Ночь в твоём сердце

Я смотрела в окно кареты, пытаясь хоть что-то разглядеть. Аднот сидел напротив меня, так представился человек, к которому мы, собственно говоря, сейчас и едем. Выглядел он как высокомерная сволочь и обожравшаяся свинья. Как он помещался в карете с его-то весом — для меня остается загадкой. От одного его только вида мне становилось мерзко, поэтому я решила отвлечь себя пейзажами, которые простирались за окном, но так как на улице стояла тёмная, беззвёздная ночь, почти ничего не удавалось разглядеть, кроме очертаний домов, но и те вскоре пропали из виду. До его дома мы ехали в полной тишине, примерно минут сорок. Лошади громко заржали, когда мы остановились, и дверцу кареты открыли. Помогли спуститься сначала Адноту, а потом и мне. Я поблагодарила своего помощника, на что он только хмыкнул. Нас встретили несколько человек, все они сначала смотрели на меня, а потом на своего хозяина, видно, ожидая приказов. -Накормите лошадей и уберите здесь, — даже в темноте видно весь этот бардак в саду. Только теперь я обратила внимание на то, что мы находимся в довольно-таки большом и красивом саду. Он был освещён факелами на стенах особняка и чем-то вроде фонарей, стоявших в хаотичном порядке между кустов и деревьев. В глубине сада свет отражался и, приглядевшись, я увидела фонтан. Всю прелесть и роскошь по-настоящему рассмотреть не удалось, потому как Аднот подошел ко мне и спросил: -О, вижу: тебе нравится? Ха, успеешь еще налюбоваться, идем.-так и не дождавшись моего ответа, он развернулся и зашагал в сторону особняка. Я догнала его и зашагала позади. Пройдя по тропинке средь кустов с цветами, вымощенной камнем, мы зашли на террасу, что из сада вела сразу во внутрь дома. Внутри особняк выглядел ещё обширнее, чем снаружи. Я, конечно, мало что помню до того, как оказалась в этом мире, но такие красоты вижу, точно впервые. Мы оказались в большой и светлой прихожей. Комнату освещали изысканные и украшенные разными драгоценными камнями люстры. На дымчато-белых стенах висели картины, изображавшие то пейзажи, то чьи-то портреты; мраморные полы были застелены дорогими коврами с золотой выкройкой; а на второй этаж вела большая белая лестница с высокими перилами, возле которой стояли вытянутые вазы с изящными цветами. Со второго этажа спустился слуга. Мужчина был на вид лет шестидесяти, с седыми волосами, которые были напомажены назад и придавали хозяину вид грациозный; глубокие морщины засели под усталыми глазами; губы были сомкнуты в тонкую линию. На нем был шёлковый серый костюм, придававший всему его стану приятный изгиб. Он подошел к нам и низко поклонился. -Это Алэр, мой дворецкий.-представил его Аднот. — Проводи ее, и после немедленно явись в мой кабинет.-он обратился к слуге. -Слушаюсь, господин, -дворецкий опять низко поклонился.-Прошу следовать за мной, мисс. Аднот уже ушел в неизвестном мне направлении, оставив меня в неведении, для чего я здесь и что вообще мне делать. Замечательно. Иду по длинным коридорам за дворецким, ничего не зная о своем назначении в этом странном месте. В карете этот хрыщ мне ничего не сказал, да и сейчас не изъявил желания объясниться со мной. Остается только уповать на снисхождение его слуг до моей скромной персоны. -Простите, а куда мы идем? — блин, мне его представили буквально только что, а я уже забыла, как его зовут. Ух, память, как у рыбки. -В вашу комнату. -я приподняла бровь. Ага, классно, комната, и за какие такие заслуги? Надеюсь, что я не должна становиться рабой. -А что я буду делать здесь, то есть: я имею в виду, в этом особняке Аднота? Он меня забрал и привез сюда и даже ничего не сказал. -Работать. Здесь Вы будете работать. У господина сейчас тяжелые времена, и финансовые проблемы постоянно тревожат его превосходительство. -Работать? — ахах, истерический смех, ну всё, точно — меня отдали в рабство. -В качестве служанки за то, что мой господин дал Вам крышу над головой. Или вас не устраивает данные требования? -Нет, что Вы, как пожелает наш господин! — я вздохнула с облегчением, — если только убирать за этим господином-колобком и при этом жить тут, то меня вполне всё устраивает. И никакого рабства. Я улыбнулась дворецкому. -Простите, можете сказать свое имя. Я чуток подзабыла. -Алэр. Прошу, это Ваша комната.