощущение. И снова Нильсен этого не показывает.        — Александр, я надеюсь, вы не забудете явиться на разговор с детективом? — повернув голову в сторону парня, Алекс лишь ухмыльнулся и развернулся обратно к спуску вниз.        — Ни в коем случае. Это мой гражданский долг, как-никак, — убрав чужую руку с плеча, Нильсен направился вниз, оставляя девушку и парня вместе наверху.        Выходя из своей комнаты, Александр все еще раздумывал над ситуацией, произошедшей сегодня утром. То самое, когда в некоторых местах покалывание. Во время рукопожатия Нильсен мог подумать на обычный удар током при статическом электричестве, но когда рука Сэма легла ему на плечо, то там уже было странно. Покалывание не как при мелком ударе током, а как будто иголки в кожу впились. Не сильно, слабо, но именно такое ощущение было при прикосновении. Бродя по коридорам, Александр совершенно погрузился в свои мысли и столкнулся с тем, кто в данный момент и впрямь заполнил его разум.        Немного столкнувшись друг с другом, парни, отодвинувшись, посмотрели в глаза оппонента. Снова какое-то странное ощущение. Как будто что-то тянуло вниз. Нильсену правда казалось это странным. Это могло быть что угодно, но так же непонятно — откуда это.        — О, малыш Сэмми. Почему не с детективом? — Александр, сложив руки на груди, посмотрел на парня напротив        — Александр, прошу не называть меня так, — Самюэль, внимательно осмотрел Нильсена с ног до головы, как будто выискивая что-то, — детектив занят, а я ищу какие-то сведение о происшествии.        — Сэм, да брось, — Алекс подошел немного ближе и, наклонившись, чтобы быть одного уровня с Макото, посмотрел в глаза. Ощущение только растет, но Нильсен усердно продолжает смотреть на своего собеседника, — знаешь что? Зови меня Алекс.        — Ну раз Алекс, — Сэм на пару секунд прервал свою фразу, но затем продолжил, — я бы мог сказать, чтобы ты называл меня Сэм, но ты уже это делаешь, — улыбнувшись оппоненту, Макото, поправив ворот рубашки, отошел в сторону, — мне идти надо. Если хочешь, можем как-то кофе выпить?        — Ох, буду совершенно не против, — отходя в сторону, чтобы дать проход Самюэлю, Александр как бы случайно коснулся его предплечья. И снова что-то. Что-то непонятное. Улыбнувшись своему новому товарищу, Нильсен пошел в противоположную сторону от него. Но ощущение оставалось. И теперь парень точно был уверен что это не просто случайно. Это что-то другое. Что очень хотелось бы выяснить.        Прошло пару дней с того маленького разговора. Сэм и Алекс особо не пересекались друг с другом. Только иногда Нильсен видел его где-то около Гудмана, но не подходил. Не решался. Впервые почувствовал то, когда боишься подойти и что-то сказать. Почему именно с Макото он не знал, но его как будто тянуло к парню. Когда они встречались взглядами, случайно, сами того не понимая, начинали улыбаться или как-то отводить взгляд. Впервые за долгое время Алекс чувствовал себя так. Странно, смущенно, просто неловко.        Сидя в своей комнате и читая книгу, Александр укутался в одеяло и продолжил лежать на животе. Была глубокая ночь, лунный свет немного освещал комнату парня. Переворачивая страницы, Нильсен понял, что за время чтение он очень проголодался. Одно дело, если бы он спал. Но сейчас, он, читая книгу примерно часа четыре, почувствовал чувство голода. Комната Алекса находилась не далеко от кухни, поэтому можно было легко дойти до места назначения и поесть. Встав с кровати, Александр перевернул книгу вверх обложкой и, надев футболку, пошел в кухню. Он старался шуметь как можно меньше, так как весь дом спал, и, как казалось, только один Нильсен бодрствовал. Зайдя в комнату, Александр направился к графину с водой. Поставив стакан перед собой, парень налил жидкость и, взяв в его в руки, сделал большой глоток.        — Алекс? — сонный мужской голос послышался позади Нильсена. Парень, поставив стакан на тумбу, повернулся к человеку. Сэм. Кто бы мог подумать, что именно он будет тут.        — И тебе здравствуй, — Нильсен, облокотившись на столешницу, глянул на парня, — что не спим в такой поздний час? — Макото и детектив, временно, но жили в доме Харрис. Как сказал Гудман: «Убийца может вернуться в любую минуту, а мы можем не успеть». Родственники Аннет Харрис с радостью предоставили полицейским отдельные комнаты. В особняке было много свободного места, поэтому найти пустующее помещение было не сложно.        — Этот вопрос я хотел задать тебе, — Самюэль, прикрывая рот рукой, зевнул. Александр впервые видел его не в рубашке и брюках. Сейчас на парне обычные домашние штаны и короткая футболка, — я особо не спал. Хотел, вот было, пойти, но жажда пересилила желание спать. Спустился, а тут ты. А теперь ты. Почему не спишь? — посмотрев по сторонам, Макото отодвинул стул от стола и поставил ближе к Алексу. Указав взглядом на ближайший стул, намекая, что надо сделать так же, Сэм облокотился на локоть и начал слушать собеседника.        — Книгу читал. Очень заинтересовался, поэтому уснуть не мог. А сейчас захотел что-то съесть. Вот и пришел сюда, — садясь на стул, Александр откинулся на его спинку и, закинув ногу на ногу, взглянул на парня напротив.        — Как я вижу, есть ты не стал, — заглянув за его спину, где стоял стакан воды, Сэм усмехнулся.        — Я хотел, но тут пришел ты. Помешал мне, — выдав некий смешок, Алекс, встав со стула, подошел к холодильнику, — а ты, малыш Сэмми, будешь что-то?        — Просил же, не называть так, — тихо сказал себе под нос Сэм, но Алекс слышал. Нравилось его так называть, — а что будешь ты?        — Я бы просто бутерброд сделал. Тебе тоже?        — Давай, — Алекс, кивнув другу, начал доставать нужные продукты для сэндвича. Встав около столешницы и достав доску для разделывания еды, Нильсен начал думать об их отношениях с Сэмом. Он давно понял, что с ними что-то не то. Любое соприкосновение, взгляд вызывал странное чувство. И Алекс не знал, было ли такое у Макото или нет.        — Бери свой бутерброд, — положив еду на тарелку, Алекс сел на свое место и начал наслаждаться пищей, — приятного аппетита, — рот был заполнен куском сэндвича, поэтому внятно сказать не вышло.        — И тебе, — Сэм взял бутерброд в обе руки и откусил. Оба парня сидели в тишине. Сэм тихо улыбался, смотря как Нильсен пытается откусить еще больший кусок, чем до этого.        Когда бутерброд Нильсена был съеден, он, отодвинув от себя тарелку, снова откинулся на спинку стула, наблюдая за товарищем. Сэм съел только половину. Было видно, что он не такой голодный. Нильсен, повернувшись назад, взял стакан воды и отпил. Он не отводил взгляда от Самюэля. Не то, чтобы Алекс открыто пялился, но немного поглядывал. И именно в тот момент, когда Александр в очередной раз отпил воду, он посмотрел на руки Сэма. На запястье. Поперхнувшись водой, Алекс подбежал к раковине, чтобы выплюнуть все это туда, а не на стол.        На запястье была линия. Полоса. Темная. При таком освещении Нильсену было непонятно, какой именно оттенок, но было понятно, что это та самая метка. Понятно, что у Макото есть соулмейт.        — Алекс! — Сэм подбежал к другу, хватая его за плечо. И снова эти покалывания. Взглянув на Самюэля, Алекс быстро направил взгляд на руку. Не на левой. Значит правая. А у Нильсена наоборот — левая. Интересно, значит ли это что-то?        — Все нормально, все хорошо, просто подавился, — Александр убрал руку Сэма со своего плеча, быстро смотря на запястье. Метка, настоящая. Без окантовки. Ни черной, ни золотой. Еще не нашел. Почему-то, но от этого Нильсену стало проще. Но цвет все еще было сложно разобрать. Комнату освещал только свет с улицы, поэтому увидеть что-то было сложнее, чем при обычном освещении, — Я, наверное, пойду. Спасибо за компанию, малыш Сэмми, — хлопнув Макото ладонью по плечу, Алекс начал подниматься к себе. Руку кололо после прикосновения к плечу. Теперь Алекс был на точно уверен, что их связь — необычная. Но был другой вопрос. Видел ли Самюэль метку Александра?        Интересно, правильно ли было избегать Сэма? Потому что с той ночи прошла неделя. Алекс считал. Ровно неделя. Макото пытался как-то контактировать с парнем, но Нильсен не отвечал тем же. Стал холодным по отношению к Сэму. И последний правда не понимал, что такое случилось между ними. А Алекс ждал. Выжидал момент, чтобы спросить. Чтобы показать. Он бы давно уже посмотрел на его руку, если бы не рубашка. Было ощущение, что шкаф Макото состоит из одних белых рубашек и одной красной футболки. Подходить и резко отдергивать рукав — странно. И неправильно. Поэтому избегать, как считал Александр, лучший вариант. Парень вообще не был уверен, что они соулмейты. Просто это первый человек с меткой, с которым Алекс так близко общался. Та самая пара из его города, конечно, готова была поговорить с ним, но Нильсен был маленьким мальчиком, боявшийся всей этой темы.        Нильсен сидел в своей комнате. Доставая вещи из шкафа, попутно убирая их по местам, Александр услышал посторонние звуки около двери. Чужие голоса. Он смог отчетливо понять, что там была Агата с кем-то. Бросив вещи на кровать, он подошел к двери и, прислонив ухо к щели, начал подслушивать.        — Агата, я правда не понимаю. Он тебе не говорил? — голос Сэма. Именно его он сразу не узнал. Но суть разговора Алекс понять не мог, по одной фразе, вырванной из контекста, это было сделать сложно.        — Поговори с ним сам. Не думаю, что для него это будет проблема, — девушка, как подумал Александр, посмотрела на Самюэля подбадривающим взглядом.        — Да ты видела Алекса? Он при любом моем контакте куда-то уходит, — и тут парень выпал. Сэм пытался решить проблему с Алексом. Это даже как-то задело Нильсена, потому что Макото пошел не к парню, а к Агате. Снова сосредоточив слух на разговоре, услышал голос девушки:        — Если ты правда считаешь, что он именно тот, то поговори с ним сам. Думаю, он ждет этого не меньше тебя, — снова что-то вырвано из диалога, и снова это все непонятно парню. И даже из такого, как казалось, прямого разговора, Нисельну все еще не было понятно, знает Сэм или нет.        Очередной пустой вечер. Очередной день, пролетевший зря. Расследование также продолжалось. Гудман и его помощник совершенно не собирались уходить, а только больше узнавали про ту ночь. Александру эта тема была совершенно не интересна. Просто по великой случайности он, теперь, был причастен.        Почти полночь, а Алекс не может уснуть. Как бы он не пытался, как бы не старался, сна не было ни в одном глазу. Еще немного поерзав на кровати, Нильсен понял, что это ничего не даст. Поднявшись на ноги, Нильсен, нащупав первую попавшуюся футболку, натянул ее на себя и пошел вниз. Проходя мимо разных комнат, парень на секунду остановился возле одной. В той, где горел свет. И он понял, чья это комната. И не просто так, а снова почувствовал это ощущение, когда он смотрел на дверь.        «Может, сейчас?» — обернувшись в сторону лестницы, куда он изначально шел, Алекс, повернулся к двери чужой комнаты. Выждав пару секунд, парень решился постучать. Тихо, чтобы, если он спит, не разбудить. Но похоже, хозяин помещения не спал.        — Алекс? Какими судьбами? — Сэм, открыв дверь, уставился на Нильсена. Александр прикрыл глаза рукой от яркого света, исходящего из комнаты. Но улыбку на лице сохранил.        — И тебе привет, малыш Сэмми, — привыкнув к свету, Алекс сложил руки на груди и оперся на дверной косяк, — пустишь?        — Проходи, — проходя мимо парня, Александр заметил какое-то непонимание. Мимолетное, но было заметно. Или Нильсен почувствовал это? Макото, закрыв дверь, сел на небольшое кресло и, откинув голову назад, спросил:        — Так в итоге, зачем пришел? — прикрыв глаза, Самюэль запустил руки в свои волосы.        — Не спал, хотел пойти на кухню, заметил, что у тебя горит свет. Вот и постучался, — Алекс, подходя к кровати, прилег на нее, поворачивая голову в сторону Макото, — а почему ты не спишь? — скорее даже в язвительном тоне, произнес Нильсен. Пока Сэм был в полулежащем состоянии, Нильсен смотрел на него. Не отрывая взгляд. И на руку смотрел. На ту самую, где есть метка. И в данный момент, метка прикрыта часами. Он специально это делает?        — Бессонница уже какую ночь, — Сэм, открыв глаза, нормально сел на кресло и облокотился на локоть. Не смотрел на Алекса. Может, это было и к лучшему. В комнате чувствовалось напряжение между ними. Они не могли смотреть друг на друга, не то что рядом находиться.        — Хорошие у тебя хоромы, Сэмми, — Алекс, встал с кровати и подошел к креслу товарища. Неподалеку была книжная полка, откуда он достал первую попавшуюся книгу, — интересная, кстати. Можешь почитать, — положив на место, он повернулся к парню, смотря на него странным взглядом.        — Можно вопрос? — Сэм, выждав пару секунд, поднял глаза на Нильсена, выжидая какую-то реакцию. Но Александр оставался таким же. Холодным, отстраненным. Хотя, честно, сам хотел как-то подойди к парню.        — Не запрещаю.        — Почему избегал меня? — этого Алекс и боялся. Этого вопроса. На который он точно не смог дать бы полный ответ. Уже думая над причиной, как его мысли прервал голос собеседника, — ты на протяжении недели просто уходил от разговора, даже не хотел как-то контактировать. А тут, — сделав короткую паузу, парень продолжил, — ты просто пришел и начал разговор. Полностью убрав предыдущие дни, — встав с кресла, Макото подошел к Нильсену. Почти вплотную. Если молчать, можно было бы слышать дыхание друг друга, а прислушавшись, можно понять, насколько сильно бьется сердце Александра.        — Не было настроения. Совершенно. Бывают такие моменты, знаешь, когда ничего не хочешь, — логичнее ничего не придумал. Просто сказать правду — ничего не сказать.        — Правда? — Сэм усмехнулся. В данный момент уязвимым чувствовал себя Нильсен, потому что такой Самюэль был очень серьезным.        — Никак иначе, — Александр хотел продолжить фразу, но Макото просто показал свое запястье. Без часов, то самое. С меткой. Темно-бирюзовой. Такой же, как была на руке Нильсена. Смотря на чужую руку, Александр начал трогать место, где находилась его линия. Опустив взгляд, он просто сравнил. Сравнил два одинаковых цвета.        — Не из-за этого ли? — Сэм опустил руку и, присев на кровать, продолжил, — если у тебя были догадки, что я тот самый, почему ты даже не сказал? Думаешь я не понимал что происходит между нами? Не чувствовал что-то странное при любом контакте с тобой. Думаешь, не видел метку в нашу первую встречу? — Александр, продолжая осматривать свою руку, поднял взгляд на парня. Сэм сидел на кровати, опустив взгляд.        — Я боялся. Я полностью потерял надежду на нахождение кого-то. И тут ты, взялся из ниоткуда. Это было для меня как первый раз. Люди говорили, что такие как мы привязываемся только к соулмейтам. Вот я и привязался, думая, что это все неправда. Я и начал сторонится, — сев рядом с Сэмом, Александр откинулся назад на кровать. Теперь он смотрел в потолок и немного видел спину Самюэля, — приношу свои извинения, — сказав как будто больше самому себе, Алекс заметил взгляд Сэма на себе. И чувствовал, что смотрел он на него как-то даже, с сочувствием?        — И как давно ты последний раз извинялся? — спросил Макото, улыбаясь парню.        — Когда познакомился с тобой.        — А чтобы искренне? — сев на кровать в позе лотоса, Самюэль глянул на Александра, ожидая ответ.        — Как будто ты знаешь, что сейчас было искренне, — улыбнувшись куда-то вверх, Нильсен приподнял голову и глянул на Сэма. Тот просто сидел, наблюдая за ним.        — Почувствовал, — подняв руку с той самой линией, показывая, что и правда чувствует. Александр, снова сев на кровать, взял руку Сэма в свою. Тот молчал, только наблюдал, что парень делает. Нильсен поднял свою руку и соединил запястья друг друга. Две руки парней идеально подходили друг другу. Отпустив ладонь Макото, парни просто смотри на это. Смотрели на то, как их метки были вместе.        — Абсолютно одинаково, — Алекс не выдержал первым. Молчание как-то напрягало, — никогда не думал, что найду своего соулмейта.        — Я тоже, — а Сэм первый опустил руку. На секунду у парней что-то кольнуло в районе груди. Посмотрев друг на друга странными взглядами, они просто улыбнулись. Александр упал обратно на кровать. Ноги все еще касались земли, а на грудь упало что-то мягкое. Белая подушка была на Алексе, а спустя секунду на него упала голова Сэма. Стало тяжелее, но было прекрасное чувство чего-то хорошего.        — Малыш Сэмми, быстро ты мнение поменял. Недавно злился на меня, а сейчас уже лежишь на моей груди, — Александр засмеялся, поглядывая на парня. Тот просто лежал, прикрыв глаза.        — Ты тоже быстро переобулся. Избегал меня значит, а потом пришел в комнату, — Самюэль подхватил смех Алекса. Теперь они оба смеялись, стараясь не сильно шуметь, — Алекс? — Нильсен вопросительно угукнул на слова Макото, — останься на ночь, — приподняв голову и посмотрев на парня, тот видел, что Сэм совершенно серьезен.        — Тебе метка в голову ударила что ли? — положив голову обратно на матрас, Алекс прикрыл глаза. Прошло пару минут в молчании. А Александр задумался над вопросом. Они родственные души, они судьбой предназначены, — останусь я, хорошо.        — Думал не согласишься.        — Пошел ты, — снова смех. Они общались налегке, им было весело и спокойно. Как будто не было ничего плохого в жизни. У Сэма смех заразительный, а у Александра громкий. Поэтому оба старались быть как можно тише, — у тебя кто за стеной живет?        — Гудман, но он храпит точно громче, чем мы смеемся, — Александр немного приподнял грудь, чтобы Сэм чуть-чуть подскочил. Тот даже опешил от такого и резко замолчал. Но Нильсен продолжал смеяться, наблюдая за негодующим Самюэлем.        — И дурак же ты, малыш Сэмми.        — Весь в тебя.        Светало. Парни даже не ложились. Хотя Александр знатно хотел спать. Периодически зевая, Алекс продолжал вести разговор с Сэмом. За пару часов парни узнали много нового друг про друга. Например Нильсен рассказал про то, как его дразнили в школе. Макото же говорил про девочку, которая подделывала метку на руке, чтобы Самюэль думал, что они родственные души. После такого даже Алекс задумался, а не притворялся ли Сэм, от чего в ту же секунду получил по голове. Они узнавали друг друга куда лучше и начинали доверять что-то важное. Самюэль рассказал, как он нашел сайт с метками и искал свой цвет, но не нашел. Нильсен даже не знал о существовании такого. Хотя, им уже не нужно было это. Они, вроде как, нашли друг друга.        — Сэм, я спать хочу, — Александр легонько ударил Самюэля по плечу. Парень поднял голову с подушки. Боковая сторона его лица немного покраснела от того, насколько долго он лежал на ней.        — Ну пошли. Сейчас, я подушку найду, — встав с кровати, Сэм пошел к шкафу. Алекс же, поправив постель, хотел было лечь. Но вместо этого он пошел до Макото. Встав около него, опираясь о шкаф, Алекс сложил руки на груди и наблюдал на парнем.        Самюэль долго искал то что нужно. Среди всех его вещей было куча всего: одеяла, полотенца, наволочки и простыни. Но не было подушек.        — Успокойся ты. Могу и без нее поспать. Пошли уже, спать рубит, — Александр схватил Сэма за руку и потянул в сторону кровати. Сэм, сдавшись, пошел за своим соулом. Упав на кровать, Самюэль зарылся в одеяло, ожидая Алекса. У Макото была достаточно большая кровать. Скорее всего даже двухместная, но Сэму было тут хорошо и одному. Ну, или теперь с Нильсеном. Падая на место рядом, Алекс зарывается в одеяло и лежит. Оба парня смотрят в потолок. Сейчас, даже, говорить не особо хотелось. Они просто лежали и наслаждались.        Не прошло и минуты, как в Александра прилетает подушка. Сэм, смеясь, забирает подушку и снова бьет Нильсена. Парень, приподнимает туловище и, забирая подушку у Сэма, откидывает ее в комнату.        — Теперь мы оба без подушек, — улыбаясь, произносит Алекс. Макото, что-то бурча под нос, хочет отвернуться, как резко его прижимают к кровати. Повернув голову к потолку, Самюэль видит лицо Александра. Близко, очень. Оба парня молчат, не зная, что говорить. Дышат они в унисон, из-за чего в комнате еще более напряженная атмосфера. Сэм первый идет на контакт, кладя ладонь на щеку парня. Снова эти покалывания, но теперь Нильсен уверен, что чувствуют оба. Прикрыв глаза, Александр двигает головой, чтобы ладонь Макото скользила по его щеке.        — Долго будешь ждать, — шепчет Сэм почти на ухо. Александра как будто выводят из другого мира. Открыв глаза, парень находит глазами взгляд Сэма. Напряжение растет, было понятно. Выждав пару секунд, Нильсен опускается еще ниже. Он чувствует на затылке руку Самюэля. Одно движение, и их губы соприкасаются. Это был не какой-то страстный поцелуй, после которого идет долгий секс. Нет, это самый обычный поцелуй. Ничего такого, как казалось. Но для них это было что-то большее. Они понимали, что сейчас они полностью готовы для этого. Алекс схватил ладонь Сэма и соединил со своей рукой. Те самые руки с меткой. Улыбаясь в поцелуй, Алекс понял, почему метки на разных руках. Нильсен углубил поцелуй, понимая, что Макото позволил этому случится. Сейчас оба парня понимали, что всего одним поцелуем они показывают все.        — Ощущение, что ты ни разу не целовался, — немного привстав, Александр отстранился от губ Сэма, наблюдая, как краснеют его щеки.        — Только с той самой девочкой, про которую я тебе говорил, — Нильсен отпустил руку Сэма и засмеялся, ложась обратно на место. Теперь он не был поодаль от Макото, а наоборот, пытался пристроится ближе.        — Эх, малыш Сэмми, всему мне тебя учить, — Алекс, поцеловал парня в щеку, снова сплетая их пальцы вместе. Смотря на свое и чужое запястье, Нильсен улыбался. По настоящему, от счастья. Потому что вокруг меток было золотое обрамление.        — Теперь ты от меня не отвяжешься, Нильсен Александр.        — И не пытался, Макото Самюэль.