Бьюти-Лига

— Дженни, лицо попроще, — сказала Ким Мина, мать Дженни. — Все просто — ты никуда не идешь. Дженни продолжила теребить маленький платиновый колокольчик на своем браслете. Только это сдерживало ее от ругательств в сторону своей раздражающе вежливой мамы. Она просто хотела победить в этом споре. — Но у меня планы! Если я их нарушу, это будет невежливо, — сказала Дженни. — Ведь так? Ты же сама говорила мне «держать обещания»! — она сделала в воздухе кавычки, чтобы нагляднее показать маме, что это ее слова. Дженни посмотрела на своего отца Убина в надежде, что он поможет ей, но тот лишь сделал глоток чая и продолжил читать новости в телефоне. — Я неделю назад тебя предупредила, — сказала Мина. Она говорила с Дженни медленно и четко, словно давала указания их домработнице Шу, которая плохо говорила по-корейски. — Твой отец дружил с Чон Каылем в колледже. Его семья перезжает из Йонама, чтобы он смог работать с твоим отцом. И пока они ищут жилье, они поживут в нашем доме для гостей. И очень важно, чтобы ты, наша дочь, хорошо их встретила. — Зачем? — фыркнула Дженни. — Это друзья папы, а не мои! Мина бросила взгляд на Убина, но тот не отрывал взягляд от экрана телефона. — Они и твоими друзьями станут, — сказала она, снова посмотрев на Дженни. — Соен пойдет учиться в твою школу, у вас будет масса тем для разговоров. — Например? Математика? — огрызнулась Дженни. — Ты можешь пригласить ее провести с тобой время, — предложила Мина. — Тогда тебе не придется отменять планы. — Это невозможно, — Дженни покачала головой. — Мы все неделями планировали и не можем добавить кого-то еще в последнюю минуту, — девушка посмотрела в сторону. — Как будто нам это надо… — Все решено, — подвела черту Мина. — Семья Чон будет на ланче за этим столом завтра в час пятнадцать, не опаздывай. Дженни развернулась и вылетела из кухни. Ее померанский шпиц Кума побежал за ней, стараясь не попасть под десятисантиметровые каблуки своей хозяйки. Когда они подошли к лестнице, Дженни подняла Куму на руки и хотела скинуть туфли, чтобы не поцарапать дерево, но в последнюю минуту передумала. Эти царапины на ступеньках будут наказанием ее мамы за то, что она разрушила планы Дженни на день труда. На втором этаже она все же сняла туфли и прошла по мягкому ковру в свою спальню. И захлопнула дверь. — Дверями не хлопай! — раздался из динамика, стоящего на тумбочке, голос Мины. Дженни закатила глаза и завалилась на кровать. Все в ее комнате было белым: занавески на окнах, обои на стена, ковер, мебель и ее Mac. Весь интерьер комнаты Дженни разработала сама после того, как прошла курс дизайна в Лос-Анджелесе. Дженни нравилась эта простота, но недавно в одном из британских журналов она прочитала, что королевским цветом официально признали фиолетовый. Поэтому простыни на кровати уже были «в тренде», а остальные вещи она планировала купить в день труда. Но теперь все отменяется. Дженни посмотрела в глаза Кумы, который забрался на кровать и лег рядом с ней. — Кума, скажи мне, что это просто сон, — пес моргнул. — Если я пропущу все завтра, мой социальный статус упадет так, что я буду год его поднимать, — проныла Дженни, и Кума лизнул ее запястье. Ему нравился парфюм Шанель. — У всех появятся шутки, которые я не буду понимать! Они будут смеяться и говорить мне «О, ты должна была там быть», — Дженни закрыла глаза и покачала головой. — А Джису купит ту помаду от YSL, которую я одобрила, — сказала она. — А почему все это происходит? — спросила она у Кумы, словно ожидая его ответа. — Потому что я должна встретить какую-то девчонку из Йонама, которая год будет тут жить. Разве это что-то важное? Она же никуда не денется, — Дженни фыркнула. — Если только она не смертельно больна… — Кума гавкнул. — Даже если и так, меня это не касается… Дженни встала и взяла со стола блокнот, в котором подробно расписала план на завтрашний день для себя и для своих подруг. День красоты. Она встала над мусорным ведром и стала методично выдирать страницы. Загар, выщипывание бровей, ароматерапия — эти написанные слова причиняли ей боль. Она снова вернулась на кровать и схватила свой телефон, чтобы открыть групповой чат и начать созвон. — Приветик, — сказала Лиса, которая подняла трубку после первого гудка. — Подождем остальных, — сказала Дженни, включая громкую связь. — Оки. — Привет, девчонки, — послышался голос Джису. — Все тут? Или ждем Ченг? — Всем привет, — сказала Чеен. — Как дела? — она звучала немного нервно, будто ожидая порицания за что-то, чего она не делала. — Я не смогу завтра с вами пойти, — выпалила Дженни. — Да, конечно, — фыркнула Чеен. — Нет, я серьезно. Вы не поверите, но я должна… — Дженни замолчала, чтобы обдумать свои следующие слова. — У меня грипп, — это прозвучало как «у бедя гдипп». — Господи, голос звучит ужасно, — сказала Чеен. — Да, тогда тебе лучше остаться дома, — протянула Джису. — Лучше мы придем и позаботимся о тебе. — Что? Пропустить де… — начала Лиса, но решила сменить тему. — В смысле, онни, что с тобой? Как мы можем тебе помочь? — Насморк, голова болит, знаете, обычное дело, — Дженни шмыгнула носом для правдоподобности. — Джису права, мы придем к тебе, — встревоженно сказала Чеен. — Все равно на дне труда без тебя будет не круто. Кто еще сможет держать меня за руку, пока мне брови будут выщипывать? — А кто скажет, что меня что-то полнит, когда я буду примерять одежду? — спросила Джису, и Лиса выпустила смешок. — Зеркало скажет. Трое девушек захихикали. — Ты слышала, Нини? — протянула Джису. — Ты не можешь оставить меня с ними наедине. Дженни облегченно улыбнулась. Они хотят быть с ней. Они нуждались в ней, а это все, что было важно. Но она так же знала, как быстро они могут передумать. — Вы идите. Но мне нужна будет каждая деталь, договорились? — Дженни забыла о своем «простуженном» голосе. — Каждая деталь.