- мы уже пришли, и дворецкий открыл дверь в комнату, уступая пройти первой. Какое облегчение. Меня хотя бы человеком считают, а не — прости господи, — кем, и за еду и кров просят поработать домработницей. В принципе даже ничего страшного. Услуживаться я не люблю, но все равно работу делаю качественно, поэтому, думаю, если выгонят, то хотя бы не сразу. -Ночная рубашка лежит у Вас на кровати вместе с полотенцем. Это Вам после ванной. Она в конце этого коридора. В шкафу есть одежда, она тоже Ваша. Завтра утром я приду за Вами и по пути расскажу остальное. Доброй ночи, мисс. -Александра, зовите меня просто — Александра, я ведь тоже служанка. — Мне, по неизвестный причине, нравится улыбаться этому дворецкому. Возможно, это из-за его добрых глаз, а может просто он человек хороший. Вот и сейчас я, держа в руках сорочку и полотенце, стою и улыбаюсь Алэру. И, о боже, он слегка искривил свои губы в лёгкую улыбку и вышел из комнаты. Надеюсь, хорошие отношения у меня будут со всеми, а не только с одним человеком Алэром. До ванной комнаты я добралась по тому коридору, по которому мы шли в мою комнату и на который указывал слуга. Приглушенный свет и небрежное покачивание тюлей от приоткрытых окон создавали свою единственную атмосферу. Манящая тишина, мерцающие тени от горящих свечей на стенах и свежий запах, залетающий через открытое окно. Ванная комната и сама ванна мне особенно понравились, поэтому просидела я там довольно долго. Нежиться в теплой воде после всего, что случилось, как успокоительное. Я наконец-то смогла чуть расслабиться и подумать над всем происходящем. Пока останусь здесь и поработаю служанкой, а там надо будет найти способ вернуться домой, ну или можно и здесь остаться. Стой! Нет, нельзя, этот мир слишком опасен для меня, я просто не смогу здесь выжить. Как я со всеми своими страхами и руками, растущими не оттуда, от куда нужно, смогу приспособиться к жизни в этом мире? Здесь люди с рождения закаляют свои страхи и учатся держать нож в руке для самообороны. Я зевнула и потерла глаза. На дворе уже давно стояла глубокая ночь, поэтому, завернувшись в полотенце, я направилась в свою комнату. В моей комнатке кровать стояла у окна, рядом находился небольшой письменный столик со миниатюрным стульчиком, а напротив — шкаф с зеркалом. Я легла на кровать и даже не поняла, в какой момент я уснула. Лунный свет через окошко падал на одеяло. В комнате стояла мёртвая тишина, как будто всё заснуло вместе со мной. И никакие вещи не намекали на свое присутствие. Как будто в комнате ничего нет, как будто этого всего и не существует… Как и обещал дворецкий, утром он зашел за мной. До этого я успела привести себя в порядок. -Доброе утро.- я стояла у зеркала и заплетала свои густые тёмно-каштановые волосы в косу.-Я готова, какие обязанности ждут меня сегодня? -Я познакомлю Вас с остальными слугами и покажу особняк. Пока из работы — уборка дома. А сейчас идемте завтракать. По дороге до столовой, где едят простые смертные, Алэр рассказал немного о делах и о здешних правилах. Комнаты прислуг находятся на первом этаже, и все свое время они проводят либо здесь, либо в саду или на территории особняка. До ближнего города добираться примерно час, и на рынок все ходят по очереди. На втором этаже располагается комната и кабинет нашего господина-колобка, и прислуживают там только очень верные люди, такие как Алэр, поэтому остальным вход на второй этаж строго запрещён. Это, как я поняла, связано с проблемами хозяина. Алэр, конечно, прямо не сказал, но я предположила, что это так. Столовая оказалась маленькой, но светлой и уютной. Посреди комнаты стоял небольшой стол, примерно на десять персон, возле него стояли правильно расставленые стулья. Большие окна украшали занавески, а слева от двери также находился небольшой камин. -Ой, огонечек- я подбежала к камину, улыбаясь, и протянула к нему руки — о, как прекрасно! Не то чтобы я замерла, просто всегда мечтала о камине, чтобы сесть вечером подле него с книгой в руках и с кружкой горячего чая. Ммммм. блаженство. -Вам холодно? — подходя ко мне, спросил Алэр. -А, нет, не беспокойтесь. Ам…когда придут остальные? -Садитесь за стол, они должны подойти сию минуту. -Как скажете.- я решила сесть поближе к камину. Погода испортилась, и на улице пошел дождь. Капли не спеша стекали по окну, в котором медленно отражалось шевелящееся пламя камина. Все ели в полной тишине. Только изредка Аннет и Диане случалось переговариваться. Они, как и я, работают домработницами. Мы успели познакомиться перед завтраком, остальные были слишком хмурые, как тучи за окном, и только назвали свои имена. Вон сидит напротив меня Луиза и что-то бубнит себе под нос с недовольным лицом. Она кухарка, и здесь ей любят давать разные прозвища, но в основном ее называют бабушка Луиза, потому как она и Алэр служат в этом особняке довольно с давних пор. Еще из рассказов Дианы и Аннет я узнала, что дворецкий очень строгий и порой даже злой, поэтому ему никогда не перечат и выполняют все, что он скажет. Я сильно удивилась, но ничего не ответила и продолжила трапезничать (

что, конечно, как таковым не назовёшь, так как мой завтрак составляла одна какая-то наскоро сваренная каша с большими комочками). После завтрака нас всех ждали свои домашние дела. Меня отправили убирать коридоры и залы в правом крыле. Я решила начать с самой дальней комнаты. Инвентарём для уборки со мной поделилась Аннет, а сама она после ушла мыть полы на лестнице и в прихожей. Я протирала пыль на полках, расставляла предметы декора, поправляла тюли и дорогие шторы, поливала чуть засохшие цветы. Примерно час работы и первая комната была убрана. Так до обеда я успела убрать две комнаты и коридор, осталось еще пару комнат, — их уберу уже после обеда. Я только домывала полы, как пришел Люк и позвал меня обедать. Люк работает садовником. На вид милый мальчишка с такими же милыми веснушками, я бы дала ему лет двадцать, но из-за того, что он постоянно сводит брови к переносице и уголки его губ всегда опущены, выглядел он намного старше. Мне кажется ненормальным, что все (ну или почти все) здесь какие-то недовольные и хмурые. Или это я просто какая-то ненормально-веселая, учитывая все то, что со мной произошло. Любой на моем месте наверняка бы бился в истерике и молил небеса вернуть его обратно, тогда почему я не делаю так же? Хотя очень глубоко в душе я рада, что попала в этом мир, этому есть свои причины или, сказать правильнее, своя причина… Я бросила тряпку в ведро и пошла за Люком. Дождь все так же глухо стучал по окнам, а тучи не собирались уступать солнцу. На обед бабушка Луиза приготовила тушеные овощи. На этот раз получилось очень вкусно. Я уплетала за обе щеки. Диана решила поговорить с Люком, я невольно слушала, как они болтали. Ничего, что требует внимания, но ее смешные истории о том, как она отчаянно боролась с пауком и паутиной, способны натянуть искренние улыбки на лицах у всех за столом. Я посмотрела на свое отражение в чашке горячего чая и невольно улыбнулась набежавшим мыслям.